Одно лицо

Мужчина наблюдал за юношей. В последнее время он постоянно ходил за омегой. Они стали общаться теснее… Но пропасть росла с каждым разом все сильней и сильней. Коул все же напоминал брата и всеми силами старался это предотвратить. Юноша сидел на кухне, помешивая чай. Его голодовка закончилась достаточно быстро, стоило только альфе дать понять, что он настроен серьезно. Да и с происходящим он более или менее смирился. Конечно, он еще сопротивлялся, но то, что его отношение стало мягче, было заметно. Он уже ни дрался, ни кусался и ни царапался. Впрочем, это все равно не останавливало Коула, так что можно было списать изменение в его отношении на то, что он начал сдаваться. Шатен отстранился от стены и подошел к омежке, проведя пальцами по его шейке. Мужчина с удовольствием приметил мурашки. - Твое тело стало отзываться, - усмехнулся альфа, запуская руку в вырез футболки омеги. - Уйди, - рыкнул на него юноша, однако в его голосе уже не было прежней злобы. Скорее усталость и понимание того, что ему не переубедить мужчину. Он никогда его не слушал. Просто брал свое и заставлял повторять свое имя. - Зачем тебе противиться? – усмехнулся Коул. Его пальцы скользнули по ореолу соска. Он понимал, что почти насиловал того, кого раньше называл другом… Но сердце всегда сжималось в тиски, когда омега называл его именем умершего. - Ты ведь не убегаешь. Не вызываешь помощь, - выдохнул шатен. - Я просто не желаю тебе зла, - пожал плечами юноша, перехватывая руку Коула. – И надеюсь, что ты одумаешься и сможешь справиться с произошедшим. Омега отодвинулся, надеясь, что в этот раз все обойдется. Хотя, когда альфа останавливался на полпути? Коул усмехнулся, убирая руки. Скоро сам омежка на него будет томно смотреть. Ведь альфа подсыпал ему в чай афродизиак. - Я в ванную. Если хочешь – заходи, - усмехнулся он. Юноша проводил его скептическим взглядом. Это когда это он проявлял этом инициативу? Впрочем, уже через пару минут он с подозрением уставился на тортик. Это что еще такое? Парень ощутил, как его тело обдало жаром. Он непонимающе захлопал глазами, расстегивая клетчатую рубашку. Заболел? Или тут так жарко? Чувствуя, как сбивается дыхание, омега поднялся, чтоб открыть окно. Юноша подставил лицо ветру, но его состояние так и не облегчилось. Тем более перед глазами всплыла картина вчерашней ночи. Коул взял его с грубой жестокостью, шепча лишь его имя. А ведь Джордж никогда подобного не делал. Вчера шатен так яростно брал омежку, кусая его между лопатками. Омега ощутил, что начинает заводиться. Вчера он сходил с ума под альфой, едва сдерживаясь, чтобы не начать звать его по имени и лишь сильнее раздразнивая его именем брата. Кати их не путал. Он просто подначивал друга, мстя за принудительную близость. Парень сполз по стенке, чувствуя, что ноги перестают его держать. В этот раз Коул решил кардинально решить их проблему. В голове, как назло, раздался хриплый голос альфы. Царапины на бедрах защипали и загорелись, пульсируя. Плоть уперлась в ширинку брюк, будто возмущаясь. Анус стал нервно сжиматься, желая что-то протолкнуть внутрь. Омега зло сжал кулаки, закусив губу и откинув голову назад. Его запах наполнил комнаты дома, выдавая его состояние. Этот альфа… Кати поклялся себе, что если не убьет этого наглеца, то точно покалечит. Шум душа прекратился. Мужчина приоткрыл дверь и вышел в паре, который заполнил небольшую комнату. Он был раздет и явно не стеснялся этого. Альфа вытер волосы и завязал их в хвост, чтобы они не сильно ему мешали и не липли к телу. Запах возбужденного омеги ударил в нос, говоря тем самым, что план Коула явно удался. Юноша застонал, ощутив запах потенциального партнера и словно зовя его. Парень закрыл себе ладонью рот. Почему он так быстро сдался? Даже если это был