Умру чуть позже

      Мальчик свернулся калачиком на грязном матрасе. Худое тело била мелкая дрожь, а зубы отзывались раздражающим постукиванием. Под ним был какой-то прогнивший старый матрас вместо кровати, а заместо одеяла какой-то ободранный кусок ткани, некогда бывший дешевой курткой или рубашкой. Худощавые лодыжки и грязные пятки всё же высовывались из-под своеобразного одеяла, и кончики пальцев ног он уже не чувствовал. Глаза слипались от непреодолимого желания поспать, но мальчик точно знал, что на холоде спать нельзя. А так как жить ему всё же хотелось, приходилось бороться даже с такими мелочами, как сон.       Обнимая самого же себя ещё сильнее, он почувствовал, что майка на нём мокрая, видимо, дождь всё же проник в дом, делая их обитель ещё хуже. Окончательно проснувшись парнишка через силу открыл глаза и оглядел скудно обставленную комнату. На диване никого не было, но зато рядом с ним, немного отодвинутые за спинку, стояли новые пустые бутылки из-под вчерашнего пива. Присев на матрасе, он услышал, доносящиеся из соседней комнаты, голоса, дверей у них в доме не водилось, так что он прекрасно различал речь. Один голос принадлежал его отцу, судя по тону которого, он наконец-таки был трезв, а второй — незнакомец.        — Так сколько ему говоришь? — как-то странно посмеиваясь, спросил незнакомый голос.        — Девять. — отозвался голос отца. — Ну, так сколько дашь?        — Продажная ты скотина, Ёну. — ударяя по столу кулаком, засмеялся мужчина. — Тебе на две коробки алкашки должно хватить.        — Отлично. — как-то без раздумий согласился отец, даже не пытаясь торговаться. — Деньги вперёд, делай всё, что захочешь.       Из комнаты донеслось какое-то непонятное шуршание, видимо, незнакомец отсчитывал деньги. После раздался скрежет рассохшихся половиц и в дверном проёме появился незнакомый мужчина. Он противно ухмыльнулся, смотря на сидящего на полу в углу мальчика. Он же в ответ молча наблюдал за мужчиной, не совсем понимая, что отец задумал на этот раз. От взрослого разило если и не многолетним, то, как минимум, сегодняшним перегаром, но держался он довольно ровно. Мальчик сразу почувствовал, что мужчина перед ним — альфа. Противный запах феромонов, заставил живот мальчугана скрутиться от боли и неприязни. Старший снова ухмыльнулся и приблизился к нему, присел на корточки. Он взял паренька за подбородок, приподнимая и заставляя смотреть на себя.        — Ты же поможешь дяденьке кое с чем? — изо рта незнакомца пахло жутко, будто там кто-то сдох, как подумал мальчик. Ему не нравилось то плохое предчувствие, что буквально билось в истерике у него в груди, пытаясь проломить рёбра изнутри. — Смотри внимательно. — продолжил он своим хрипящим от курева голосом. — Дяденька тебя всему научит.       Навалившись на малыша сверху, мужчина заставил его в испуге вскрикнуть. Перехватив слабенькие ручки мальчика над его головой, альфа грубо стянул в него шортики. Больше кричать ему не разрешили, сильно ударив по лицу. Мальчик закрыл глаза, наполненные слезами и почувствовал внизу незнакомую боль, последний раз вскрикивая.

