Талая вода

Субботним утром Пака будит его же телефон, который просто разрывается от сообщений. Сонхун нехотя поднимает голову и тянется за ним, чтобы выключить звук, как видит на экране уведомление от Хисына в их группе, которую создал старший для обсуждения расписания и прочих мелочей (естественно, что основную часть сообщений там занимали глупые картинки, которые скидывал Рики, и ответы Сону на них). Хисын: «Парни, мне вчера звонил тренер. Он будет уже в пятницу». Джей: «Ура?» Ни-ки: «мило. меня и сонхуна наконец-то выгонят». Пака совсем не зацепило то, что написал младший, потому что, когда был тренер, то Сонхун постоянно вылетал из класса за своё поведение. И к этому все привыкли. Пак просто специально ничего не делал и прятался во вторых линиях, чтобы избежать участия в выступлениях. Но тренер это понимал и видел потенциал парня, поэтому дрессировал его. Как же Сонхун это ненавидит! Правда, осознал он это ближе к шестнадцати годам. Это была одна из главных причин, почему ему пришлось покинуть фигурное катание - он просто терпеть не может критику в свою сторону. Он сильно ссорился с мамой, потому что та говорила, что он умрёт, если не будет заниматься ещё и физической активностью. Сонхун срывал горло, доказывая обратное, сам в это не веря. Пак был таким счастливым ещё вчера, а сегодня он понимает, что возвращается в своё прошлое. На него нахлынули неприятные воспоминания, нанося ущерб его сердцу и разуму. Он вспомнил, как его ругали родители, когда он отказался от мяса в четырнадцать лет, как его мама плакала на кухне, когда он сказал, что не может больше заниматься фигурным катанием, и как он сказал, что ему надоело ходить в эту студию из-за тренера, который многого от него ожидает. Сонхун страшно боится не оправдать ожидания других, поэтому, зная, что ему придётся постараться, чтобы выполнить что-то, он сразу это бросает, чтобы никто не посмел указывать ему на ошибки. Он не воспринимает конкуренцию и соревнования с кем-то. Это мешает сосредоточиться на себе, думает Сонхун. Но он искренне ненавидит себя за это, признавая только свою вину во всём. Иногда его посещают навязчивые мысли, связанные с другими: «Я хочу быть таким же беззаботным, как Сону, трудолюбивым, как Рики и Хисын, понимающим и постоянным, как Чонсон, но не могу. Что со мной не так?.. Почему я не могу быть нормальным?» Сонхун действительно не понимает, чем заслужил таких хороших людей в своей жизни. Но сейчас он не поддерживает ни с кем из них контакт, сам не понимая почему. Наверное, ему нужен отдых ото всех старых знакомств, которые заставляют его мысленно возвращаться в прошлое. «Что тебе вообще нравится в этой жизни, Сонхун?»,- кричала мать Пака в слезах. Ничего. Всё было чуждо его душе. Да, он хорошо учился в школе, пытался ходить на танцы, изредка выступая, но он ничего не делал для своей души. Не было чего-то, что могло помочь ему отвлечься от рутины и почувствовать вкус жизни. Сонхун всё делал механически, не вкладывая душу. «Ему нужен психолог»,- говорил тренер по танцам его матери, будто Пак ничего не слышит. Ага, конечно, нужен. Например, его родная мама-психолог, которая доводила себя и его до слёз. Отличная, даже можно сказать, профессиональная работа! Как же иногда хотелось всё остановить, но Сонхун не решался, ведь ему казалось, что его проблемы недостаточно серьёзные, чтобы писать о них в прощальной записке. Хотя, пару раз он чуть было не порезал себя прямо на кухне, увидя нож. Это такое странное чувство, когда ты не можешь радоваться жизни, но в то же время нет серьёзных причин для грусти. Он страдал уже от недостатка эмоций. Не зря Джейк прозвал его ледяным. Пак действительно замораживал себя и своё сердце несколько лет, чтобы перестать плакать каждый раз на пару с матерью. До Сонхуна только доходит, что такое состояние у него было последний раз весной. Лето прошло отлично, ведь он снова начал больше общаться с Джеем и Сону, а осенью он встретил Джейка. Возможно, дело было ещё и в том, что его родители сейчас жили в другом городе, поэтому он чувствовал себя спокойнее, да и тренер был в отъезде. «Я просто хочу начать новую жизнь,- думает он, лёжа в кровати. - Он мне поможет?»