афродизиак, он мог бы противиться и дальше. Шатен же встал в проеме двери, смотря на омегу. Он должен радоваться. Он мстит за все. Но почему ему так больно? Однако это не убрало его возбуждение и желание слиться с любовником. Кати повернул голову в его сторону, мутно взглянув на хозяина дома, в котором ему держали словно пленника. Глупый альфа. Что он наделал? Еще и смотрит на омежку так печально, словно тот был чем-то желанным и в то же время недоступным. Альфа усмехнулся, возвращая себе холодный, наглый вид. Он подошел ближе, но не стал переходить черту. Мужчина стоял перед омежкой голым, возбужденным и все еще горячим после душа. Омега опустил взгляд ниже на его бедра. Интересно, что будет, если Коул узнает о реальном положении дел? О том, что юноша никогда его не ненавидел? Даже когда он делал с ним такое… Парень снова взглянул на альфу. Гнет. Только не тогда, когда он выглядит так надменно. Кати отвернулся. Сейчас он не хотел рассказывать мужчине правду. - Я все еще тебе не мил? – криво усмехнулся Коул. – Я не хотел, чтобы наши отношения стали такими… Альфа оказался напротив омежки. На его возбужденной головке появилась капелька смазки. Мужчина сжал свой член пальцами, проведя несколько раз по нему ладонью. Запах шатена обволакивал омежку. Парень заерзал, призывно застонав. Феромоны возбужденного потенциального партнера подчинял его, опьяняя, и не позволял успокоиться. Юноша бросил полный желания взгляд на член мужчины, не в силах укротить свою природу. Он буквально пожирал глазами Коула. Он его хотел и ничего не мог с собой поделать. - Сегодня тебе придется это сказать словами, - выдохнул альфа, медленно водя пальцами по пульсирующему члену, покрывая его смазкой. – Если нет – я больше никогда к тебе не прикоснусь. На лице юноши отразилась мука. Он не планировал так просто сдаваться и признаваться альфе, но, кажется, тому просто надоело ждать. Омеги прикрыл глаза, смирившись. Раз у него нет выбора… - Пожалуйста, сделай это… - хрипло произнес Кати, - Коул… Мужчина выдохнул, ощутив, как сердце глухо стукнуло в груди, а затем быстро застучало. Он приподнял любовника, влепляя ему глубокий поцелуй, сжимая ягодицы партнера. Коул не стал особо-то мучиться с одеждой паренька. Он просто ее порвал, желая быстрее добраться до тела блондина. Коул так и не донес парня до кровати или дивана. Альфа уложил омегу на крепкий дубовый столик, резко ворвавшись в тело юноши. Кати вскрикнул от неожиданности. Он совершенно перестал себя контролировать ориентироваться в происходящем. Все, что он хоть как-то улавливал, - движение альфы внутри и его горячие прикосновения. - Коул, - позвал любовника омега, даже и не вспомнив имя его брата, чтобы продолжить и дальше его подначивать. Да и не нужно было теперь. Мужчина рыкнул и ускорился, вбиваясь в послушное тело и скользя головкой по тугим стенкам. Он прорычал. Услышать свое имя из уст любимого человека... Это действительно возбуждало. Шатен начал активно шлепаться бедрами о чужие ягодицы. Парень прогнулся в спине, чувствуя, как альфа вновь ворвался в чувствительную область в его теле. Он даже прекращал сопротивляться, когда мужчина проникал в него здесь. Впрочем, его сопротивление в последнее время угасало задолго до этого, и было больше формальным. Кати не нравилось принуждение, но в то же время он и сам зависел от мужчины. Этот раз был доказательством. И пусть Коул не поймет, омега уже осознал, что в их отношениях что-то неуловимо поменялось. Шатен глубоко его поцеловал, смотря на пошлое личико юноши. Он не мог себя сдерживать, когда видел парня таким. Его движения стали в конец хаотичными и грубыми. Стол поскрипывал и ударялся ножками об пол при каждом толчке. Естество омеги потиралось о паховую дорожку волос альфы, размазывая смазку и пачкая