Мальчик из Питера

Кто придумал, что эта страна должна быть такой огромной? Вот хорошо в Европе, там страны на таком же расстоянии, как у нас города, чёрт бы их… Антон который день сокрушался, просиживая день за днём в таком далёком Воронеже за стареньким ноутбуком. Только вот тот, из-за кого вся драма, жил, где бы вы думали, конечно же, в Санкт-Петербурге. Нет больше городов в этом мире. Хотя если бы вы его видели, вы бы сразу поняли, что он из Питера. Из самого жерла и средоточия творчества всея России-матушки. Ну, по мнению подростков всей страны. Антон считал, что и в Воронеже было бы хорошо, если бы рядом только. Да хоть в Рязани или Мурманске. Нельзя быть таким красивым, смешным и обаятельным одновременно. Потому что потом вот такие вот Антоны Шастуны влюбляются бесповоротно, страдают, ноют соседке в тесной съемной комнате и песни пишут. — Ты опять? — Оксана встала сзади Антона, сидящего несчастно на стареньком стуле и листающим фотографии того-который-из-Питера Арсения. — Не опять, а снова, — мотнулась кудрявая шевелюра, пока её владелец быстро переключал вкладку. Оксана внимательная, а вот влюблённый Шастун нет. Поэтому вместо того, чтобы очистить совесть и открыть на своём ноуте что-нибудь хоть чуточку менее подозрительное, он, конечно же, открыл блокнот с очень стройным текстом. — А что это? — Антон проклял себя пять раз, а беспроводную мышь, которую подруга увела у него из-под носа, все десять. Сломанный тачпад отрезал пути к отступлению, и парню пришлось сдаться, но Оксана и без его помощи уже читала текст песни. Песни! — Мальчик из Питера, — умилённо протянула девушка, переводя взгляд на алеющего соседа. — Ты ему её споёшь? — Что? Нет, не спою! И вообще, не ему это. И не моё это, — да, Антон, тебе подкинули, садись, молодец, пять! — Ты такой влюблённый, ужасно. Спой её ему! — у девушки буквально горели глаза — Я даже петь не умею! — пытался увернуться Антон, но тщетно, Оксана знала и видела всё. Она слышала его мелодичные завывания в душе каждый вечер. Она видела отсутствие пыли на гитаре, которая каждый день всё ближе переезжала к столу Шастуна. — Мне врать не пытайся, — Оксана уверенно шла к победе, поэтому судьба решила щедро наградить девушку: скайп на ноуте парня заорал, оповещая о входящем звонке. — О боже! — Антон из красного стал белым. Конечно же, на экране мигало фото самого-красивого-парня-блять-почему-он-так-далеко-живёт Арсения. Оксана взвизгнула и, имея преимущество в виде мышки в руке, быстренько ответила на видеозвонок. На экране появился немного сонный-и-бесконечно-прекрасный Арсений с растрёпанными волосами и в светлой футболке, красиво оттеняя цвет волос и глаз. Эти глаза, Антон готов был повеситься из-за них. — Привет! — Оксана махнула в экран и кинула мышку обратно Антону. — Ну, я пошла. Арсений, он тебе песню приготовил, щас споёт, — девушка никогда ещё так быстро не покидала никакое помещение. Антон, поймав мышку, пожалел, что она не прилетела по голове и не убила его прям на месте. Шастун смотрел на экран, ощущая полнейшее и бесповоротное отчаяние. Но стоило обладателю этих невероятных-мать-его-сапфиров-вместо-глаз удивлённо и восторженно улыбнуться в ответ на Оксанину фразу, Антон тут же растаял, стал маленькой лужицей, испарился и собрался из осадков заново в человека. Да, они уже достаточно давно общаются. Кажется, даже флиртуют. Но не так же, не столь прямо. Нельзя прямо сейчас взять и спеть ему ту-самую-песню-которую-он-написал-сам-для-Арсения. — Привет, Арс, — голос Антона старался его не подводить, но сегодня явно не его день. Пока что. — Привет, — прекрасный Попов Арсений так обескураживающе улыбался, скаля зубы, что Антон уже не воспринимал эту реальность. — Что за песня? Я заинтригован. И Антон бы мог взять гитару и спеть да хоть Цоя, вот только сейчас он бы не вспомнил даже имени бесконечно живого исполнителя, не то что песню его. — Я не… А песня… Она, да… — Антон совершенно запаниковал, понимая, что его сейчас абсолютно наглым образом подталкивают к своеобразному признанию в любви. Он, конечно, хотел, возможно, когда-нибудь, наверное, через пару лет, скорее всего, десятков. Но не вот так же, не сейчас, не… — Спой, пожалуйста, — Арсюша-самый-прекрасный-мальчик