drabbles ot7

Хоби в радостном волнении спускается со сцены. Принимая полотенце от стаффа, он попутно вытирает пот с шеи, торопясь попасть в гримёрку. Ребята что-то кричат вслед, кажется, надо сделать фото. — Я быстро! — не оборачиваясь, кричит им Хоби. И чуть тише добавляет, — я только её увижу. Парень на секунду останавливается, собирая себя. Берётся за ручку двери, но не открывает. Он хотел увидеть Йерим так долго, что сейчас, когда между ними всего лишь несколько метров, ему не верилось, что он вот-вот обнимет её. Распахивая дверь, он надеется увидеть там, что угодно, но не это. На журнальном столике жгут, использованный шприц, ампулы. Хосок напуган и зол, он вбегает в комнату и садится на пол, беря расслабленное женское тело в дрожащие руки. Слегка трясёт её, похлопывая бледные щёки. — Приди в себя, — яростно шепчет он, пытаясь справиться со слезами, — Йерим! Девушка стонет, на лице расплывается блаженная улыбка, и она приоткрывает глаза. — Хосок, — она пытается поднять ладонь, чтобы коснуться лица парня, но сил не хватает, рука безвольной падает. — Хён, мы же ждё… — оборвав себя на полуслове, шокированный Чонгук стоит в проходе. Хоби смахивает всё со стола и смотрит на бледное лицо девушки. Верить, что она опять с ним так поступила, не хотелось. Стыд ползёт откуда-то изнутри, заполняя всё вокруг, он немного мнётся прежде, чем поднять глаза на Чонгука. — Вызови скорую, — абсолютно разбито просит он. *** — Ты не имеешь права на меня злиться, — Хосок стоит около кровати, Йерим лежит, отвернувшись к стене. В больнице пахло… Больницей. Ужасный запах, нагоняющий тоску и одиночество. Холодные голубые стены, светлая мебель. Это место не было дружелюбным. Ему не хотелось оставлять её здесь, но она просто не оставила ему выбора. — Мне невыносимо сложно оставлять тебя здесь… — Так не оставляй, — перебивает его девушка и резко вскакивает на кровати, — ты сдал меня как больную зверюшку! — Я не могу забрать тебя домой, — спокойный тон даётся ему очень тяжело. — Ты опять найдёшь себе дозу. А если я не успею в следующий раз? Здесь о тебе позаботятся. Хосок видит, как тело Йерим расходится в мелкой дрожжи. Её плечи дрожат, даже когда она не двигается. — Ты не любишь меня! — она кричит так громко, что прибегают медсёстры, сразу пытаясь успокоить её; Хосок пятится назад, — ты никогда не любил меня! Я тебя ненавижу! Последнее, что искажённым слезами взглядом видит Хоби — это её яростное лицо, посылающее проклятие человеку, которого она любила больше жизни. Когда-то любила. *** — Это абсолютно ненормально, — говорит Юнги, не веря, что всё происходящее с его другом — не сюжет американского подросткового сериала, а его жизнь. — Не могу поверить, что ты всё это время молчал, — Чимин трёт глаза от усталости. Ребята после концерта должны были разъехаться по домам, но теперь они не могли оставить Хосока. Никто из них не знал, что у его девушки серьёзные проблемы с наркотиками. — Почему ты не сказал? — рассматривая мысы кроссовок, Джин не поднимает взгляда на друга. — Мы бы помогли тебе. — Мне было стыдно, — Хосок смотрит в одну точку. Его мир был разрушен до основания. Снова. — Вы бы стали отговаривать меня от этих отношений. Но я не могу её бросить. Ни тогда, ни сейчас. — Посмотри, что она с тобой сделала! —Тэхён так злится. — А если бы она и тебя подсадила?! Хён, приди в себя! Йерим наркоманка! Самая настоящая! Хосок вздрагивает от этих слов. Юнги пытается успокоить младшего, но Тэхён сбрасывает его руки со своих плеч. — Если мы ничего не сделаем, то потеряем его, — твёрдым голосом сказал Тэ, оглянул хёнов и Чонгука тяжёлым