Жемчужное королевство

В сравнении с покоями королевы, новые покои Кристины казались ей слишком простыми, безвкусными, маленькими. Эта комната была подобна насмешке. Она долго сопротивлялась сыну, но любимый сыночек в открытую приказал Кристине покинуть комнату. Джордж менялся и мать чувствовала это. Причиной его изменений была Диана. Молодой король влюблён в Бланкершу без памяти и готов выполнить любые её требования, а по мнению Брандберри, молодая жёнушка умело пользуется этим, как прежде это делала сама Кристина. — Поверить не могу, что ты, матушка, позволила отдать свои покои этой дешёвке. — Никола фыркнула, покрутив в руках кольцо. — Я ведь теперь не королева, а значит, те покои больше не мои. — как можно спокойнее говорила Кристина, хотя на самом деле она была очень зла на сына за этот поступок. Её женскому самолюбию было обидно, что появилась женщина, которая сумела забрать её сына. — Надеюсь, ты больше не станешь изменять мужу? — желая перевести тему, задала вопрос королева-мать. — А если Аштон начнёт изменять? Его ты тоже осудишь или всем будет плевать из-за того, что он мужчина? — отвечала Никола резко и грубо, положив кольцо в материнскую шкатулку. — Мужчины крайне переоценены. — усмехнувшись, ответила Кристина. — Если твой муж посмеет предать ваш брак, то немедленно будет наказан, а ваш брак будет аннулирован. Слова матери заставили принцессу задуматься. В голове тут же возник хитрый план, как можно будет избавиться от неудачного замужества. Аштону всего лишь нужно найти себе любовницу. Зная мужа, Никола понимала, что сам он никогда не пойдёт на такое, а это означает, что ей самой придётся искать любовницу для него. — Но да ладно, я позвала тебя сюда не для того, чтобы обсуждать судьбу твоего мужа. Через несколько дней со всей страны в замок съедутся английские лорды, которые жаждут попасть в королевский совет. К вечеру того дня, Джордж выберет новых представителей аристократии, которые будут удостоены чести вступить в новый королевский совет. — А я тут причём? — светлые брови удивлённо поднялись вверх. — Уверена, Эдмунд вместе со своими подхалимами предложат исключительно выгодных для них людей, а Джордж с удовольствием согласится. — женщина улыбнулась, глядя на дочь. — И тут в игру вступаем мы. Мы должны будем очаровать как можно больше лордов и понять, кому из этих мужчин можно доверять. Нам нужны свои люди в совете, одного лорда Давида, которому не доверяют, зная, что он мой человек, мало. — Думаешь лорд Бланкер такой дурак и не поймёт, если лорды будут служить тебе? К тому же не забывай, мама, Джордж ведь хочет сделать его герцогом. — Никола скрестила руки на груди. — Тогда власть лорда Эдмунда станет безграничной, он будет считаться вторым человеком после короля. — И на это у меня есть свой план. Я всё продумала, тебе не стоит беспокоиться. Я не допущу того, чтобы Эдмунд занял такую важную должность. — Кристина положила руку на едва заметный живот. — Всё, что я делаю на благо семьи и я не допущу, чтобы власть перешла в руки предателей. — Я с тобой, матушка, и всегда буду. Мы уничтожим всех Бланкеров до единого. — принцесса подошла к матери, крепко одарив её своими объятиями. Никола была уверена, что с помощью матери они сумеют отомстить всем врагам. Нужно всего лишь время и правильная тактика. *** Быстрым шагом леди Виола направлялась в кабинет отца, путаясь в полах своей юбки. Лорд Болдуин собирался серьёзно поговорить, она поняла это по его записке, и это отчасти пугало её. Виола ненавидела серьёзные разговоры, ненавидела, когда кто-то ругал её. С детства девушку учили всем нравиться, быть покорной и нежной леди. Становясь старше каждый год, эти качества характера начали в ней доминировать и стали главным достоинством Николсон. Сам лорд Болдуин постоянно восхищался дочерью, утверждая, что Виола точная копия своей матери. День смерти матери стал для тринадцатилетней Виолы самым тяжёлым в её жизни. С детства она была близка с леди Марджери и когда её не стало, Виола чувствовала, что потеряла частичку себя. Вся семья Николсон изменилась после такой потери, больше всех изменился Алекс. Войдя в кабинет, девушка поклонилась отцу и улыбнулась брату, который сидел на стуле рядом со стеной позади отца и строил смешные рожицы. — Моя прекрасная дочурка. — с улыбкой сказал лорд Болдуин, нежно коснувшись щёк дочери, тем самым расположив Виолу к себе. — Мне нужно сообщить тебе важную новость. — Уверен, для Виолы такая новость радостной не станет. — будто в тишину сказал Алекс, на которого даже не обратили внимание. — Я слушаю Вас, папочка. — Ты вместе с мужем останетесь здесь в замке на неопределённый срок. — Что? — леди отошла на пару шагов, она уже запланировала, как будет проводить время дома, но все её планы в миг разрушились. — Почему Энтони не сообщил мне? — Он ещё сам не знает. Это решение принадлежит мне, для нашей семьи будет важным оставаться здесь. — Странно, что только я и Виола должны здесь находиться. Почему же наши братья и сёстра не приедут сюда, составить нам компанию? — молодой лорд встал с места, подойдя к отцу и сестре. — Было бы очень весёло, когда все Николсоны собрались своей большой и дружной семьёй. — Твои насмешки сейчас неуместны, Алекс. — взглянув на сына, безразлично ответил мужчина. — Нашей семье нужно величие, подобно Бланкерам и Далтонам. Я устроил брак с лордом Лэйквундом непросто так, Виола, благодаря этому браку мы породнились с короной. Твой муж дядя нынешней королевы и это очень важно. Меня очень огорчает тот факт, что главной фрейлиной замка назначили леди Курнаж, когда есть моя дочь. — Мы с Дианой не близки, отец. — И меня это злит, ты обязана с ней подружиться. В конце концов ты её тётя. — Тётя, которая младше племянницы. Забавно. — Алекс не мог перестать иронизировать, вся ситуация его немного смешила и напрягала. Вечно покорная Виола всегда слушалась отца, никогда не перечила ему, чего нельзя было сказать о юноше. Он всегда старался оставаться при своём мнении, но никогда не мог противиться отцу долго. Так было во время турнира, во время женитьбы, но Алекс слишком сильно устал. — Мне тоже подобно сестре уготована какая-то важная роль, я прав? — Замолчи, пока я не заговорю с тобой, Алекс. — Отец, я постараюсь сблизиться с Её величеством, но не уверена, что у меня получится. — не обращая внимания на перепалку, говорила Виола. — Королева в основном общается только с леди Курнаж и леди Крамер. — Уверяю, она не сможет устоять перед такой светлой