кожу. Омега закатил глаза, полностью пропав в этих ощущениях. Он быстро двигал бедрами, впервые за все это время показывая желание. Хлюпающий звук все нарастал, выдавая его состояние. Кати действительно завелся не на шутку. По его виску стекла капля пота, прочертив влажную линию и затерявшись в волосах, а с приоткрытых губ то и дело срывались безумно пошлые полные желания стоны. - Ты только мой. Только мой, - хрипел мужчина ему на ухо, впившись пальцами в широко расставленные бедра омеги. - Я больше тебя не отпущу. Альфа двигался, иногда ударяясь о край стола местом чуть выше колен до легкой боли. Но это было пустяком. Сейчас он получал сильное удовольствие от происходящего. Почему-то юноша не стал спорить, хотя всегда это делал в такие моменты. Он лишь притянул мужчину к себе, целуя его. Это не значило, что он простит Коулу его выходку. Но сейчас омега не хотел портить момент. В постели не место для ссор и выяснения отношений – так он думал. Тем более, когда тебя так ласкают... Мужчина скользил пальцами по коже любовника, мягко целуя, и ускорился, желая проникнуть глубже в тело партнера. Кати вцепился ногтями в плечи, обвив ногами бедра. Это было слишком хорошо, чтобы оставаться равнодушным. Нежность, с которой мужчина ласкал его, и грубость, с которой брал, сводили его с ума, заставляя стонать лишь громче. Стоило мужчине протолкнуться глубже, как его анус сжимался, зажимая его глубоко внутри и не желая так просто отпускать твердый член, который дарил ему столько удовольствия. Омега то и дело вскидывал бедра, желая получить еще и еще. - Твое тело... Оно превосходно... Я хочу, чтобы оно все было моим, чтобы твоя душа была моей, - рыкнул Коул, почти выйдя из любовника и дразня его тем, что головка растягивала колечко пульсирующих мышц. - Скажи, что ты только мой, иначе я не задвигаюсь. Парень мутно на него взглянул. Он просит его об этом после всего, что было? Юноша подавил всхлип. Уж что-что, а это он говорить не собирался. Альфа и так заставил его признаться в том, что он его хочет. К тому же… Кати не мог с этим согласиться. Его тело подчинилось Коулу, но вот чтобы подчинить душу нужно было что-то посерьезнее секса. Омега отвернулся, закусив губу и готовясь к тому, что тот сейчас покинет его тело, оставив с сильным возбуждением, которому и был причиной. - Значит, ты все еще любишь его? - хмыкнул мужчина, посмотрев на юношу. Вот-вот и заплачет. Слишком велик соблазн, чтобы психовать. - Значит, надо это исправить. Поскорее влюбись в меня, и закончим на этом, - хмыкнул шатен, резко вогнав член в тело любовника. Омега откинул голову назад, кончив от резкого движения и сильно сжимая член мужчины внутри себя. Однако томление не спало, а, казалось, лишь усилилось. Ему было этого мало. Его тело привыкло к тому, что альфа заставлял его кончать снова и снова, пока не изливался в него, заполняя до предела. Коул слишком раздразнил его, чтобы парень мог ему противиться. Тем более на парня сейчас действовал афродизиак, о котором он не знал. Мужчина усмехнулся и вышел и парня, перенося его на диван. В этот раз юноша должен был сам насаживаться на член, сидя на коленях шатена. Коул провел языком по чувствительным соскам любовника, желая насладиться этим безобразием. Парень невольно покраснел. Видимо, Коул решил заставить его полностью признать капитуляцию. Впрочем, выбора у омеги особо не было – его тело изнывало, требуя вновь прикосновений любовника. Омега вздохнул. Что ж, раз так, то у него нет выбора. Юноша уткнулся лбом в плечо мужчины, приставляя его член к то и дело сжимающемуся анусу и медленно опускаясь на него вновь. Мужчина улыбнулся, сжав ягодицы паренька и разводя их в разные стороны. Он постепенно начал погружаться в горячее тело, выдыхая и прикрывая глаза от удовольствия. Внутри