Сладкий триумф

Северус стоял в темном углу с тарелкой торта, ожидая, пока жених и невеста откусят первый кусок, чтобы он мог съесть его сам. Гермиона весело покачала головой.  — Этот торт испекла Молли, — тихо сказала Гермиона. Ее любовник изогнул бровь, на такую очевидную попытку отвлечь.  — Конечно. Она улыбнулась и зааплодировала вместе с другими гостями, когда Гарри и Джинни сделали первые укусы. Рядом с ней раздался звон столовых приборов по фарфору, а затем Северус громко застонал, глубокий звук прокатился по ней. Девушка удивленно посмотрела на спутника. Его глаза были закрыты, голова откинута назад. На самом деле, этот человек был немного гедонистом.  — Попробуй, — призвал он, еще раз зацепив вилку и протянув ей. Удерживая его взгляд, она сомкнула губы на вилке. О, Мерлин. Это было отлично!  — Это лучший торт, — прошептала Гермиона, проглотив. Северус наклонился и поцеловал в уголок рта, слизывая капельку шоколада. Его волосы, слегка сальные, несмотря на то, что он вымыл их менее двух часов назад, упали вперед, скрывая его действия от посторонних глаз.  — Я согласен, — пробормотал он, целуя ее челюсть к уху, — Должно быть, это магия. Очень похоже на тебя. Она чувствовала запах шоколада в его дыхании, и ей было немного стыдно признаться, что это ее заводит. Его зубы вонзились ей в мочку, и она захныкала, чуть не выронив торт. Северус отстранился. — Доедай свой торт, Гермиона. Она знала этот взгляд и подчинилась бы как можно быстрее, чтобы найти более уединенный уголок и воспользоваться его горячим взглядом, но торт был слишком хорош. Она смаковала каждый кусочек. Северус облизал кончик вилки, оставляя на горячем языке тающие полоски шоколада. В ответ Гермиона позволила глазури слегка окрасить губы. Они дразнили друг друга, обмениваясь поцелуями, губами и языками лаская кусок торта. Наконец, последний кусочек был соскоблен, тарелки отброшены к ближайшему столу, и Северус с рычанием наклонился, сцеловывая шоколад с ее губ.  — Не здесь, — простонала она между поцелуями, впиваясь пальцами в его официальную мантию, — Северус… Он крепко поцеловал ее и отстранился. Взявшись за руки, они пробрались сквозь веселящихся, болтая на ходу, чтобы скрыть нарастающее в крови возбуждение. Гермиона остановилась, увидев дверь кухни Норы, занятую тремя незнакомыми ей мужчинами. Северус тихо выругался и потащил ее в тень сарая Артура. С тихим смехом Гермиона своим толкнула его в стену сарая с глухим стуком. Она зарылась руками в его волосы и притянула его губы к своим, глотая его стон. Прижавшись к нему так близко, она бесстыдно воспользовалась тем фактом, что могла чувствовать твердую длину его члена сквозь одежду и тереться о него. Северус обхватил ее задницу, прижимаясь к ней.  — Быстрее, — сказал он, затаив дыхание. Гермиона кивнула, потянув за ряд крошечных пуговиц на его брюках, — Хорошая девочка… Я не думаю, что могу больше ждать… Это была ложь, и они оба это знали. Независимо от того, насколько отчаянными они были, им всегда удавалось замедлить себя и сделать так, чтобы другой тоже получил удовольствие. Гермиона высвободила его член из одежды и укусила шею; его стон отразился горячей пульсацией между ног. Северус приподнял ее платье настолько, что его пальцы проникли глубоко во влагалище. Она захныкала, сжимая мышцы вокруг него. Она так любила это.  — Я хочу слизать глазурь с твоего члена, — прохрипела Гермиона, когда Северус нашел ее клитор и то самое место внутри. Он страстно поцеловал ее, поднимая выше, несмотря на их неловкое положение. Гермиона тяжело дышала и стонала, поглаживая его член, целуя и покусывая шею, — Близко! Северус, я так близко… Его пальцы покинули ее, и она почувствовала покалывание его магии: чары левитации. Нетерпеливо она обвила руками его шею, и он легко поднял ее, прислонившись к стене сарая для поддержки. С почти мучительной медлительностью он опустил ее на толстый жар своего члена, и они застонали в унисон.  — Да-а-а, — прошипел он рваным тоном, — Все… Я буду трахать тебя, Гермиона, пока из тебя не потечет… Она тихо выругалась, двигаясь вместе с ним, и вонзая зубы в его нижнюю губу. Ни один из них не использовал заглушающие чары.  — Я хочу раздеть тебя донага и нагнуть над кухонным столом, — пробормотал он ей на ухо, — Я измажу тебя глазурью и слижу ее с твоей кожи, прежде чем отшлепать твою задницу до вишнево-красного цвета, — тяжело дыша прошептал он, глубже врываясь в ее тело, — Когда мы вернемся домой, я привяжу тебя к твоей старой кровати и буду лизать твою сладкую киску. Я заставлю тебя умолять об этом, Гермиона, умолять меня позволить тебе кончить…  — Северус, — простонала она. Его ритм был устойчивым, но ей нужно было больше, — Пожалуйста…  — Всегда, — простонал он, — Я всегда буду радовать тебя. Она резко вдохнула, когда рука на ее попке сдвинулась, и один длинный палец нашел путь к ее заднему проходу.  — Черт, пожалуйста!..  — Хорошая девочка, — снова прошептал он и рухнул на землю с ней на коленях. Они оба двигались, пока не нашли правильный угол, двигаясь вместе чуть менее неловко, — Лучше, вот, Гермиона, вот и все… скачи на моем члене… Она энергично закивала, его длина входила и выходила из нее, а палец работал в анусе. Она наклонилась, чтобы поцеловать его, они оба тяжело дышали и доводили себя до безумия. Далекие звуки свадьбы удерживали в ее голове мысль о тишине, и когда она начала хныкать, головокружение становилось все сильнее, она уткнулась лицом ему в плечо, с приглушенным криком вонзив зубы в его плечо. Северус резко вдохнул и ускорился, а через несколько ударов сердца последовал за ее оргазмом и своим собственным, мягко толкаясь сквозь пульсирующие стенки. Гермиона сидела, скорчившись, рядом с ним, борясь за глоток воздуха, и он поцеловал ее в потный висок, не обращая внимания на вьющийся волосы, щекотящие нос. Она радостно замычала в ответ, целуя то место, которое несколько мгновений назад укусила. Они прислушивались к звучанию музыки и далекому бормотанию разговоров, осторожно выпутываясь и накладывая необходимые чары. Северус первым вскочил на ноги и любезно протянул руку, которую Гермиона, с улыбкой, приняла.  — Ты собираешься сделать все, что сказал, когда мы вернемся домой? — спросила она, коварная улыбка играла на ее губах. Гермиона стряхнула со своей юбки травинку.  — Возможно, — ответил он, пока они медленно шли к праздничному столу, будто ничего не произошло, — Если…  — Если…? — она попалась на удочку.  — Если ты посмотришь со мной на Волшебные пекарни. Гермиона рассмеялась:  — Конечно!