Только ты

      Громкая музыка продолжает безжалостно бить по ушам, а разгоряченные фанаты не упускают возможности её перекричать, подпевают любимым песням и активно машут руками в такт.       Проносясь по сцене уже в который раз, Олли запрыгивает на невысокую платформу, не выпуская бас из рук. Он осматривает зал, в котором сейчас толпятся счастливые и энергичные ребята, и хочется радоваться происходящему вместе с ними, тоже подвевать заученным песням.       Матела продолжает наигрывать собственные партии, а головой слегка машет и кивает, заставляя золотистые кудри разлетаться в разные стороны. Зацепляясь взглядом за двух парней, басист успевает увидеть очередной их поцелуй.       Некая близость между Йоонасом и Нико перестала быть удивительной, ведь они просто друзья, которые не прочь заставить публику в очередной раз залиться восторженными криками.       Олли к этому старался относиться равнодушно, но сейчас это вызывает лишь тупое щемящее чувство в груди, а звонкий визг фанатов раздражительно режет по ушам.       И такая реакция пугала Матела.       Он так долго уверял себя, что свои абсолютно не дружеские чувства он должен похоронить в глубине себя, забыть о них и никогда не дать знать об этом кому-то ещё. Ведь это неправильно, так быть не должно.       Но сейчас этот поцелуй заставляет басиста понять, что тот и сам был бы не прочь оказаться на месте Моиланена. Даже не так, он хотел оказаться на его месте.       Тряхнув головой, Олли возвращается в реальность, отбрасывает назад чуть влажные волосы и слышит первые аккорды нового трека. Сейчас его должно волновать только это, а не какой-то симпатичный кудрявый блондин, стоящий по другую сторону сцены и ничего не подозревающий.

•••

      Шум воды, льющейся из-под крана, эхом отражался от стен, разрезая тишину пустого помещения. Олли проводит мокрыми и холодными ладонями по лицу, пытаясь привести себя в порядок и хоть немного взбодриться.       Поднимая голову к зеркалу, он видит в отражении слегка замученного парня, волосы которого были растрёпаны, а щёки покраснели от ледяной воды.       Матела по-прежнему отказывался принимать факт того, что недавний инцидент так сильно отразился на нём, хоть ничего сверхъестественного и не произошло. Он просто вновь не может усмирить вырывающиеся наружу чувства, которые так невовремя дали о себе знать. И басист предчувствует, что долго скрывать это он точно не сможет.

•••

      Делая очередной глоток, Олли ощущает, как крепкий напиток проскальзывает по языку, оставляя за собой терпкий привкус. Парень не был особым ценителем крепкого алкоголя, но сейчас он мог отвлечься только благодаря ему. Тело расслаблялось, действия становились менее обдуманными и скованными.       Матела наблюдает за танцующими в центре зала. Возможно, ему бы стоило подключиться к ним, но желания веселиться даже после пары стаканов со спиртным не возникло. Поэтому ему оставалось следить за движениями других.       Отвлекшись на какое-то уведомление, Олли не замечает, как к нему, пританцовывая, приближается кудрявый парень. Тот останавливается у стола, плескает из полупустой бутылки себе немного жидкости в стакан, а после залпом это всё выпивает.       Басист не может отвести от этого всего взгляд, а когда Йоонас уставляется на него, поспешно отворачивается, но его действия всё равно остаются замеченными.       Порко оставляет стакан и подходит к вжимающемуся в стул парню. Схватившись за спинку, он осторожно поворачивает его, и теперь Матела оказывается повернутым к нему лицом.       — Ты чего один сидишь? — прикрикивает старший, дабы играющая музыка не перебила его.       — Просто отдыхаю, — так же громко отвечает Олли, пытаясь сохранять спокойствие. Но сердце не перестаёт бешено колотиться, а голубые глаза с интересом скользят по нему, смущая ещё больше.       Младший пытается отодвинуться чуть назад, но спина уже полностью вжалась в невинное креслице, а взгляд невольно зацепляется за янтарную капельку на чужих губах.       — У тебя на губе что-то, — тихо говорит он, но собеседник, видимо, не особо хорошо слышит его, поэтому опускается ещё ниже, оказываясь непозволительно близко.       — Чего говоришь? — с неким прищуром переспрашивает Йоонас, а уголки губ дергаются в кривоватой ухмылке.       Басист решает не отвечать, а просто подаётся вперёд и ловит языком одинокую каплю. Он боится, что подобное своеволие может повлечь не лучшие последствия, но гитарист превосходит все его ожидания.       Порко вновь хватает алкоголь и небрежно выпивает немного, морщась. После он наклоняется обратно к младшему, а на губах его блестит спиртное, которое тот нарочно не слизывает.       — Повторишь? — дразнится гитарист, располагая руки на чужих плечах.       Олли от такой просьбы на момент замирает, но великий соблазн заставляет его оторваться от стула и примкнуть к желанным губам. Ладонями он обхватывает лицо старшего, а на языке вновь ощущает алкогольный привкус.       Отстранившись, Матела пытается перевести дыхание, но его тянут вверх, заставляя подняться на ноги.       — Не хочу, чтобы на нас лишний раз глазели, — проговаривает Йоонас на ухо басиста, а после аккуратно обхватывает его запястье, утягивая из зала.

