Принцесса и разбойник

      Всё отлично: стоять перед зеркалом несколько часов ради платья и прически, стоять рядом отцом, слушая его беседы с вычурно одетыми людьми в масках, сидеть на мягком кресле, благородно поедая изысканнейшие блюда от известнейших поваров этого целого замка под прицелом цепких взглядов, и ночью, когда наконец все крепко заснут, она может позволить себе волность — выйти на балкон, чтобы пролить горькие слёзы своей беспомощности перед отцом.       Эрина всё больше понимала, насколько мал её мир, вертящийся только вокруг дорогого отца, короля их процветающей страны. Вспоминая вкус сегодняшней еды, девушка высунула кончик языка. Еда была холодной, нисколько не согревающей ее тело, промерзшее от отсутствия чего-то сокровенного, по-домашнему теплого в этих пустых залах. Еда была идеальной, без сучка и задоринки, без живого огня, словно делал его какой-то механизм, а не человек. Эрина раньше, ещё в детстве, всегда считала, что самые идеальные люди — это родители. Ведь они и правда были безупречны, чего бы ни касались и не делали. И мама ушла, видимо, ненадолго, как казалось ей, семилетней девочке, ощущавшей на своём маленьком плече тяжёлую и грубую ладонь отца.       Сегодня намечался вечерний бал-маскарад. Все должны скрыть своё настоящее лицо — этот урок Эрина усвоила слишком рано, ведь плач посреди толпы мог привести к сиюсекундным, обжигающим спину и уши взглядам и шепоткам. На что Накири всегда молча обводила собравшийся сброд презренным и ледяным взором, чтобы те ощутили весь холод, сковавший и скрывавший маленькую девочку, что молчаливо роняла слёзы посреди пустой комнаты. — Госпожа Накири, Его Величество ждёт вас в тронном зале, — кланяясь в пол, служанка не поднимала взгляда, не смея глядеть принцессе в глаза. — Можешь идти, — лёгкая на вид корона больно давила на виски. Эрина чуть кивнула, разрешая напуганной девушке уйти. Часы отбивали ровно десять вечера. Скоро предстоял её выход на свет к ожидавшим королевских особ гостям. И что отцу понадобилось в такое время?       Размеренная и величественная поступь, как ее учили долго и крайне неприятно, отдавалась эхом в пустеющей голове. С каждым шагом девушка чувствовала, как сердце и разум сжимаются внутри, осанка прямая и железная, голова ни насколько не опустилась, ноги тяжелели. «Мне страшно. Страшно просто войти в зал, где сидит отец». — Вы меня звали? — последовал поклон принцессы. — Конечно, Эрина, подойти ближе, — послушно вставая напротив отца, девушка не заметила, как сжала ладони в кулаки. — Я хочу тебе кое-что дать, — она внутренне дернулась, готовая к невидимому удару. — Эта вещь когда-то принадлежала твоей матери. Прискорбно вспоминать, что она ушла так скоро и не попрощалась с тобой как следует, — чувствуя иронию в его голосе, Эрина на мгновение нахмурилась, принимая бархатную коробочку. — Прими это в качестве моего подарка на твой день рождения…       Что? День рождения? Поздравление, которое не звучал с его губ с самого далёкого детства? Всё происходящее казалось сном, неприятным сном. Ведь только послезавтра, двадцать третьего числа, ей исполнится восемнадцать. — Ты же ещё умеешь готовить? — Адзами Накири усмехнулся. — Конечно, можешь и владеешь ножом в совершенстве, точно твоя дорогая мать. Ведь это я обучил тебя всему, хотя и запретил заниматься кулинарией с четырнадцати лет, — Эрина не могла понять сути этого разговора. Готовка, мать, подарок? С чего бы отцу поднимать настолько устаревшие темы и вспоминать некоторые детали? — Что-то я разговорился, — пробормотал он вдруг с рассеянным видом, вызывая глубокое удивление дочери. — Что ж… Я скоро выйду к ждущим меня господам. Надеюсь, твой наряд произведет незабываемое впечатление на наших дорогих гостей.       Не до конца понимая смысла сказанного, Эрина внимательно осмотрела обычно бледное лицо отца, чтоб убедиться, что с ним всё в порядке. Откланявшись, девушка направилась в свою комнату, однако скоро развернулась, идя к выходу из замка. — Ваше Высочество, вы выглядите угрюмой, — милая девушка, недавно устроившаяся к ним в качестве одного из королевских секретарей, села к молчаливой принцессе. — Ох, Хисако… — напуганно выдохнула Накири, тут же прокашлялась, поправляясь и возвращая невозмутимый вид. — Ничего. Всё хорошо. — Тогда я не буду вас тревожить, — вставая, Арато поправила платьице и несколько задержалась, ожидая, что госпожа всё-таки скажет причину её тревоги. Она молчала.       