As the Minor Gay Rival in Het Novels/Как Второстепенный Соперник Гей в гет-романах

Он отвечал за весь исходный мир, а также владел им. Он был абсолютным бессмертным королем, правившим тысячами миров. Этот человек был Главным Богом, который жил бесчисленное количество лет. В этот момент тот самый король обнимал до боли обычного актера с таким выражением любви, как будто смотрел на самую драгоценную вещь в мире. Кто бы ни увидел эту сцену, не смог бы поверить своим глазам. Этот человек был самым благородным и могущественным существом, даже его верные подчиненные, которые следовали за ним десятки тысяч лет, не поверили бы в это. Став свидетелем этой сцены, Хьюз-дарен, один из старших сотрудников юстиции, немедленно обернулся и спросил: “Босс я все еще в ловушке иллюзии? Это... это... это просто смешно!” Ли Янь Лун слегка взглянул на него и сказал: “Если ты будешь продолжать пялиться, я боюсь, что ты окажешься в тысячу раз более несчастным, чем если бы был пойман в ловушку иллюзии.” Взмахнув рукой, он быстро вытащил Зеркало Янь Сюань, которое держал в руках. Зеркало Янь Сюань и Веер Цянь Кунь Ли Янь Луна были бессмертными оружиями. Хотя он не был таким мощным, как веер Цянь Кунь, он обладал способностью заглядывать во все уголки каждого мира. Это также было причиной того, что против него часто строили заговоры. Эти изверги хотели завладеть его бессмертным инструментом, чтобы найти Янь Жуя. Он вспомнил сцену, свидетелем которой только что стал, и все еще не мог с этим смириться. Он был в полной растерянности, сбит с толку и, наконец, сказал: “Неудивительно, что я не мог найти его, как ни старался, это потому, что он позаимствовал чужое тело. Но кто этот ребенок? Ему действительно удалось заставить этого человека добровольно остаться с ним в таком месте и даже поиграть с ним в ролевые игры. Он слишком хорош, слишком хорош.” Ли Янь Лун ответил: “Не задавай слишком много вопросов.” Хьюз усмехнулся: “Босс, вы уже давно знали об этом, верно? Я не мог очень ясно разглядеть духовное тело маленького парня, но я совершенно уверен, что он был маленькой красавицей.” Ли Янь Лун потерял дар речи. Дан Вэнь, само собой, разумеется, был красивым человеком, способным тронуть все сердца. Вряд ли во всем мире можно было найти такую захватывающую дух красоту. Он холодно посмотрел на Хьюза: “Красив он или нет, к тебе это не имеет никакого отношения. Не забывай, как ты попал в ловушку на этот раз. Если бы не вовремя подоспевший Лао да*, ты бы уже был мертв.” *Означает-босс, но чтобы не было путаницы с Ли Янь Луном, переводчик оставил его на пиньине. Ли Янь Лун-босс, Янь Жуй –Лао да. Хотя в англ.переводе наоборот, но до этого обращение «босс» было в сторону Ли Янь Луна, поэтому я решила это так и оставить. Хьюз фыркнул: “Если я умру под юбкой, я все равно смогу флиртовать как призрак! Я существую для того, чтобы покорять всевозможных красавиц. Такая порочная женщина, как Инь Юэ, представляет собой величайшую проблему. Хотя на этот раз я был, застигнут врасплох, в следующий раз я заставлю ее заплатить.” Ли Янь Лун был слишком ленив, чтобы продолжать разговор с ним, поэтому он быстро протянул руку: “Передай мне Зеркало Янь Сюань на хранение.” Хьюз уставился на него широко раскрытыми глазами, прежде чем быстро отступить: “Босс, я не хочу так играть. Как я могу смотреть на красавиц без зеркала Янь Сюань... кха-кха, как я смогу шпионить за нашими врагами? ” Ли Янь Лун, прищурившись, посмотрел на него, не говоря ни слова. Хьюз посмотрел на него с безнадежным выражением лица