Accidentally Happy

С недавнего времени в семье Йоэля и Алекси происходит что-то непонятное. Николь уже совсем большая, ей скоро два годика, и она уже ходит в детский сад. Родители проводят много времени на работе, и отдыхают по-прежнему очень мало. Работают они вместе, поэтому имеют представление о том, насколько у них загруженный график, и что входит в обязанности каждого из парней. Тем не менее Хокка стал где-то пропадать, и чаще всего по вечерам, когда вся семья уже дома, а дочка ищет папу. — Алло, Йори, ты где? — уже десятый час, а Йоэль так и не вернулся. Николь хочет спать, но боится ложиться без отца, потому что переживает. — Скоро буду, тут дела небольшие, — ответил тот. — Нике спать пора, она без тебя отказывается, — сказал Алекс. — Дай ей телефон. Младший поднёс телефон к уху девочки: — Аё, папа, ты де? — сказала она. — Солнышко моё, ложись спать. У папы много работы, я приеду очень поздно. Тебе нужно ложиться, тогда время пройдёт быстрее, — нежным голосом сказал Йоэль, — Проснёшься утром, и папа будет дома. Хорошо? — Дя, — всхлипнула она. — Маленькая моя, не плачь, со мной всё хорошо, я скоро буду дома, обещаю. Ложись спать. Алекси взял телефон: — Йори, а ты где? Ты что делаешь? У нас же вроде по плану ничего нет, — параллельно разговаривая по телефону, он укладывал дочку в кроватку. — Да меня тут резко в лейбл вызвали, нужно решить вопрос с ротацией трека в США, — ответил Хокка, — Всё, малыш, мне нужно работать, быстрее закончу — быстрее приеду. Укладывай Нику и ложись сам. — Спокойной ночи, — грустно вздохнул Каунисвеси. — Спокойной ночи, родной. Люблю тебя, — они сбросили трубку. Алекси уложил Николь спать, но сам уснуть так и не смог. Внутри поселилось чувство недоверия. Он чувствовал, будто Йоэль ему соврал. Ведь Нико и Сантери недавно говорили, что все вопросы по поводу США решены, и всё в порядке. Волнение окутало его настолько сильно, что он решил проверить геолокацию. Она показывала, что Хокка действительно в офисе лейбла. Но всё равно он сильно переживал.