душой, как ты, милая. — лорд Болдуин улыбнулся. — А теперь можешь идти, мне нужно поговорить с твоим непутёвым братцем. — Я что-то натворил? — задал вопрос Алекс, когда сестра покинула помещение. — Лучше ты мне скажи об этом, сынок. Как думаешь, о чём я хочу поговорить? — Понятия не имею, я веду себя достаточно хорошо. — Алекс, ты ведь знаешь, что я желаю тебе только самое лучшее будущее и делаю всё ради тебя и твоих братьев и сестёр? — Я знаю , ты постоянно напоминаешь мне об этом, перед тем, как заставляешь меня переступить через себя. — юноша подошёл к маленькому столу, на котором стояла ваза с фруктами, а также графин с вином. Налив себе вина в кубок, Алекс отпил немного. — Я уже давно смирился с этим. — Сынок, пойми, мне лучше знать, какое будущее должно быть у тебя, и поверь, Джулии в этом будущем не быть не может. — заметив взгляд сына, мужчина продолжил. — Энтони всё рассказал мне, вот от кого я узнал о вашей связи. — Отец, между мной и леди Крамер нет никакой связи. Мне прекрасно известно о её репутации. — блондин ухмыльнулся, поднеся кубок к губам. — Я просто один раз воспользовался ей и ничего более. Ведь я всё-таки лорд, а она простая шлюха. Эта девушка ничего не значит для меня. — Меня радует, что ты понимаешь такую тонкую вещь, но не стоит так отзываться о ней. Семья Крамер вернула себе титул, но репутация Джулии навсегда испорчена. Не один уважающий себя лорд не посмеет жениться на этой девушке. — Моя свадьба состоится только в том случае, если это будет выгодно тебе. Я ведь прав? Но этот вопрос остался без ответа. Алекс лгал и делал это так уверенно, что был готов поддаться примеру отца и поверить этим словам. *** Пелена чёрного дыма, подобно вуали, нежно покрывала собой стены комнаты. Всё вокруг замерло, будто ожидая какого-то сигнала для начала действия, подобно немой сцены в пьесе. Мужчина лежал на кровати, прикрывая рот белым платком, который был навсегда испорчен кровяными пятнами, напротив стояла женщина довольно глядя на мужчину, жизнь которого уходила с каждым мгновением. — Наслаждаешься моей смертью? — вдруг сказал умирающий король, бросая злобный взгляд на жену. Кристина внимательно смотрела на него, ничего не говоря. Прежде она безумно любила этого мужчину, её любовь была способна на всё, но он своими собственными руками вырвал женское сердце из груди и разорвал на множество кусков. — И чего же ты молчишь, а? — Вэйланд перешёл на крик, после чего вновь начал кашлять. Кристина быстро подошла к мужу, протянув мужчине кубок с водой, стоящий прежде на тумбочке, который он тут же осушил. — Лекарь сказал, что ты вряд ли переживёшь эту ночь. — коснувшись золотых локон короля, проговорила женщина. — Не радуйся так сильно, если бы не эта болезнь, я бы смог жить ещё очень долго. — фыркнув, Вэйланд откинул руку жены. — Вся моя семья была против тебя, особенно мои сёстры, но я ослушался их, а зря. Ты оказалась властолюбивой сукой, не способной выполнять простые супружеские обязанности. — Нет, Вэйланд, я намного хуже. — ухмыльнувшись, ответила Брандберри. — Что? — Ты действительно веришь, что во всём виновата болезнь? Чахотка, верно? — довольная собой женщина встала с кровати и подошла к столу, налив себе вина в кубок, она обернулась к мужу. — Ты никогда не был болен, Вэйланд. Разве не совпадение ли, что твоя болезнь появилась после всех твоих унижений надо мной? — Ах, ты мерзкая шлюха! Это всё ты! — Кеннет попытался встать с постели, но силы давно покинули его тело. Вэйланд вдруг схватился за горло, чувствуя сильное жжение. Кашель вновь наполнил его глотку. — Я обвела тебя вокруг пальца, а ты этого даже не заметил. — отпив немного вина, Кристина самодовольно ухмыльнулась, наблюдая за Вэйландом. — Всё это время я травила тебя. Сначала дозы яда были маленькими. Я хотела, чтобы ты понял, раз Господь Бог послал тебе эту болезнь, так значит, дело в тебе, и стоит измениться в лучшую сторону, но изменений всё не было, даже напротив, ты становился всё хуже. Тогда я решила удвоить дозу и это сломило тебя. Сейчас же доза яда в твоём кубке была смертельной. Ты умрёшь, а Джордж займёт трон. — Стража… — сквозь кашель пытался позвать король, но кровь заполняющая его рот, не позволило ему этого сделать. Удивлением для Кристины стали выступающие слёзы, которые застыли в голубых глазах Кеннета, не желая спадать на щёки. Его кашель усиливался с каждой секундой, а крови становилось всё больше. Вэйланд плевался ею , пачкая белоснежную постель. В приступе сильного кашля, король упал на пол, продолжая задыхаться собственной кровью. Он хватался за горло, будто пытаясь ухватиться за последнюю нить жизни. Последний взгляд Вэйланда, брошенный в сторону королевы, Кристина запомнила навсегда. Он смотрел на неё слишком жалостливо, будто поняв свою вину перед ней, но помимо этой жалости, в глазах Кеннета навсегда застыл страх перед смертью. В холодном поту Кристина открыла глаза, с трудом глотая воздух, которого чертовски не хватало в лёгких. Присев на кровати, женщина схватила себя за голову, пытаясь прийти в себя. — Это сон… Это всего лишь сон… — тихо шептала она, успокаивая себя. Однако этот сон был не простым, скрывая прошлое королевы-матери. Её руки навсегда запачканы кровью мужа. Даже после смерти Вэйланд умудрялся портить жизнь Кристине, приходя в её сон каждую ночь. После его смерти, Кристина видела его кончину каждую ночь, вновь и вновь, переживая одни и те же ощущения. Дух Кеннета не хотел отпускать её, как будто Вэйланд мстил за свою смерть даже с того света. *** Нежные и мягкие подушечки женских пальцев аккуратно поглаживали рыжеволосую голову Энтони, который улыбался, наслаждаясь обществом жены. Новость о том, что супругам Лэйквуд придётся остаться в замке, нисколько не разочаровала мужчину, он догадывался об этом. В целом Энтони даже был рад такому исходу, на удивление ему понравилась такая дворцовая жизнь, мешала лишь бывшая возлюбленная, которая могла испортить настроение в любой момент, именно поэтому лорд обходил Джулию стороной. Всякий раз глядя на леди Крамер, он вспоминал о своём разбитом сердце. Энтони так сильно злило, что всё это время им нагло пользовались, играя его чувствами. В сравнении с коварной Джулией, Виола была милым ангелом, которая сумела показать Лэйквунду настоящую любовь. Молодая жена отдавала всю себя без остатка. Иногда Виола напоминала Энтони ребёнка, со всей своей невинностью, честностью и наивностью. Леди Николсон была послана специально для разбитого