Promise me it's not you

Эндрю знал, что день будет не простым. Лисы знали. Нил знал. Девятнадцатого января Эндрю проснулся от будильника Кевина и первое, что он сделал, — убедился, что Нил ещë в кровати. Так и было — в кои-то веки Нил поступил благоразумно и пропустил пробежку. Эндрю выдохнул. Послышался скрип пружин, означающий, что Кевин встаёт с кровати. Эндрю предупреждающе взглянул на него, осторожно высвобождаясь из-под одеяла. Дэй поймал его взгляд и, быстро посмотрев в сторону Ниловской кровати, понятливо кивнул, затем тихо ушëл из комнаты. Комнату окутала тишина, что было довольно странно. Нил не двигался, хотя Эндрю был более, чем уверен, что тот проснулся из-за будильника или даже раньше. В конце концов, кому, как не Эндрю, знать чуткий сон Нила, что, впрочем, работает в обе стороны. Миньярд предположил, что Нил просто не хочет вставать с кровати, но в любом случае ему нужно убедиться в этом прежде, чем строить план действий на день. Эндрю поднялся на пару ступеней, приблизившись к верхнему ярусу, чтобы увидеть кокон из одеяла, в который завернулся Нил.  — Нил, — тихо позвал Эндрю, не смея дотронуться, потому что даже на расстоянии вытянутой руки чувствовал неприступный барьер, который возвëл Нил вокруг себя за беспокойно прошедшую ночь. Эндрю знал, что Нила снова мучили кошмары, он слышал, как тот ворочался и что-то шептал, но прежде, чем голкипер успевал подняться по лестнице и успокоить Нила, тот отмахивался хриплым: «иди спать, Дрю, я буду в порядке». Очевидно, что сейчас в порядке Нил не был — даже не близко. Эндрю не жалел о том, что вечером поддержал решение Нила поспать отдельно этой ночью, но знание, как мучается Джостен и не иметь возможности привычно зарыться пятернëй в волосы, коробило его сердце.  — Эндрю, — раздался приглушëнный надломленный голос. Словно кто-то долго кричал, после чего попытка заговорить прежним тоном с треском провалилась.  — Завтрак, — уже увереннее сказал Эндрю, но лица Нила до сих пор не видел. — Ты пойдешь: да или нет? Наивности в Эндрю за все последние года ни осталось ни на грамм, поэтому сейчас он уже знал ответ, но не мог не уделить внимание вопросу, чтобы Нил знал, что не один здесь, что ему правда могут помочь.  — Нет.  — Универ? — продолжил Эндрю.  — Нет.  — Мне остаться? — Эндрю возненавидел то, как его сердце замерло вместе с озвученным вопросом. Нил мог бы видеть, как и сам Эндрю замер, потому что глубоко внутри был уверен, что совсем не хочет уходить от Нила, но в то же время он не нарушит «Нет». Нил не видел его метаний. И к лучшему. Ожидание третьего ответа оказалось самым долгим, по сравнению с предыдущими:  — Нет. Трижды отвергнутый, Эндрю покинул комнату. День будет тяжëлым и его не будет рядом с Нилом как минимум около восьми часов, чтобы помочь. Потому что Нил того не хотел. Перед тем, как уйти, Эндрю оставил на кухне записку, в которой написал, где лежит обед, чтобы Нил поел один, если бы захотел. И, убедившись, что он сделал всё, что в его силах на данный момент, Эндрю взял ключи от машины и вышел из блока.

***

Часы проходили ужасно медленно. Нил тонул во времени — в том, как оно всë наступало и наступало, а он даже убежать не мог. Слабак. Это было неизбежно, — повторял он себе после очередного кошмара. За одну ночь отец почти убил его трижды, дважды Нил снова пребывал в Эверморе, и один раз в каком-то безымянном городе, сидящий в машине с трупом своей матери. Прошло всего шесть часов или около того. Нил накрыл подушкой лицо так, что ткань закрывала и уши тоже, лишь бы не слышать смех Лолы. Когда всë стихло, а воздуха стало катастрофически мало, он откинул подушку и закашлялся. Он был уверен, что разбудил Эндрю, ещё когда стал ворочаться, так что не удивился, увидев его поднимающимся по ступеням.  — Иди спать, Дрю, я в порядке, — донельзя хриплым, уродливым голосом отозвался Нил. Он почти чувствовал проницательный взгляд Эндрю, но скрылся от него за одеялом. Эндрю необязательно впутывать в это. Нил справится. В одиночку.

