Война за Кибертрон

Иакон. Пробуждение было медленным и прерывистым, мое сознание то гасло, то снова вспыхивало невероятно яркими алыми образами на глубоких задворках разума. Спустя неопределенное количество времени, разум начал тягуче, словно рыбка в желе, проясняться. Я начал чувствовать само течение времени, видимо, каким-то неведомым образом включился внутренний хронометр, присущий многим живым существам. Далее, за ощущением времени стало проясняться и чувство тела. Тело было тяжёлым и холодным, а вместе с этим, столь же шумным и работающим, подобно какому-то механизму. Но человек ведь не механизм? Следом за этим ощущение пришло полное осознание собственного положения, я вспомнил в какой ситуации и где именно нахожусь. Неудивительно, что первым, что я почувствовал был страх и смятение. В голове проносились тысячи образов и мыслей, от самых абсурдных до довольно простых и логичных. «Или» логичных… Первым и самым логичным решением было бы «включить зрение», учитывая абсолютную неизвестность нависшую над моим телом. Ироничным было то, что я не имел ни малейшего понятия как это сделать. Как это делали трансформеры? Тоже, без понятия. Вряд-ли у них перед глазами болтался интерфейс? В фильмах и мультфильмах трансформеры делали это естественно, как людям довольно естественно открыть глаза. Разумеется, на сигналы мозга, точнее, того что мне его нынче заменяет — процессора, тело не откликалось. Мысленное усилие, конечно же, отдавалось, но по ощущениям оно было похоже на описание попытки пошевелить онемевшей или отсутствующей рукой, усилие отдается, но не передается остальному телу. Были фантомные ощущения движения, но на деле никакого эффекта. Несколько ироничные смешки прокатились в моих мыслях. Идиот, а что следовало ожидать, от человека попавшего в трансформера? Явно уж не филигранных движений кончиками мизинца. Так я бы болтался в темноте, одолеваемый страхом, если бы не внезапно всплывшая информация. Нет, точнее говоря, не перед глазами, а скорее всего в самом моём мозгу-процессоре. Итак, символы явно были на кибертронском языке, но слава богам, автоматически поглощались моим разумом, перестраиваясь в понятный русскому человеку текст. Загрузка модулей управления — успешно Загрузка базовых системных программ — успешно После этих сообщений, я почувствовал, как моя оптика самопроизвольно начала перестраиваться, одна деталька менялась на другую, механизм закрутился и встал на место, одна часть подошла к другой. С этими же изменениями, резко включился свет, оптика снова перестроилась, яркость «картинки» значительно снизилась, появилась невиданная доселе четкость и распознавание. Ощущается приятно и ново, словно всю жизнь был полевым кротом, а затем резко преобразился соколом. Усмешка пронеслась в моей голове, в чем-то так и есть, вместе с этим я почувствовал, как мои лицевые пластины пришли в движение, за сигналом разума, пытаясь изобразить кривую усмешку, зудящим покалыванием выдалось в процессоре — неудача. Отбросив различные посторонние мысли, я с любопытством осматривал убранство, долго и внимательно проводя оптикой каждый элемент убранства и пришел к неутешительным выводам — ничего не понятно, но очень интересно. Я оказался в огромной, нет, ужасающе огромной комнате-зале. Всё вокруг было сделано из неизвестного металла, будь то пол, стены или потолок. Возле себя ощущал неяркий источник света, но повернуть голову не мог, поэтому не сразу понял, что это такое. Обвел взглядом интерьер вокруг себя, в пол была вмонтирована своеобразная вставка, полностью состоящая из непонятного полупрозрачного материала, на вид — очень мягкий и упругий. Сам я лежал на чем-то похожем на стол, но с удобными выемками под мое новое тело, благо чувства вновь вернулись ко мне и я смог ощутить прикосновение, но в сравнение с человеческим, оно было притупленным, хотя и достаточно чутким, чтобы ощутить приятные изгибы своеобразного «стола-кресла». На ум моментально пришло сравнение с хирургическим столом, только более мягким. Попытался осмотреть себя, худо-бедно, но вышло, с удивлением понял, что мало напоминаю того меха, которого создавал в собственном уме. Больше всего, я был похож на хаотичную груду живого металла, кое-как соединённого между собой в подобие гуманоида, не