Динго

      Пак Чимин остался сиротой, когда ему было всего пять.       У него остался лишь дядя, который еще сам был ребенком и любимая бабушка.       Семнадцатилетний Пак Чанель только окончил школу, когда на его плечи упала сложнейшая задача. Он взял ответственность за ребенка брата, маленького племянника, которого так любил. Чанель горевал, скучал и не мог набраться сил, чтобы взяться за дело. Но время шло, приходило и принятие. Пак четко решил что сможет дать маленькому все. Он воспитает Чимина как положено, это будет не просто, так как Чан альфа, а малыш Минни омега. Но старший сделает все, чтобы у племянника было хорошее будущее и чтобы он ни в чем не нуждался.       Жизнь в то время у Чанеля была не сахар. Он поступил в университет, что отнимало большую часть времени. По ночам подрабатывал где придется, чтобы его маме было легче. Она не жаловалась, но здоровье у нее было не самое лучшее после пережитого горя.       Чимин рос в любви, и рядом с омегой, что важно. Но Чанель все равно переживал. Он знал что не сможет постоянно перекладывать опеку на маму, и надо было что-то с этим делать.       

***

      В университете Пак познакомился с омегой, в которую влюбился. У них все шло замечательно, Чанель был действительно счастлив. Жизнь налаживалась. Они долго встречались с Кенсу, и на последнем курсе альфа предложил съехаться. У него была прибыльная подработка, так что он мог позволить себе съехать отдельно от матери. Но конечно же с драгоценным Минни. Ему было уже десять лет, и все его капризы заставляли волноваться женщину. — Он уже взрослый, ты это понимаешь?! — доносилось из спальни Пака, — Зачем ему жить постоянно с нами? Он и так вечно цепляется к тебе как банный лист. Я уже и не помню когда мы оставались наедине. — Кенсу, я несу ответственность за него. Я не могу его оставить. — А твоя мама? Она не против чтобы Мин остался у нее. Я согласился переехать к тебе. Не к вам, Чанель. — Он не будет мешать… — Нет! Он уже мешает. Вертится каждую секунду как волчок. Что-то хочет. Мы уже из-за него ссоримся. Причем не в первый раз. Я устал от него, и не хочу видеть в нашей квартире. И так терпел эту занозу столько лет. — Как ты можешь так говорить?! — срывался Пак, — А когда у нас появятся дети, ты тоже от них уставать будешь? — Но он не твой ребенок, Чан. У него нет родителей, — выпалил Кенсу, — Ты всего лишь его дядя. Ты и так много для него сделал. Не думаешь что пора бы уже заняться своей жизнью и создавать свою семью? — Он моя семья, — прошептал альфа, — И я не откажусь от него. Если тебя это не устраивает, можешь уходить. — Что? — опешил Кенсу. — Я сказал можешь уходить. — Чанель, ты понимаешь что рушишь все сейчас. Все годы, что я был с тобой, — тишина, — Я ведь уйду. — Дверь там, — Пак, даже не взглянув, поднялся с кровати и открыл дверь. Омега в ступоре смотрел на него, а потом собирался выходить, но остановился около парня смотря вперед. — Поздравляю! Ты только что уничтожил будущее своего дяди своим существованием, жалкая сиротка. — Чимин, — заметил омегу Пак. На его глазах были слезы, а в руках он держал тарелку с фруктами и диск мультиков. — Я не хотел… — пролепетал Чимин и убежал в свою комнату. — Пошел вон, Кенсу, — прорычал альфа. — Ты пожалеешь о своем выборе, Пак. — Тут нечего выбирать. Вон.       Омега последний раз взглянул на старшего и гордо задрав голову ушел. Чанель тут же сорвался к племяннику. — Минни, ты тут?       В комнате было темно, и слышались лишь тихие всхлипы под одеяльцем. Альфа подошел и лег на кровать. Он тут же скомкал в объятиях комочек. — Не слушай его. Ты ничего не разрушал. Наоборот, ты самое ценное что осталось у меня в жизни. — А бабушка? — тихое сопение прекратилось. — И бабушка конечно же, — тихо посмеялся Пак, чем немного успокоил младшего, — Вы моя семья, и никого другого мне не надо. — Но я думал вы с Кенсу-ши поженетесь. Ты так улыбался рядом с ним… — маленький носик показался из-под одеяла. — И я так думал. Но ничего страшного. У нас все будет хорошо. Прорвемся. Ты мне веришь? — Угу, — шмыгнул Минни, и выбравшись из одеяла обнял дядю. — Так, я не понял, ты что все еще плачешь? — прищурился тот. — Нееет… — А мне кажется что дааа… — Нет, нет. Я не плачу, — но было уже поздно. Чанель щекотал ребенка, пока тот пытался выбраться и убежать. А поняв, что не получится, принялся в ответ нападать на старшего. — Все, все, я сдаюсь, — хохотал альфа, — Кажется я заметил у тебя диск. Не хочешь ли ты сказать, что собирался в сотый раз пересмотреть этот ужас? — Ну пожааалуйста, дядя Чан. Это не ужас. — Ох, — выдохнул он, — Никогда не могу устоять перед этими глазками. Пошли смотреть. — Ура, — Минни тут же подпрыгнул хватая диск и выбежал. — А фрукты? Омега резво вернулся, всучил тарелку с тумбы Паку в руки и опять убежал. — Вот же нахал, — улыбнулся Пак и последовал за ним.