Энтони, дабы вытащить его из лап печали и разочарования. *** Множество открытых пергаментов были разбросаны по всему столу. На жёлтоватых листах можно было увидеть различные английские имена. Все эти люди были приглашены в замок и должны были приехать уже завтра. Все слуги уже начали свою кропотливую работу, под руководством леди Курнаж. Должность главной фрейлины стала для неё приятным сюрпризом, к которому Жаннетт отнеслась трепетно, боясь подвести верующих в неё Бланкеров. Такой титул сделал её важной фигурой в дворцовых играх, чему леди была не особо рада, но в противовес этому, Жаннетт стала солидной леди, авторитет которой был поднят. Сделав пару правок на пергаменте, Жаннетт передала листок в руки служанки, дабы та точно всё проверила. Она и прежде помогала леди Мэри заниматься гостями, приезжающими в поместье, но сейчас всё казалось более масштабным и важным. Француженка узнавала о предпочтениях будущих гостей и подготавливала покои специально для тех или иных аристократов. Когда Жаннетт покинула свой кабинет, то она сразу же направилась посмотреть, как украшают главный зал. Увиденное зрелище женщине понравилось. Слуги, подобно муравьям, выполняли свои обязанности, бегая в разные стороны. — Нет, эти цветы лучше поставить в правый угол. — требовально сказала Курнаж, заметив слугу несущего вазу с цветами. — Эти цветы любят тень, а правая сторона теневая. — Как прикажете, госпожа Курнаж. Довольная Жаннетт улыбнулась, выхватив яблоко у проходящей мимо служанки. Она осмотрела поднос с фруктами. — Слишком мало ягод, нужно больше разнообразия! — воскликнула леди. — Да, миледи, я обязательно учту Ваше желание. — Ты загоняла бедных слуг. Удивлена, как они ещё не умерли от усталости. — начала говорить подошедшая леди Мэри, оглядывая помещение. Стены были украшены лентами; множество цветов; на маленьких столиках было множество ваз с фруктами; множество миленьких диванчиков, сделанных из шёлковой ткани. Хоть работа и не была закончена, и только шла полным ходом, Мэри всё понравилось. — Однако получилось, как и всегда, просто и со вкусом, как ты умеешь. — Для меня твои слова, подобно сладкому мёду. — улыбнувшись, ответила Жаннетт. — Рада, что тебе понравилось. — Тебе идёт должность главной фрейлины, должно быть тебе приятно ощущать такую власть? — не дожидаясь ответа, женщина продолжила. — Ты ведь теперь практически управляешь замком. — леди Бланкер фыркнула. — Хоть кому-то из нашей семьи досталась важная роль тут. Противно видеть, как мать короля все лелеют и уважают, пока мать королевы никто в этом месте, будто я не достойна уважения. — Некоторая прислуга всё ещё служит Кристине, мне удалось узнать это благодаря своим источникам. — Жаннетт указала на выход, дабы оставить слуг за работой. Она шла рядом с Мэри, решив продолжить с ней диалог по дороге к портнихе . — Говорят, она многих подкупает не только деньгами, но и словами. — Она пытается уцепиться за власть, уходящую из её рук, очевидно же. Кристина пойдёт на всё ради власти, а наша семья уничтожит её. — Мэри, я всегда буду на стороне Бланкеров. Вы многое сделали для меня, но сейчас я в положении и не хочу участвовать в дворцовых играх. На меня можешь не рассчитывать в этой битве. — Я понимаю, ты ждёшь дитя и должна беречь своё здоровье. — в этот миг Мэри стало неловко, вспомнив предыдущую беременность француженки, которая закончилась плачевно только благодаря рукам леди Бланкер. Груз на совести постоянно напоминает о себе, о том счастье, которое она отняла у Жаннетт, прикрываясь благородным поступком. Итальянке не нужен был бастард мужа, тогда бы вся жизнь изменилась, но она никогда не узнает, как именно. — И мне бы не хотелось, чтобы в этих играх был замешан мой муж. Бенсон добрый человек, возможно иногда он бывает чересчур добрым, в силу своей молодости, но я не хочу, чтобы дворцовые козни испортили его характер. Прошу, поговори об этом с Эдмундом, тебя он точно послушает. — Хорошо, я поговорю с ним, но не могу обещать, что Эдмунд меня послушает, ты ведь его знаешь. — Спасибо и на этом. На последок улыбнувшись, леди Курнаж отправилась по другим делам, надеясь, что леди Мэри сумеет уговорить Эдмунда. Меньше всего Жаннетт хочется, чтобы её муж из безобидного юноши превратился в коварного мужчину. Власть зачастую портит светлые души, а у Бенсона именно такая душа. *** — Кому пишешь? — наблюдая за женой через зеркало, спросил Дуглас, поправляя свою чёлку. — Брату. Дэнни давно не писал мне, и это начинает напрягать. — не отрывая глаз от пергамента ответила Милена, аккуратно выводя чернильные буквы на бумаге. — Зато в последнем письме он писал, что у него всё более или менее хорошо и жизнь в Португалии его устраивает. Он ведь даже подружился с принцем Козимо. — Который известен своей распущенностью, любовью к выпивке, опиуму и распутными девками. — леди сжала перо, которое с чудом не разломалась пополам и посмотрела в сторону мужа. — Даниэль не должен водиться с таким человеком, мой брат другой. — Милли, довольно часто люди меняются после того, как им разбивают сердца. — юноша обернулся. — Порой многие проходят через адские муки, мучаясь в агонии, которая будто не собирается заканчиваться. Каждый просто находит свой способ бороться со своим горем и Даниэль тому не исключение. Возможно он больше не тот человек, которого ты знала. — Уверена, Дэнни всё ещё тот самый приятный юноша, которого я всегда знала. Просто сейчас он прячет себя под маской. — Милена хотела продолжить говорить, но почувствовала резкий толчок внутри живота. Ребёнок толкался, будто не разрешая маме нервничать из-за своего дяди. Улыбнувшись, леди положила руку на живот. — Наш малыш толкается. Эти слова успокоили Дугласа, лорд тут же подошёл к своей жене, присев рядом с ней. Он положил свою ладонь на её живот, чувствуя довольно сильные толчки. В этот момент не существовало ничего, кроме маленькой семьи. — Я твой папа, малыш, надеюсь, ты меня слышишь. — Бланкер улыбнулся, не отрывая взгляда от своей руки, продолжающей касаться живота Милены. — Твои папа с мамой уже очень любят тебя и ждут не дождутся твоего появления. Кем бы ты не родился. — издав смешок, добавил юноша. Ему не был важен пол будущего ребёнка, главное, чтобы ребёнок был здоровым. Отец уже успел прожужать все уши о том, как важно, чтобы в семье первенцем был именно мальчик, но если честно Дуглас будет любить своё чадо любым. — Нам нужно будет придумать имена. Одно для мальчика, а другое для девочки. — девушка