было ни той окраски, которую я выбирал, ни формы тела. Что ж, теперь понятно почему я с таким трудом могу шевелить головой, а остальным телом-корпусом вовсе нет. Неожиданно, мое подобие кресла засветилось тусклым синим цветом, откуда-то пришел небольшой прилив энергии, зрение прояснилось ещё больше, а телу стало значительно легче существовать, не теряясь в собственной тяжести. Вместе с прибавкой силой, послышались, хотя, скорее ощутились тяжёлые и мерные шаги, сопровождаемые глухим лязгом металла о металл. Затем прибавились другие, более лёгкие, чуть менее глухо стучащие об металлический пол. Так, собраться, вот и настала первая встреча с кибертронцами. Я тихо вздохнул, не обратив внимания на лёгкость вентилирования. Позже. Стоит подумать, как себя вести, с учётом того, что я не могу ни говорить, ни объясняться жестами и подать какой-либо условный знак, кроме многозначительных взглядов. Лёгкая паника охватила меня, сам того не осознавая, я часто задышал-вентилировал, пытаясь успокоиться. А шаги все приближались, пока полностью не приблизились к моей комнате. Несколько секунд и одна из «стен» с тихим жужжанием отворилась, впуская незнакомцев иного вида. Моя оптика остро впилась в неизвестных посетителей, а мое нутро замерло при виде них. Почему они такие огромные? Почему я такой маленький? Что вообще происходит? Паника захлестнула меня с новой силой и я почувствовал, как мое подобие фейсплейта непроизвольно захлопнулось, обретая некую плотность и принося лёгкое чувство безопасности. Маска захлопнулась, подчиняясь внутренним протоколам самосохранения, скорее всего. А гости медленно, но верно приближались ко моему ложе. Осталось всего пару шагов, как вдруг металлические застёжки моего кресла расстегнулись и я ощутил как кресло начало неспешно подниматься вверх, позволяя мне лучше взглянуть на новых соплеменников. Оптика забегала по всем изгибам корпусов трансформеров, начиная с головы и заканчивая ногами, осматривая каждую мелкую детальку посетителей. Первый незнакомец, на три головы ниже своего визави, яркая синяя оптика. Узкий плечевой сегмент, на которых весело поддергивались два гладких куска металла, вероятно, крылья. Общий цвет — красный, за кусками внешнего корпуса виднелись жемчужно белые сегменты внутренних механизмов. Широкий бедренный сегмент, анатомически повторяющий человеские ноги, к сожалению, не удалось разглядеть ниже. Вполне можно сделать вывод, что этот трансформер — женского пола, внутренне хмыкнул я, особенно учитывая женственные черты лица и общую утонченность, даже губы имели некоторую человеческую и женственную пухловатость. Каким образом такое может существовать, я старался не думать, однако этот трансформер имел довольно приятный внешний вид, весьма располагающий на дружелюбное общение или намек на такое. Второй гость, вид имел гораздо более внушительный и пугающий. Тот же красный цвет корпуса, тот же цвет оптика, достаточно живое и человеское лицо, за исключением угловатого и прямого сурового армейского носа. Но все остальное, скажем так, не внушало доверия Широкий плечевой сегмент, острые плечи, на которых имелись, по две трубки, сейчас смотрящих куда-то за спину бота, однако явственно дающим окружающим понять, он — вооружен. Не хватало и этого, но на локтевых суставах прятались два клинка, лезвиями аккуратно сложенные внутрь манипуляторов, на которых имелись небольшие, но на вид очень острые когти. Голова трансформера была с двух сторон увенчана некими антеннами, на манер ушей, а срединная часть головы была защищена острой ромбовидной пластиной. Общее впечатление бот состовлял неприятное и колющее, трансформер буквально состоял из различных острых углов и сгибов, а главным его преимуществом я бы назвал скорость и маневренность, бот был худощав. Я ухмыльнулся под маской, очень похож на вехикона, хоть и достаточно крупнее в целом. Так бы и разглядывал их без конца, если бы меня не подняли. Очень осторожно и бережно подняли Это сделала женщина-трансформер. Второй же с такой же бережностью приобрел ее за плечи и заглядывая мне в оптику, произнёс: — Наш маленький спарклинг, здравствуй, род Алквестов приветствует тебя, — грубый и низкий, металлический голос, подобный грому среди ясного неба, прервался — Имя тебе Сэйбер, малыш