Роскошный вечер, как и всегда. Всё же надев кулон, Накири вернулась в дворцовую залу, где проходили все масштабные мероприятия. Все также веселились, если перешептывающуюся толпу можно назвать веселой. Не опасаясь чужих касаний и толчков, принцесса прошла сквозь скопившийся в одном месте люд, подходя к накрытому столику. Увенчанная корона говорила сама за себя. Аппетита совершенно не было, так что Эрина подхватила дольки нарезанных фруктов, привычно внимательным взглядом осмотрев на наличие подозрительных пятен, указывающих на испорченность. — Эрина-Эрина, — громкоголосая знакомая не стеснялась ничего и открыто приобняла удивлённую принцессу. — Что же ты ешь одни фрукты? Мясо здесь самое сочное, какое только может быть. — Аа, госпожа Риндо, — подмечая диковатый вид маски, Накири точно могла сказать, кто это. — Мясные блюда, без сомнения, тают на языке, и мастерство нашего повара похвально и заслуживает того, чтобы их попробовали, — Кобаяси с удовольствием поедала все заинтересовавшие её лакомства и поглядывала на предавшуюся молчанию принцессу. — Ранее приглашённый Цукаса постарался на славу, хоть и для него это не впервой, — знакомая в ослепительном наряде коснулась маски, напоминающей воинственных женщин-варваров. — Оцени его творения и насладись сегодняшним торжеством как следует… — сквозь широкие прорези в маске виднелся озорной блеск по-кошачьи жёлтых глаз. — Извините, что вмешиваюсь в ваш разговор, милые дамы, — к ним подошёл парень, держа в руке, обтянутой белой перчаткой, бокал. — Я лишь хотел полюбопытствовать, скоро ли выйдет Его Величество? — Эрина не сдержалась от резкого выдоха, чувствуя раздражение, когда незнакомец, не скрывая направления внимательного взгляда, всматривался в её лицо. Не услышав смешка Риндо, принцесса нахмурилась, чего не было видно за маской со множеством мелких деталей, и сложила руки на груди. — Мой отец, — выделила она, считая, что так дойдёт до парня, с кем он говорит, — выйдет, когда будет нужно. — Конечно, ведь он — наш король, — активно закивал парень, совсем не ощущая стыда или совести, и посмотрел на Кобаяси, улыбнувшись уголками губ. — Что же, — задорный голос Риндо развеял неприятную атмосферу, — мне пора. Было приятно увидеться с тобой, Эрина. Может, в следующий раз мы побеседуем как следует, — она что-то скрывала. От Накири не скрылось то, как Риндо подмигнула парню, прежде чем уйти к другому столику. — Ваше Высочество? — парень в маске, скрывавшей большую часть лица, но не тёмно-красные волосы, вновь привлёк внимание. — Хм? — даже не глядя на собеседника, Накири вертела в руках украшение в виде сердца с искусно вырезанными цветками. — Всем стоять на месте! — тихую музыку прервал грохот выбитой двери и шума разбитых окон. Люди засуетились, в страхе образуя плотное столпотворение. Несколько мужчин выступили вперёд. Эрина сохраняла внешнее спокойствие, хоть и разделяла всеобщий страх. Парню, стоявшему рядом, происходящее казалось смешным, что он не переставал улыбаться. Как по велению и хотению большинства на балкон вышел Его Величество, Адзами Накири в вечно тёмном фраке. Все замерли в ожидании его слова. Мужчина искал кого-то взглядом, а заметив дочь рядом с привлекающего внимание активным маханием незнакомцем, нахмурился. Король всё молчал, из-за чего ворвавшиеся наглецы продолжала наводить страх, хотя ничего не предпринимали. — Хочешь немного прогуляться? — неожиданно прошептал незнакомец, чуть наклонившись к замершей Накири, и, крепко подхватив девушку, зычно свистнул. Принцесса не могла двинуться, чужие пальцы уверенно сдавливали кожу сквозь плотный, но тонкий материал платья. Кто-то навёл дыму. Нечто оглушающе взорвалось, посыпались осколки. Будучи прижатой к мужской груди, Эрина чувствовала, как парень посмеивался. Ее потряхивало, конечно, держали на руках и неизвестно куда бежали, пока вдали утихал всеобщий шум и гам. Чьи-то проклятия от всего сердца донеслись до ушей. — Умеешь держаться в седле? — парень скидывает маску в кусты, а вместе с ней и чистенький фрак, оставаясь в свободной рубахе. — Д-да… — полная луна светилась над их головами. — Давай ко мне, — Эрина с интересом оглядывает севших на лошадей пару людей, задерживаясь взглядом на юноше, приглашающе протягивающем руку, кто совсем недавно бесцеремонно прервал их разговор. Почему она так спокойна с казалось бы похитителями ценного члена королевского двора? Накири и сама себя не понимала, сквозь шумно стучащее сердце быстрее снимая самую верхнюю и широкую юбку, несмотря на искреннее удивление ждавшего юноши, оставаясь в белых шароварах, служивших для объема юбки. — Вы прекрасны в своей грациозной небрежности, принцесса, — по-доброму усмехнувшись, названный Юкихирой парень помогает усесться девушке позади. — Держись крепче, — проговаривает он, в последний раз оглядев милое женское личико без маски. Обхватив его за талию, Эрина прижимается щекой к широкой спине. Она невольно улыбается, осознавая, что всё-таки желала когда-нибудь, спустя месяц или год, вырваться из замка и наконец вдохнуть свежий воздух полной грудью.