все так пульсировало и горело, что было невозможно остановиться. Коул сделал ощутимый толчок, следя за реакцией партнера. Угол проникновения изменился, что заставило парня сжаться. Теперь альфа задевал еще больше чувствительных точек в его теле, надавливая на них головкой и вздутыми венами. Юноша не сдержался, качнув бедрами, снова закусив искусанную до крови нижнюю губу и втянув воздух сквозь зубы. Мужчина выдохнул, впиваясь пальцами в бока омеги и насаживая его на себя. О, да... Он так его обхватывал, так зажимал внутри... А если он хоть раз назовет альфу по имени, тот не сдержится вновь. Но тот лишь раздразнивал Коула сильнее, стараясь не издавать ни звука. Правда, давалось это ему с трудом. Омега тяжело дышал, вновь и вновь издевательски-медленно двигаясь. Стенки ануса нехотя выпускали его член из своего плена, растягиваясь лишь сильнее и оттягивая крайнюю плоть мужчины. Альфа усмехнулся, захватив член партнера рукой, и ласково провел по нежной коже пальцами. Эта ведь часть тоже возбуждена? Тоже жаждет удовольствия. - Я смотрю на тебя и испытываю еще большее возбуждение, - выдохнул он. Юноша приподнял бедра, скользнув языком по груди мужчины и позволяя ему практически полностью выйти. А что? Ему понравилась идея мужчины. Правда, томить партнера он не стал, практически сразу же резко опускаясь на его член и сжимая его изнутри. - Ты ведь даже меня не любишь, - сглотнув, выдохнул парень. Чего ему стоило подавить стон и заставить себя продолжить двигаться в том же темпе! - Я всегда тебя любил, - тихо прохрипел альфа, укусив партнера за плечо. Он не хотел признавать до глупого жестокую истину. С детства Коул любил только своего друга и не сумел его никем заменить. Мало того, что выбрали его брата-близнеца, а не его, так и после смерти брата его наверняка считают Джорджем. Парень даже остановился. Он все-таки продолжал придерживаться мнения, что Коул так самоутверждается за его счет. Вот только, как оказалось, это было совсем не так. Неужто весь этот спектакль был неумелым и отчаянным ухаживанием? Юноша накрыл руку мужчины своей, переплетая их пальцы и скользнув губами по его шее. Что ж, тогда немного нежности им не помешает. Однако, признав видно свое поражение, альфа вновь скатился на грубость, кусая тело партнера и оставляя на нем все больше и больше бордовых следов. Он любил его, но сомневался в том, что хоть когда-нибудь юноша полюбит его так же, как и Джорджа. Мужчина чувствовал себя заменой, хоть и сам начал эту игру. Шатен толкнулся глубже прошлых толчков, заполняя любовника собой. - Коул! – вскрикнул омега, подрагивая в его руках и протяжно застонав. Так глубоко… Омега всхлипнул, рвано двигая бедрами и не в силах больше остановиться. Внизу живота снова начал скапливаться жар, готовясь взорваться фейерверком чувств и эмоций. Мужчина тяжело дышал. К мокрой от пота спине липли волосы, очерчивая темно-коричневыми змейками напряженные мышцы, которые так выгодно проступали под розовой кожей. Альфа захватил губы любовника в поцелуй, посасывая его язык. Юноша уже не сдерживал себя, позволяя мужчине проникать до конца и задавая бешеный темп. В этот раз их занятие любовью было куда нежнее, чем раньше. Наверное, потому, что они оба в какой-то мере сдались своим желаниям. Парень еще пару раз насадился на плоть альфы и бурно кончил, чувствуя, как из прохода вытекает семя мужчины. Коул в последний раз сомкнул зубы на плечике омеги и откинулся на спинку дивана, тяжело дыша. Его грудь вздымалась, а волосы, лежащие на ней, переливались в свете ламп. Взгляд был мутный и слегка отстраненный, но по лицу было, что Коул получил немалое удовольствие... Он побыл в объятиях любимого еще немного. Омега не решился нарушить молчание, просто опустив голову на плечо мужчины. Сегодня ему не хотелось