***

Конечно, Нил не отвечал на сообщения и звонки. Эндрю точно помнил, как вечером ставил чужой телефон на зарядку. Значит, пропускает нарочно. Что ж, кролик по-прежнему довольно предсказуем. Телефон Эндрю завибрировал, оповещая о новом сообщении, и, наплевав на то, что вообще-то идёт пара, он тут же зашëл во вкладку сообщений со списком чатов. Сообщения пришло в общую группу Лисов и, прежде, чем Эндрю успел убрать телефон в карман, его взгляд зацепился за упоминание Нила в сообщении, так что он не мог не открыть чат, чтобы прочитать полную версию сообщения. Элисон прислала: «У меня окно между второй и третьей парой. Зайду в общежитие, проверю, как там Нил. Есть тут кто-нибудь на связи?». Спустя несколько секунд поступил ответ от Дэн: «Постарайся узнать, ел ли он сегодня и как его самочувствие». Затем, ко всеобщему удивлению, сообщение пришло от Аарона: «Вы так уверены, что Нил вообще откроет ей дверь?». Тут подключился и Ники: «Не слушайте этого вредину! Элисон, мы все держим за тебя кулачки! Даже Эндрю :)». Эндрю фыркнул. «Посчитай, сколько раз он скажет, что в порядке.» Элисон ответила: «Это что, заботливый Эндрю? Я не верю своим глазам. Ребят, принимаю ставки!». Ники спустя несколько секунд прислал: «Это… снова что-то в их духе, думаю. Обычным смертным не понять». Вдруг в сети появился Кевин с сообщением: «Какого черта вы делаете на лекциях?». Мэтт ответил первым: «Поддерживаем Элисон?», за ним последовала и Дэн: «Мы переживаем за Нила, не будь таким снобом, Кевин». Потом поступило заключительное от Элисон: «Я куплю Нилу что-то полезное на обед». Эндрю не стал набирать сообщение, что утром уже приготовил обед для Нила, еду осталось только разогреть. Вместо этого Миньярд убрал телефон и стал ожидать обеденный перерыв. Минуты тянулись невыносимо долго. Эндрю размышлял, получится ли у Элисон, и если нет, то нужно ли будет ему навестить Нила? Но Нил более чем ясно дал понять, что не хочет никого видеть, неужели Элисон думает справиться в одиночку с кроликом, прячущимся в собственной норе? Дружба Нила с Рейнольдс на первый взгляд казалась другим Лисам… странной. В один момент — выходной, если быть точнее — Элисон просто забрала Нила из блока, утащив с собой по магазинам. Они отсутствовали несколько часов и прежде, чем беспокоившаяся Дэн начала им звонить, они вернулись. Что самое удивительное — без единого пакета одежды или покупок вообще. Элисон отмахнулась, мол, им ничего не подошло, а Нил в замешательстве согласился с ней. С тех пор минуло несколько месяцев, и так они стали… друзьями? Возможно, как-нибудь потом Эндрю спросит у Нила, чтó именно разрушило стены между ним и Элисон. Но это будет потом, когда он будет уверен, что Джостен — действительно — в порядке.