и, наконец, послушно передал Зеркало Янь Сюань. С другой стороны, Фань Юань уже был брошен Янь Жуем на кровать. Хотя они были разлучены меньше месяца, они уже достаточно настрадались. Естественно, это было похоже на гром, ударивший с неба, и огонь, вырвавшийся из земли, когда двое отчаянно цеплялись друг за друга. Огонь вспыхнул внутри Янь Жуя, когда он увидел чувственный взгляд Фань Юаня, который был болезненно прикован к нему. К счастью, он обладал сильным самообладанием. Голос разума подсказывал ему, что мальчик слишком мал и не выдержит его силы, поэтому он мог только контролировать дикий огонь в своем сердце. Думая, что виновником его страданий в этот момент был именно маленький демон перед ним, он наклонился к уху Фань Юаня и хрипло выдохнул: “Детка, мы пропустили так много частей сюжета, может, наверстаем упущенное?” Дыхание Фань Юаня участилось. Те части сюжета, о которых говорил Янь Жуй, были просто слишком постыдными! Когда он думал об этих неловких сюжетах с использованием различных реквизитов в ряде экзотических локаций, он чувствовал себя невероятно смущенным, но в то же время подсознательно взволнованным. Его тело постепенно напрягалось, и его белая кожа постепенно покрывалась красным румянцем, это было слишком красиво, разжигая желание Янь Жуя. Янь Жуй, очевидно, чувствовал, что Фань Юань возбуждается все больше и больше. Победная улыбка промелькнула в его глазах, когда он наклонился и лизнул Фань Юаня в красное и горячее ухо, прошептав: “Не нервничай. Расслабься немного, я просто дразню.” Фань Юань услышал его слова и медленно расслабился. В то же время в его сердце поднялось необъяснимое разочарование. Дело было не в том, что у него был особый фетиш на эти предметы, и в любом случае Янь Жуй никогда бы не позволил другим вещам проникнуть в его тело. У этого большого извращенца было сильное собственническое желание. Просто когда он думал о стольких захватывающих местах, которые он не мог испытать, это было просто так… он почувствовал, что задыхается. Янь Жуй заметил его разочарование и действительно почувствовал себя беспомощным. Тело Фань Юаня было похоже на фарфоровую куклу. От простого удара у него появлялись сине-черные отметины. Если бы он поступил с ним точно так, как было написано в сценарии, Фань Юань определенно пострадал всем телом. Он действительно не мог этого вынести. Фань Юань не знал, что Янь Жуй беспокоился о стольких вещах. Он только думал о том, что Янь Жуй явно был чрезвычайно импульсивен, кричал, что хочет есть мясо в любой момент. Теперь он был готов сотрудничать, но Янь Жуй притворялся джентльменом, мешая Фань Юаню удовлетворить себя. Поэтому он прошептал: “Ты сильно изменился.” Янь Жуй, естественно, знал, что тот имел в виду. Он также хотел насытиться хотя бы раз, но дело в том, что Фань Юань только открылся для этого. Это была фаза с того времени, когда у него было бесконечное желание, но его телосложение не было таким же, как в мире культивирования, и его нынешнее тело тоже не было таким зрелым, как в предыдущем мире. Делать слишком много подобных вещей с таким молодым телом только повредило бы его духу и энергии. Однако не было никакой необходимости говорить об этом маленькому парню. Янь Жуй слегка приподнял брови и улыбнулся: “Как я изменился?” Фань Юань надулся, но не стал вдаваться в дальнейшие объяснения. Он просто пробормотал: “Ты все равно изменился.” Янь Жуй был в хорошем настроении, и его забавляли слова Фань Юаня, настолько, что его действия становились все более и более дикими. У Фань Юаня не хватило духу