в сию же минуту сбегать от любовника. Почему-то он хотел немного полежать с ним перед тем, как уйти. И это было не из-за признания. Это было желание самого Кати. Мужчина положил свою ладонь на его затылок, мягко поглаживая и успокаивая. А ведь в глубоком детстве он делал точно так же, чтобы омежка уснул и не плакал из-за кошмаров, когда его оставляли у дедушки близнецов родители... - Ты совсем не изменился, - прикрывая глаза, пробормотал парень. Да, как бы Коул ни хотел быть грубым и холодным, у него все равно ничего не выходило. Омега видел в нем лишь прежнего беззаботного и доброго мальчугана, с которым его столько связывало. Шатен криво ухмыльнулся. Разве не из-за этого омега и предпочел Джорджа? Потому что тот не похож на друга. Тот больше... Они спят, альфа уже признал свои чувства вновь, хоть это и было больно, и все так же остался на уровне друга. Мужчина ссадил омежку с колен и встал, откинув волосы назад. - Я в магазин, - сухо бросил он, шлепая босыми ногами по полу. Омега закрыл глаза, принимая такую действительность. Бесполезно что-то говорить или доказывать. Коул ушел глубоко в себя и теперь верил только в то, во что хотел. Кати завалился на бок, даже не думая одеваться или приводить себя в порядок. Ему нужно было привыкнуть к мысли, что они никогда не станут ближе из-за страхов альфы. Входная дверь хлопнула за Коулом, оставляя омегу в полном одиночестве. А ведь с этой квартирой многое его связывало. Первый раз с Джорджем, да и все остальные разы проходили здесь, что до сих пор сильно резало по сердцу младшего близнеца. Юноша прикрыл глаза, ощущая щемящую боль в душе. Именно в этом доме его столько раз использовали для того, чтобы залечить собственные душевные раны. Так было тогда, так было и теперь. Но… Кажется, Коул слишком ему доверял, раз решил, что омега не будет сбегать. Парень поднялся, подбирая одежду. Интересно, какой будет реакция Коула, когда он его не обнаружит? Наверное, пострадает только его самолюбие. Или же в конец растопчут его сердце. Однако мужчина думал, что именно так омега и сделает, оставив ключ и записку, чтобы ключ оставили под ковриком. Все же оставлять квартиру открытой не хотелось... Шатен слишком хорошо помнил, как омежка пытался мягко его отшить в первый раз. Во второй раз он не хочет проходить такое. Ему будет слишком больно понимать, что все его чувства для кого-то пустой звук. Однако, как бы альфа этого ни боялся, по возвращении ему пришлось открывать дверь своим ключом. Снаружи лил дождь, барабаня крупными каплями по стеклам дома и иногда освещая его вспышками молний. В этом месте царила абсолютная всепоглощающая тишина. Коул остался совершенно один. Альфа скинул мокрые кеды, поморщившись. Вот зачем мылся? Мужчина стянул с себя толстовку, которая была и курткой и зонтом, и прошелся внутрь квартиры с пакетом в руках. Деду он что-нибудь соврет, дома он уже привык быть один... Даже когда Джордж был жив, альфа частенько оставался один. Вот только в этот раз он ошибся. На полном ходу со второго этажа, громко топая, сбежал… маленький щенок. Не вписавшись в поворот, он кувырнулся с последней ступеньки и распластался на полу, удивленно хлопая глазами. Осознав свое падение, зверек кое-как собрал лапы в кучку и тщательно отряхнулся – он был весь насквозь мокрый. Коул повел бровью. Помнится, он хотел щенка, но у Джорджа... Джордж ненавидел собак. Боялся их с самого детства. Мужчина поставил пакеты на стол и присел на корточки, смотря на щеночка. Тем временем пес разглядывал его, явно раздумывая, подойти или нет. Это была обыкновенная дворняга. Он был весь черный, и только пузо и маленькое пятнышко на затылке были белыми. Гость вильнул хвостом, после чего тявкнул, высунув язык и «улыбаясь». Мужчина улыбнулся и позвал собаку к себе, пытаясь