взглядом и вышел из комнаты. — Я поговорю с ним, — Чимин уходит за другом, — он просто испугался. Джун молчаливо слушает, иногда тяжело вздыхая. Остальные будто почувствовали и вышли, оставив их с Хоби наедине. — Будешь учить? — Хосок стягивает шапку с головы, проводя по взъерошенным волосам крепкой ладонью. — Нет, — Джун встаёт со своего места и садится рядом с другом, успокаивающе похлопываю его по колену, — я просто хочу сказать, что мы рядом с тобой. Стыдиться нечего. Всем нужно немного времени, но мы рядом. — Мне страшно, — наконец Хосок говорит это вслух. — Мне тоже, — честно признаётся Джун. Хоби не плакал столько в детстве, сколько плакал за сегодняшний день. Один камень, тянувший его ко дну, неожиданно раскрошился. Оставался ещё один. *** — Она отказывается есть четвёртый день, — медсестра смотрит на Хосока добрым взглядом, пытаясь смягчить слова, но это невозможно. — Мы поддерживаем её капельницами. Но никому не помочь, если он сам себе помочь не хочет. — Я Вас понял, — Хоби нервно проводит рукой по шее, — я могу её увидеть? Девушка лежит лицом к стене и что-то бурчит себе под нос. Подбирая слова, Хосок всё равно не знает, что сказать. Они обещали быть поддержкой друг другу. Без неё Хосок чувствовал, что разваливается. Он любил её несмотря ни на что. Ещё немного подумав, он подходит к кровати, садится на пол и опускает голову на матрас, прикрывая руками заплаканные глаза. — Ты решила отомстить мне таким образом? — говорит он так тихо, что его почти не слышно. — Ты решила убить меня своими руками? Йерим даже не шевелится, но её дыхание становится тише — она слушает. — Если ты не перестанешь это делать с собой, то ты умрёшь, — Чон понимает, что его лицо опять мокрое, голос надламывается как сухая ветка, — я умру следом за тобой. Хосок тихо плачет, уже не останавливая себя. Он оплакивает все те счастливые дни, которые могли бы у них быть, если бы однажды Йерим не пристрастилась к наркотикам. Это было и его вина тоже, он слишком часто оставлял её одну. Парень чувствует, как холодная рука опускается на макушку, слегка поглаживая. — Я правда не знаю, что мне делать, — сквозь слёзы шепчет он и поднимает глаза на девушку. — Мне так страшно, если бы ты знала. У меня есть всё, ты знаешь. Но ничего из этого не может тебе помочь. Я бессилен. Хосок находит её руку и переплетает их пальцы. Рука ледяная, кожа настолько тонкая, что видно каждую вену. — Пожалуйста, верни меня к жизни, — Хоби смотрит в глаза открыто и честно. — У меня к тебе та же просьба, — Йерим нажимает на кнопку вызова медсестры, — принесите мне поесть, — просит девушка, когда голова женщины в медицинском халате появляется в проходе. *** Хоби забрал Йерим домой так скоро, как только позволило его расписание. Они договорились, что вместе побудут дома до следующей рабочей поездки Хосока, а затем девушка отправится в пансионат, где к ней не будут относиться как к больной. После он вновь заберёт её. Хоби покупает девушке новый телефон, так как старый она продала, но банковскую карту не даёт. Йерим ничего на это не говорит, чувствуя, что заслужила каждое ограничение. — Заварить чай? — Хоби встаёт с дивана, убирая руку с плеч девушки. — Не ставь на паузу, мне слышно с кухни. Йерим берёт кошелёк парня с кофейного столика, суетливо отсчитывает несколько больших купюр и забирает карточку местного банка. Есть вероятность, что пропажу этой карты он заметит не сразу. Всё прячет в карман пижамы, воровато оглядываясь. — Тебе зелёный? — слышит она голос Хосока с кухни. — Да! — радостно кричит она, но причина её радости далеко не в зелёном чае. — Я буду зелёный.