Поцелуи и кулаки

      Твои руки и залитые солеными слезами щеки уже покраснели от холода, острым лезвием царапающего нежную кожу. Тебя рвало изнутри. Рвало от невысказанных слов, от зарытых где-то глубоко внутри чувств и эмоций. Плечи содрогались от твоего плача.       Тебе нравился Риндо еще со школы. Многих он отпугивал своим образом жизни, но ты каким-то загадочным образом попала в его капкан и даже не стала сопротивляться, просто вверила свое сердце ему. Кто-то скажет, что ты безрассудная, но тебе было все равно на шепот посторонних за спиной. Ты поняла значение фразы «Сердцу не прикажешь», а ещё до тебя дошло то, как же больно любить человека уже достаточно долгое время и знать, что он даже не догадывается о твоих чувствах к нему.       Вы с младшим Хайтани были хорошими друзьями. Парень мог всегда обратиться к тебе за помощью, как и ты к нему. Ты всегда принимала его у себя дома, кормила вкусными ужинами, когда тот начинал ныть о пустом холодильнике или о том, как ему надоела ресторанная и магазинная еда. Ему всегда было предоставлено самое мягкое одеяло, если приходилось оставаться у тебя.       Твои соседи всерьёз считали вас двоих парой, а ты с тяжестью в груди и с натянутой улыбкой только отнекивалась. Чертовски сложно было отрицать то, чего так хотелось. За это ты ненавидела Риндо. Ненавидела и любила. Любила за те эмоции, что он дарил. Ненавидела за то, как к этим эмоциям ты привыкла.       Ты сидела на ступеньках детской горки и ревела от своего бессилия. Голова была вскинута лицо вверх. Так, ты слышала, люди обычно пытаются сдержать слёзы. Но и тут у тебя ничего не получалось. Слёзы лились рекой из глаз, а обветренные губы дрожали.       Несколькими часами ранее ты узнала от Риндо, что ему приглянулась одна девушка, которая сотрудничала с ним и его старшим братом. Внутри у тебя от этой новости все рухнуло. Ты была зла и разбита. Тебе сейчас так хотелось побыть одной, хотелось, чтобы этот мир исчез, чтобы оставил тебя в покое. Ты бы с удовольствием лишилась чувств, лишь бы сердце не болело. Но вдруг перед тобой появились две маленькие фигуры. Мальчик и девочка помладше стояли перед тобой, держась за руки и озадаченно моргая.       Ты вздрогнула, когда увидела их, и сразу же вытерла лицо от слез ладонями. Ты совсем не ожидала тут кого-то увидеть. Хотя с чего бы это? Это детская площадка, а на часах ещё не так уж и поздно, хоть и темно из-за зимы. Но тебе все равно показалось странным, что два ребёнка стояли перед тобой. Ты повертела головой, чтобы понять, одни ли они тут. Чуть поодаль на лавочке сидели две женщины. Вероятнее всего, что это их матери. К такому выводу ты пришла по итогу, после чего вновь посмотрела на детей.       — Почему ты плачешь? — не совсем внятно в силу возраста произнесла девочка, чуть ли не до самых глаз замотанная желтым шарфом.       — Да ничего такого, малышка, — постаралась ты растянуть губы в улыбке, носом вдыхая морозный воздух.       — Из-за него? — вдруг выдал мальчишка, указав пальцем на твой телефон, под прозрачным чехлом которого лежало фото, где были запечатлены ты и Риндо.       Ты вопросительно вскинула брови, сначала не поняв мальчика, а после посмотрела вниз, на колени, где лежал телефон, который в дальнейшем сразу был убран в карман.       — А ведь правду говорят, что дети очень проницательны, — не стала лукавить ты и вновь подняла взгляд на ребят.       — Вы поссорились? — задала очередной вопрос девчонка с шарфом.       — Нет, детка, — отрицательно качнула ты головой, протирая костяшкой указательного пальца уголок глаза. — Вы ещё слишком маленькие, чтобы это понять. Лучше идите к взрослым.       — Как мы можем уйти, когда ты плачешь тут, — с каким-то возмущением сразу ответила на твои слова маленькая собеседница, что повергло тебя в небольшой шок.       Ты уже давно не встречала таких упрямых детей, которые столбами стояли перед тобой с глазами полными решимости. Это так необычно. Ты любила детей и считала, что они куда умнее и разумнее взрослых, у них есть какая-то своя мудрость, своё видение мира, яркое и красочное.       — У тебя в глазах столько уверенности. Я завидую, — как-то грустно вздохнула ты, сминая в руках край пальто.       — Вы любите друг друга, да? — в лоб спросил мальчик, отчего у тебя по спине пробежал холодок, в горле пересохло, а улыбка стала грустной.       — Я люблю его, — усмехнулась ты, в душе смеясь над самой собой, — но это не взаимно. Да и он не знает, что я к нему чувствую.       