Снова в бой!

Солнце лениво выползло из-за горизонта, освещая своими теплыми, летними лучами дома и деревья. На траве и листьях была блестящая как кристаллики, еще не ушедшая утренняя роса, на земле лежал ночной туман. Природа постепенно просыпалась — начинали петь ранние птицы, цветы раскрывали свои лепестки для лучей теплого солнца. Остывший за ночь воздух потихоньку нагревался. Тем временем лучи солнца начали постепенно освещать все пространство вокруг. Попутно они проникали в окна домов, и в одно такое не закрытое шторами окно школьного общежития они попали. Лучи нащупали лицо спящего студента. Назойливо щекоча его нос и глаза, они заставили его проснуться. - Что такое… почему так рано? - сказал только что вышедший из мира сновидений Николай Додонов. Протянув руку к тумбочке он нашарил там свои наручные часы «Круш». Протерев полусонные глаза Николай взглянул на время. Часы показывали 00:09. «Какого черта?» - Николай был в легком недоумении. Немного напрягая просыпающийся мозг, он вспомнил где он. - А, всё ясно. Я забыл перенастроить часы под местное время. - «я же в Японии блин...» - подумал парень. Додонов посмотрел на стоящий на тумбочке будильник. Он показывал 6:10, до звонка будильника еще 20 минут. «И что же мне делать эти 20 минут? Все равно не высплюсь...» Николай сразу отключил звонок на сегодня, чтобы не звенел по пустому. «Чем же заняться?» - Николай посмотрел в окно. За окном уже было полноценно светло, доносились звуки потихоньку просыпающегося города — шумели поливомоечные машины, смывая вчерашнюю грязь и мелкий мусор, шаги редких прохожих, возможно кто-то спешил на работу, а возможно это просто был почтальон. Додонов взял умывальные принадлежности и выйдя в коридор, аккуратно закрыв дверь, тихонько прошел в носках по коридору до умывальников в туалет. Сделав все утренние процедуры и вернув вещи на место, Николай решил выти из общежития прогуляться по утреннему городу. Прихватив с собой свой мобильный телефон транспортную карту и 500 ¥, тихонько, старясь не шуметь он спустился по лестнице на первый этаж и пройдя мимо весящих на стенах плакатов Додонов вышел на улицу. Солнце быстро начинало повышать градус температуры вокруг. Николай зажмурился от яркого света и надвинул на глаза свою кепку со красной пятиконечной звездочкой с серпом и молотом из ситалла, блестящей на солнце, пришитой, на подобие командирской фуражки. Додонов смело зашагал по еще мокрому от поливомоечной машины тротуару в стророну соседних жилых домов, понятия не имея куда он идет. Парень шел мимо одноэтажных зданий суб-убарнизационнного типа, на вид выглядящими гораздо свежее привычных окраин где-нибудь в советской глубинке, огороженных невысоким забором, такой высоты, что человеку выше среднего роста можно было при желании залезть без особых проблем. Забор был усеян зелеными, свисающими как изгородь плющом и хмелем. Во дворах росли небольшие садовые деревья. То тут то там высели то идущие к домам, то намотанные кабели. Был один минус — местами тротуар был настолько узким, что приходилось идти по проезжей части рискуя, потому что ширины для маневра водителя автомобиля было немного. Николай рассматривал дорожные знаки и рекламные вывески, периодически висевшие или стоявшие то здесь то там. «Поворот… лево… нельзя…. Влево движение запрещено» «Скорость… ехать… 60 км/ч…. Движение 60 км/ч...» Защита… дом… эээ… страхование?.. Блин, надо было лучше изучать японский, а не спать на уроках как обычно...» «Поезд… повернуть… прав….» Николай вышел на подобие улицы с более широким тротуаром. Жилые дома потихоньку отходили на второй план, уступая место магазинчикам. Тут же Николай почувствовал запах, доносившийся из хлебобулочной впереди. Живот грустно заурчал. «Надо что-нибудь съесть» - подумал Додонов. Нащупав в кармане купюру номиналом 500 ¥, понимая что много не сможет на это купить, парень открыл дверь хлебобулочной. Посетителей в магазине не было, сотрудник раскладывал свежий товар на полки. При виде хлеба у Николая началось активное слюновыделение, и живот еще сильнее заурчал. Коля взял булочку с шоколадным кремом. «Мммм...» Оплатив пирожок Додонов вышел из хлебопекарни оставив там 116 йен за данное хлебобулочное изделие. «Теперь надо и что-нибудь попить взять» - на глаза попался с вендинговый автомат или же говоря простым языком автомат с напитками. Подойдя к нему Николай бегая глазами изучил ассортимент. Выбор пал на относительно дешевый прохладный чай (Тсументай) или как позже его окрестил Николай: «Цимента». Купив чай за 154 йен парень сел на деревянную скамейку и достав из упаковки еще теплую булочку начал с удовольствием ее жевать попутно запивая прохладным чаем из бутылки. Утолив острый голод и не имея салфетки, он облизал пальцы рук (за что его неоднократно ругала в детстве мать) и откинулся на спинку скамейки думая что делать дальше. Тут же в кармане что-то завибрировало. Достав из кармана телефон Николай глянул что стало причиной данного уведомления. - Охх чеерт! Я же опоздаю! На телефон пришло уведомление Календаря что «через 10 минут всеобщий сбор на дворе школы и что все ученики без исключения должны на нем присутствовать.». Время было 7:20. Парень поспешно раскидав пленку от булочки и бутылку по урнам, помчался что есть мочи в сторону школы. Пробегая участок где тротуар сужался, с Николаем чуть не случилась катастрофа. Двигаясь вперед очень быстро Николай забыл что бежит по проезжей части. Из-за угла показался автомобиль. Повернув, водитель дал «педаль в пол», видно тоже опаздывая. За долю секунды Николай смог осознать что происходит. Почти инстинктивно он отпрыгнул, прижавшись к стене забора и чудом не попал под машину. Сердце ушло куда-то в Китай, ощущение будто прямо перед ним выстрелили из крупнокалиберного орудия. Выдохнув, Николай продолжил бежать и добежав до нормального тротуара припустил и начал так бежать, что сам Соник бы позавидовал. Добежав до дверей школы, он влетел как ураганный ветер, пронесся мимо удивленных, шагающих мимо студентов и вылетев как пушечное ядро из здания школы на школьный двор, зацепился ногой за что-то твердое и упал на асфальт тяжело дыша. В его голове мелькнула только одна мысль - «Хана штанам». Николай пришел в себя когда его подняли и подтащили к общему строю. Только тут он смог уже стоять на ногах без посторонней поддержки. И тут холодок прошел по его телу — на него смотрела командир Правды, Катюша...