Я ухожу... Слышишь?

      –Ре! Я ухожу… Слышишь?       Накинув свое любимое черное осеннее пальто, Земфира стояла, обутая, на пороге и старательно завязывала шарф. Ответа из комнаты, где Литвинова сидела и дорабатывала текст тогда еще не готовой совершенно пьесы «Северный ветер», не последовало.       –Литвинова! Ау! – прислушалась-тишина.       «Уснула что ли? Конечно, ночами строчит тексты свои… Гррр! Лаадно!» – проворчала про себя Рамазанова, проходя в обуви в комнату. Отворив ее, она увидела Ренату в наушниках, сидящую к ней спиной, которая в своей манере дирижировала карандашом, читая на бумаге только что исправленный текст.       «Какая же она милая, домашняя… Ни следа от бывалого лоска…» – улыбнулась тепло сама себе брюнетка и, войдя в комнату, аккуратно коснулась худощавого плеча. Актриса тут же дернулась и отпрянула от хозяйки квартиры, как от огня, выдернув из ушей наушники.       –Тьфу на тебя! Зе… Это самое… Я же испугалась… Фух… – пыталась перевести дух Литвинова, глядя на соратницу.       –Это на меня тьфу? А кто у нас уши заткнул и ничего не слышит? – улыбнулась певица.       –А ты… Ты куда? – решила все же уточнить режиссер, абсолютно не понимая, почему Земфира стоит перед ней в верхней одежде.       –Как куда? В Зеленоград… – пожала плечами Рамазанова. Встретившись с недоумевающим взглядом возлюбленной, стала уточнять: – Я вчера тебе говорила, что еду в Зеленоград. Там нужно решить одно дело… В общем, не так важно. А ты что, меня не слушала? – тут же прищурилась.       –Э… Не, я помню, Зе… Ты едешь в Зеленограаад… Вот… И… Как, надолго?       –У-у, не слушала, значит… Понятно…       –Зе! Я… Это самое… У меня сейчас самое время творить. И я пишу, вот… Пока пишется. Возможно, чуточку вчера пропустила… Но ты же меня простишь, м? – блондинка поднялась и, сократив расстояние между ними, кратко поцеловала в губы. Отстранившись, довольно облизнулась и со всем раскаянием, которое она только могла показать, глянула Рамазановой в глаза.       –Кхм…Так… Если я сейчас останусь, – говорила с улыбкой певица, одной рукой прижимая к себе Литвинову, а другой развязывая халат, – то я никуда не успею… – отстранилась и пошла в коридор.       Тяжело выдохнув, Рената двинулась за возлюбленной, которая решила напоследок надавать жене заданий, чтобы она хоть немного отвлеклась от творчества.       –Значит так, я на день. На холодильнике записка с поручениями, которые ты должна выполнить. В конце концов, ты мне кто? Жена. Так вот, жена, храни наш домашний очаг, а я поеду работать. А когда приеду и увижу, что моя благоверная со всем справилась, окончательно тебя прощу… – улыбнулась тепло Земфира.       –Какие такие поручения? – ничего не понимающая Литвинова аж вскинула брови. – А если не выполню?       –А если не выполнишь… Ну… Что уж там… Разведемся… – наигранно пожала плечами Рамазанова и захохотала.       –Вот собака! Не шути так! – пригрозила блондинка, фирменно прищурившись и, приблизившись к той вплотную, пригрозила пальцем.       –О! Насчет собаки! Выгуляешь Себастьяна! –брюнетка в шутку щелкнула перед Литвиновой зубами и, засмеявшись, аккуратно и почти невесомо поцеловала в губы. –Все, поеду… Люблю тебя… – протараторила Земфира и поспешила удалиться. Недоумевающая до сих пор Литвинова отправилась к холодильнику, чтобы посмотреть, что же там за поручения для сохранности домашнего очага написала ей Земфира. Записка на холодильнике действительно была. Аккуратно сложенная, закрепленная магнитом.

«Дорогая моя Ре… Ты читаешь эту записку, а я уже еду где-то недалеко и очень по тебе скучаю. Скорее всего, уходя, я уже сказала тебе, что люблю тебя, так что твой лимит нежностей на сегодня исчерпан. Любимая моя, прости, но я устала и работать и поддерживать порядок в нашем уже совместном скромном жилище, так что тебе выдается удивительная возможность поучаствовать в домашних делах.