***

Алекси ждал его до трёх часов ночи. После этого разговора вокалист не брал трубку и не отвечал на сообщения. Каунисвеси уже начинал злиться и сильно бояться. В начале четвёртого заскрипел ключ в скважине. Он вышел встречать мужа: — Ты время видел? — омега сразу начал с наезда. — Три часа, — спокойно ответил Йоэль. — Это нормально, по-твоему? — Алекси сложил руки на груди. — Там очень много работы, малыш, извини, — оправдался Хокка, разуваясь и проходя в квартиру, но младший преградил ему путь: — Почему ты не брал трубку и не отвечал? — в его взгляде была сильная злость. — Занят был. Солнце, ты чего завёлся? Как только Йоэль подошёл ближе, Алекс почувствовал запах алкоголя: — Ты пил? — Да, выпил баночку пива, чтобы легче работалось, — он улыбался, стараясь разрядить напряжение, исходящее от Каунисвеси. — Хокка, скажи мне честно, ты совсем ахуел? — прямо высказал своё недовольство младший. — Котёнок, что тебе не нравится? — Йоэль попытался обнять мужа, но тот увернулся от его рук. — То, что ты ночами пропадаешь. У тебя ребёнок маленький плачет, ищет папу, а ты бухаешь хер знает где до трёх ночи! — он не кричал, боясь разбудить Николь, но в его голосе было чётко слышно, что он готов взорваться прямо сейчас, — У нас только всё наладилось, а ты опять начинаешь? Нахуя было жениться? Нахуя было ребёнка заводить? Если ты пропадаешь по ночам. — Маси, успокойся, пожалуйста. У меня появились срочные дела, я поехал на работу, немного задержался, — Йоэль не признавал вины, — Ты же знаешь, как сильно я люблю вас. — Это не первый раз уже! Ты почти каждый вечер не появляешься дома, ссылаясь на работу. Ты не забыл, что мы с тобой вместе работаем? В одной группе? И я являюсь её продюсером? Я прекрасно знаю, какой у нас план работы. И я прекрасно знаю, что в США все вопросы решены, — он уже готов был раскричаться, но всё ещё помнил о спящей дочке, — Прекрати врать! — Так, пойдём, поговорим, — Хокка понял, что просто так ему не отделаться. Они сели на диван в гостиной: — Я хотел рассказать об этом завтра на студии, но раз ты так завёлся, я расскажу тебе сейчас, — Алекси насторожился и стал внимательно слушать. Йоэль начал: — В общем, меня Микки познакомил с очень классным звукорежиссёром, он нам очень поможет с записью альбома. Мы встречались с ним в офисе лейбла последние несколько дней. Это должен был быть сюрприз для вас, и завтра мы должны были все с ним познакомиться. Его зовут Янне, он большой профессионал. — А почему ты ездил туда? Фронтмен группы всё ещё Нико, — задумался младший. — Не знаю, Микки ко мне подошёл и сказал, чтобы туда поехал я, — пожал плечами Хокка. — Посмотрим завтра, что там за Янне. Пошли спать. Он встал с дивана, чтобы отправиться в спальню, но Йоэль его остановил: — Малыш, ты злишься? — Да, я злюсь. Мне неприятно, что мой муж ночами где-то шарахается с неизвестными людьми, зная, что его дома ждёт маленькая дочь, — Алекси был очень недоволен. — Ну Маси, ну прости, пожалуйста, — старший тоже встал и обнял его, — Это должен был быть сюрприз. Прости. Я очень люблю вас, ты же это знаешь. — Я очень устал и хочу спать. К утру успокоюсь. Пойдём, — они легли в постель. Хокка обнял мужа сзади, слыша, как тот рвано дышит — переволновался. Неровное дыхание, подрагивание и частая смена поз — младший спал беспокойным сном. Йоэль начал чувствовать себя виноватым.

***

— Парни, я хочу познакомить вас с прекрасным звукорежиссёром, Янне Ярвинен, — сказал Микки. Янне поздоровался с парнями за руку, а Йоэля ещё и приобнял, так как они были уже знакомы. Как только парни стали находить общий язык с новым членом команды, Микки уехал в офис лейбла, так как там его ждали другие дела. Они стали вслушиваться в слова Янне, анализировали, что он говорит, что-то подыгрывали. — Йоэль сказал, у вас диджей есть, — парни показали на Алекси, — Покажи, что ты умеешь. — Диджея больше нет, я поехал в сад за Никой, скоро вернусь, — он совсем забыл про время и, быстро взяв куртку, вышел из студии и сел в машину. — У него дочка есть? — спросил Янне. — Вообще-то не только у него, — сказал Йоэль. — Они женаты, — улыбнулся Йоонас. — И малышке уже скоро два года, — добавил Хокка. — А почему ты ничего не сказал? — спросил Янне. — Я рассчитывал, что ты сегодня всё узнаешь, — ответил вокалист и взял гитару, — Давайте работать.

