Любовь—заглушет насилие

И вот кое как выбравшись из этой дыры в котором довольно долгое время провёл Моно, когда они выбрались перед ними встала картина с огромным кораблём, очень яркий свет который ослеплял глаза и наши герои прикрыли глаза рукой, в то время пока лёгкий тёплый ветерок бут-то пронизывал их насквозь, когда Беглец начал забраться по цепи и заметив то что Моно не хочет идти за ним, седьмой протянул руку и подозвал Моно —хеей..—сказал он это очень хриплым, но с неким добродушием что бы не спугнуть нового друга. Моно же ещё пару минут помолчал и всё не решался но после того как он понял что этот мальчишка и в правду не желает ему нечего плохово, ужастного, того что с ним сделала Шестая. И взявшись за руку седьмого он как будто почествовал всю его добрату, любовь, нежность которую он желает Моно, он... Влюбился? Возможно, это так но теперь Вещатель точно знает, что теперь седьмой толькое его, только его игрушка с которой он может делать всё что пожелает его душа, и он теперь точно знает, что его "душка" не должен видеть то что он сделать с теми, кто только до него тотронеться, кто только тронет пальцем, кто хоть дыхнёт на него, он сразу ебьёт его долго, мучительно, с адской болью, и полной песчеловесностью, это всё что хочет сделать Моно но самое главное что бы это не услышал и уж темболие не увидел его "неноглядный", именно поэтому он будет делать всё тихо. Если это конечно понадобиться. Когда они забрались в место под названием Черево, они очутились в сырой, пахнущей сыростью, и влажной комнате, это была уборная "братьев-поваров", когда те прошли совсем маленький путь из угла тут же выбежал Ном, а за ним побежал Беглец. Он просто обожал Номов, а они его. Вовсяком случае это так казалось самому Беглецу.