пожаловаться на что-то еще, так как вся его сила воли ушла на то, чтобы подавить приятные стоны. Он сдерживал все это, потому что в своем замешательстве все еще смутно помнил, что его «заставляли». Они сцепились друг с другом до самого захода солнца. К концу дня Фань Юань полностью потерял сознание, и в уголках его глаз появились маленькие слезинки. Естественно, Янь Жуй был расстроен, потому что беспокоился, что малыш переутомился. Сколько бы Фань Юань ни просил, он твердо решил не идти до конца. Когда малыш проснется, он обязательно поссорится с ним. Янь Жуй чувствовал, что оставаться в этой комнате было неразумно. Лучше было отвлечь внимание Фань Юаня, чтобы он забыл свести с ним счеты. В его глазах мелькнул блеск, и он нашел кусок тонкого одеяла, обернув его вокруг Фань Юаня. Затем эти двое в мгновение ока исчезли из комнаты, оставив только густой запах удовольствия, который пропитал комнату. Когда Фань Юань проснулся, он увидел усыпанное звездами небо. Яркая луна висела в небе, ее лунный свет был нежным и ясным. “Проснулся?” Сверху донесся голос Янь Жуя, и Фань Юань обнаружил, что опирается на ногу Янь Жуя. В данный момент мужчина смотрел на него сверху вниз, его взгляд был нежнее, чем лунный свет сегодня ночью. Янь Жуй увидел, что он находиться в оцепенении, скривил губы и сказал со смешком: “Юань-эр, ты не собираешься спрашивать, где мы находимся?” Фань Юань ошеломленно сел, отчего тонкое покрывало соскользнуло вниз. Он не мог удержаться от дрожи, когда впервые проснулся, он почувствовал боль во всем теле, но теперь он понял, что был совершенно голым! Он не заботился о том, чтобы постыдиться, и сразу встал, чтобы некоторое время понаблюдать за своим окружением. Наконец он определил одну вещь - они были на вершине горы. Верно, наконец-то вспомнил он, сюжет прямо сейчас должен был развиваться до того момента, когда властный папочка приревновал и похитил первоначального персонажа на гору, чтобы надругаться над ним. Но…какого черта ты не дал мне ни единого предмета одежды?! Фань Юань собирался расспросить его, но его подняли на руки в позе принцессы. Он подсознательно обхватил руками шею собеседника в знак полного доверия. Янь Жуй сдержал уголки своих губ, которые угрожали приподняться, и холодно съязвил: “Ты все еще хочешь вернуться, чтобы найти своих двух братьев?” С самого начала он был обнажен, поэтому Янь Жуй протянул руку, чтобы одной рукой поддержать его ягодицы, а другая рука мужчины была на спине. Время от времени Янь Жуй растирал его тело, заставляя Фань Юаня время от времени дрожать. Фань Юань был одновременно смущен и огорчен, сердито крича: “Конечно, я хочу вернуться! Отпусти меня! ” Голос Янь Жуя становился все холоднее и холоднее: “Эти два человека настолько замечательные, что заставляют тебя не повиноваться мне снова и снова?” “Что в тебе такого хорошего? Ты только оскорбляешь меня и ставишь в неловкое положение! Я ненавижу тебя больше всего! Я не хочу, чтобы ты был моим отцом! Я не хочу быть твоим сыном...” Взгляд Янь Жуя постепенно темнел. Он положил Фань Юаня на плащ, который расстелил на земле, и накрыл его тонким одеялом. Его тон был намного мягче: “Вершина горы - это не то же самое, что ее основание. Здесь намного холоднее, если ты простудишься, папочке будет грустно.” Фань Юань молчал, в то время как Янь Жуй положил две белые ступни Фань Юаня себе на ноги и вытер пыль, которая осталась, когда Фань Юань ходил вокруг, чтобы осмотреть окрестности. Выражение лица Фань Юаня было холодным как лед, но на самом деле он использовал