–постирать грязные вещи в стиральной машине

–помыть полы

–вытереть пыль

–приготовить ужин

–выгулять Себастьяна.

У тебя все получится, родная. Я верю в тебя. Буду к вечеру.

Z. »

      –Хм… А ведь действительно, Земфира всегда все это делала сама. Не, ну уже если она справилась, то я тем более. Ничего сложного. Так… Постирать вещи… Хм… Подойдя к стиральной машине, Литвинова впала в ступор.       «Так… А почему тут все на английском? Мне как стирать? Надо переводить… – подумала было Рената, схватившись за телефон. – Нет… Долго… Хм… Мое чутье меня никогда не подводило. Сейчас разберемся… Так… Допустим, вот этот режим. Какая-то кофта нарисована. Интересно, а Зе положила туда хоть одну кофту? Несправедливо же будет, что режим для кофты, а ее там не окажется… Так… Футболочки, штаны, трусы… Черт с ним! Будет кофта. Кофта толще, значит должно лучше постирать» – сделала было разумное умозаключение актриса и, выбрав нужный режим, нажала на кнопку питания.       С улыбкой отряхнув руки, как после тяжелой работы, блондинка взяла карандаш и зачеркнула первый пункт.       «Готово… Что там дальше? Помыть полы… Это легко…Так…» – направившись в кладовую, где Земфира всегда складывала все подобное, Литвинова нашла тряпку и швабру. Недолго мучаясь с отжимом, девушка намотала тряпку на швабру и, улыбнувшись, пошла в комнату. Решила начать с их.       «Господи Иисусе, я не мыла полы курса с 4 ВГИКа… Ностальжи… – улыбнулась сама себе актриса и приступила к процессу мытья. То, что тряпка была очень плохо выжата, совершенно не смутило ее, и она продолжала думать о своем, протирая полы. – Интересно, а как их мыть правильно? Помню, мама что-то говорила, типа от двери к окну или от окна к двери… Хм… А по фэншую как?» – из бесконечного потока мыслей ее буквально вырвал звук подающего ведра. Блондинка обернулась и увидела довольного Себастьяна, который стоял, преданно глядя на Литвинову, и радостно вилял хвостом.       –От собака! Ты…Ты что наделал? Ты же теперь весь мокрый, и тебя надо мыть еще… Черт… Так… Быстро в ванную… Быстро… И не смотри на меня так! – пригрозила пальцем Рената и встала в дверном проеме, зазывая собаку в ванную. – Ну идем же! Ты же весь в пене!       Собака с места не двигалась. Себастьян взял и на зло жене своей хозяйки вовсе сел в лужу.       –Че это он…– задумчиво пробормотала Литвинова, прищурившись рассматриваю наглую морду довольной собой собаки. – У тебя что, протест против меня? А ну-ка пошли… – Рената буквально взяла его на руки, отчего Себастьян взял и лизнул блондинку прямо в глаз.       –Черт! Я же накрашена… – уже буквально закипая от злости, тараторила она сама себе, устроив псу банные процедуры.       После того как с мытьем Себастьяна, а заодно и полов, было покончено, Рената вернулась к записке, зачеркнув там пару выполненных пунктов. Усталость накатила неожиданной волной.       «Как она с этим всем справляется одна? –решила все же вспомнить о жене за столько времени Литвинова. Глядя на часы, ужаснулась. – Черт! Ужин!» – тут же опомнилась и, четко понимая, что все, что она успеет приготовить до приезда жены, – это чай, стала экстренно звонить в ресторан, чтобы заказать доставку.       Справившись с этим безупречно, за что блондинка себя мысленно похвалила, она снова взяла записку. «Так… Осталась пыль…Черт, и выгулять собаку. Опять этот неугомонный пес нарушает мое личное пространство…Грр! Начну с пыли…»       Пройдясь по квартире, оглядывая полочки, Рената слегка помахивала пипидастром там, где ей, как казалось, могла скопиться пыль. Вот только вечер за окном и один черт без дневного света разберет, была там пыль на самом деле или нет.       «Так… Хватит. Все равно Зе не заметит. Уже темно. А если завтра решить проверить, скажу… Скажу, что уже новая нападала. Да! Так ведь и есть. Пыль вокруг нас… Хм… Звучит как название для какой-нибудь социальной новеллы. Надо запомнить…» – рассуждала Литвинова, убирая инструмент для пыли на свое законное место.       