Тебе будто язык развязали, чего ты даже не заметила. Стало так спокойно в компании этих ребятишек. Не было страха оказаться непонятой. В груди так тепло.       — Тогда признайся ему. Это же легко, — возмущение теперь пошло от мальчика, который, как тебе показалось, сделал шаг вперёд. — У тебя же есть телефон. Позвони. Или он тебе для игр?       Последние его слова заставили тебя засмеяться, сразу же захлопнув рот ладонью. Он такой хорошенький. Ты подняла на него прищуренные от улыбки глаза, не смея сказать ни слова в ответ.       — Да, позвони ему и скажи, что любишь его. Мама и папа так же делают, когда ругаются. Твоему сердцу станет легче, и ты перестанешь плакать, — закивала в поддержку мальчика девчонка. — Может он тоже тебя любит, пока ты молчишь.       Ты попыталась вставить слово, начав отрицательно качать головой, но как только открыла рот, то сразу оказалась перебита мальчишкой, который даже отпустил ладонь девочки и стал жестикулировать руками.       — Признайся, ничего страшного же. Ты, вон, молодая какая, вся жизнь ещё впереди. Наши папа и мама вообще не так давно стали мужем и женой, — начал свою тираду малец, чем ещё больше стал поражать тебя и заставлять шокировано расширять глаза. — Если он тебя даже не любит, то ещё влюбишься, другого найдёшь. Может даже ещё лучше этого, дурака. Ты же такая красивая, и голос у тебя приятный. Ещё ты точно очень хороший человек.       Ты тихонько прыснула, когда мальчик назвал Риндо дураком. А ведь и правда. Ты и забыла, что когда-то считала себя красивой девушкой, что любила себя. Сейчас же ты искала в себе минусы, чтобы понять, почему Хайтани никак не взглянет на тебя, как на женщину. Ты устала терзать себя догадками и сомнениями. Устала настолько, что твои руки начали опускаться. Но эти дети… Ты посчитала, что это маленькие ангелы.       — Милые, — выдавила ты из себя, едва сдерживая очередной приступ слез, ведь тебе так давно хотелось услышать что-то подобное, — вы такие прекрасные люди. Родители вас чудесно воспитали.       Ты без лишних слов потянулась к ним и обняла, нежно положив ладони на их затылки. В нос ударил запах тепла. Все же в домах, где царила любовь, запах был особенным. Им пропитывался не только дом, но и его жильцы. На душе стало так спокойно. Ты медленно отодвинулась от детей, проводя руками по их плечам и благодаря за добрые слова, после чего тебе была протянута небольшая шоколадная конфета в серебряной упаковке.       — Спасибо, — твои губы расплылись в улыбке.       Ты услышала, как ребят уже стали звать домой, и кивнула своим маленьким собеседникам. Те взяли с тебя обещание на мизинчиках, что ты обязательно расскажешь о своих чувствах Риндо, после чего, вновь взявшись за руки, побежали по хрустящему снегу к женщинам.       — Удивительные, — прошептала ты, провожая детей тёплым взглядом, а потом посмотрела на одинокий фонарь за пределами площадки.       В горле образовался ком от нахлынувшего волнения. Ты действительно решила позвонить Хайтани, хоть и знала, что безразлична ему. Тебе хотелось лишь отпустить его и свои чувства к нему. Ты была готова оказаться отвергнутой, причём уже достаточно давно, просто не хотела признавать этого. Как и сказали дети, твоя жизнь после признания не закончится, в ней обязательно появится тот, что полюбит тебя всю без остатка, а ты полюбишь этого человека в ответ. Надо лишь отпустить нынешнюю любовь, разорвать цепи, которыми ты приковала себя к Хайтани.       Ты достала холодный телефон из кармана, вскользь глянув на фотографию под чехлом. Найдя нужный контакт, ты ещё некоторое время колебалась, стоит ли это делать, но всё-таки набрала полные легкие воздуха, нажала на вызов и приложила телефон к уху, нервно покусывая нижнюю губу, тем самым сдирая с неё кожу. Звук этих монотонных гудков казался тебе вечным, он сводил с ума, оглушал. Ты даже не сразу поняла, как эти мучения закончились и на той стороне провода раздался знакомый мужской голос, всегда такой желанный.       — Алло?       — Ал-алло, — сначала запнулась ты и неловко улыбнулась, нервно потирая свободной рукой бедро, — я не отвлекаю тебя? Хотя нет, стоп, не так. Мне все равно, занят ли ты. Ты должен меня выслушать, Риндо.       — Ам, я… Ладно, говори, я тебя слушаю, — растерянно произнёс парень. — Но, ТИ, у тебя все хорошо?       — Риндо, просто слушай меня молча, мне и так тяжело, — уже со всей серьёзностью в голосе практически перебила ты Хайтани. — Не задавай никаких вопросов и ничего не говори, ведь я устала постоянно молчать.       