***

      Чимину уже одиннадцать. Чанель успешно закончил университет. Ему предлагали разную работу, но пока он все обдумывал. С Кенсу они больше не общались, хоть и виделись пару раз в коридоре здания.       В один из летних дней Чимин напросился на пляж, и они всей семьей отправились отдыхать. Ничего удивительного не происходило, все были счастливы. — Сынок, ты уверен в своем решении? — Да мам, так будет лучше, — строго сказал альфа, наблюдая как младший играет с воздушным змеем у моря. — Он может остаться со мной, ничего страшного, — вторила женщина. — Нет, не может, — Пак развернулся к маме, — Мам, ему скоро двенадцать лет. Он подросток. Много чего требует и хочет. Это слишком много забот. А там он будет под присмотром. И образование лучше. Мы будем приезжать на праздники. Ты и так помогала мне, теперь я должен сам позаботиться о нем, как и обещал. — Мой Чанни, — с грустью погладила его по щеке мама, — Ты так рано повзрослел. И я так горжусь тобой. — Спасибо, мама. Мне как никогда нужна поддержка.       Женщина заметила унылый взгляд и перевела тему. — А тот омега мне всегда не нравился. — Мааам, не начинай. Уже год прошел. — Так в том то и дело. Целый год. Ты посмотри на себя. Высокий, статный, умный. Красавчик весь в меня, — улыбнулась она, — И до сих пор один. Нашел бы уже кого-нибудь. — Может там и найду. — Только сразу скажи о нашем пирожочке вредном. Чтоб не случилось как с этим грубияном. Я ведь все слышала. И даже не постыдился говорить такие вещи… — Мааам. — Все, все, молчу. Нарежь вон лучше арбуза. И скажи ребенку наконец новость. — Хорошо. — Чимини, подойди, дядя хочет поговорить, — тут же крикнула омега. — Сейчас? — зыркнул на нее сын. — А когда лучше? В самолете? — Ох, что за женщина, покоя с ней нет… — Побубни мне тут еще. — Да, дядя Чан. Что ты хотел? Только давай быстрее, как раз ветер появился классный, — Чанель глубоко выдохнул и начал. — Минни. У меня хорошая и сомнительная новость. С какой начать? — С хорошей конечно же. — Ну… Мне предложили работу мечты. Это то, чем я всегда хотел заниматься. Да еще и зарплата такая, что сможем себе позволить все, что ты захочешь. — Это же круто, дядя Чан. Ты будешь творить, а я оценивать, — засиял Чимин, но вспомнил, — А сомнительная новость? Это как-то связано с криминалом? Ты что закон нарушаешь? — глаза булочки были опасно близко к выпадению из орбит, и никакой змей и ветер уже не важны. — Нет, что ты. Ничего плохого. — Тогда что? — Это в Австралии.       Чимин замолчал на несколько минут. На его милом личике эмоции менялись одна за другой, пока не остановились на нахмуренных бровях. — Ты переедешь в Австралию? — Да. — Навсегда? — На лет десять точно. — Тебе настолько нравится эта работа? — Ты и представить не можешь… — А я могу поехать с тобой? — еле слышно просил омега. — Только если ты сам этого захочешь. Омега победно улыбнулся и быстро закивал головой. — Конечно я хочу, — выкрикнул он, — Будем вместе кататься на кенгуру, и гулять везде. А еще там много разных ящерок, будем ловить их. И высоченные здания, — омега развел руками, — раза в три выше наших. Мы же будем в таких жить? А еще каждый день купаться. Там ведь тепло всегда. А еще… — Тише-тише, путешественник. Не все сразу. — Аха, — радостно кивнул Пак. — Так ты не переживаешь на счет школы? Это не просто другой город. Это другой континент. Там язык другой, и люди. Все. — Я же с тобой, дядя Чан. Прорвемся. — И правда. — Ой, мальчики, я так рада, — омега вытерла слезу не успевшую скатиться, и счастливо улыбнулась. — Бабушка, ну ты чего тут потоп устроила. Сама же говорила, что плакать вредно. — Ты прав, пирожочек. Давайте поедим, и вернемся. Надо собирать вам вещи. — А когда мы полетим? — Через два дня. — Два дня?! Надо было с этого начинать, — Чимин подлетел к бабушке и чмокнул ее в щеку, — Так бабуль, я к Чонгуку, на ночевку, нам надо победить главаря в одной игре. А без меня он ни за что не справится. Увидимся дома, — на этих словах след омеги давно простыл. — А ты боялся, — пихнула женщина плечом сына. Чан выдохнул с улыбкой на лице, и обнял маму. — Я буду скучать, мама.