систему, чтобы кокетничать с Янь Жуем: “Ты помог мне их почистить? Почему ты не захватил с собой какую-нибудь одежду? Как я могу вернуться в таком виде?” Янь Жуй потер круглые пальцы ног Фань Юаня и поцеловал его безупречные стопы, но все же серьезно ответил: “Поблизости есть природный источник. В то время я спешил привести тебя искупаться и забыл взять твою одежду.” Фань Юань отказывался верить в его чушь. Однако такая вещь, как принципы, становилась для него все более далекой. На самом деле ему было все равно, голый он или нет, все равно больше никто его не видел. Вместе они всю ночь наблюдали за звездами и луной на вершине горы, а когда появились признаки утра, стали смотреть на восходящее солнце. Согласно сценарию, Фань Юань согласился на ряд неравных условий, и только после этого ему разрешили спуститься с горы. Но на этот раз, в отличие от первоначального сюжета, его спустили с горы и отправили обратно в его комнату. Фань Юань, завернутый в тонкое одеяло, попытался спрятать лицо на шее Янь Жуя, опасаясь, что его узнают. В конце концов, он понял, что действительно слишком много думал. Начнем с того, что боевые искусства Ян Чэн Тяня не имели себе равных в Ву Лине. Когда его заменил Янь Жуй, Ян Чэн Тяня можно было описать только как совершенное существование. Путешествие на самом деле было очень долгим, но через пятнадцать минут они уже были в особняке Гусю. Прежде чем он успел прийти в себя, дверь за ним со скрипом закрылась, и они уже вошли в его комнату. Для кого-либо другого они могли бы описать это только как вспышку, незаметную никем другим. Это чувство было действительно волнующим, Фань Юань подумал, что ощущение интрижки, вероятно, было таким же. Его изрядно позабавили собственные идеи, но он быстро понял, что атмосфера в комнате была неподходящей. Он поднял голову и посмотрел вверх, только чтобы увидеть, что Маленький Мастер Гусю сидит на его кровати с удрученным выражением лица и темными кругами вокруг глаз. Он, вероятно, не спал целую ночь, он в смятении смотрел на Фань Юаня так, как будто небо вот-вот упадет. Странный запах в комнате давно рассеялся, но одежда Фань Юаня была разбросана по всей кровати и полу. Между тем, точки белого выделения, оставленные на простыне, выглядели крайне неприятно, и вдобавок Янь Жуй нес его, завернутого в тонкое одеяло, с ярко-красной отметиной на шее, которая не могла быть более очевидной. Фань Юань предположил, что он, вероятно, мог бы понять чувства Маленького Мастера Гусю прямо сейчас…потому что он тоже был очень расстроен. ＃На этот раз я действительно закончил, QAQ＃ ＃Я как раз думал о сюжете, а они уже пришли, чтобы схватить предателя _(:з"∠)_＃ ＃Разве твоя мама не говорила тебе не заходить в чужие комнаты!!＃ Гусю Мо Лян встал с покрасневшими глазами, но не подал никаких признаков движения. Он выдавил три слова сквозь стиснутые зубы: “Кто он?” Фань Юань посмотрел на Янь Жуя, у которого было чрезвычайно мрачное выражение лица, затем снова посмотрел на Гусю Мо Ляна, который выглядел как брошенная жена. После минутного раздумья Фань Юань серьезно заговорил: “Если я скажу, что он мой отец, ты мне поверишь?” Янь Жуй тихо рассмеялся, в то время как Гусю Мо Лян выглядел так, как будто его сильно оскорбили, когда он с ненавистью закричал: “Бай Му Юань! Даже сейчас ты все еще хочешь дурачить меня?!” Уголки рта Фань Юаня дернулись, как и ожидалось, никто никогда не поверит такой правде. Выражение его лица стало особенно холодным, когда он спокойно ответил: “Его личность не имеет к вам никакого отношения. Если ты