***

Через час вернулся Алекси с малышкой. — Папа, это кто? — спросила Николь у Йоэля. — Это Янне. Иди, познакомься с ним. — Йоэль, я не люблю детей. Она с нами будет работать? Может, ребёнку не место в студии с кучей сложной аппаратуры? Каунисвеси разозлился: — Она здесь с самого рождения. И она будет с нами, — он старался сказать это спокойно, но получилось сквозь зубы. — Да ладно тебе, Ян. Она нам не помешает, — сказал Йоэль. — Няня, — девочка подбежала к Олли, который сидел на противоположной стороне от Янне. Тот взял её на ручки: — Не бойся, солнце. Сиди с нами. — Алекси, иди за пульт, — сказал Ярвинен. — У меня на сегодня были другие планы, — вздохнул Каунисвеси, — Ладно, щас что-нибудь сыграю, — он встал за пульт, включил первый попавшийся трек и начал играть. — Ника, солнышко, принеси медиатор, пожалуйста, — попросил Йоонас, потому что девочка сидела рядом с коробкой, а он далеко от неё. Николь уже поняла, что медиаторы — это не еда, и знала, для чего они нужны, поэтому взяла одну штучку и принесла гитаристу. — Спасибо, — сказал Порко, а Олли похлопал рядом с собой по дивану, чтобы девочка вернулась на своё место. Янне внимательно следил за ней пристальным взглядом до конца дня. Ближе к вечеру Ярвинен сказал: — Парни, мне домой пора. Никто из вас не подкинет? — Мы с Томми на дежурство в больницу, — ответил Матела. Они всё ещё не уволились с прежней работы — она им нравилась. — У меня дела, я тоже щас уеду, — сказал Порко. — У меня машина сломалась. Я с Йоонасом поеду, — ответил Нико. — Алекс, может ты? — спросил Томми. — Если кто-то из вас забыл, то у меня маленький ребёнок, у которого скоро начинаются мультики, и которого нужно кормить. Она — не вы, на пиве целый день не продержится, — возразил Каунисвеси, начиная собираться и одевать Николь. Все парни заметили, что у диджея испорченное настроение, и он какой-то нервный. — Давай я тебя довезу, — предложил Хокка. Янне согласился. В тот вечер Йоэль снова вернулся домой ночью, не отвечая на телефон. Алекси притворился, что спит. В коридоре у Хокка зазвонил телефон, и младший прислушался к разговору: — Слушаю… — Нет… — Ян, я же тебе сказал, я завтра не приеду… — Да я же тебе говорил, Алекси злится… — Я не могу бросить дочку… — Завтра не смогу, всё… — Я не хочу об этом говорить… Было слышно, что разговор далеко не рабочий, и обсуждали они явно не вокальные партии и продакшн. Тревожность закралась внутрь парня, сдавливая рёбра. Навязчивые мысли одолевали, внушая самые ужасные исходы событий. Хокка вошёл в комнату и поцеловал дочку, а затем подошёл к кровати: — Маси, солнце, ты спишь? — шёпотом спросил он, ложась рядом и обнимая мужа со спины. Алекси промолчал, делая вид, что действительно спит, — Прости меня, малыш, — младший не понял, за что извиняется Йоэль, — Прости, — обняв Каунисвеси и прижавшись к нему, вокалист уснул, а вот Алекс поспать этой ночью так и не смог.

***

— В общем, вот такой пиздец, Ник, — Алекси часто делился с Мойланеном своими переживаниями, так как они больше всего понимали друг друга. Он рассказал про всю ситуацию с Янне и поведением Йоэля. — Не хочу пугать и тревожить тебя ещё больше, но Ярвинен — омега, — сказал Нико, и Каунисвеси вздрогнул: — Ну всё тут ясно. Нахер ему я, со шрамами и растяжками после беременности и родов? Есть же молодой и красивый Янне с идеальным телом, — вздохнул он. Алекси уже успел узнать, что новый звукорежиссёр младше него на три года. — Ну ты с выводами то не спеши, — приостановил его рэпер, — Может, на самом деле всё не так, как мы думаем. — Если бы ему было нечего скрывать, он бы давно всё рассказал. Ты знаешь Йоэля, — стоял на своём Маттсон. В этот момент зашёл Хокка: — О, вы уже здесь? — Ага, — кивнули они. — Что делаете? — спросил он, садясь рядом с Каунисвеси и обнимая его. — Да так, болтаем, — ответил Алекс. — Томми с Олли и Йоонасом уже подъезжают, давайте начинать, — до вечера они пробыли в студии.