***

Неделя пролетела мгновенно. И вот уже он, Пак Сонхун, опять с недовольным лицом и вечно вздыхая, медленно переодевается в раздевалке возле зала. — Поторопись, хён! Ты же не хочешь получать так сразу?- возмущается Сону. Сонхун не уверен. Зря он пришёл. Просто он привык уже не прогуливать в этом семестре. У них появилось два новых человек в группе, Джейк и Чонвон, а занятия с Хисыном казались относительно беззаботными. Так. Ладно, опаздывать - это глупая идея - так он только больше внимания привлечёт к себе. Поэтому нужно уже со всеми заходить в зал. И он так и поступает. — Здравствуйте, -начинает Пак. Но первое, что он слышит на входе это: — Сонхун, ты что не помнишь, что я говорил перед тем, как уехал?- в такие моменты Пак понимает, что тот же педантичный Хисын - это цветочки. — Что?- изо всех сил старается не закатывать глаза Сонхун. — Слишком закрытая одежда. Я просил надевать футболки, а не… — Я забыл её,- врёт Пак. Старший громко вздыхает. Начинается долгая и мучительная разминка, за время которой Сонхун успевает получить множество «комплиментов». А вот Чонвон и Джейк действительно понравились тренеру. Он отметил их пластичность и выдержку к более тяжёлым нагрузкам. За первое Сонхуна тоже когда-то хвалили, но он, в отличии от парней, был слабеньким, когда дело касалось серьёзных нагрузок. Будь он помладше, и если бы ел мясо, и продолжал бы ходить на фигурное катание, возможно, всё было бы иначе. Какой ужас! Это ведь чистая правда! Раньше Сонхун успевал всё. Он окончил музыкальную школу с отличием и даже умел совмещать параллельно с фигурным катанием танцы. А что сейчас? Да он от силы один-два раза сел за инструмент после окончания. А прошёл почти год, между прочим. Пак, не задумываясь, вспоминает свой первый день в этой студии. Ему было всего пять, а все парни казались такими высокими и стройными. Он не думал, что перерастёт почти каждого из них. Помнит, как мама договорилась. Тогда он начал заниматься с совсем маленькими детьми, не как сейчас - в группе, в которой одна часть совершеннолетних, а вторая - это Ни-ки, Сону и Чонвон. Тогда Джей впервые заговорил с ним. «Это мой коврик. Не видишь, я его подписал?». Ну, подумаешь, один из самых близких людей в его жизни начал общение с наезда? Но в тот же день они наладили контакт, когда их поставили в пару. Паки так сдружились, что их матери были только за отправить обоих в одну школу, где они почти проучились эти мучительные двенадцать лет. Примерно в это же время, он сказал, что хочет заниматься фигурным катанием. И его отправили. Ему очень нравилось, он уже с самого детства готовился к олимпиадам, и был одним из лучших. Когда он понял, что участие в соревнованиях для него важнее танцев, он приостановил занятия. Но после травмы, Сонхуну сказали, что он временно отстранён от соревнований, после чего ему пришлось снова больше внимания уделять танцам, чтобы держать себя в форме. Фигурное катание полностью ушло из его жизни, когда тренер отказался заниматься с ним для соревнований, потому что тот «разленился», пока не сильно напрягался на льду из-за травмы. Тогда Пак, чтобы не выпасть из жизни на совсем, принял решение - не без помощи Джея, конечно, - уделять всё внимание танцам. Ему нравилось выступать, и что его ставят везде в центре. Но Сонхун отдавал всего себя безвозвратно на каждом выступлении, что сильно утомляло. Правда, он умел возрождаться из пепла, и снова блистать на сцене, как будто там он жил, а не в реальной жизни. Мечтой Пака