***

      Пак распахнул глаза, в которых стояли слёзы. Недавние раны пульсировали, не давая о себе забыть. Рядом сидел Мин, внимательно вглядывающийся в лицо парня так, будто видел его впервые.        — Тебе приснился кошмар?        — Что? — Чимин не узнал собственного голоса, он немного дрожал и срывался. — Нет. — наконец совладав с собой, спокойно ответил он.        — Ага. — как-то неуверенно отозвался омега. — Так я и поверил. — ставя колено между неаккуратно разведённых ног альфы и нависая над ним, парень увидел на секунду потерявшего самообладание Чима. — Ты… Боишься?       Альфа ничего не ответил, предпочитая отвернутся и встать, немного некрасиво с его стороны, отталкивая от себя Юнги. Омега недовольно упал на подушки рядом и обиженно оттопырил нижнюю губу, но Пак этого даже не заметил, подходя к окну.        — Если не хочешь мне объяснять, то я прочту твои мысли. — обижено отозвался парень, замолкая на какое-то время.       Он углубился в мысли Чимина, изучая и его воспоминания. Пак, пусть и почувствовал вторжение в свой разум, всё равно ничего сделать не мог, так что молча смотрел в окно. Сзади послышалось шуршание простыней, и омежьи руки аккуратно обвили парня со спины. Вздрогнув, он почувствовал как его обнимают ещё крепче.        — Прости…        — Что? — удивился альфа, выпрыгивая из своих мыслей и пытаясь посмотреть омеге в глаза.        — За то, что тогда сделал больно и не останавливался, когда ты просил. — наконец отцепив от себя Мина, Чим развернулся и обнял его по-человечески.        — Всё хорошо…        — Хочешь, — замялся парень, утыкаясь носом альфе в грудь. — попробовать секс сверху? — омега покраснел ещё больше, отворачиваясь от Пака.        — Я сомневаюсь, что смогу тебе понравится. Я ни разу не был в сексе, как альфа. — легко отозвался он. — Ну, или тебе придётся меня учить.        — Ничего страшного, я покажу. — смело ухмыльнувшись, парень перехватил альфу за руку и повёл за собой к кровати.       Честно, вся его уверенность почти сразу разбилась об айсберг смущения, но Паку было не легче. Они, словно два подростка в пубертат, смотрели друг другу в глаза, заливаясь пунцовыми красками по самые уши. Альфа навис над Мином, но и тот не делал первого шага. Чимин уже хотел слезть с омеги, как тот, будто выпрыгивая из раздумий, перехватил его за руку. Скомандовав короткое «Раздевайся», Мин дал им обоим небольшую передышку.       Скомканно выдохнув, голый по пояс Юнги начал первым. Аккуратно слез с кровати и, устроившись между разведённых ног альфы, начал зубами снимать с него штаны, недвусмысленно поднимая глаза на смутившегося Пака. Освободив вставший член альфы, Юнги провёл кончиком языка от основания до головки, сразу беря её в рот и со смаком посасывая. Вязкая слюна стекала по подбородку омеги, заставляя Чимина судорожно дышать.        — Дорогой, — промямлил альфа, упираясь ладонью в лоб парня. — прекрати.       Парень с удивлением оторвался от завлёкшего его занятия, и уставился на альфу. Пак же, подхватив Юнги под подмышки, как котёнка, повалил его на кровать и навис сверху. Возбуждённый член альфы, вымазанный в липкой омежьей слюне, задевал бедро Мина.        — Прости, если буду груб. — голос Чимина сел от возбуждения. Он смотрел в глаза омеги, затуманенным от возбуждения взглядом.       Пак всхлипнул, низ живота приятно потянуло, и он почувствовал как по внутренним сторонам бёдер течёт вязкая смазка, пропитывая и пачкая его трусы. Сорвав раздражающее бельё, парень закинул ноги омеги себе на плечи и наклонился, впиваясь в губы Юнги жадным поцелуем. Мин изнеможённо простонал сквозь поцелуй, чувствуя, как член альфы проезжается по его промежности.        — Ты можешь не растягивать… — сбивчиво пробормотал парень, отрываясь от желанных губ.       Альфа аккуратно протиснул головку члена в сочащийся смазкой вход. Мин запрокинул голову назад, обнажая нежную кожу шеи, сразу же обзаводясь парочкой новых засосов. Грубо войдя на всю длину, Чимин сразу же укусил омегу в перекат плеча, ставя метку.        — Прости… — хрипло пробормотал он, сцеловывая слёзы, выступившие на омежьем лице.       Мин начал немного подмахивать бёдрами, призывая парня начать двигаться. Пак сразу начал вбиваться в дрожащее тело, с силой вминая его в матрас. Комната наполнялась их запахами, делая воздух вязким. Парни были близки как никогда. Кожа к коже, дыхание на двоих, они были одним целым.       Сильный запах, постоянно выделяющейся смазки, возбуждал альфу ещё сильнее, заставляя метить омегу везде, где он мог дотянуться. Мин кричал от удовольствия, граничащего с болью. Он закатывал глаза в экстазе и закидывал голову назад в немом крике, обнажая шею ещё сильнее. Омежий член постоянно тёрся о животы парней, пачкая их. Наконец омега с протяжным криком кончил, заставляя альфу сорваться на бешенный темп. Пак входил в обмякшее тело, вбивался в горячее нутро. Больно сжав тонкую талию Юнги, наверняка оставляя синяки, он кончил глубоко внутрь, не позволяя омеге соскользнуть со своего члена.        — Не думал, что секс может быть приятным… — прошептал альфа, падая рядом с Юнги. Пак повернул голову, обнаруживая, что омега сразу заснул. Улыбнувшись, Чимин укрыл их обоих и чмокнул его в лоб. — Я люблю тебя, Мин Юнги.