***

Настойчивый стук в дверь набатом раздавался в голове — быстрый, нетерпеливый, и, как выяснилось, повторяющийся с определённой периодичностью. Нил вслушивался. Паника гудела в голове, рой сирен взвыл: «Меня нашли. Нашли. Нашли». В этот раз подушка не помогла. Нил зарылся в одеяло с хлипкой надеждой, что непрошенный гость уйдëт. А с учëтом того, что сейчас почти каждый для него являлся таковым, он не был уверен, что хотел бы знать, кто пришëл. Точно не Эндрю. И этого достаточно. Так как пытка ужасным звуком не прекращалась, Нил встал с кровати и спустился на пол. Впервые за день, но он уже хотел вернуться обратно. Он вытащил свои повязки из-под подушки, надел их и только тогда почувствовал, что более-менее готов выйти из комнаты. В тишине стук слышался пугающим, а паранойя дорисовывала свои страшные картины в голове Нила. Несмотря на то, что он даже не запыхался, ему пришлось остановиться около дивана в общей комнате, чтобы перевести дыхание. Как учил Эндрю, глубокий вдох и медленный выдох. Вдох. Стук-стук-стук. Судорожный выдох. Стук-стук. Нил безуспешно попытался сглотнуть ком в горле. Стук. Надев капюшон и натянув рукава толстовки по самые костяшки, Нил направился к двери. В любом случае, у него есть ножи, верно? Что-то внутри него неестественно здорово тянулось к лезвиям сегодня. Нил хотел бы, чтобы этот голос внутри него заткнулся. И чтобы вообще всë стихло.  — Кто? — приглушенным голосом спросил Нил.  — Нил, это Элисон, — послышался бодрый ответ. — Пустишь? Первый его ответ был — «нет». Но прежде, чем он успел его озвучить, снова раздался голос Рейнольдс:  — Мы волнуемся за тебя. Эндрю тоже, — не будь между ними двери, Элисон увидела бы недоверчивый взгляд Нила после сказанного. — Я просто хочу убедиться, что у тебя не паническая атака или что похуже. Нил, переборов себя, положил руку на ручку двери, затем повернул ключ в замке. Набрал побольше воздуха в легкие и приоткрыл дверь. Через небольшую щель он наконец увидел несколько встревоженную Элисон и первое, что он ей сказал, стало:  — Элисон, я в порядке, не нужно было приходить, — при этом стараясь сделать свой голос более убедительным, чем то было на самом деле. Хотя Элисон не составило бы труда распознать его враньё, он рискнул.  — Если я считаю нужным что-то сделать, я делаю, ты это знаешь, — ответила она. Конечно, Нил знал это. — Я принесла обед, одобренный Кевином по содержанию всего полезного. Знаю, тебе нравится такое. Так что просто возьми пакет и я уйду, хорошо? Нил перевëл взгляд на пакет в еë руках и неуверенно кивнул.  — Спасибо, — сказал он, принимая, как окажется позже, второй обед, в то время, как первый стоял нетронутым.  — Ребята вернутся часа через четыре, но ты же знаешь, что всегда можешь позвонить любому из нас, если что-то случится и тебе понадобится помощь? — спросила она, не сводя внимательного взгляда с Нила.  — Знаю.  — Хорошо, — кивнула Элисон, — тогда до вечера, лис. Нил закрыл дверь и сполз по ней на пол, прокручивая в голове разговор. Он — Лис. Нил Джостен. Нил, чëрт возьми, Джостен, самый быстрый нападающий первого дивизиона и абсолютно точно настоящий человек. И сейчас его руки дрожали. Ножи в повязках ощущались как никогда тяжёлым — в том числе морально — грузом. Сегодня даже не его День Рождения. Это день Натаниэля, который остался где-то в Балтиморе, так? Но Нил прямо здесь. И он помнит каждый «подарок» Натаниэлю, полученный в этот день. Всë, что ему дарили, было кровавым опытом, воспоминания о котором Нил предпочёл бы вырвать с корнями. Отголоски разговора с Элисон отдавались фоновым шумом при воспоминаниях всех тех, кого Нил убивал по приказу отца. Нилу снова привиделась кровь на собственных руках — грязная, свежая, тошнотворно пахнущая. «…лис» — напомнил ему голос Элисон. «Знакомься, Натаниэль, это Джаред. Он совершил нечто непростительное. Ты должен убить его за час» — прогремел из воспоминаний низкий бас Натана. «…ты же знаешь, что всегда можешь позвонить любому из нас?» — надежда в голосе слышалась словно звонкий колокольчик, звук которого едва прорывался сквозь пелену воспоминаний. «Лола поможет тебе с уборкой.» — приказным тоном Натан пригвождал Натаниэля к полу; сил вставать не нашлось. «…я в порядке» — голос Нила на фоне воспоминаний звучал слабее и тише всего. «Ты плохо справляешься, с каждым годом моё разочарование только растёт. Смотри внимательно, Натаниэль, пока я буду учить тебя. И лучше бы тебе не ошибаться, жалкое отродье.» — полный отвращения голос Мясника буквально раскалывал черепную коробку. Нил съёжился — желание исчезнуть зудело под кожей. Но он знал, что это не выход. Отныне — не выход. Но даже не смотря на знание этого, он не мог заставить себя успокоиться, руки — перестать трястись, а дыхание — выровняться. Кажется, Нилу правда нужна помощь.