склонила голову набок, коснувшись плеча мужа. — У меня есть идея для мальчика. — И какое же имя ты ему придумала? — Себастьян. Лорд Себастьян Бланкер, сын лорда Дугласа и леди Милены. Мне кажется, что звучит достаточно красиво. — Мне нравится. — улыбнувшись, Бланкер приподнялся, дабы занять место на стуле рядом с девушкой. — Но если родится девочка, то я подберу ей имя. — Договорились. — леди улыбнулась, беда с братом ушла на второй план, сейчас в центре счастливая семья Милены. — Дуглас, мне бы хотелось поговорить с тобой об Адаме и Элли. — Наши маленькие сорванцы опять что-то натворили? — Нет, пока нет. — весело ответила девушка, накрыв ладонь Бланкера своей. — Быть может есть способ, дабы мы могли… Ну, я не знаю, официально узаконить их или дать им твою фамилию, в знак того, что они стали нашими приёмными детьми. — Милли, я уже думал об этом и нашёл нужное решение. Помнишь, я вчера отправился с нашим молодым королём на охоту? — заметив кивок, Бланкер продолжил. — Джордж мой хороший друг и он знает, как много для нас значат Сноу. Он сам довольно близко знаком с детьми, поэтому Джордж предложил решение. Корона выделит семье Сноу маленькую землю и титул, Адам и Элеанора станут лордом и леди, а нас с тобой назначат их опекунами. — Это ведь чудесно! Представляешь, как они обрадуются, когда узнает о таком?! На радостях, Дуглас забыл упомянуть один важный факт, подобно Крамерам, Сноу станут вассалами, что означает полную зависимость одной семьи от другой. Любая прибыль семьи, будет частью, передаваться сюзерену. Только такой способ даровать титул был найден, иного пути не было. Дугласу пришлось согласиться на такой путь, в любом случае дети станут аристократами, а это самое важное. *** Звонкий девичий смех раздавался по всей комнате, ударяясь об стены, он отдавал эхом. Спокойная и дружная атмосфера царила в покоях королевы, подруги восторженно обсуждали события, которые происходят в замке. Когда Жаннетт вошла в покои, держа в руках новое роскошное платье, она осмотрела своих подруг, которые беззаботно наслаждались обществом друг друга. — Вау, надеюсь, это платье для меня. — прикусив нижнюю губу, Джулия встала с места и подошла к подруге, дабы потрогать платье, но та быстро отвернулась от неё. — Мимо. — Жаннетт улыбнулась. — Это платье для Дианы, в котором она завтра будет щеголять перед гостями. — женщина положила наряд на кровать. — Серьёзно, Жаннетт? Я ведь уже выбрала наряд на завтра. — рыжеволосая закатила глаза. Бланкер надеялась, что после того, как она стала королевой, подруга больше не станет осуждать её гардероб и лезть со своими модными советами. — Напомни-ка, какое именно платье ты выбрала? — пришурившись, француженка скрестила руки на груди, пока Джулия разглядывала платье. — Жаннетт, ты вновь будешь твердить, что у меня плохой вкус? — Нет, у тебя есть вкус. Своеобразный конечно, но вкус есть. — Но ты больше не леди, Ди. — поняв, что на уме у Жаннетт, решила продолжить Крамер. — Теперь ты королева, и если сравнивать то розовое платье, этот наряд выглядит более королевским. — Джули права. Ты стала королевой и больше не можешь носить то, что носила раньше. — Курнаж подошла к молодой королеве и взяла её за руки. — Вспомни, каким был гардероб у Кристины в своё время. Её наряды всегда отличались от всех женщин страны. Множество раз именно Кристина вводила в моду новые вещи. Например, помнишь, платья с рукавами, которые доходили до пола? Однажды во время светского приёма Её величество облачилась в этот наряд, после чего ещё год вся Англия носила подобные платья, даже твоя матушка. — Но что если, когда я изменю свой гардероб, изменюсь и я сама? — нервно покусывая губу, спросила Бланкер. Больше всего на свете ей не хотелось меняться из-за короны. Она множество раз слышала о том, что власть меняет людей в худшую сторону и это пугало юную королеву. — Ты уже изменилась, как только корона коснулась твоей головы, но в душе ты всё равно осталась собой. Диана крепко обняла свою фрейлину. Жаннетт всегда могла подобрать нужные слова для её успокоения и этот раз не был исключением. Она была благодарна судьбе, что давным-давно молодой лорд Эдмунд связался с этой француженкой, а затем привёз её в родовое поместье. Если бы не было леди Жаннетт , жизнь Дианы сложилась бы совсем иначе. Стоя в стороне, Джулии стало немного неловко, будто она стала третьей лишней в этой комнате. Взяв в руки наряд, девушка приложила его к своей фигуре и повернулась к подругам. — Эй, если вы обе закончили свой прилив нежности, то может уже уделить внимание мне. — шутливо сказала леди, улыбаясь. — Если платье тебе не нравится, то я с удовольствием заберу его себе. Просто представьте, какой я буду горячей в нём. — Прости, Джули, но я и для тебя подготовила наряд, который ждёт в твоей комнате, а это платье было сделано специально для нашей непокорной рыжей головушки. Когда Бланкер примерила на себя платье, все были в восторге от того, как идеально сел наряд. Платье было сделано из тонкой ткани, дабы тело могло дышать. Цвет ткани был нежно-зелёным, который переливался в несколько других цветов, в зависимости от того, как падал свет. Линия декольте была немного открыта, разрешая окружающим наслаждаться видом ключиц и несколькими родинками, которые находились у верха правой груди. Ткань для рукавов была полупрозрачной, фасоном похожей на нераскрывшиеся бутоны. На платье было несколько вырезов по бокам в районе талии, и подобно ткани для рукавов, они были покрыты этой же тканью. Юбка же была простой, сделанная в стиле солнечных складок. — Распустишь волосы, которые мы тебе красиво уложим на плечи и будет идеально завершённый образ. — ухмыльнувшись, Курнаж заправила волосы за уши подруги. — А ещё сюда идеально подойдёт твоя жемчужная корона, которую тебе подарил король. — Выглядишь превосходно! — от восторга Джулия хлопнула в ладоши. — Все будут кусать локти, когда увидят молоденькую королеву в таком платье. — Ну хватит, вы обе уже меня засмущали. — девушка закатила глаза, хотя была согласна с подругами. Всё-таки она была красивой и в их словах было много правды. — По моему приказу тебе уже пошили двадцать новых платьев. Так что это только начало твоего преображения. — А мне уже интересно, что ты приготовила для меня, Жаннетт. — Поверь, разочарованной ты не останешься. — она посмотрела на Джулию, улыбнувшись. — А ты давай снимай, хватит наслаждаться собой, у тебя для этого есть завтрашний день! В покоях вновь воцарилась атмосфера