•••

      В тёмном номере, освещаемом лишь блеклым светом с улицы, четко вырисовываются две фигуры.       Олли располагается на чужих бёдрах и покрывает лицо партнёра поцелуями, пока тот лишь тихо выдыхает и оглаживает тело младшего ладонями.       — Скажи честно, ты поддаёшься только потому, что пьян? — шепчет Матела в самые губы, пытаясь понять, что движет парнем в этот момент.       — Только потому, что сам хочу этого, — так же тихо отвечает Йоонас, принимая сидячее положение. Он касается губами чужой шеи, оставляет влажные поцелуи и наслаждается сдавленными мычаниями. Басист расстёгивает пару верхних пуговиц рубашки, позволяя гитаристу скользнуть ниже и оставить пару алеющих меток на плечах и ключицах.       Басист пальцами подцепляет чужую футболку и, поймав момент, стягивает её, открывая вид на подтянутое тело. Кончиками пальцев проводит по груди, рёбрам, опускается ниже и упирается в пряжку ремня.       — Всё-таки хочешь зайти так далеко? — слышит он томный шёпот, и губы мягко касаются мочки его уха.       — Хочу, — выдыхает Олли, выпутываясь из рукавов собственной рубашки. Он чувствует прохладные ладони на своей спине, а в комбинации с горячими поцелуями они чуть ли не сводят его с ума.       Возвращаясь к чужим джинсам, Матела звонко щёлкает пряжкой и вытягивает кожаный ремень. Опускает молнию джинс ниже и пальцами пробирается под резинку нижнего белья, касается возбужденного органа. Басист обводит красноватую головку, дразняще обхватывает ладонью и нарочито медленно двигает рукой.       Йоонас утыкается лбом в чужое плечо, и не может сдержать стон, когда пальцы смыкаются на его члене. Он подаётся бёдрами вперёд, толкаясь в руку, и Олли от этого удовлетворенно улыбается.       — Не спеши, — Порко перехватывает чужую руку, заставляя парня остановиться. — Не хочу заканчивать так быстро.       Старший целует и покусывает чужие губы, проводит по ним языком и напористо проникает им внутрь. Басист не менее пылко отвечает, не сдерживая тихих стенаний, и жмётся к парню ближе, руками ерошит светлые волосы на затылке.       Йоонас, придерживая младшего за поясницу, опускает его на матрас, а сам ненадолго отстраняется. Возвращается он уже с небольшой баночкой лубриканта, которую небрежно закидывает на постель.       Порко вновь нависает над парнем, и на мгновение засматривается на него. Рот его чуть приоткрыт, кудри распластаны по подушке, а светлые глаза с мольбой смотрят на него, ожидая продолжения.       Гитарист долго томить не собирался, поэтому достаточно резко лишает Матела оставшейся одежды, от чего тот невольно охает. Он смущённо пытается свести колени обратно, но устроившийся между ними Йоонас не позволяет ему этого сделать.       Кудрявый оглаживает внутреннюю сторону бедра, замечая, как тело басиста покрывается мурашками, и, оставив краткий поцелуй на колене, тянется к отброшенному тюбику.       Он обильно смазывает пальцы, ведь не хочет причинить Олли боль. Подносит их к пульсирующему входу и осторожно проталкивает внутрь, слыша тихое шипение.       — Потерпи немного, — отзывается Порко и начинает медленно растягивать парня, оставляя на его теле отвлекающие поцелуи.       Басист лишь сжимает чужие плечи, стараясь привыкнуть к необычным ощущениям. Вскоре он самостоятельно начинает двигаться навстречу, а тягучие стоны слетают с его уст, заполняя комнату.       Йоонас вынимает из него пальцы, слыша разочарованный вздох. Его руки чуть подрагивают от овладевшего возбуждения, поэтому с одеждой он возится чуть дольше нужного. И, когда она наконец улетает в неопределённом направлении, он тянется к знакомой баночке.       Распределив гель равномерно по члену, он придвигается к Олли ближе, касаясь ягодиц. Матела от этого невольно напрягается, но ему безумно хочется ощутить гитариста внутри себя. Он сжимает его плечи и чувствует, как Порко постепенно входит, растягивая его ещё сильней.       Старший толкается в податливое тело, постепенно наращивая темп, и парень под ним отзывается сладостными стонами, прося о большем и самостоятельно насаживаясь.       Басист беспорядочно водит руками по чужой спине, а удовольствие продолжает накрывать его всё новыми и новыми волнами. Он чувствует, как влажное тело прижимается к его собственному, а комната заполняется разнообразием звуков, среди которых проскальзывают их собственные имена.       Йоонас чувствует приближающуюся разрядку, поэтому продолжает вбиваться в разгорячённое тело, буквально вжимая Матела в матрас, от чего тот невольно хнычет, утопая в новых ощущениях.       Выходя из парня, Порко несколько раз проводит рукой по собственному члену, после чего с громким выдохом кончает.       Он возвращается к напряжённому басисту и, остервенело целуя его в опухшие губы, начинает резко двигать рукой по возбуждённой плоти, от чего Олли глухо вскрикивает и выгибается навстречу. Он пару раз толкается бёдрами, после чего с облегчённым стоном изливается в чужую ладонь.       Тело подрагивает от накрывшего оргазма, а в комнате резко воцаряется тишина, прерываемая лишь шумным дыханием и редким скрипом расшатанной кровати.

•••

      На следующее утро Матела ощущает некую ломоту в теле, а к его спине прижимается мирно посапывающий Йоонас. Олли решает осторожно встать с кровати, но ему не дают этого сделать сильные руки, которые окольцовывают его талию и затягивают обратно в постель.       — Йоон, — жалобно тянет басист, разворачиваясь в объятиях.       — Чего? — сонно отзывается тот, нехотя приоткрывая глаза.       — Отпусти, — младший вяло сопротивляется, скрываясь от слепящего солнца в плече гитариста       — Не пущу, — возражает тот, носом зарываясь в чужие пряди.       — У нас сегодня дела ведь важные, — сетует Матела, но всё-таки расслабляется, устраиваясь поудобнее.       — До этих дел ещё куча времени, так что просто останься и поспи со мной, мой дорогой.