когда-нибудь считал меня другом, помоги мне сохранить это в секрете, особенно от Сяо Цзы и Гао Суй Аня.” Гусю Мо Лян печально улыбнулся: “Друг? Когда я думал о тебе как о друге?! Если бы это было не для... Ты сказал, что тебе нравятся только женщины, так что же ты делаешь с этим мужчиной?” Фань Юань закрыл глаза, его брови нахмурились, как будто ему было больно, и его голос стал еще холоднее: “Он другой.” В его голосе слышались едва уловимая грусть и беспомощность. Гусю Мо Лян не осознавал этого, так как его грудь была полна боли, а мысли путались. Слова Гусю Мо Ляна прозвучали как крики: “Другой...другой?! Чем я хуже его? Почему я не могу быть тем человеком, тем другим? Бай Му Юань, ты когда-нибудь давал мне хоть маленький шанс?” Фань Юань нахмурился и тихо пробормотал: “Мне очень жаль.” Глаза Гусю Мо Ляна полностью посерели от отчаяния. Янь Жуй не жалел его, он просто думал, что все это было очень неудобно. Если бы он не пообещал Фань Юаню, что будет следовать сюжету, вся семья Гусю была бы уже уничтожена. Он осторожно положил Фань Юаня на кровать и спокойно налил стакан воды. Он нагрел его своей внутренней силой и усмехнулся: “Если он тебе не нравится, значит, он тебе не нравится. Здесь не за что извиняться.” Гусю Мо Лян свирепо посмотрел на Янь Жуя. Этот человек прикоснулся к его самому дорогому мужчине и отнял у него дорогую любовь, любовь, в которой он боялся признаться! Он умирал от желания разорвать этого человека на месте! Янь Жуй проверил температуру воды, убедившись, что она в самый раз, прежде чем осторожно поднести чашку ко рту Фань Юаня. Видя, что малыш пристально смотрит на него, изгиб его губ становился все более очевидным. Янь Жуй взглянул на Гусю Мо Ляна и усмехнулся: “Юань-эр - это сокровище, которое я бережно оберегал в течение десяти лет. Все люди, которые жаждут его… ” ,-он посмотрел прямо на Гусю Мо Ляна потемневшими глазами, - “должны умереть.” Тут же Гусю Мо Лян был сбит с ног пространственным ударом Янь Жуя, выплевывая изо рта кровь. Фань Юань поспешно остановил Янь Жуя и закричал: “Папа, ты сказал, что не причинишь вреда моим друзьям!” Янь Жуй снял свою ауру и засмеялся так сильно, что не мог умереть: “Не волнуйся, он не умрет. Поскольку папочка обещал тебе, я обязательно сдержу свое слово. Здесь больше не пригодно жить, возвращайся со мной.” Фань Юань оказался перед дилеммой. Хотя почти все его сцены были с Янь Жуем, и это правда, что не имело значения, жил ли он в поместье Гусю, он все еще помнил, что несколько месяцев спустя все еще была неловкая сцена восхождения на кровать. Если бы он сейчас ушел, разве весь сюжет не был бы испорчен? Янь Жуй уговаривал: “Несколько месяцев спустя Гао Суй и Сяо Цзы Юнь покинули поместье Гусю и прибыли в Цанчжоу. Когда это время придет, я буду сопровождать вас, чтобы найти их.” Фань Юань считал, что это выполнимо. У него не хватило бы смелости снова встретиться лицом к лицу с Гусю Мо Ляном, поэтому он кивнул головой и сказал: “Все пойдет по папочкиным планам.” Гусю Мо Лян уже был шокирован тем, что он сказал “Папочка”, но когда он услышал, что Фань Юань хочет уйти, он пришел в такую ярость, что упал в обморок прямо на месте. Янь Жуй подождал Фань Юаня, тщательно одевшись, они в тот же день покинули особняк Гусю. Позже Сяо Цзы Юнь и Гао Суй каждый день приставали к Гусю Мо Ляну с расспросами о местонахождении Фань Юаня. Автору есть что сказать: Маленький театр Фань Юань (o(*︶*)o): Ничего страшного в том, чтобы быть с голым задом! Сяо Ву (→_→): Ты все еще помнишь, что раньше был супер натуралом?