***
Бруно находится в светлом и просторном коридоре больницы. Сколько он здесь времени провёл? Сам бы Буччеллати пожелал знать. Он просто молча сидел и ожидал любого события. С начала нахождения в этом месте его беспокоило множество вопросов о его местонахождении, но вдруг неведомый голос пригласил его в палату, куда он и прошёл. «Папа!?» - воскликнул Бруно, увидев своего отца, лежащего на больничной койке. На лице сына полились прозрачные радостные слёзы от увиденного, он сразу прислонился к родителю с объятиями. «Как же я скучал» - тихо произнёс старший Буччеллати. После краткого молчания отец сказал Бруно, что он не должен здесь находиться, его ждут в другом месте. Эти слова ввели в огромное заблуждение Буччеллати: «Ты нужен им, ступай назад», - повторил старший. Бруно, будучи хорошим мальчиком, вышел из светлой палаты и направился быстро от неё в противоположную сторону по длинному коридору неизвестной больницы. Его окружало много палат, много неизвестных людей, которые выглядели как серая масса. Он понял. Он наконец-то понял, что он на волоске от смерти...***
Джованна, не отводя ни на секунду глаз от Бруно, проводит исцеление с помощью своего стенда уже третий час, в его глазах таится надежда и так не угасает. Тем временем команда возвращается на поезде повышенной комфортности и с повышенной охраной назад, в Неаполь. Все они всё же держат надежду на выздоровление Буччеллати. Ребята едут молча, никак не тревожа целителя их банды. Вдруг внутри укрытия происходит невероятное: Бруно делает первый жадный, но слабый вздох; пытается открыть глаза, но только как его зрение чуть-чуть восстанавливается после помутнения, он чувствует на момент радость, что он снова живой, что он рядом со своим товарищем, но сразу всё его тело пронизывает жуткая боль, он пытается выкрикнуть слово, но всё тщетно – из его горла доносится только страшный больной до ужаса хрип. Джорно быстро предпринимает меру по утешению больного, кладёт его так, чтобы облегчить боль, но всё же продолжает исцеляющие мероприятия. Блондин свободной рукой гладит легко по голове Бруно, говорит ему утешительные слова о том, что всё будет хорошо и его страдания скоро отступят. Смотря на своего товарища и понимая, что он наконец-то пришёл в себя, что он реально дышит, блондин невольно склоняется над ним и пускает самые настоящие слёзы радости. В его мыслях уже мелькают прекрасные моменты: их команда будет в полном составе, они смогут дальше делать добрые дела, управляя главной мафией. Но больше всего Джорно думал над тем, как бы поскорее вылечился Бруно. Этим же днём, Джованна приказывает команде найти временное жильё, где он бы смог ухаживать за раненным Бруно. Этим местом стал жилой дом недалеко от центра в Неаполе. Команда, связавшаяся с членами мафии, получили почти сразу от них большую и ухоженную квартиру в данном здании.***
Запах чистого постельного белья, амбре свежих нежных цветов, прохладный воздух. Все эти дивные ароматы наполняли комнату. Золотистый дневной свет заполнил уютное, мягкое помещение. Бруно очнулся, его встретил чудесный солнечный день. Он постепенно открывает глаза. Джорно, уснувший в кресле после долгого лечения, услышал через сон еле заметные движения. Он резко открыл свои яркие зеленые глаза и от неожиданности быстро юркнул к кровати, на которой лежал только что открывший глаза Бруно. Блондин упал на колени перед Буччеллати, нежно взял его за бледную руку, сказав со слезами счастья: «Так хорошо, что ты не покинул меня». Тот медленно повернул голову к другу, еле улыбнувшись ему. После этого зеленоглазый ласково целует кисть слабую кисть Буччеллати, поднимается со словами: «Отдыхай, моё солнце» и выходит из просторной уютной комнаты, оставляя в недоумении своего «друга». Немного позже Бруно проснулся от того, что в комнату кто-то вошёл и вместе с ним донёсся интересный запах разных блюд. Это был Джорно. Он принёс на обед для своего возлюбленного салат капрезе, минестроне и свежевыжатый апельсиновый сок. С огромной улыбкой блондин аккуратно подсел к Бруно, ласково оглянул его и понемногу начал кормить. Тот хоть и отказывался, но Джорно настоял. После обеда ненадолго заходили и остальные ребята. Они не стали долго тревожить Бруно – зашли посмотреть на его желанное пробуждение и искренне порадоваться. И вот опять. Бруно и Джорно. Между ними возникла уютная тишина, которой только можно было и наслаждаться. Даже молча им было комфортно между собой, ведь между ними уже за столько времени возникла крепкая связь. Глаза Буччеллати сияли, хоть он только недавно очнулся. Аккуратно невесомым движением голубоглазый юноша накрыл лежащую на кровати бледную руку. В такой тишине, казалось бы, он слышал своё учащенное сердцебиение. Они встретились глазами. Джорно решился. - Знаешь, Бруно, я хотел тебе давно сказать, - чуть ли не шептал Блондин, - но всё никак не решался. - Я бесконечно люблю тебя, не покидай меня больше никогда, пожалуйста! – продолжил он и от смущения отвернулся в сторону открытого окна. - И разлюбить тебя я не в силах, Бруно. Молчаливый до этого брюнет, от осознания ситуации, замер, а следом с нежной улыбкой рассматривал Джорно, его глаза светились и так же улыбались вместе с ним. По щеке покатилась сладкая слеза. Блондин обернулся на Бруно и тот немногословно и тихо ответил ему: «Я всегда буду рядом с тобой, мой милый Джорно». От эмоций и неимоверного желания они тут же слились в долгожданном нежном поцелуе. - Я никогда тебя больше не отпушу…, - нежно протянул ДжоДжо.