***

«Один раз» — пришло Эндрю сообщение во время перерыва от Элисон, и он сразу же понял, о чём речь. Он не собирался ничего отвечать, когда пришло и второе: «но мне кажется про себя он думал об этом намного чаще». Эндрю был с ней согласен, ведь слишком хорошо знал Нила-порядок-Джостена. Вечером Эндрю намерен взяться распутывать мысли Нила, если тот разрешит помочь, признает, что сегодня ему нужна поддержка; поговорить с ним; убедить, что тот находится в безопасности от всех своих кошмаров прошлого. Это не договор о защите, это — доверие Эндрю и желание поддержать Нила в благодарность за всё: вечера на крыше, сигареты на двоих, поцелуи, после которых обычно происходило повышение процентов ненависти.

***

Ещë перед тем, как зайти в блок, Эндрю ясно дал понять соседям, чтобы не шумели. Вообще. Кевин ушëл со своим ноутбуком к Мэтту, а Ники закрылся в своей комнате, сказав, что пообщается с Эриком, пока Эндрю будет, как он выразился, «приводить своего парня в состояние обычной жизнеспособности, убеждая, что тот в безопасности». С формулировкой Эндрю собирался разобраться позже, но предупреждающе холодно посмотрел на Хэммика прежде, чем тот скрылся у себя. Эндрю прислушался к тишине в их комнате, но не стал надеяться, что Нил заснул. Он знал, как тяжело в такие дни терпеть собственные мысли и не иметь возможности спастись от них в тишине. Знал и отчаянно хотел спасти Нила из затягивающего мрака собственной головы. Миньярд постучался, услышал в ответ какую-то совсем тихую реплику и зашëл в комнату. Взгляд тут же метнулся к верхнему ярусу.  — Нил? — позвал Эндрю, закрывая за собой дверь.  — Ты можешь… подойти, — наконец ответил Нил. Интонация вышла наполовину вопросительной. Но так как Нил больше ничего не сказал, Эндрю подошëл к кроватям и забрался по лестнице, чтобы долгожданно за весь сегодняшний день увидеть лицо Нила. Но то, каким оно выглядело, стëрло чувство непозволительного облегчения напрочь. Отрешённое, потерянное и безразличное. Никакого огня в глазах, никакой усмешки, никакой морщинки меж бровей. Ничто. Эндрю так не хотел, чтобы Нил в самом деле оказался никем, но сказать не смел.  — Я много думал, — вдруг первым нарушил тишину Нил. Эндрю замер, не отводя взгляда с лица Джостена, и сосредоточился в слух. Он знает, что запомнит каждое слово, потому что это так важно для них обоих — такие очевидные вещи не озвучиваются.  — Вспоминал, — обронил Нил, в свою очередь не сводя опустошенного взгляда с потолка. На Эндрю он предпочитал не смотреть. По какой-то причине. Эндрю, в свою очередь, не мог отвести взгляд, его словно намертво приковало к льду голубых глаз.  — Провëл такую параллель, — губы Нила тронула горькая усмешка. — И понял, что это всегда кто-то был. В этот день, — уточнил он. Эндрю плохо улавливал суть, о чëм и о ком идёт речь, но всеми фибрами души желал понять.  — Отец всегда давал задание в мой день рождения: убийство того, на кого он укажет, — начал объяснять Нил, но не потому, что увидел нахмуренного и непонимающего Эндрю, а из-за того, что, вероятно, хотел уже отпустить эти мысли от себя. — Сначала мелкие животные, потом — не угодившие ему люди. Я думаю, что в двенадцать должен был убить мать по его приказу. Не убил, по крайне мере, не по его плану, — задумчиво протянул он. Эндрю ждал продолжения, жеста, что можно прикоснуться, или хоть какого-то подтверждения того, что Нил не рассыпется на его глазах прямо сейчас. Он выглядел таким безжизненным.  — Можешь сказать, что сегодня это не ты? — тихо спросил Нил.  — Что? — нахмурился Эндрю. Нил неопределённо повëл плечом и взглянул на руки Эндрю, будто отыскивая свой ответ.  — Я не хочу навредить тебе. Если он возьмëт надо мной контроль.  — Этого не будет, Джостен, — сказал как отрезал Эндрю. Нил посмотрел на него с неверием, но также с отголосками надежды, плешущейся в океане саморазрушения, конца и края которому не было видно.  — Я думал, что не готов, — так же тихо признался Нил.  — К чему? — подтолкнул его Эндрю. Нил отвëл взгляд — снова в потолок.  — Дотронуться до тебя сегодня. Я хотел, но… Страх навредить тебе оказался сильнее.  — Проверь это, — сказал Эндрю, снова завладев вниманием Нила.  — Проверить что?  — Дотронься до меня, если тебе нужно понять, что всë под контролем. Я знаю, что ты сможешь, Нил. Ты — не он. Нил сжал губы в тонкую напряжённую линию. Эндрю ждал. И протянул руку ближе, положив еë сверху на одеяло, за которым Нил больше не скрывался полностью. Джостен внимательно проследил за этим действием. Одеяло сползло к краю, и Нил вытащил правую руку. Эндрю отметил, что Нил надел повязки — в какой момент, правда, не знал и предположить не мог. Рука осторожно придвигалась всë ближе. Лицо Нила выглядело чрезвычайно сосредоточенным, словно он вкладывал все свои силы в то, чтобы не сорваться и снова забиться в угол. Миньярд знал, что не даст Джостену сделать это. Нил почти невесомо прикоснулся к руке Эндрю — лишь кончиками пальцев, словно убеждался в чëм-то.  — Да, — ответил Эндрю прежде, чем прозвучал вопрос. Нил тихо вздохнул и долгожданно переплëл их пальцы, сжимая руку Эндрю, будто сейчас это являлось единственной причиной, которая могла поддерживать в нëм жизнь. Возможно, так и было, кто знает?  — Побудешь со мной? — спросил Нил и снова посмотрел в лицо Эндрю. То, как выглядели глаза Нила в такие моменты, казалось почти нечестным приëмом против Эндрю — такие небесно чистые, безмерно одинокие, но желающие стать найденными. Эндрю поднëс руку Нила ближе, развернул к себе и наклонился, чтобы оставить на его костяшках поцелуй.  — Я буду рядом. Если Нилу необходимо побыть одному, то так и будет, но если он снова хотел почувствовать себя частью этого, почувствовать себя в безопасности, то Эндрю примет его. И хотя обычно такие дурацкие вещи говорит только Нил, Эндрю добавлял «всегда» к своей готовности оправдывать доверие Нила и с каждым поцелуем всë больше заземлять его остаться. Он забрался на кровать и занял место у стены. Нил закопошился, пытаясь понять, как удобнее устроиться, чтобы не доставить Миньярду неудобств. Эндрю решил дать подсказку:  — Выше пояса. Это помогло Нилу быстрее сориентироваться — он положил голову на плечо Эндрю, а руку, которая всë ещë не отпускала руку Эндрю, на его грудь, чтобы чувствовать ритм сердца и вздымающуюся при размеренных вздохах грудь.  — Спасибо, — прошептал Нил, засыпая. Эндрю прижал его ближе. Они пройдут через это. Вместе. Сколько бы времени не понадобилось.