golden

с самого утра всё шло не по плану. ладно, не с утра, потому что юнги проснулся в 3 часа дня, но сам факт того, что день шёл по пизде изначально, не отменить. начать хотя бы с того, что юнги пытался попить, чтобы наполнить живительной влагой сухой за ночь рот, но эффект это имело такой же, как если прыскать из распылителя на пальму - то есть никакого. ко всему прочему, ещё и нога застряла где-то в пододеяльнике, который её туда засосал, и в конечно итоге юнги вместе с бутылкой открытой минералки падает с кровати, а брызги перрье, как от шампанского в новогоднюю ночь, летят во все стороны. такое себе пробуждение. кроме того, у соседей без остановки тявкает купленная после нового года маленькая собака. юнги в глаза её не видел, потому что видимо она настолько маленькая, что гулять с ней не выходят, но слышит он её отлично и от этого раздражающего тявканья просыпается уже не первый раз. ладно, хуй с ним. если приготовить вкусный обед, то может всё-таки получится избежать плохого настроения на весь день. наспех умывшись и оставаясь в излюбленных пижамных штанах и растянутой футболке нирвана, юнги всё-таки спускается со второго этажа квартиры, которую делит ещё с тремя другими домочадцами, и идёт готовить себе завтрак сам. иначе кто бы ещё о нем позаботился? доставая из шкафа кастрюлю для макарон, юнги заполняет её водой из под крана и ставит на плиту. после этого лезет в подвесной шкаф за чашкой для кофе. вот только любимые домочадцы использовали все три его кружки, когда вчера приводили к себе гостей поздно вечером. ни одной чистой не осталось. кроме… кроме той, что стоит в самом углу и которой никто никогда не пользуется. оранжевая с нарисованным желтым котёнком на ней. это была кружка чимина. ••• прошло три года, но юнги до сих пор не мог ответить даже самому себе на вопрос, почему чимин тогда уехал. почему разорвал их связь, не оставив ни капли себя? только шлейф своего пребывания в воспоминаниях юнги. это точно было не из-за времени. это никогда не было вопросом ожидания. если бы чимин сказал, что ему нужно четыре года на учебу в другой стране, юнги бы ждал его всё это время. он ждал его, кажется, всю жизнь и мог ждать всю оставшуюся, лишь бы знать, что чимину это нужно. это точно не из-за боязни отказа. если бы чимин хотя бы предложил уехать с ним, юнги не раздумывая бы поехал. бросил бы родителей в этом городе, какую-никакую карьеру. если бы чимин хотя бы заикнулся об этом, юнги бы уже паковал свои инструменты и запасные трусы. ну, или только инструменты, трусы ведь и там можно купить. вот только такого варианта не было. чимин не сказал ни слова. он даже не посмотрел юнги в глаза в последний раз, когда тот сжимал его тёплые руки в своих ледяных, стоя в аэропорту. у юнги, небось, был взгляд побитого щенка и чимину было жалко на него смотреть. он отводил глаза, несильно сжимая пальцами ладони, и мялся, как будто бы желая поскорее все это закончить. юнги до сих пор передёргивается, вспоминая их прощание. скомканное, как салфетка. сухой поцелуй в щеку, серый кардиган, сползающий с плеча чимина, который так хотелось поправить и надеть обратно, подбадривающее ‘время всё вылечит’. вот только нихера оно не лечит. невозможно ни за какое время вылечить и заполнить пустоту, которая метеоритом свалилась на юнги, когда в ответ на его признание в любви чимин промолчал. неловко улыбнулся, поправил прядь блондинистых волос за ухо, потупил взгляд и развернулся, чтобы уйти. и ушёл. двери зоны посадки в аэропорту закрылись за ним и юнги не видел его с тех пор. прошло три года. чимин уехал в лос-анджелес три года назад. за это время юнги не получил от него ни одного слова. ни смски, ни письма, ни хотя бы намёка, что он жив. он удалил все свои социальные сети, закрыл старые профили и не выходил с ним на связь ни разу за всё это время. может он уже неживой даже? да не. неживой тут только юнги. ходит вечно белее снега, закрытый в своей раковине, закутанный в три слоя одежды. а у чимина там, наверное, просто очень хорошо складывается жизнь. с новыми друзьями, тусовками, учебой в престижном колледже, танцами. и с новым парнем. скорее всего у чимина уже давно есть новый парень. всё-таки три года прошло и он не давал обет безбрачия. это только у юнги в жизни ничего не клеится за последние три года. с одной работы на другую перескакивает, одноразовые связи обрывает после первой же ночи, напивается вхлам, потом красными глазами ищет старый номер чимина. но там всегда абонент недоступен. ничего нового. стиснув зубы, юнги принимается мыть посуду в раковине, в первую очередь начищая свою любимую кружку с тоторо, чтобы налить в неё растворимый кофе. он так сильно сжимает кружку в руке, крепко задумавшись, что не замечает, как она с хрустом ломается, разлетаясь кусками по всей раковине, а мелкие осколки впиваются в ладонь юнги. день только начался, но уже бесит его до трясущихся поджилок.