настоящей женской дружбы. Все три женщины были настоящими подругами и были готовы на всё ради друг друга. Обсуждая моду, они не заметили, как прошёл час, пока в покои кто-то не постучал. — Ты ждёшь кого-то? — Вроде бы нет. — ответила Диана, дав разрешение войти в комнату. Нарушителем оказалась леди Виола, войдя в покои она сразу же сделала реверанс и улыбнулась. — Здравствуйте, Ваше величество. — Здравствуйте, леди Николсон, Вы чего-то хотите? — вежливо спросила Бланкер, поглядывая на Джулию, которой общество вошедшей леди не нравилось. — Если Вам будет угодно, мне бы хотелось провести немного времени с Вами. Со времён свадьбы с Вашим дядей мы ни разу не общались, а мне бы очень сильно хотелось с Вами познакомиться и подружиться. — слова Виолы были искренними, она всегда говорила от сердца. В отличии от семьи, врать девушка совсем не умела и была горда этим. Она никогда не любила ложь, а лжецов и вовсе презирала. — Что ж, мне нужно идти. — сказала Джулия и встала с места. Она знала, что подруга откажет Виоле ради неё, и Джулии не хотелось этого. Диана теперь королева и должна общаться и с другими леди, Крамер понимала это и мешать не хотела. — Мне нужно доделать кое-какие дела в своих покоях. — А мне нужно проверить, как замок занимается подготовкой. — последовав за Крамер, встала с места и Жаннетт, которая также не хотела находиться в обществе с леди Николсон. — Увидимся попозже, Ваше величество. — напоследок сказала Джулия, поклонившись и вышла. За ней последовала и Жаннетт. — Это из-за меня? — с грустью в голосе спросила Виола. — Вовсе нет, мы так долго сидели вместе, что и забыли, что у всех нас есть дела. — Диане хотелось быть вежливой и в отличии от Виолы, жизнь научила её врать. — Мы можем прогуляться, дабы не сидеть в четырёх стенах. После этих слов на лице леди Николсон появилась улыбка, а когда она вместе с королевой гуляла по саду, её настроение начала стремительно подниматься вверх. В её жизни было мало друзей, а точнее их и не было вовсе. Все подруги Виолы вышли замуж и покинули Англию, а единственным человек, которому она могла доверять был Алекс, пока не появился Энтони. Она так сильно хотела подружиться с Дианой, не ради отца, а ради себя. Наблюдая за дружбой королевы с леди Курнаж и леди Крамер, Виола очень завидовала и мечтала, что когда-нибудь тоже найдёт себе настоящих подруг. — Ваша история любви с королём Джорджем, будто сошла со страниц романтичных книг. Он был готов потерять трон, лишь бы только быть с Вами. Это так романтично! — Да, как-то раз Джордж сказал мне, что любит меня больше, чем хочет быть принцем. — рыжеволосая улыбнулась, вспомнив тот прекрасный день, когда казалось, что её возлюбленный навсегда связал свою судьбу с другой. — На самом деле он тот ещё романтик. Зависть вновь проснулась в Виоле. Лорд Энтони любил её, она чувствовала эту любовь, но он никогда не совершал романтичных поступков ради неё. — И ещё, мы ведь всё-таки родственники, так что я предлагаю отойти от официального тона общения. — Благодарю. На самом деле, когда Диана услышала историю жизни леди Николсон, она поразилась, что и сама немного похожа на неё. Девушка больше не считала её плохой, вот только дружба с Виолой могла причинить боль Джулии и этого Бланкер не хотела. К тому же, это всего лишь одна встреча, неизвестно, какой себя покажет себя Виола в будущем, поэтому не стоит доверять ей полностью. *** — Аштон, ты в последнее время стал таким унылым и грустным. Это всё из-за Николы? — сойдя с коня, спросил Джордж. Он уже давно заметил, что брак его друга и сестры изменился в худшую сторону, супруги ссорились и весь замок только и говорил об этом. В добавок ко всему, Аштон, как преданный друг оставался в замке, а Никола вместе с сыном вернулась домой и лишь заезжала в замок в гости к матушке. — Можно сказать, что да. — поправив колчан со стрелами, ответил Далтон, который не хотел говорить другу всей правды. — Мы очень сильно поссорились из-за всей сложившейся ситуации. — Надеюсь, сестрица одумается, и у вас всё будет хорошо. Ваш брак был таким счастливым, мне больше всего не хотелось бы, чтобы он испортился по моей вине. Кажется, Никки так и не приняла мой выбор. — Она очень изменилась. Не думаю, что Никола станет прежней, как и наш брак. — спокойно сказал лорд и выхватил стрелу, заметив оленя неподалёку он прицелился. Стрела попала в цель и животное в ту же секунду упало на землю. — Не хочу сейчас говорить об этом, охота мне интересна куда больше. Джордж сделал пару хлопков, когда друг пристрелил добычу. Ему самому хотелось отвлечься от всей ноши короля и побыть хоть немного вне стен замка, казалось для Кеннета тем ещё удовольствием. — Лучше расскажи, как тебе твои королевские обязанности? Хотя судя по всему, что вы с Дианой почти не покидаете свои покои, тебе всё очень нравится. — оперевшись на лук, Аштон улыбнулся. — Знаешь, может мне стоить напомнить, что ты подобно мне тоже не покидал покои после свадьбы? — весело ответил юноша, игнорируя настоящий вопрос. Джордж боялся своей новой роли, быть принцем ему нравилось куда больше, чем быть королём. По всем традициям, его должны были отправить в Уэльс ещё очень давно, чтобы Кеннет сумел научиться править, но он пробыл там меньше месяца. Такой опыт был слишком малым и ничему не научил Джорджа. Он всегда знал, что когда-нибудь станет королём, но став им, Кеннет не понимал, что ему нужно делать и как следует вести себя правильно. Политика почти никогда не интересовала его и это было ошибкой. Единственным спасением для молодого короля стал тесть, который с удовольствием помогал ему и учил. Ещё он мог прибавить мать, которая долгое время занималась страной вместе с отцом. Больше всего Джордж боялся запомниться для всех своей жестокостью. Первым его указом стала казнь лордов королевского совета, который посмел лжесвидетельствовать и обвинить любовь всей жизни Кеннета в том, чего Диана не совершала. Этого Джордж простить не смог, так что решение было принято сразу же. *** — Ты ведь сестра Джулии, верно? — лорд Алекс остановился, когда заметил девочку, сидящую на подоконнике и читающую книгу. Он направился в свои покои, после долгой тренировке в оружейной ему хотелось смыть с себя весь пот и отдохнуть перед завтрашним днём. — Верно. Я леди Виктория Крамер, сестра Джулии и Бенсона. — девочка оторвала глаза от книги. Она и прежде видела молодого лорда, но никогда не говорила с ним и понятия не имела кто он такой. — А Вы кто? — Алекс. Алекс