было стать профессиональным танцором, но, когда Сонхун решил попробовать поступить в место, где специализируются именно на искусстве, он провалился на первом же туре. Какой позор, думал Пак. Но всем говорил что-то вроде: «Значит, не судьба». И всё. С этого момента он возненавидел быть танцором. Сонхуну было даже стыдно называть себя таковым. Как он вообще мог думать, что его возьмут?.. Пак считал, что даже не достоин занятий в этой студии. Он хотел уйти, поэтому однажды после выступления закатил скандал, когда ему сделали всего одно замечание из-за спины. «Я уйду. Если я плохо танцую, ищите кого-то другого на моё место. Мне уже тяжело. Я устал». Он даже успел в тот день расплакаться прямо перед всеми. «Мне так стыдно за тебя, Сонхун,-говорила его мать. - Я больше не справляюсь с тобой. Или ты нормально себя ведёшь и извиняешься перед тренером, или я ухожу из дома». Что он мог сделать? Его снова поставили перед фактом. Да, он кричал на свою родную мать в слезах, но он не мог так с ней поступить! Мама Сонхуна вложила в него всё, все её надежды и мечты были направлены на него, а не на младшую дочь. Сначала она хотела слепить из него фигуриста, потом танцора. А что сейчас? Он сам не знает, чего хочет. Вот бы его просто не… — Сонхун! Что ты вытворяешь?!- ну, вот опять, думает Пак.- Почему ты опять болтаешься? Ты уже весь заплыл! Всё нормально. Ты уже просто отвык от этого. Не реагируй. — Ходишь в каких-то обносках, ничего не делаешь, еле шевелишься! Твоя мать уже бедная с тобой! Нет, чтоб прийти и позаниматься для себя! Тебе самому не хочется? Не нужно, Сонхун. Ты же снова об этом пожалеешь! — Я уже не могу. У меня нет сил танцевать. — Что?- старший поднимает брови. - У меня все дети сдавали экзамены, а потом приходили на занятия. В чём проблема? Почему ты так себя ведёшь? — Мы с Вами договаривались, что я сейчас заменяю Кея. И такой разговор действительно был! Перед летними каникулами, у Пака уже случался подобный приступ, но мать заставила извиниться, а тренер попросил на одно выступление заменить парня, который не мог учавствовать из-за травмы. Но потом старший, видимо, решил, что Пак всё-таки решил вернуться. Но он просто думал, что сможет уйти, сделав это постепенно. Ничего подобного… — Какой Кей! Что ты мне кейкаешь?!- тренер постепенно приходил в бешенство. - Он вообще у нас не занимается! Вы вообще слышали, что он несёт?- старший озирает всех стоящих в зале, которые явно были напряженны. - Вы вообще видели что-то подобное? Ни-ки пожимает плечами и отрицательно вертит головой. Вот урод. — Я сказал, что я ухожу! Сейчас я временно кого-то заменяю! То Кея, то Ханбина, то Даниэля. Я не хочу говорить, что я делаю одолжение, просто… — Ты невоспитанный пацан, Сонхун. Тебе это всё вернётся,- он делает паузу. - Хорошо. Незаменимых нет. Я найду и тебе замену. Не переживай. Встали! Проходим ещё один раз! Тренер демонстративно не смотрел на Пака, когда они танцевали. Сонхуну было всё равно. Да, наворачивались слёзы из-за стыда и совести, но он не мог позволить себе снова извиняться. Пусть всё это уже закончится. Даже если по-плохому. Он готов. После этого, Сонхун, как ни в чём не бывало, подошёл к учителю и спросил, нужна ли тому помощь. Он делал так всегда, таким образом он хотел показать, что не держит обиду, или что он вообще самое настоящее хамло. — Нет, не нужно,- говорит старший, смотря в пол. — Хорошо. До свидания. — До свидания. Через миг Пак уже в раздевалке. А через ещё один - одетый в дверях.

