***
Айзава Шота не был набожным человеком, но после третьей встречи с этим мальчишкой начал молиться всем синтоистским богам. Многие его коллеги смеялись и шутили по этому поводу. Но не прошло и года, как в сети стали появляться фото героев в своих повседневных образах возле храмов и церквей. Кто-то даже ходил в мечеть. Однако даже боги не могли помочь героям с их душевным спокойствием. Айзава Шота в узких кругах считался набожным человеком, и всё же, через два года после первой встречи с пернатым ребёнком, твердо заявил, что является атеистом.***
Он не видел его уже несколько месяцев. Это и радует и настораживает. Особенно настораживает в связи с появлением серийного убийцы. Нет, он слышал о том, что Токоями всё ещё влазит во всё подряд, но уже меньше. Даже слышал, что его несколько раз видели с девушкой. «Может, он наконец успокоится?» — думал Айзава, ложась спать. Он ещё никогда так сильно не ошибался. Утро началось не в семь часов от звона будильника, не с горячего кофе, и даже не с уроков с учениками. Утро началось в два часа ночи, когда ему пришёл срочный вызов в полицейский участок. Поймали серийного убийцу. И, вроде бы, надо радоваться: меньше работы. Но под ложечкой засосало.***
Их двое. Токоями размножаются почкованием, не иначе. Ещё этот их героизм, граничащий с безрассудством и идиотизмом. Спрашивать о том, что они делали посреди ночи на улице, никто не стал, как и спрашивать о том, что они делали в другом городе. Всех присутствующих волновал другой вопрос: какого черта они полезли ловить серийного убийцу? Ответ был до безумия прост и смешон. Настолько, что многие не верят до сих пор. Они не знали, что он убийца.***
Сейчас Айзава Шота, он же Сотриголова и подпольный про-герой, сидел в учительской и, кажется, снова начинал верить. Правда, не в бога, а в самого дьявола. В списке его учеников чёрным по белому числился Токоями Фумикаге. Таких совпадений не бывает. Ещё больше он насторожился, когда не увидел там второго имени. Токоями Сая. Она появилась из ниоткуда. Как гром среди ясного неба. Сая сглаживала все острые углы брата и гасила его пыл, как свечу. Нет, они не перестали геройствовать. Зато теперь у них был мозг. «И совесть…» — думал Сотриголова, смотря на баночку кофе, что была оставлена рядом с ним Токоями Саей.