- ты великолепен

Был уже глубокий вечер. С улицы доносились редкие обрывки разговоров, шумный гул автомобилей и беспокойный лай чьих-то собак. Сотни, или даже тысячи, огней мигали в отражении окон жилых домов. Воздух, казалось, стал таким свежим и плотным, что его можно было бы закупорить в бутылку дешёвого вина и доставать сухими и жаркими летними днями, вдыхая этот аромат мокрого асфальта и дождя. В такое время сидеть на подоконнике высокого многоэтажного дома было особенно приятно. Чувствуешь одновременно невесомые умиротворение и спокойствие, но и безумное желание пуститься в полет над всеми этими шумными районами большого города, воспевая всем своим свободным кличем. Эти яркие образы рассеялись, как только кто-то коснулся моей руки, отчего я вздрогнула. Питер. — Извини, не хотел пугать, — улыбается он, ловко вскарабкиваясь на подоконник, — ты, верно, о чем-то очень задумалась? Я лишь мягко улыбаюсь, притягивая парня для поцелуя. Теперь запах дождя смешался с ароматом яблочного шампуня. Интересное сочетание. — Ты опоздал на целых 15 минут, — наигранно стараюсь сделать грозный вид, но мгновенно таю под виноватым взглядом его карих глаз цвета молочного шоколада. — Ну прости, — вновь очаровывает меня своей прекрасной улыбкой. Негодник. Опять отворачиваюсь к окну, краем глаза видя, как Паркер спешно заталкивает что-то в рюкзак, но не обращаю на это особого внимания. Мы молчим несколько минут. Это не было неловким молчанием, скорее совместное наслаждение тишиной пустой комнаты и шумом бесконечного города. Но вскоре это интереснейшее занятие надоедает Вновь поворачиваюсь к Питеру и рассматриваю такие родные и любимые черты лица. Он, чуть прикрыв глаза и облокатившись спиной к стене, мирно наблюдал за потоками машин на перекрестках и миганием светофоров. — Почему ты такой хороший, — неожиданно для самой себя, спрашиваю я. Он недоуменно смотрит на меня, подняв брови. Взлохмаченная шевелюра, чуть помятая одежда и до невозможного наивный взгляд будто превращают его в беззащитного маленького котенка, провинившегося перед хозяйкой. — Что? — Почему ты такой хороший, — вновь повторяю, с нежностью наблюдая за его растерянным видом, — такой добрый, заботливый, смелый, находчивый, весёлый и… красивый, — добавляю я. — Не задумывался об этом, — нервно смеется он, отводя взгляд на улицу и запуская руку в непослушные каштановые волосы. — Ты сам не понимаешь, насколько ты великолепен, Питер, — серьезно говорю я, пытаясь заглянуть в его глаза, — ты удивительный человек. За всю свою жизнь я не встречала никого прекраснее, чем ты, поверь. Он наконец поднимает глаза на меня и внимательно наблюдает, натягивая края кофты на ладони. — У тебя проблемы с самооценкой, — задумчиво произношу я, будто разговаривпя сама с собой, — мы должны это исправить! Со сосредоточенным видом сажусь ещё чуть ближе к Питеру и мягко беру его руки в свои. — Что? Нет, все нормально, — мнется он, снова опуская глаза, — правда. Ну, до чего ребенок! Даже врать не научился. — Совсем неубедительно, Питер Паркер, — улыбаюсь я, — и так, начнем. Повторяй за мной:"Я великолепен». — Зачем? — смеется он, запрокинув голову. — Давай Паркер, повторяй, — смеюсь и я, наклоняясь ближе к нему. — Ладно — ладно, — успокаивается он, — я великолепен, довольна? Хмурю брови. Паркер явно не собирается относиться к этому серьезно. — Еще раз. — Я великолепен, — говорит он с уставшей улыбкой, растягивая гласные. Смотрю на него, закусив губу. Так дело не пойдет. — Ладно. Что, если я буду целовать тебя каждый раз, как только ты это скажешь, — хитро щурюсь, наблюдая за его реакцией. В темных глазах тут же зажёгся азартный огонек, а на лице появилась ухмылка. — Вижу, ты согласен, так ведь? Вновь улыбаюсь, видя, как у парня тут же появился неподдельный интерес к происходящему. Он чуть наклоняется, еще больше приближаясь ко мне. — Ну-ну, не так быстро, — отстраняюсь от него я, — сначала ты. Питер притворно закатывает глаза, а затем выжидающе смотрит на меня. А скорее, на мои губы. — «Я прекрасен как внешне, так и внутренне», — отчётливо произношу я, будто объясняя ребенку такую очевидную вещь для меня, и такую новую и неизведанную для него, — действуй. — Я прекрасен как внешне, так и внутренне… Только он успевает договорить, как я тут же прижимаюсь губами к его, оставляя мимолетный поцелуй. Питер открывает глаза и, словно взглядом, говорит " мало», из-за чего я невольно смеюсь. — «Я очень талантливый и успешный», — продолжаю я, уже вновь придвигаясь ближе. — Я талантливый и успешный, — произносит Питер, перед тем, как получить очередной сладкий поцелуй. — 'Я люблю себя», — прямо ему в губы шепчу я, неотрывно глядя в глубокие карие глаза. — Я люблю тебя, — шепчет он в ответ, а затем сам целует меня, заправляя прядь моих волос за ухо. Город за окном шумит множеством голосов, но нам плевать. Только мы. Только свобода. Только любовь. Спустя несколько секунд, когда воздуха в лёгких уже не остаётся, я отрываюсь от парня, с любовью вглядываясь в его лицо, застывшее в умиротворенном спокойствии. — Ты мне веришь? , — спрашиваю я, положив ладонь на его чуть порозовевшую щеку. — Да, — не задумываясь отвечает он, целуя мою руку и накрывая ее своей. — Тогда послушай меня. Ты всегда был и остаёшься лучшим человеком, которого я встречала во всей своей жизни. Твое сердце, твое рвение к свободе, твой ум, твое чувство юмора, твое стремление к большему — все это делает тебя уникальным и удивительным. Непохожим на остальных. Ты невероятный. Прекрасный. Великолепный. Я никогда не устану это говорить. До тех пор, пока ты сам это не поймёшь. Часть своей любви, которую ты отдаешь другим, ты должен подарить себе, — выдыхаю я. — Хорошо, — говорит он, прикрывая глаза и вновь целуя мою ладонь, — но остальную часть я хочу отдать тебе. Без остатка.

***