Sorry

- Я рад, что мы разобрались с этими недомолвками, но полную свободу пока обеспечить не сможем. Сказал Ланселот, попутно привязывая полураздетого Эймона к большой кровати. Госсен отлучился в гостинную, по минимуму приводить комнату в подобающий вид. Днём конечно нужно полностью всё передвигать и убирать, но сейчас не мешало хотя бы поднять уроненные предметы. Грудная клетка Эймона находилась меж широко-расставленных ног Ланселота, пока тот привязывал руки пленника так, чтобы не передавить запястья до утра. Когда Ланселот наклонился, Эймон уткнулся носом в оголившийся пресс парня и влажно поцеловал его чуть ниже пупка. Ланс от неожиданности остановился и наклонившись чуть ниже прогнулся в пояснице, тогда Эймон поцеловал его в области рёбер и Лансу не удалось скрыть короткий вздох-стон. - Ты же в курсе, что твой брат в соседней комнате и скоро он вернётся. Ланселот немного присел на платинового блондина так, что их возбуждение ниже пояса немного соприкасалось. - Я жду не дождусь, когда он присоединится к нам, я изнемогаю от возбуждения и уже не знаю, кого из вас хочу больше. Эймон приподнял таз, скользнув по промежности Ланселота и опустился обрано, выгибаясь в пояснице, прижимаясь к нему. Ланселот прикусил нижнюю губу и немного закатил глаза, когда нижний проехался по его стояку. Не имея возможности и причин больше сдерживаться, златовласый припал к губам Эймона и начал задирать тому рубашку, при этом постоянно соприкасаясь друг с другом внизу. Ланселот одной рукой немного удлиннил верёвку, привязанную к спинке кровати, так, чтобы запястья оставались зафиксированными. После этого, он обнял Эймона за талию и ловким движением усадил на себя верхом. Теперь выходило так, что Эймон вынужден обнимать Ланселота. Госсен вернулся в спальню как раз тогда, когда из уст старшего брата доносился хриплый возбуждённый стон. Его круглые ягодицы, обтянутые тонкой тканью нижнего белья так и манили притронуться к ним и тот не стал перечить своим желаниям. - Развлекаетесь без меня? Начал заигрывать Госсен, показав своё присутствие двум любовникам. Ланселот увидел его, но не стал разрывать глубокий поцелуй, лишь хлёстко и звонко шлёпнул по заднице Эймона и пошло сжал её в приглашающей манере. Эймон начал стонать в губы златовласому, когда его задницу обнажили посторонние руки и звонкие шлепки уже приносили сладкую боль, распаляя молодых мужчин. -Ах-мха-ах. Раздавались страстные высокие возгласы Эймона. В то же время тот ещё активнее подставлял свою раскрасневшуюся как спелая клубника задницу под жадные руки младшего брата. Ланселот в это время жестко взялся на бёдра Госсена, разминая их то нежно, то жёстко. После этого «массажа» Ланс начал активно надрачивать истекающий смазкой член старшего Пэксли. - Ах! Да! Ещё, пожалуйста! Хочу ещё! Взяв высокую ноту, умолял Эймон. - Братец, я уже и позабыл, какая ты у нас развратная сучка. Ты настоящая шлюха, раз течёшь от того, что тебя сейчас жёстко трахнут два парня. Скажи это: «я шлюшка» Насмехался младший брат, массируя межъягодичную складку. - Я... Ах… Я…Шлюха!… Похотливая сучка! Мха-х… И я хочу…ха-ах, чтобы меня жёстко натянули!!! Последнюю фразу Эймон прокричал, потому что чуть не кончил от ласк молодых мужчин. - Правильно, ты – наша сучка и мы заполним тебя этой ночью до краёв, как ты и хотел. С ухмылкой на лице сказал Ланселот, помня о том, как Эймон любит «по жёстче». Госсен сильно раздвинул ягодицы брата и начал мучать припухшую дырочку губами и языком, вырывая из глотки брата новые и новые стоны. -Сука…Я-я щас кончу! Дайте мне кончить, пожалуйста! Начал канючить Эймон, когда Госсен просунул сразу два смазанных пальца в анус. -Только когда мы будем внутри. Ланселот пережал член госсена у основания и больно оттянул яички, вырывая очередной стон разочарования у Эймона. Госсен растягивал похотливую задницу Эймона уже тремя пальцами, а тот всё активнее прогибался в пояснице, насаживаясь на них. Ланселот с помощью Госсена стянул с себя и Эймона последние элементы одежды и приставил свой член к растянутой дырочке, которая так и просится насадится на чей-нибудь стоящий член. А-то и два. Эймон потёрся своей промежностью, капая смазкой на стояк Ланселота, но насадится не получается. -М-ха-х, помоги…Ну же, Войди уже, молю! Всё звонче и слаще стонет Эймон и Ланселот с лёгкой ухмылкой резко натягивает растянутое очко на свой подрагивающий член и Эймон сам уже насаживается до самых яиц. -Да-а! М-мм, да-а-а! Ещё! Хочу ещё! И после пары фрикций, к члену Ланселота присоединяется раздроченный член Госсена. Младший входил медленно и осторожно, но шлёпал брата всё так же остервенело, любуясь розовой попкой. -О, Боже! Какой сексуальный вид. Ты засасываешь члены лучше всякой куртизанки. Какая же голодная задница. М-мм так затягивает. Когда оба члена вошли в анус, те начали как последние животные растрахивать податливого Эймона. Тот стонал, кричал и яростнее, в темп движениям, насаживался. -Я уже почти. О да! Как хорошо! А-мха-а.. Член Эймона то и дело шлёпал о пресс Ланселота, изливаясь спермой, сильнее сжимая парней, внутри себя. Двигаться стало немного сложнее, но ешё немного и внутрь него одновременно спустили оба парня. Но Эймон отрубился после оргазма, который был, кажется, самым ярким в его жизни. Парни по очереди вышли из тела бессознательного блондина и нежно поцеловались. - Сука, это было нечто! С улыбкой произнёс Ланс, аккуратно выбираясь из под бессознательной тушки. - Да, братец всегда был голодным до секса, но сегодня было и правда нечто. Поддержал любовника Госсен, укладываясь около Эймона. - Думаю, он нам ещё и не такое покажет со временем. Ланселот развязал окончательно запястья Эймона и прилёг около своих любовников, засыпая сладким сном.