***

Все выходные Сонхун получал сообщения от Джея, Сону и Джейка. И если последний писал, о чём угодно, только не о том случае, то друзья Пака не могли оставить это просто так, хотя и пытались не подавать виду. Сону: «Приветик!» «Ты, наверное, устал. Тебе нужно отдохнуть, верно?» «Ничего! Если захочешь поговорить об этом, пиши<3» Джей: «Сонхун. Как ты?» «Не хочешь встретиться поговорить?» «Мы с Сону тебе во всём поможем разобраться» Сонхун просто написал обоим что-то вроде: «Спасибо. Мне нужно немного времени. Поговорим на следующей неделе». Так он не жил, а существовал до понедельника. Этот день для него имел большое значение. В школе он почти не разговаривал с Джеем и Сону. Но с Джейком Сонхун перемолвился парой слов, а под конец учебного дня Шим ему сказал: «Ты точно помнишь? Давай в районе пяти вечера? Я тебя заберу». «Конечно!»,- Сонхун даже и не думал выпендриться, потому что эта долгожданная встреча была его спасательным кругом в этом океане самобичевания. Дома он долго собирался. А в голове всё это время звучала лишь одна фраза: «Это не свидание, Сонхун». Но не перегнуть палку с внешним видом было тяжеловато. Пак понял, что это уже конечная, когда полез в сестринский туалетный столик за косметикой. «Где эта чёртова помада, за которую она говорила!?». Боже, ты вообще себя слышишь, Сонхун? Он хотел убрать больной вид и все эти синяки под глазами, которые вызывали только жалость у Джейка. «Я должен выглядеть идеально после того позора, что я устроил в пятницу, чтобы компенсировать свою никчёмность, а не чтобы Джейк захотел его снова поцеловать, нет». Сонхун смотрит на своё отражение: пусть немного бледный, но красивый и стройный парень, который понравился бы большинству, хотел бы он сказать. Но не может, когда вспоминает, что он творил два дня назад. «Забудь это. Хотя бы на один день». Пак старается это сделать изо всех сил, но у него плохо получается. Так. Сонхун надел длинную рубашку без воротника, которая сильно открывала его шею, чёрный джинсы немного висели на нём, а грубые ботики совсем не сочетались с его невинным верхом. Как он выглядит? Вроде, неплохо, сказал бы Джей. А Сону вообще бы восхитился! Он всё-таки замазал синяки и подкрасил губы, чтобы выглядеть живее. Пора выходить. Стоп. Он забыл духи. Дело в том, что в китайской сильно пахло едой, а Пак не хотел брать этот запах на себя, поэтому он хорошенько набрызгал везде, где только можно, естественно, духами, которые подарил ему Джей. Тот говорил, что они не стойкие и больше для лета, но… Боже! Да какая разница! Захотел этими, значит этими. Проходя комнату бабушки, он случайно подслушивает её разговор по телефону с его матерью: — Всё хорошо. Он извинится… Не переживай… Как это никто? Он сможет вернуться! … Мне с ним поговорить? Хорошо… Не найдут ему замену! Всё. С Пака хватит. Он почти выбегает в коридор, хватая своё длинное чёрное шерстяное пальто, забыв взять шапку или хотя бы шарф, и с ноги открывает дверь на улицу. Первое, что он видит, это стоящий на пороге его дома, Джейк. Сонхун забыл, на каком языке разговаривает, когда увидел Шима. Он всегда выглядит безупречно, как с иголочки, но сегодня… Джеюн тоже надел пальто, только тёмно-коричневое и покороче. На нём были кожаные туфли, которые выглядели слишком аккуратно на фоне, прости господи, машин для убийств Сонхуна. Шим был в рубашке и брюках, а на шее был зелёный шарф. — А не слишком ли круто для китайской забегаловки?- выплёвывает Сонхун, глядя на Джейка снизу вверх. — Взаимно,- улыбается тот. Как же это комично выглядело со стороны! Два парня, вырядившихся, как на свидание с какой-нибудь безумно красивой девчонкой, идут пешком в дешёвое кафе в ПОНЕДЕЛЬНИК, чтобы наесться до отвала. Когда они добрались до заведение, найти место было почти невозможно. Все они были заняты китайцами, которые пришли, видимо, ужинать. Но одно местечко прямо возле кухни, они всё-таки занимают. Заказ принимает милая девушка, которая вежливо улыбается парням. Особенно, Джейку, как кажется Паку. — Вы уже определились? - достаёт блокнот официантка. — Да,- начинает Сонхун,- я бы хотел жареный рис с яйцом и тофу по-домашнему. — Это всё?