Довольная собой, режиссер приступила к последнему пункту «адского списка», как она уже успела его назвать. –Себастьяян! Ты где, мой хороший? Иди сюда… – прищурившись, Литвинова аккуратно, буквально на цыпочках, ступала по комнате в поисках собаки, понимая, что если она сейчас сразу начнем ему угрожать, то их «война» продолжится до прихода Земфиры, а Ренате это было нужно меньше всего. Обнаружив, что еще мокрая от мытья собака лежит на ее красивом черном пеньюаре, который блондинка приготовила для того, чтобы извиняться перед Рамазановой на случай, если уборка провалится, ее чуть не хватит удар. Пытаясь хоть как-то сдержать свои нервы и накатившую ярость, актриса подошла к собаке и аккуратно попыталась ее разбудить. Точнее, она просто осторожно тыкнула пальцем ему куда-то в область бедра.       –Э-эй! – позвала та его шепотом. – Ты…Это самое… Хочешь там чего или не? Может, тебя можно не выгуливать? – в ответ пес лишь что-то хрюкнул во сне и дернул лапой, что заставило Литвинову улыбнуться.       «Интересно, че он там…Че ему снится?» – с этими мыслями Рената, недолго коря себя за этот поступок, вычеркнула крайний пункт записки и, тяжело выдохнув, опустилась на стул. Спустя буквально минуту в дверь раздался звонок. Он оповещал хозяйку о том, что ужин прибыл.       Бережно разложив все по тарелкам, Литвинова удалилась в комнату и начала прихорашиваться. За все это время, что Земфиры не было, она успела здорово соскучиться. Без Рамазановой квартира казалась ей совсем пустой, и все в ней совсем чужим, не ее.       Второй, самый долгожданный за день звонок в дверь, не заставил себя долго ждать. Блондинка в роскошном облегающем черном платье, с вечерним макияжем и уже такой родной алой помадой открыла дверь и тепло улыбнулась возлюбленной. Земфира, которая улыбалась не менее тепло, вручила букет цветов жене и, пройдя в квартиру, закрыла дверь.       –Ну что, Ре? Как дела? Соскучилась? – не успев даже разуться, Рамазанова аккуратно прижала жену к стене, не оставляя ей путей отхода. Рената же и не собиралась отступать, а лишь приняла этот вызов. Приблизившись слишком близко к губам Земфиры, она тихо прошептала:       –Очень…       Идиллию прервал звук урчащего живота.       –Ты голодная, да? Так пошли, я там на кухне уже все приготовила… Накормлю тебя… Идем…       Брюнетка удивленно вскинула брови, окинув квартиру взглядом.       «Хм… Вроде порядок. Странно. И даже пахнет съедобной едой…»       Пройдя на кухню, Земфира удивилась еще больше, увидев роскошный стол.       –И это все ты сама?       –Угу…       –Ну, будем дегустировать! – потерла ладони Рамазанова, присаживаясь за стол.       Спустя пару часов разговоров за столом и также пару бутылок вина, изрядно захмелев, певица с улыбкой смотрела на свою жену и буквально не отрывала глаз. Рената смутилась.       –Ну ты чего так смотришь?       –Ты у меня такая красивая… О! А как там Себастьян? Вы поладили наконец?       –Ой, да-а, Земфирочка, да! Умнейший пес…–процедила сквозь зубы актриса, глядя на пса, сидящего под стулом у Земфиры и охраняющего хозяйку. – Кстати, я прощена? Я справилась? – прищурившись, спросила Литвинова, сверкнув глазами в сторону жены, зная, как ей это нравится.       –Да… Ты большая умница у меня. Я даже больше скажу. Завтра разделю обязанности по дому, и будем вместе теперь хозяйничать. И мне проще, и ты тут теперь не только для красоты будешь. Прям как настоящая семья… Что думаешь? Согласна… Ренату аж в холодный пот бросило.       «О,нет…Только не это!»       –Ре, ау! Так что, ты согласна?       –А? Ой, да, конечно! Это же совсем не трудно… – улыбнулась актриса своей жене и бережно провела рукой по ее щеке. «Это пиздец….»