Ты говорила на одном дыхании, потому легкие быстро опустели и вынудили тебя перевести дыхание. Холодный воздух обволок твоё горло, а ты даже не беспокоилась, что оно может заболеть на утро. За ту паузу, что ты сделала, Хайтани, как ты и просила, не проронил ни слова. Он ждал тебя. И ты начала вновь, в лоб говоря о своих чувствах:       — Риндо, я люблю тебя. Люблю тебя ещё со старшей школы, с того момента, как ты прикрыл меня перед учителем за то, что я испортила журнал. Ты тогда взял всю ответственность на себя, хотя никакой выгоды у тебя с этого не было. Тогда ты заинтересовал меня, и с каждым днём я стала все сильнее тонуть в тебе. Ты был для меня особенным все то время, что мы были знакомы. Я всегда ровнялась на тебя. Мне хотелось быть такой же, как и ты. Хотелось быть рядом с тобой. Хотелось, чтобы ты был моей опорой и поддержкой. Хотелось, чтобы ты видел во мне нечто большее, чем подругу, к которой можно завалиться домой посреди ночи без страха её разбудить или испугать своим побитым видом. Мне тяжело видеть, как ты смотришь на хорошеньких девушек на улице, тяжело слышать, как ты говоришь о том, что тебе симпатична другая. Ты даже не представляешь, как мне сильно хотелось почувствовать тот взгляд на себе, как хотелось услышать те слова в свой адрес. Но единственным, что я получала от тебя, были шутки и хлопки ладонью по голове.       Слова летели без остановки, ты уже даже потеряла ход своих мыслей, в начале стараясь излагать их понятно и правильно, но в какой-го момент нить смысла ускользнула от тебя, ты стала говорить все, что у тебя хранилось в душе.       — Риндо, я схожу с ума о твоего голоса, у меня перекрывает дыхание, когда я его слышу. У меня табуном бегут мурашки по телу, когда ты, едва держась на ногах, заваливаешься ко мне пьяный и падаешь мне в руки, такой тёплый. Я обожаю запах твоего парфюма и шампуня для волос. Я обожаю тебя всего. Но, черт… Я устала, ужасно устала. Меня на куски рвёт из-за того, что я не могу переступить черту, ведь знаю, что не интересую тебя. Поэтому прошу тебя, умоляю, Риндо, просто отвергни меня. Отвергни меня грубо и жестоко, с таким холодом, чтобы я возненавидела тебя сразу же, чтобы отпустила тебя и свои чувства, чтобы перестала себя насиловать. Пойми меня, я больше не выдержу ни дня…       В твоих легких вновь закончился воздух, как и беспорядочные мысли в голове. Ты уселась на лавочку, припорошенную блестящим снегом, когда устала наворачивать круги по площадке. На устах вновь появилась улыбка. Она была нежной, но такой усталой.       — Знаешь, тут кое-что случилось, из-за чего я все же решилась и позвонила тебе. Меня отчитали дети за то, что я реву на ступеньках горки и не могу признаться тебе в любви. Они такие добрые и мудрые. Они сказали, что я еще очень молода, что у меня еще вся жизнь впереди, что я обязательно еще влюблюсь и найду того, кто полюбит меня в ответ. Они правы, Риндо. Поэтому я хочу выбраться из этого капкана и идти дальше. Именно поэтому я отпускаю тебя, чтобы ты больше никогда не возвращался. Да, ты лишаешься удобной девочки, но эта девочка вспомнила, что когда-то ставила себя на первое место. Ради своего счастья я готова разлюбить тебя, закрыть перед тобой дверь, за которой тебя всегда встречали с улыбкой и теплом. Я не буду перед тобой извиняться за это. Так что я ставлю огромную точку в наших с тобой взаимоотношениях. Прошу, пожалей меня хотя бы сейчас и больше никогда не появляйся. Мне дорогого стоило, чтобы прийти к этим словам и к этому решению. Так будет лучше. Спасибо тебе, что помогал, когда я просила и нет. А теперь прощай, проживи эту жизнь счастливо.       После этих слов ты убрала телефон от уха, услышав в конце часть своего имени, и сбросила вызов, вслед за этим заблокировала номер Риндо, который наверняка потребовал бы объяснений, хотя их и без того уже было достаточно. Ты откинула голову назад, закрыла глаза и выдохнула. Из твоего рта вырвались клубы пара, а в груди стало так легко. Ты высказала все, что хотела. В голове не было ни единой мысли. Пусто. Но, даже несмотря на это, из твоих глаз вновь хлынули слёзы. Это было слёзы боли, ведь ты вытащила свои ноги из заржавевшего капкана, а вслед за болью последовало облегчение. Ты посмотрела на ночное небо, все ещё давай волю слезам, и улыбнулась, засмеявшись сквозь плач.       — Ты умница, — тихий хрип сорвался с твоих уст, ознаменовав новый этап твоей жизни.