- Пак кивает. - А вы, что желаете? Сонхун закатывает глаза, замечая, как Джейк прикусывают губу, когда к нему обращаются. Вот же… — Я бы хотел… Дайте подумать. Рис с овощами и жареный говяжий желудок с кориандром. И… Ты не хочешь что-то выпить, Хун? — Я, э-э,-Пак думает. Последний раз он напивался на дне рождении Джея. Тогда он всем говорил, что любит их, и даже пытался поцеловать Сону. Воспоминания такие себе. Но знали бы вы, как сильно он хочет расслабиться! Сонхун был в таком стрессе последние дни, а тут ещё и Джейк снова его смущает. О чём они будут говорить на трезвую голову, если у Пака ком в горле от напряжения? Поэтому он решается: — Да. Байцзю, пожалуйста. — Это всё? — Да,- в один голос отвечают парни. Официантка не успевает приносить новые стопки, как они высушивают одну за другой. Ребята почти забыли про еду, поэтому просто накидывались. Сонхуна разнесло уже после третьей, но он держался изо всех сил, стараясь не приставать или признаваться в любви, как обычно. — Как ты думаешь, почему мы с тобой сдружились? - спрашивает Пак. — Ну, это хороший вопрос. Погоди, у тебя такие милые покрасневшие щёчки, когда ты пьян, - улыбается Джейк. Он выпил меньше Сонхуна, но всё равно заметно смягчился от градуса. - Ладно… Так. Я сразу понял, что не могу тебя просто так оставить. Знаешь, когда я представлялся на весь класс, а ты перебил меня своим появлением, я понял, что этот парень - особенный. Ты показался мне таким красивым, что я чуть было не лишился дара речи. Как я мог продолжить говорить о себе, когда я думал об опоздавшем Сонхуне? — А потом что?- дует губы Пак. — А потом я расспрашивал о тебе. У всех подряд. Больше всего информации предоставил Сону. Он сказал мне даже дату твоего рождения,- поднимает брови Шим. — Мило. Ну, а ты запомнил? — Восьмое декабря. Мы с тобой одногодки. — Стой. А кто старше?- очнулся Сонхун. — Я. Мне девятнадцать. — Не думал, что ты… А когда тебе исполнилось? Шим ехидно улыбается и отводит взгляд куда-то в сторону. — Пятнадцатого ноября. — Так это же недавн… Это сегодня! В пьяной голове Сонхуна всё встало на свои места. Но почему Джейк ему не сказал об этом?! Он бы подготовил подарок и не напивался опять в стельку. Зачем он согласился пойти в эту забегаловку, а не в дорогой ресторан? И зачем вообще Шим проводит свой главный день в году с каким-то Сонхуном, которого знает три месяца от силы?! — Почему ты не говорил мне ничего?- кричит Пак на всё кафе. — Тише… Я просто не хотел, чтобы ты волновался о подарке, и не задавал вопросы по типу: «А почему именно со мной ты хочешь отпраздновать свой день рождения?». — Но у меня именно этот вопрос и назревает!- у Сонхуна уже заплетается язык, но он хочет напиться до беспамятства. - Официант!- кричит он на всё помещение, привлекая внимания других. - Я хочу ещё эту вашу… как её там? А пошло она всё… ВОДКУ! Китайскую! — Сонхун, не нужно. С тебя хватит. Тебе будет плохо,- где-то слышен ласковый голос Джейка. — Я… — Идём домой? А? Давай! Я оплачу. Сегодня мой день рождения - я угощаю. — Не надо, я дам… Я хочу ещё выпить, Шим. — Не нужно. Давай. Встаём. У тебя есть какой-то шарф? А то ты совсем голый. — Джейк, прошу, послушай меня. У меня дома бабушка… Ей нельзя видеть меня в таком состоянии. Она позвонит матери, а та меня… Убьёт? Что мне делать, Джейк? Я не понимаю… Сонхуна сильно накрыло. Всё вокруг плывёт. Сначала он много пил, не замечая, что пьянеет, а сейчас ему резко ударил алкоголь в голову. Но Паку так хорошо. Какое же беззаботное состояние! Чёрт с ним, что скажет мама и бабушка! Ему на всё наплевать. Он лишь хочет, чтобы его кто-то обнял и сказал, что любит. — Сонху-ун! Давай! Нужно приходить в себя,- опять этот ласковый голос пытается затащить его обратно в реальность.- Идём. Сейчас только половина восьмого. Можешь у меня отойти, а через пару часов я отведу тебя домой. Обещаю, бабушка ничего и не заметит,- Джейк пытается выдавить улыбку. — К… к тебе? А так можно?- удивляется Сонхун. — Конечно! Я тебя положу у себя в комнате, а ты отоспишься, сколько душе угодно. Договорились? — Джейк, ты поцелуешь меня, если я встану прямо сейчас? — Разумеется. Я уже расплатился мы можем идти. — Ну, смотри мне, - пытается подмигнуть Пак. — Хорошо. Надевай мой шарф, чтобы не простудиться. — С радостью, хён. Ты так вкусно пахнешь всегда.