Николсон. — Ах, так значит, Вы тот самый юноша, о котором часто разговаривает моя сестра с Жаннетт. — И что Джулия говорит обо мне? — он ухмыльнулся, мужское эго радовалось тому, что Джулия всё-таки думает о нём. — Если честно я не люблю подслушивать чужие разговоры, но пару раз я слышала, как Джули называла Вас болваном. — хихикая ответила Виктория, не предавая этому никакого значения. — Так значит я болван. — Алекс усмехнулся, присев рядом с маленькой леди. — А ты бы назвала меня болваном? — Я Вас не знаю, милорд, но сейчас от Вас дурно пахнет. — Крамер скорчила рожицу. — Извините, если я обидела Вас. — Ты просто сказала правду. — Алекс смеялся, девочка казалась ему довольно забавной. — Но моя сестра говорила ещё, что Вы озорной, и что она считает Вас красивым и кажется привлекательным. — решив приободрить лорда, с улыбкой заявила она, совершенно не стесняясь, что выдаёт мысли сестры. На лице Алекса появилась улыбка, он даже не заметил этого. Уста ребёнка говорили правду, и эта правда была ему так приятна. — Твоя сестра уникальная, я никогда раньше не встречал таких женщин. — А Вы её друг или Вы хотите жениться на ней? — Я друг. — Лорд Энтони тоже был её другом, а потом они полюбили друг друга. Я помню, как страдала Джулия, когда он женился на другой. Вы ведь не заставите мою сестру страдать вновь? — Нет, я не такой, как лорд Лэйквунд. — при одном упоминании о том, что когда-то Джулия состояла в отношениях с другим всё тело Алекса начало кипеть и это стало для лорда неожиданностью. Но больше его забавляла эта маленькая девочка, которая действительно любила свою сестру и желала ей только лучшего. Виктория напомнила ему Виолу, они казались ему похожими. — Хорошо. — леди начала качать ногами. — А Вы знакомы с лордом Дугласом Бланкером? — Да, пару раз виделись. — Алекс не понял, к чему был этот вопрос. — А с королевой Дианой? Я знала её, когда она ещё была простой леди. Я тоже родилась леди, а потом у нас забрали титул, а вот недавно его вернули и я опять леди. Когда я вырасту я выйду замуж за лорда, который будет похож на лорда Дугласа. — Ты забавная, Виктория. — Зовите меня просто Викки. — с улыбкой ответила Крамер. — Вы тоже забавный. *** По ночному небу блуждали тёмные облака, скрывая звёзды и луну своими тучами. Заблестела молния, а следом за ней верным спутником загремел гром. Тучи начали плакать, выпуская большие капли дождя, которые падали на землю. Погода менялась на глазах. От тёплого августа будто ничего не осталось. Обычный летний дождь больше напоминал осенний, но только вместе с холодом. По приказу в покоях королевы слуги сразу же разожгли камин. Тёплый ковёр послужил для супругов постелью, на котором отдыхали обнажённые молодые монархи. Лёжа на Джордже, девушка провела пальцем по его ключицам, пока он прижимал её к себе. Сейчас все мысли Дианы занимал лишь завтрашний день, она беспокоилась, что не сможет произвести должного впечатления на лордов и не завоюет их любви, как это было с простым народом. Всё-таки частично по её вине распался прежний состав совета и этот факт может изменить отношение многих аристократов к ней, тем более когда есть Кристина, которая может с лёгкостью переманить людей на свою сторону. В этом Бланкер была уверена наверняка, бывшая королева не станет так легко сдаваться. — Ты такая задумчивая. — сказал Кеннет, щёлкнув жену по носу. — Беспокоишься о завтрашнем дне? — Не беспокоюсь, я боюсь. — рыжеволосую встретилась взглядом с глазами Джорджа. — Что если я не понравлюсь лордам? Уверена, многие всё ещё считают меня недостойной такого великого титула. — Эй, тебе не нужно бояться, ты как никто другой заслужила быть королевой подле меня. — Джордж коснулся щеки Дианы, понимая, что она действительно переживает. — Ты хотя бы росла в поместье и с детства видела, как нужно управлять, в тебе есть лидерские качества и навыки управления. Обо мне такого сказать нельзя, это я должен бояться, что из меня получится бесполезный король. — Ты не бесполезный, поверь мне. У тебя просто не было должного опыта, но вместе мы должны суметь построить прекрасное королевство. — Жемчужное. — Что? — не понимая, улыбаясь спросила девушка. — Жемчужное королевство. Мы построим своё жемчужное королевство вместе. — настроение Кеннета вновь стало озорным, быстро уложив Диану под себя на ковре, он улыбался. — Тебе не стоит бояться, что тебя не примут, Диана, завоевала не только сердце короля, но и сердце простого народа благодаря своей доброте, честности и упрямому характеру. Лорды обязательно полюбят тебя, когда поймут какая ты прекрасная на самом деле. Слова Джорджа звучали слишком сладко и нашли нужную точку, дабы успокоить буйную голову. Диана улыбнулась, коснувшись лица Кеннета одной рукой, а другой обвила его шею. — Если это правда случится, то это только потому что я равняюсь на своего чудесного супруга. — ногти девушки сжались на шее Джорджа, немного больно впиваясь в кожу. Она ухмылялась, глядя на него. — Ох, неужели опять? — увидев удивлённое лицо Бланкер, он продолжил. — Что? Я могу понять, когда ты желаешь меня по одному твоему взгляду и ухмылке. — Иногда Вы бываете таким прорицательным, Ваше величество. — приблизившись к его лицу, Диана провела языком по щеке мужа, продолжая впиваться ногтями в его шею Довольный Джордж прикусил нижнюю губу, а затем поймал губы Дианы, начав свой поцелуй. Он быстро поймал руки девушки, уложив их над её головой, держа в крепкой хватке. Кеннет продолжал свой поцелуй, свободной рукой лаская тело девушки и спускаясь ниже. В свете огня ночного камина, два тела двигались в унисон. Они прижимались друг к другу, становясь ближе с каждым новым движением. Дыхания супругов были сбиты, а стоны периодически срывались с губ. В очередной раз став единым целым, Диана и Джордж чувствовали себя настоящими, они были созданы для того, чтобы быть вместе и только вместе были способны что-то создать. *** Множество лордов прибыло в замок, дабы урвать свой кусочек власти, надеясь, что именно их семье повезёт оказаться в новом королевском совете. Многие мужчины боялись нового молодого короля после случая с казнью, он вынес приговор быстро, не пожалев никого. Тем самым Джордж Кеннет показал свою власть и на что он способен. Буйный молодой король вызывал у многих восхищение, но далеко не этим ужасным поступком. Вся страна всё ещё трепетала от истории любви Кеннета. Побуди принцем, наследником престола, он влюбился в леди, ради которой пошёл против всей иерархической