Она не простит

Говорят, что проклятых псов Хель получила в подарок от Эвискорда — главы рода Вечности.

Говорят, что ее тело разделено надвое: одна половина живая, другая — мертвая.

Говорят, что она такая из-за отца.

Говорят, что она поклялась найти папочку и сожрать его сердце, а потом стать вегетарианкой.

«Девять оттенков пламени» под авторством Бранд Хелла, глава

«Все, кого я познал».

      Костяшки пальцев ломило от напряжения. Странник несся по улицам, выжимая из байка скорость, как сок из лимона. Будто если сильнее повернуть ручку газа, из нее прыснет ускоритель, и суртова кляча поедет быстрее. Быстрее ветра, что хлещет по лицу, быстрее лап, что когтями вспарывают асфальт. Странник проклял свой слух: за спиной десятки сердец бились в унисон, дыхания со свистом вырывались из зловонных пастей — псы Хель не знали усталости. Сейчас он предпочел бы об этом не думать.       Чудом сохранил равновесие, одновременно заходя на поворот и шаря по карманам «кожанки», которую стащил у бородача, снизу обтянутого байкерскими штанами, а сверху звякающего металлом: на обнаженной груди и в пробитом ухе. Куртка пахла клубникой и ванилью. В карманах было негусто: пара смятых купюр, пачка жвачки и плеер. На белоснежных наушниках желтела ушная сера. Странник фыркнул, отер затычку о рубашку, которая за время побега и не такое успела повидать, и нажал на «плей».       «Мне нужна твоя любовь», — донесся из динамика голос нестареющего идола, которому до Марса не хватило лишь несколько секунд.       Странник хмыкнул, отправляя плеер в карман; купюры и жвачка полетели по ветру. Очередной вираж: байк накренился, со скулежом загнанного зверя черканул по асфальту сапогом седока, но все же удержал равновесие.       «Мне нужна любовь», — прогремело из динамика.       — А мне нужна удача, — проговорил Странник, сбрасывая скорость, оглядываясь по сторонам и все еще надеясь, что госпожа Фортуна если и поимеет его сегодня, то нежно.       Под колесами противно скрипнуло битое стекло. Странник заглушил мотор. Дом под снос подойдет для боя: на открытом месте нет даже шанса выстоять против стаи.       В глубине дома одну стену рассекла трещина. После первого удара посыпалась бетонная крошка. После второго — кулак окрасился красным. После третьего — обнажилась железная вена. Одним рывком Странник вырвал металлический прут. Огляделся: два окна, три двери. Протяжный вой вожака разрезал ночь, ему вторили хриплые глотки. Ближе чем в прошлый раз. Бега — минут на пять.       Вертя в руке арматуру, Странник нажал в плеере на повтор.       Под голос Мэрилина, поющего о сладких снах, Странник прошел в другую комнату; то, что нужно: единственная дверь, одно окно. Он стал в угол, защищая спину, тряхнул рукой. На браслетах, украшавших запястья, вспыхнуло и тут же погасло пламя — очередная попытка снять суртовы оковы провалилась. Странник закрыл глаза, втянул воздух. Приторно-сладкий запах тлена напомнил, что сегодня есть лишь один шанс обрести свободу. И очень много вонючих мохнатых шансов получить койко-место в общежитии Хель.       Песня в разрядившемся плеере оборвалась на половине слова — хоть кто-то сегодня сдох раньше него. Теперь было слышно, как хрустит стекло под лапами. Под десятками лап. «Главное — сохранить руки и голову», — твердил себе Странник, понимая, что псы Хель — совершенные творения смерти, от них в одиночку без достойного оружия не отбиться. Он набрал в грудь воздуха и затянул песнь. Предсмертную песню огня…       В дверном проеме загорелись кроваво-красные точки глаз. Странник поманил пса, тот ощерился и рванул вперед. Железка в руках запела той дивной и старинной песней, которую знает весь металл, созданный убивать. Свист. Глухой удар. Скулеж. Еще удар. Странник уперся ногой в тушу, пытаясь выдернуть прут, и краем глаза заметил движение справа. Разворот. Зубы клацнули возле горла, когти распороли руку. Прут вошел в пузо и вышел меж лопаток.       В окно сунулась черная морда. Но, едва увидев тело собрата, пес тут же скрылся. Другой лег на пороге, так и не войдя в комнату, но прожигая ее взглядом.       — Устали, девочки? — весело спросил Странник, понимая, что его окружают. — А где остальные подружки?       В ответ послышались глухие удары над головой, а затем — скрежет когтей. Он не сразу понял, что пес в окне встал на задние лапы, а передними задергал в воздухе, будто тоже участвует в оргии. Спустя мгновение до Странника дошло: стая роет дыру в потолке и скоро рухнет ему на голову. Пора решать, как сбегать: через окно или дверь. Разница невелика — в спину вцепятся в любом случае. Он попятился к окну, но тут глаза в дверном проеме потухли, послышались звуки возни. Одним движением Странник отправил прут в голову пса снаружи, рванул к двери и замер. Посреди комнаты палевый волк трепал в зубах то, что минуту назад было псом Хель. По загривку волка пробежали огненные всполохи, он улыбнулся зелеными глазами и радостно махнул хвостом. Мол, сейчас, дай мне минуту. Странник подошел к другу и положил руку ему на голову.       — Отпусти, пока он не исчез. Мне нужны его зубы. Наверху много игрушек — они все твои.       Волк послушно разжал челюсть и рванул на второй этаж. Странник засунул правую руку в черную пасть. Зловонные зубы уперлись в браслет. Нажим — оковы раскрошились и исчезли вместе с останками пса смерти.       Странник раздосадовано посмотрел на левую руку и крикнул:       — Эй, Люк, оставь мне парочку!

***

      Странник наслаждался вернувшейся силой. Она пронизывала все тело и дрожала на кончиках пальцев.       — Я в жизни не видел столько этих тварей в одном месте. Какого черта ты сунулся в самое пекло? А если бы я не пришел? Жить надоело? — возмутился Люк, его спаситель, его друг.       Его творение, пришедшее на предсмертную песнь огня.       — Ждать надоело, — отозвался Странник. — Надоело колесить по миру, выслеживая поодиночке. Но на этот раз я их не искал, пришли сами.       — Что надо было сделать такого, чтобы за тобой пришла целая стая? В какое дерьмо ты вляпался? — спросил Люк и озабоченно посмотрел снизу вверх.       — Успокойся, наседка, все уже кончено. — Странник хлопнул друга по плечу и посмотрел на огонь: от взгляда поленья в камине затрещали радостней. — Я просто сбежал из обители Хель.       — Что? — Люк ошарашенно смотрел на него, не находя слов.       — Сначала попал туда, а потом смылся. Поначалу это казалось отличной идеей, — продолжил Странник, устраиваясь перед камином. — Я думал, как только сбегу, оковы смерти сами спадут. Немного просчитался. Если бы не они, твоя помощь не понадобилась бы.       — Хренов Ван Хельсинг, — выругался Люк, крутя в руках пузатую бутылку. — Ты помешался на этих псах Хель. Я никогда не спрашивал — у каждого есть пара нафталиновых шариков под подушкой. Возомнил себя охотником на оборотней — о’кей. Не Наполеон — и ладно. Но после того как ты позвал меня разгребать это дерьмо, я имею право спросить. Какого черта?       — Рассказ будет длинным…       — У меня вся ночь впереди, — отозвался Люк и протянул бутыль.       Огненный Странник взял ее, сделал глоток и проговорил с улыбкой:       — Тогда слушай…