быть дружелюбным. Ему было плевать на породу собак. Сейчас ему можно хоть целый табун собак тащить в дом. Тот активнее завилял хвостом, подходя к мужчине и садясь ему на ноги. Щенок провел брылей по штанине Коула, оставляя на ней мокрый след. Однако в этот момент пес выглядел таким довольным, что сердиться на него было нереально. - Арчи, я тебя все равно вытру, - донеслась угроза со второго этажа, из-за чего пес заметно напрягся и спрятался за альфу. По лестнице спускался взлохмаченный омега, отдиравший от тела мокрую одежду и несущий в руках сухое полотенце. - Боюсь, он сам решил вытереться, - заметил Коул, следя за тем, как щенок почти обтерся об него. - Где ты Пузатика подобрал? Мужчина подхватил щенка на руки и поднялся, почесав животину за ухом. Он был чертовски довольным. И неизвестно от чего сильней: от того, что у него появилась собака, или от того, что возлюбленный не ушел. - О, Коул. Прости, тебя долго не было, и я побоялся, что не услышу звонок в дверь из-за душа, - покаялся юноша, проследив за тем, как Арчи млеет в объятиях альфы, и невольно ему позавидовав. Ну да, его-то только имели, а вся ласка досталась пушистому комочку шерсти. – Я вышел проветриться, пока тебя не было, но по пути услышал тявканье из коробки в мусорном баке. Едва успел – водитель мусоровоза почти приставил контейнер к подъемнику. Этому малышу чертовски повезло, что я оказался рядом. Сегодня его второй день рождения. Парень решил не скромничать. Ну, а что? Он ведь молодец? И он же… получит свою порцию ласки? Или все достанется Пузатику? Альфа подошел к нему ближе и положил широкую ладонь на его затылок, поглаживая и, якобы в шутку, почесав за ушком. Мужчина тепло улыбнулся, держа пушистый комок одной рукой. - Да, ты всегда был молодцом. А я всегда желал завести щенка. Но из-за фобии Джорджа мне не удавалось, - вздохнул он, подняв щенка до лица омеги. Малыш до того разбаловался, что лизнул омежку в нос. - Я помню. Ты говорил. Помнишь, когда мы от всех сбежали и сидели в шалаше целый день? – улыбнулся юноша, проворно набросив на собаку полотенце и все-таки вытирая его шерсть. Он невольно залюбовался альфой. Улыбнулся. Впервые за это время Коул улыбнулся. И это действительно грело сердце омеги. - Да, тогда я и понял, что люблю тебя, - усмехнулся мужчина, и его улыбка слегка померкла. - Кстати, ты до сих пор носишь этот браслет? Он ведь уже никакой... Почему бы тебе не выкинуть его? Кати почувствовал, как теплая атмосфера пропадает. Он невольно снова сделал альфе больно. Но тот, видимо, решил ему ответить, раз произнес столь жестокие слова. - Он дорог мне. Что бы ты там себе ни напридумывал, все, что было раньше, важно для меня. Этот браслет всегда со мной. Он позволяет мне верить в лучшее и унимает боль, как душевную, так и физическую, - пояснил парень. – Как минимум потому, что его подарил мне ты. От всего сердца. - Да? Ну, я рад это слышать, - посмеялся мужчина. - Ты тогда лил слезы, как крокодил. Мне до того тебя было жалко, что я, не умея, кое-как сплел это. Я думал, что он порвется через неделю, и ты просто его выкинешь. Но, видя его через столько лет, я понимаю, какой я оказывается умелый парень, - вновь улыбнулся мужчина. - Я могу его укрепить тебе, а то пара веревочек уже выбились. - Только не сегодня. У меня ужасно болит нога из-за погоды. А он, как я уже говорил, снимает боль, - покачал головой парень. – Впрочем, я был бы рад, если бы ты его починил. Не хочу с ним расставаться. Молодой человек сложил полотенце, после чего благодарно чмокнул альфу в щеку и вернулся обратно к лестнице. Он едва заметно хромал, но был уверен, что Коул не заметит. Все-таки он привык к этому и всегда просто старался игнорировать это, клянясь, что Кати «самый-самый красивый омега на свете», что несколько