системы. Он выбрал любовь, а не власть и Господь наградил Джорджа за это. Немалого восхищения вызывала и молодая королева Диана. Никто и представить не мог, что обычная леди сможет стать королевой. Нет, все ещё помнили путь Кристины, но Диане Бланкер удалось превзойти её. Девушка сумела завоевать сердца народа, когда она носила ещё титул леди, а став королевой, народ полюбил её ещё больше. Однако некоторые лорды считали её корыстной женщиной, воспитанной таким же отцом, готовым ради власти на всё. Слухи о том, что королева Диана ведьма казались некоторым истиной, ведь её удалось спасти в самый последний момент. Таких совпадений в реальной жизни не бывает. Смерть короля Вэйланда, подоспевший вовремя принц Джордж, и в конце концов корона. Это ли не признаки настоящего колдовства? Некоторые были убеждены, что никакого колдовства нет и король был убит Бланкерами или родным сыном, но настоящей правды никто из аристократов не знал. *** — Выглядишь чудесно, моя милая. — улыбнувшись, Кристина подошла к дочери. — Благодарю, но с тобой мне всё равно не сравнится. — Никола улыбнулась в ответ, подойдя к перилам. Стоя на балконе в главном зале, принцесса наблюдала за лордами внизу. — С лордами из каких семей мне стоит говорить? — Однозначно с родственниками лорда Давида. Он говорил, что его кузен Габриэль Коулман должен был прибыть в замок. Также в своё время меня поддерживали семьи Тейт, Маккензи, Бэрримор и Беррингтон. С ними обязательно стоит наладить контакт. — Брандберри встала рядом, наслаждаясь тем, что куртизанка Жаннетт смогла подобрать нужную атмосферу для мероприятия и достойно подготовить зал. — А каких семей нам стоит опасаться, мама? — Те которые с большой вероятностью поддерживают Эдмунда. Дэйны, Греи, Годфри, Паркеры, Фенгурсоны, Чейзы и Гудвуды. Не стоит забывать также и о Блэквудах, их семья множество раз пыталась забрать трон нашей семьи, аргументируя это тем, что в их жилах тоже течёт королевская кровь. — королева-мать сжала перила. — Эдмунд не дурак и явно не допустит появление такого соперника в совете. — Но ведь если в совете будут наши люди, разве мы сможем доверять им всё? — В стенах этого замка не стоит доверять никому, нужно выживать. *** Просьба жены казалась Эдмунду такой глупой и наивной, он лишь закатывал глаза на её слова. Не было сомнений, что именно Жаннетт уговорила Мэри попросить за своего мужа, зная, что лорд Бланкер крайне редко способен отказать жене. — Любимый, Бенсон ведь почти юнец. Не стоит портить его душу ради власти, которая не нужна простодушному лорду Крамеру. — Мэри, он лорд и мужчина. Пускай Бенсон ещё молод, но он не должен сидеть под юбкой Жаннетт. Я помогаю семье Крамер, если бы не я, то сейчас они бы так и продолжали жить подобно оборванцам, прислуживая аристократам. — Может быть мне стоит напомнить тебе, как именно ты помог Крамерам? А? — скрестив руки на груди, леди нервно дышала, чувствуя биение своего сердца. — А что если бы Джулия тогда не согласилась? Тогда бы ты им не помог? Они уже зависят от нас будучи нашими вассалами. — Бенсон присоединится к королевскому совету, я уже решил это. Наивность и доброта не красят лорда, юноше нужно повзрослеть. — не в силах больше спорить, Эдмунд подошёл к жене, нежно коснувшись лица Мэри. — Прошу, не спорь со мной в делах, которые не понимаешь сама. Политика принадлежит мужчинам, а не женщинам. — Разумеется. — всего лишь на пару секунд, когда рука мужа коснулась её лица, Мэри поверила, что слова мужа полны истины, но последняя его фраза разозлила её. Она скинула его руку, фыркнув. — Ведь женщины не способны разбираться в политике, так как мужчины. Именно поэтому множество лет Кристина управляла государством почти самостоятельно, а зимой благодаря своему уму спасла замок и людей от испанский захватчиков. — женщина направилась к выходу из кабинета. — Возможно мужчинам нужно перестать обесценивать ум женщин! Громко хлопнув дверью, леди Мэри покинула комнату. Она ненавидела Кристину, не скрывая этого, но порой леди восхищалась бывшей королевой. Кристина была сильной женщиной, а сильных женщин не любят мужчины, а другие женщины просто завидуют. Вот только Мэри не завидовала. Ночь, когда разбитая Кристина пришла к ней в надежде вернуть дружбу, она навсегда запомнила. За всем этим стойким фасадом скрывалась ранимая и одинокая девочка. Больше всего леди Бланкер боялась, что подобная участь уготована её дочери. Алое вино элегантно заполняла золотой кубок, наполняясь до самых краёв. Недовольный Эдмунд отпил немного, дабы успокоиться. Мэри совсем не поняла смысла его слов и обиделась, хотя лорд хотел выразиться совсем иначе. Не хватало ещё поссориться с собственной женой, когда все вокруг только и ждут его падения. Всё-таки лорд Бланкер был на нервах и старался не сорваться, держась из последних сил. Стук в дверь заставил Эдмунда забыть о насущных проблемах. Визит лорда Джона был ожидаемым, нужно было обговорить важные детали, каких именно лордов стоит выбирать для совета. — Ты чего такой грустный? — вдруг спросил Далтон, отказавшись от вина. — Я вовсе не грустный, возможно немного задумчивый. — Столько людей прибыло в замок, я уже и позабыл, что в Англии так много аристократических семей. — Сейчас главное для нас — выбрать из них самых преданных. — И разумеется выгодных для нас. — Знаешь, я всё не могу понять, почему мы подружились только после свадьбы наших детей? Мы ведь так сильно с тобой похожи, дорогой друг. — Бланкер улыбнулся. Мысли о ссоре с женой ушли на второй план, с этим он быстро разберётся Мэри не умеет долго злиться, а вот государственные дела сами себя не решат. Лорд Далтон был зеркальной копией Эдмунда, их амбиции были слишком идентичными. Вместе они смогут наворотить множество великих дел для страны, лорд Бланкер был уверен в этом, как никто другой. *** Стены замка были такими же, как и прежде, вот только старой атмосферы Женевьева больше не чувствовала. Всё казалось таким новым и частично чужим. В своё время принцесса очень долго привыкала к замку, но ей всё же удалось найти место в своём сердце для этого места, но даже тогда она не чувствовала себя дома. Графство Брандберри были иным, с первых дней нахождения там, Женевьева чувствовала себя в безопасности, даже во время эпидемии «английского пота». Жизнь рядом с графом Дилбертом слишком сильно нравилась ей, только с ним всё казалось таким идеально правильным. Улыбнувшись, француженка постучала по деревянной двери, ожидая позволения войти. — Женни! — радостная