сложил подбородок на сложенные руки и посмотрел прям в камеру, чтобы заглянуть будто Антону в глаза. Как будто сам не видел, что того вот-вот приступ хватит. — Ладно, Арс, я спою, — Антон сказал это абсолютно деревянным голосом и потянулся за гитарой медленно-медленно, желая конца света, исчезнуть из поля зрения веб-камеры и чтобы интернет никогда не создали. Однако, не произошло ничего, только Арсений-пожалуйста-не-смотри-так-умоляю пару раз наимилейше похлопал глазами, ожидая, видимо, концерт. Купи билет, Арсений. — Я спою, да, — нахохлившись, Антон совершенно нелепо выпрямил спину и взял гитару в руки. Паникующий взгляд прыгал с самого красивого изображения на экране ноутбука на струны деревянной красотки, абсолютно готовой покорять графское сердце, не смотря на все молитвы Шастуна. — Ты красивый, — совершенно невинно произнёс механический голос такого далёкого Арсения. Антон уже смирился, что это сон, что ему позвонила нейросеть или это просто его бабуля слишком хорошо выглядит сегодня. — С-спасибо, — Антон с очень круглыми глазами, такого бы точно взяли в аниме, уставился на гитару, не понимая, как вообще дышать, не то что на инструменте играть. Однако Арсений ждал, Арсений смотрел, хлопал глазами и делал комплименты. Пиздец. Наконец паралич освободил те части тела, которые были необходимы для исполнения песни, и Шастун ожил, он вздохнул пару раз. Пару десятков раз. И ударил по струнам. Простая, но приятная мелодия медленно потекла из-под заученных движений пальцев. Арсений ну очень внимательно смотрел и улыбался. — Мальчик из Питера, только жди меня, жди меня. Я сбегу от родителей по проспектам и линиям, — с небольшой хрипотцой в голосе запел Антон, нерешительно поднимая взгляд на экран. Он, конечно же, чуть не забыл слова, но взял себя в руки. Мальчик из Питера выглядел так же, как убитый влюблённостью Антон буквально несколько минут назад — удивлённый, покрасневший и такой восторженный, как умеет только он, только Арсений. Пути назад нет точно, и парень поёт дальше, зная текст до запятой. Мальчик из Питера, только жди меня, жди меня. Я сбегу от родителей по проспектам. Это романтика полуразваленных стен, Соседка плачет, что ты не достался ей. Хожу в твоей рубашке в свой универ. Я ненавижу его, лучше бы он сгорел. И где-то в три ночи, в парадной босиком Два ненормальных человека танцевали рок-н-ролл. Ты будешь очень зол, но я скажу, скажу тебе, В чём весь прикол. Мальчик из Питера, только жди меня, жди меня. Я сбегу от родителей по проспектам и линиям. Мальчик из Питера, только жди меня, жди меня. Я сбегу от родителей по проспектам. Это романтика, где нет букетов цветов. Живём на тысячу в месяц, друг друга любим без слов. Подрался с друзьями, они ко мне приставали. Я вытираю с тебя кровь, вдвоем сидим в ржавой ванне. Меня попробуй бросить — тебе сломаю все кости. Любовь тогда вечна, когда её просят. А что бы уж точно меня ты в Питере ждал, Запру тебя на ключик в холодный подвал. Мальчик из Питера, только жди меня, жди меня. Я сбегу от родителей по проспектам и линиям. Мальчик из Питера, только жди меня, жди меня. Я сбегу от родителей по проспектам. Мальчик из Питера, мальчик из Питера, мой. Мальчик из Питера, мой! Мальчик из Питера, только жди меня, жди меня. Я сбегу от родителей по проспектам и линиям. Песня кончилась, пальцы осторожно завершили мелодию, и, Антон готов был поклясться, его сердце хотело остановиться вместе с музыкой. Не сдержавшись, парень очень шумно выдохнул, следя за реакцией Арсения, который, на самом деле, в этот самый момент просто хотел умереть от этого кудрявого дурака с гитарой в руках. И угораздило же вот так вот влюбиться через полстраны им обоим друг в друга, бесконечно флиртовать, ни в чём себе не признаваясь, и вот так вот просто, одной песней, угодить в оба сердца сразу, чтобы разбить их на миллионы долбаных кусочков, которые в итоге собрались в одно целое и даже вполне себе функционирующее сердце. Потому что в груди у них забилось в унисон. — Пиздец, Антон, — выдохнул одурачевший Арсений, который успел пятнадцать раз умереть, возродиться и заново влюбиться. — Приезжай ко мне в Питер, пожалуйста. Я тоже тебя люблю.