утешало комплексующего в такие моменты мальчугана. - Все еще больно? У меня есть мазь. Давай намажу? Хоть немного снизит боль, - заметил осторожно Коул, ставя щенка на пол. - И не волнуйся. Ты все такой же красивый. Альфа ушел на кухню в поисках аптечки. Юноша заломил бровь. Это что сейчас было? Проявление доброты? Довольно неожиданно. Омега уже успел отвыкнуть от заботы и внимания, так что чувствовал себя странно и не знал, стоит ли ему считать себя жалким, или просто поверить старому другу, как он верил ему в детстве. - Ты идешь? - крикнул из кухни мужчина, достав нужный ящичек и найдя в нем мазь. Да, как в старые времена. Помнится, Коул просидел несколько дней у постели больного, боясь, что тому станет хуже. Парень что-то пробурчал себе под нос, но на зов пришел, усевшись на табурет. Он прекрасно помнил тот случай, и до сих пор с трудом осознавал, что тот милый мальчик превратился в такого красавца-альфу. Коул присел перед ним на корточки, убрав браслет и начиная наносить на кожу янтарную мазь. Должно помочь. Альфа занимался спортом и частенько себе намазывал больные участки. Шатен втирал жидкость внутрь кожи, массируя. Омега немного смутился, следя за тем, как мужчина ухаживает за ним. Это было что-то новенькое за последнее время. Коул хоть начал проявлять эмоции и даже заботиться, чего, по правде, парень совершенно не ожидал. - Вот и все, - усмехнулся шатен, закручивая тюбик и вставая. - Ложишься спать - я забинтую тебе ногу, чтобы наверняка. Мужчина улыбнулся, увидев, как щенок уже таскает его плед. Вот засранец... Правда, когда он добрался до сумок, про плед было забыто. Там же целый кусок колбасы! Арчи зарылся носом в пакет, активно виляя хвостом. Юноша рассмеялся. Такой забавный. Да и… кажется, даже атмосфера стала теплее. Альфа подхватил ушастого разбойника, не позволяя продолжать эту воровскую деятельность, и стал рыться в ящиках, в поисках миски. - Тебе не плохо? - спросил Коул. - Как нога? - Все хорошо, - привычно отозвался парень, поднимаясь и помогая искать. Зверька действительно стоило сначала покормить. Неизвестно, сколько он так просидел в коробке. Юноша выудил миску, кинув туда оставшиеся со вчерашнего дня макароны и отрезав колбаски, и налил ему воды в другую миску. Щеночек задрыгал ногами, то и дело облизываясь и желая поскорее оказаться на полу. Коул посмеялся и поставил его на пол, следя. Такой забавный и милый. Мужчина содрал с себя мокрую и грязную толстовку, которая верно ему помогала спастись от дождя. Альфа повел оголенными плечами, расслабляясь. Юноша протянул руку, чтобы забрать толстовку. Ну, а что? Постирает хотя бы. Он более или менее привел дом в порядок, хотя, по сути, мог этого и не делать. Но, раз он тут живет, порядок должен был быть соблюден! Он и письма свои нашел. Правда, пока что он просто свалил их на кровать, особо не заботясь об их сохранности. Коул протянул ему грязный элемент одежды, слегка смутившись от такого. За ним никогда не ухаживали. Вся нежность и забота доставалась его брату. Так что мужчина не привык к тому, что его и во все замечали. - Прекращай смущаться, - с серьезным лицом заявил Кати. – Это слишком мило. Омега взглянул на друга, а потом тепло ему улыбнулся, унося одежду. Каждому нужна забота, так что юноша решил просто немного сбавить обороты собственного недовольства. Особенно когда между ними зародилась такая атмосфера. Мужчина хмыкнул и начал разбирать сумки, следя краем глаза за щенком, который объелся и теперь лежал без движения рядом с мисками, широко улыбаясь в своей собачьей манере. Ночью придется взять его к себе, иначе малыш испугается. Юноша также стянул с себя мокрую одежду, возвращаясь к своим делам. Еда все равно стояла на плите, так что он без зазрения совести мог удалиться. К тому же… Он ведь все