леди Далтон бросилась в объятия подруги, чуть не сбив Женевьеву с ног. Они не виделись со времён свадьбы Дианы и Джорджа, времени с этого прошло мало, но Милена успела слишком сильно соскучиться. — Я так рада тебя видеть, Милли. Беременность сделала тебя ещё более прекрасной, ты прямо расцевала. — Де Кюри улыбнулась. — Как и ты. Жизнь подле дядюшки Дилберта сделала тебя такой счастливой. Я больше всех жду вашей свадьбы. — Дилберт сумел воссоединить осколки моего разбитого сердца и подарить мне настоящую любовь. — последовав за Далтон, принцесса присела. — Мы уже начали собираться во Францию, скоро я покину эту страну и вернусь на родину, где стану королевой. — Ты заслуживаешь этого. Когда мой ребёнок подрастёт я с удовольствием буду рассказывать ему, что была подругой королевы Женевьевы. — Лучшей подругой. — улыбнувшись, добавила Женевьева. — Поверить не могу, что год назад всё было таким другим, мы были другими. Ты ненавидела Дугласа, а я, как глупая дурочка, страдала от невзаимной любви, боясь посмотреть правде в глаза. — Однако сейчас всё иначе. Я смогла полюбить Дугласа, когда узнала его поближе, а ты, Женни, стала любима. — Беременность как-то изменила ваши отношения с мужем? — Женевьеве было действительно интересно. В будущем она видела себя беременной, носящей ребёнка Дилберта и представляла каким жених будет с ней. — Мы стали ещё ближе. — Далтон коснулась руки принцессы и улыбнулась. — Дай Господь и вам с графом очень скоро познать родительские чувства. Уверена, вы оба будете прекрасными родителями. *** Ироничный наряд для себя выбрала леди Джулия, она и сама поняла это, точнее платье подарила ей невестка, прекрасно зная о намерениях Крамер найти себе мужа. Белая ткань сделанная из шёлка, нежно касалась смуглой кожи, приятно блистая на свете. Руки и часть спины до лопаток были открыты, пока верх закрывал от взора прекрасный бюст. Пояс на талии был украшен дорогими камнями, напоминающими сапфиры. Похожие камни были вплетены в маленькие косички девушки, дополнял образ обруч ,сделанный из серебра. Когда леди вошла в зал, наполненный народом, она немного удивилась такому большому количеству людей. Крамер ожидала увидеть только лордов, но многие приехали со своими семьями. Джулия растерялась, не найдя никого из своих, леди подошла к столу с закусками. Есть ей не хотелось, но Джулия должна была оценить обстановку и лордов. Наблюдая, леди заметила группу молодых юношей, видимо это были сыновья высокопоставленных аристократов. Она бы подошла к ним, но увы, Джулия прекрасно понимала своё положение. С юнцом у неё ничего не сложится, для многих семья важнее, а Джулии не нужен мальчик, который будет зависеть от чужого мнения. Леди посмотрела в сторону, когда к столу подошёл мужчина. Джулия заметила, что на нём были дорогие наряды, а на пальцах она увидела много дорогих перстней. Подняв взгляд, девушку встретила пара тёмно-голубых глаз. Мужчина явно был лордом и он был очень красивым, по меркам Джулии. Высокий, широкоплечным, со светлыми волосами, с острыми чертами лица. Особенно девушке понравились его скулы и прямой нос. На вид незнакомцу было не больше тридцати. — Здравствуйте. — с улыбкой произнесла леди Крамер, нарушив молчаливые переглядки. — Здравствуйте. — Джулия Крамер. — продолжая улыбаться, девушка протянула руку, которая была тот час пожата в ответ. — Мартин Грей. — Должно быть Вас привело в замок желание попасть в совет, милорд? — Вы очень догадливы. — саракостично ответил мужчина, полакомясь красной смородиной. — Иногда бываю. — пытаясь разрядить обстановку, Джулия попыталась перевести свой глупый вопрос в шутку. — Не стоит нервничать, леди Крамер. Иногда я бываю невыносим, это отличает меня от вечно весёлого братца. — Грей мягко улыбнулся девушке, протянув ей яблоко. — У меня у самой есть брат и сестра, я понимаю, когда кто-то веселиться, а кто-то нет. — Да, я слышал о Вашей семье. В этот момент Джулия поняла, что вряд ли она сможет произвести должное впечатление на Мартина. Ей показалось, что мужчина умён, а такой точно не станет связывать себя с такой женщиной, как Джулия. — Рад, что семья Крамер смогла вернуть себе своё по праву рождения. Когда в этом мире столько несправедливости, такие ситуации вызывают у меня искренние добрые чувства. — лорд посмотрел в сторону народа, люди были слишком заняты разговорами и даже не смотрели в их сторону. — Жаль только, что Ваша пара с лордом Лэйкаундом распалась. Мне хотелось верить, что хоть кто-нибудь сможет сделать такой союз счастливым. — Вы говорите так, будто испытывали подобные чувства, милорд. — Просто знайте, я не осуждаю Вас. Мартин улыбнулся и Джулия была уверена, что мужчина говорит правду. Он не был похож на других лордов, слишком спокойный и рассудительный. — Жаль, что остальная знать не поддерживают Вашу точку зрения. — Я уже привык к этому и давно смирился. — Мой любимый кузен! Голос Алекса раздался так близко. Юноша стоял рядом, разведя руки. Джулия была растерялась, когда поняла всю суть происходящего. Мартин кузен Алекса и Виолы. Судьба вновь решила поиграть с ней и подкинула очередного родственника леди Николсон. — Ты приехал вместе с Джейкобом? — задав вопрос, Алекс встал между мужчиной и девушкой, уперевшись об стол. — Разумеется, я бы не смог оставить его одного в поместье. Иначе все запасы вина пропали бы без следа, как это было, когда ты приехал погостить к нам. — Прости, ничего не могу поделать. — Николсон покосился в сторону девушки, которая всё ещё стояла рядом. — Иногда мне так трудно сопротивляться своим желаниям. — Не знала, что вы кузены. — налив в кубок воды, Джулия была возмущена не только фактом родственной связи, но и лордом Алексом, который не хотел уходить. — Моя мама была сестрой лорда Болдуина. Уверяю, мозгом я пошёл в родословную отца и совсем не похож на этого олуха. — лорд Грей ухмыльнулся, нарочно пытаясь разрядить обстановку. — Эй, зато я чертовски красив и привлекательный. Верно, Джули? — Видала и покрасивее. — довольно грубо ответила леди, поставив кубок на стол. — Приятно было познакомиться, лорд Грей. — Это взаимно, миледи. — Ещё увидимся, Джули! — радостно воскликнул Алекс, когда девушка отошла. — Ты ведь понимаешь, сколько всего скажет тебе дядя, если узнает, что ты свяжешься с леди Крамер? — Мартин ухмыльнулся, скрестив руки на груди. — Я просто проявляю дружелюбие и ничего большего. — Алекс посмотрел на родственника, в голубых глазах Николсона, будто играл озорной чёртик.