Военная сладость

Чонгук потирает виски пальцами, забирая поднос у друга, толкая, чтобы начать набирать еду. — Тебя командир вызывал? — спрашивает Намджун. — Пришлось повторять рапорт вчерашнего дня. — Херово. Чонгук отвлекается, когда на его поднос опускается тарелка с куском медового торта. Чонгук сначала поворачивает голову к ошарашенной очереди, проверяя внимательным взглядом их подносы. Его там встречают тарелки с гречкой и мясной подливой. Все при этом смотрят на Чонгука, прожигая взглядом вкусный десерт впереди него. Даже Намджун рядом прокашливается, намекая на то, что хотел бы тоже. Чон поднимает взгляд на повара, который так расщедрился. — Кушай, — улыбается парень, подмигивая. Чонгук сглатывает, медленно кивая. Вроде, делать так не запрещено. Чонгук подписал договор о службе по контракту годом ранее. Сейчас он находится на западной базе морского флота. Совсем недавно его с одного конца базы перенесли в другой, под иное руководство. И вот прямо здесь один из поваров не упускает возможности одаривать его сладостями. Почему? Хотел бы Чонгук сам знать. — Спасибо, — Чон в очередной раз получает тарелку с чизкейком. Намджун выжидающе смотрит на повара, дёргает поднос, мол, а мне. Парень цокает языком, качая головой. Он поднимает поварёшку с горошинами, выдавая: — Двойную порцию. — Несправедливо, — вздыхает Ким. Чонгук рядом смеётся. Чон не порывался узнать, кто он, откуда, что делает здесь. Повар всегда там подаёт подливу или напитки. Он готовит иногда, и в те дни десерты, вроде, не должны доставаться, но он отвлекается от готовки и протягивает заранее подготовленную тарелку. Чонгук не понял даже, как стал ждать этого, как стал стоять, задерживая очередь, оглашая свои предпочтения, а затем и выклянчивать, если парень забывал. — Обожаю, когда крема много, — Чонгук улыбается. — Давай много-много крема, — Чон наклоняется к мешающим обозрению полочкам, смотря в глаза повара. — Пожалуйста. — Избаловал, — смеётся Намджун. — Эй, — Чонгук смущённо смотрит на друга. — Всё нормально, — повар кивает. — Много крема. Запомню. Чонгук удовлетворённо кивает. После рапорта Чон еле волочит ноги в казарму. Он останавливается у стены, чтобы передохнуть немножко. Чонгук опускается на корточки. В тишине вечера кто-то недалеко поёт мычанием. Чонгук поднимает взгляд. Открытая дверь чёрного входа столовой, откуда ещё и падает прямоугольный золотой свет, привлекает внимание. Парень поднимается, робко заглядывая внутрь. Он вздрагивает, когда видит, что там тот самый повар перемешивает в миске тесто, слизывая с пальцев крем. — Много крема, — говорит он, улыбаясь. Он сам готовит. Чонгук очень громко охает, тут же закрывая рот ладонью, когда повар вздрагивает, поворачивая голову к открытой двери. Они смотрят друг другу в глаза. Чонгук делает шаг назад. Он сглатывает. — Пр-привет, — неуверенно машет. Парень ему улыбается. — Добрый вечер. Чонгук заглядывает через плечо повара. Он смотрит на то, как парень выливает тесто в формочку. В предвкушении Чон стучит ладонью по чужой спине, считая секунды. Повар отправляет тесто в духовку. — Теперь ждать, — говорит он. — Я подожду тут? — Конечно. Парень идёт к выходу. Он садится на ступеньку. Чонгук устраивается рядом, неловко потирая колени. — Ким Тэхён, — внезапно выдаёт. — Что? — Ты так и не спросил, как меня зовут. — А, — Чонгук неловко чешет затылок, — извини. Тэхён. Запомню. Тэхён смеётся из-за его красного лица. Чонгук не знает, в чём причина того, что симпатичный повар готовит ему индивидуальные тортики. Не знает и то, почему в скором времени это приобретает более романтичный подтекст. Когда Чонгук целует руки, когда Тэхён начинает на «спасибо» отвечать: — Всё для тебя, детка. Чонгук не знает. Но причина там, в том самом первом дне, когда он приехал на базу, отнекивался от матери с её тортиками «для новых друзей», сто раз повторяя, что военным явно не сдалось сладкое. В той самой открытой двери чёрного входа столовой. В том самом унынии Тэхёна, который от усталости подрёмывал немного и чувствовал себя не в своей тарелке из-за того, что в итоге просто готовит для солдат, а не находится в их числе. В том самом: — Эй, ты в порядке? — когда Чонгук наклонился к парню. Тэхён поднял взгляд. — Слушай, эм… хочешь тортики? Иногда такие мелочи — это начало больших историй. — Чон, тебя вызывают в офицерскую, — говорит Намджун. Он хмурится. Чонгук мрачнеет. И почему он понадобился верхам? Что ж. Большая история начинается, когда Чонгуку офицер Ким, хмурясь, заявляет: — Поговорим о моём сыне.