Истинная уместность

Площадь осталась позади, и мы были готовы свернуть на очередную узкую улочку, однако дорогу нам перегородили. — Э, это никак Сигурд, со своим сбродом, — прозвучал высокий с хрипотцой бас, — куда путь держим? — Не твой ящерное дело Крозак. Хюмир покосилось на меня, но снова очередное имя никак не повлияло на меня. — Вали с дороги и тогда я не отрублю тебя твой и так уже укороченный хвост. — Не выйдет друг, у меня есть заказ, а заказ — превыше всего. — И кто твой заказчик, демоны? — вспылила золотовласая, — продажная ты тварь! — Что, с тобой случилось? Раньше мы вместе охотились на демонов? — не знаю почему я сказал это преградившей нам путь синей гуманоидной рептилии. — Охотились? Я тебя не помню, но может и охотились. А сейчас я охочусь на тебя! Демоны платят звонкой монетой друг. А какая мелодия может быть приятней, чем удар монеты об монету? — Мразь…— Сигурд скрипнул зубами и потянулся к рукояти красного меча, висевшего у него на спине. — Со…, — Сигурд осекся, — веди его к нему, а я расправлюсь с этой мразью сам. Давно пора было этим заняться. — Как скажешь, — покорно кивнула головой золотовласая, — развлекайся любимый,— девушка подошла к Сигурду и поцеловала его в губы. — И почему я только смотрю на эту мерзость? — заскрипел Крозак. — Парни хватайте их! Справа и слева открылись маленькие дверцы домов и из них выплеснулся с десяток таких же отвратительно выглядящих ящероподобных, как и Крозак. — НЕТ! —Так будет не честно. Златовласая хлопнула руками. Мгновенно из-под земли вытянулись длинные виноградные лозы. Они тут же обвили нападающих по рукам, и ногам, и подняли тех в воздух. — Ну, милая! — надул губы Сигурд, как расстроенная девочка, которой мама не купила сладость. — Опять ты сделала все сама. —Обещаю в следующий раз я не поду помогать, а пока нам надо торопится, проявишь свое геройство в следующий раз. Мы прошли вперед. Висевший под крышами домов Крозак лихорадочно пытался освободится из сковавших его плетей. Когда он понял, что без посторонней помощи все его попытки обречены на провал он начал надрывно верещать, насылая на наши головы всевозможные проклятия, сдобренные таким злословием, что я даже не могу его и передать. Улочка по которой мы шли шаг за шагом расширялась: как захватывает река во время паводка берега так и высокие дома с коричневой черепицей расступались в сторону давая простор широкой мостовой. — Добро пожаловать в некогда процветавший сорок третий район — жемчужину Нордиции. — Мрачно с насмешкой в голосе взмахнул рукой Сигурд. Жемчужиной это место уж никак нельзя было назвать: прохудившиеся крыши торговых павильонов; выбитые стекла мастерских и заколоченное поверх окон доски, исписанные разными гадостями; пробитый помост на сцене для выступлений и мероприятий; лежащие на боку шатры. Но даже не эта картина упадка была самой страшной. Больше всего ужасали выглядывающие из полуразвалившихся строений сухие, скукоженные лица людей. На покалеченной временем и людьми сцене стоял пёсоголовый и гнусным голосом надрывно вещал: — Близится конец! Скоро зверь вырвется из своих оков. Сколль поглотит Солнце, а пасть Хати настигнет лунный диск. Мир погрузится во тьму и хаос. Погибнут и люди, и боги. Всему сущему придет конец. Конец близится! — Через каждую пару фраз пёсоголовый гнусно брехал и смачно сплевывал жевательный табак. — Вообще-то рагнарек уже прошел…— тихо проговорила златовласая. — Да, че с этого пса взять, — отмахнулся рукой Сигурд. Меня кто-то схватил за руку. Я повернулся — передо мной стояла замаранная девчушка лет ***надцати: — Дяденька хочет развлечься? Я умею по-разному. Как вы захотите. А какие у меня глаза? Вы когда-нибудь видели такой дивный карий оттенок? Всего один серебряник. Я одернул руку. — Могу сбросить до пары медных? — жалобно пропищала девчушка. Я отрицательно покачал головой. Вдруг выражение девочки переменилось, ее скулы скривились, она оставила челюсть вперед как дикий зверь и прорычала не хуже того: — Ну и катись старый дед. Тоже мне, слишком плоха я для него, видите ли. Не успели мы отойти в сторону как девочка выследила новую цель. Скрюченный и сгорбленный дед протянул ей ладонь, на которой лежала две медных монеты. Девчонка сгребла монеты и засунула себе в карман, после чего схватила старика за ладонь и увела под покосившийся тент со всех сторон, заваленный ящиками, за которыми стояла кровать. У цветного шатра с обгорелым флажком в рваных одеяниях сидела женщина неопределённого возраста. — Я должна была выиграть…я была должна. У меня были билеты. Все билеты. Женщина подняла глаза и меня пробрала дрожь, когда наши взгляды столкнулись — чистое безраздельное безумие переполняло бедняжку. — А вы не знаете, когда буду результаты? Я пожал плечами. Сигурд слышавший все кивнул влево. В том месте куда он указал оказались руины здания, по немногочисленным оставшимся и раскареженным буквам хоть и не без труда, но я все же прочитал: «Казино- Лотерея». — Хоть бы еще разок крутануть…— Женщина схватилась руками за голову и начали колошматить себя. — Не понимаю, почему колдун решил поселится именно здесь, — тихо прошептала мне Хюмир. — Колдуны странные люди.