равно рано или поздно уедет. Когда-нибудь Коул наиграется в любовь, и прогонит его. Так что молодой человек старался особо не сближаться с ним, но в то же время не мог оставить одного. Ведь альфа выглядел совсем разбитым. Мужчина поел, отметив, что омега стал готовить куда лучше. В детстве Коул собирал всю волю в кулак, чтобы съесть блюда омежки... Но вот сейчас парень действительно вкусно готовил. Кати тем временем раздобыл коробку, куда стал складывать обнаруженные письма. Их было много, очень много. С самого первого дня, как он переехал. Видимо, Джордж действительно их прятал от брата, не желая делиться с ним вниманием друга. А ведь омега писал им каждому по отдельному письму. Да, странно все сложилось. Альфа улегся на диван, положив на грудь спящего щеночка, и сам задремал под теплом мехового друга. Не стоило ему заболеть из-за этого проклятого дождя! Омега же укрыл его, когда тот уснул. То, что происходило, не укладывалось в рамки нормальности, но… ему действительно хотелось верить, что Коул научится улыбаться снова. Лицо спящего было спокойным. Длинные черные ресницы закрывали ярко зеленые глаза, которые всегда с такой прямотой смотрели на собеседника. Каштановые волосы спутались местами и свисали с края дивана, доставая до пола. Слегка пухлые губы были приоткрыты, и было слышно, как альфа дышит. Парень подчинился неизвестно откуда взявшемуся порыву и склонился над мужчиной, едва ощутимо целуя. Этот поцелуй не был похож на тот, что у них был во время близости. Он был наполнен не страстью, а бесконечной нежностью, о которой он никогда не расскажет Коулу. Как минимум потому, что он никогда ему не поверит. Однако чужая рука легла на его затылок, прижимая омегу еще ближе к мужчине. Коул всегда имел чуткий сон. Вот и сейчас альфа проснулся, как только его укрыли одеялом. Омега дернулся, отстранившись и густо покраснев. Он не ожидал, что его так быстро поймают на горячем. Вот ведь! А раньше Коул всегда спал крепко. Он не просыпался даже когда Кати, гладил его по голове после ссор с братом, убеждая, что все будет хорошо. - Не убегай, - выдохнул все еще сонный альфа, поймав омежку за руку. - Здесь много места. Мы поместимся. Мужчина зевнул и провел пальцами по ладони парня. Сейчас ему просто захотелось побыть рядом с любимым. Парень застыл в нерешительности, не зная, как поступить. С одной стороны, он был слишком смущен тем, что его раскрыли, поэтому не мог согласиться, но с другой… Он ведь не заснет один. Без альфы он едва заставлял себя сомкнуть глаза, но не мог спать. Когда они долго не виделись, эта особенность почти пропала, но теперь появилась вновь. Юноша закусил губу. И как тут решить-то? - Двигай-двигай. Я ничего делать не буду, - усмехнулся шатен. - Тем более на мне Пузатик. Поспим втроем на стареньком задрипанном диване. В детстве мы ведь так часто делали. - Только потому, что ты его сейчас разбудишь, - принял независимый вид Кати, обходя диван и плюхнувшись рядом. Он сбросил тапочки и залез под плед, просунув больную лодыжку между лодыжками мужчины. Побудет вместо грелки, раз уж на то пошло. И пусть только попробует возразить! Мужчина улыбнулся и вновь закрыл глаза, обняв юношу одной рукой, чтобы он не свалился. Щенок оказался между ними, но и его альфа обнял, чтобы кто-нибудь не лег на него. Парень прикрыл глаза, расслабляясь. Завтра он будет все отрицать. Но это ведь только завтра. Омега приобнял мужчину, почти моментально проваливаясь в сон. Сегодня они стали чуть лучше понимать друг друга. Жаль, что однажды все изменится. Шатен что-то тихо шепнул ему, мягко улыбаясь и проваливаясь в сон следом. Впервые за долгое время ему было спокойно на душе. Впервые он забыл про брата, про остальные плохие воспоминания... Сейчас он был простым Коулом рядом с любимым человеком.