Убить Сайко

Долгий путь домой

Переправка из Мексики заняла огромное количество времени, примерно сопоставляясь с потраченной на это суммой. Меня хотели высадить ещё на границе страны, аргументируя отсутствием лишнего места для пересадки в следующий транспорт. Пришлось отдать ещё несколько тысяч за возможность тесниться на заднем сидении внедорожника. Выглядела процедура следующим образом: нас встретили в трёх километрах от пункта пограничного контроля и посадили по разным машинам, после чего, минуя Сан-Диего мы достигли Лос-Анджелеса. На просьбы остановиться отвечали резко отрицательно. Как мне позже пояснил один из попутчиков, пока мы справляли нужду за придорожной заправкой - у ребят, что ответственны за нашу транспортировку в штаты строгий приказ останавливать авто только в самом крайнем случае. И действительно, я едва сумел их уговорить на удовлетворение элементарной потребности организма, причём с угрозой посещения химчистки в случае отказа. За возможность приобрести еду тоже приходилось договариваться, шурша купюрами. В придорожных заправках особо нечем поживиться без последствий для организма. Кустарного производства сэндвичи, наверняка были приготовлены теми же руками, что сжимают пистолет у колонки отдавали лёгким маслянистым вкусом. Бурлящий шум моего желудка грозно предупреждал о том, что мне воздастся за такую диету. В основном налегал на питьевую воду без газа, когда жара сводила с ума. Наконец мы достигли западного въезда на пристань «Santa Monica», где произошла последняя пересадка и своеобразная перекличка. Для меня путь далее был заказан, здесь моя конечная остановка. Я понимал, что с двумя громоздкими сумками набитыми стволами и боеприпасами наверняка вызову нездоровый интерес в аэропорту. К счастью, хватило ума позаботиться об этом вопросе ещё в Мериде, когда расплачивался за уголовно наказуемые покупки. Нужен был человек по имени Марк, он имеет связи по нелегальным каналам переправки наркотиков из Америки в страны Азии. - Каков вопрос, братан? - за по моим меркам баснословную сумму он согласился меня выручить, обязуясь в течении нескольких дней доставить сумки в Киото. Всё строго конфиденциально, никаких имён и номеров телефона. На ящик электронной почты, который мне пришлось создать на ходу переговоров придёт сообщение о месте нахождения схрона. - «Мне это напоминает о былых годах». – возможно я могу воспользоваться правом пассажира самолёта, предаваясь расслаблению и размышлениям ближайшие несколько часов. Что на войне, что в мирное время – везде сплошное кумовство. Законы связей, законы силы и законы денег. И кто выбирал такую жизнь? Кому так жить удобней? – «Синдзи, Огин… очень скоро я вырежу на убийцах ваши имена». Суйгецу сказал, что я не убийца, а военный. У меня не было времени перебирать различиями между убийством и устранением. Хотя, как сказать, командиры часто повторяли, что мы солдаты и делаем то, что должны. Наш долг, наши приказы – всё, чем мы занимаемся от рытья окопов до зарядки магазина патронами… закрепляет чувство долга. Чувство чести, в конце концов. Помню, как на вторую неделю пребывания в «учебке» нам, ещё юным курсантам предоставили доступ в библиотеку, где помимо энциклопедий по истории, учебников по тактике и инструкций строения оружия, были книги о подвигах древних самураев. И что-то меня цепляло в этом, с какой самоотверженностью они шли на войну. Командиры говорили, что у пути воина нет эпохи, а в нас течёт всё та же кровь. Врать не буду, во многом эти слова помогали, но так ли всё было на самом деле я не знаю. Да и вообще, я многого не знаю… по сей день не могу отделаться от чувства, что упустил что-то важное.

***

Наконец я смог насладиться добрыми несколькими часами крепкого сна. Растягивая спину в удобном мягком кресле, я довольно быстро перестал чувствовать, как болтается задранная к верху голова. Перебитые косточки на краях ступней едва отзывались тянущей болью, желудок продолжал свой каприз, тяжёлая голова звенела так, словно она из чугуна. Ничего страшного, всего лишь возгласы организма о том, какой я мудак. Ещё во время военной подготовки я представлял его маленьким мальчиком, возраста десяти лет. Он постоянно ныл и жаловался на то, что по приказу приходилось вытворять с ним. А когда пристрастился к курению, так и вовсе являлся с показным недовольным видом и скрестив руки на гуди назидательно качал головой. - «Вот значит как?» - всё стоит возле нас с Синдзи и возмущается. Хорошо, что забавный плод моего воображения не в состоянии со мной взаимодействовать. Иначе этот угрюмый мальчуган наверняка нашёл бы смелость выдернуть из тисков моих зубов тлеющую сигарету. Хотя… мальчуган… мне самому тогда было лет 19 от роду. А в 20 ко мне впервые явилась смерть, что вежливо поклонилась под шум разрыва вражеских снарядов. - «Я заберу и этих, ты же не против?» - «Я против!» – ещё один, кто умер на моих руках, я туго затягивал жгут на его бедре и плевал на возражения командиров, пока не заметил, что глаза раненого остекленели. Над головой пролетали крики, краткий свист пуль пронизывал воздух вокруг меня. Смерть стояла рядом и громко хохотала, пока я растирал по лицу грязь с засохшей кровью. Не хотелось умирать вот так, в болотах Южного Таиланда, особенно имея за плечами только оконченную школу и учебку. Слёзы выступили из глаз, я вспомнил Сайко, наш последний разговор, я вспомнил, как стоял на вокзале с большой сумкой на плече, а она провожала меня в армию несмотря на наше расставание. Нет, несмотря на то, что я её бросил. Почему ценность этого приходит к нам во время отчаяния? Воспоминания о мгновениях, что мы провели вместе были для меня единственным спасением. Я люблю тебя, Сайко. - «Акира, с востока артиллерия!» Никогда бы не подумал, что сладкий голос стюардессы способен выдернуть моё сознание из глубокого сна. Самолёт плавно и настойчиво заходил на посадку - ненавижу такие моменты. Внутренние органы сотрясает лёгким напряжением и не дай Бог ты съел что-нибудь жирное во время полёта. Причиняющий неудобство эффект сохранится надолго. Из Токио в Киото я добрался автостопом – необходимая мера предосторожности, так сказать. Меня наверняка ждут очередные наёмники и уже с приказом «устранить». Факт, что я обвёл эту пятёрку вокруг пальца уже порядком трёх раз, слыло наилучшим обоснованием моих действий. Времени на разглагольствования не оставалось, скоро придётся убивать и нужно собраться с мыслями. Я и без того позволяю себе слишком много в роли ходячего трупа.

***

Строгое прямоугольное здание отеля выглядело весьма располагающе в вечернее время суток. В особенности для того, кто уже изрядно вымотался длительными переездами и перетеканием через часовые пояса. Приятная прохлада добротно освещённого фойе отделяла Акиру от отдыха, по которому истосковалось его измученное тело. Теплая пища, прохладный душ и мягкая постель – всё, в чём нуждался парень со дня выезда из Мексики. Точно зачарованный, Акира устало волочил ноги к стойке ресепшна. - Приветствую вас! – девушка очевидно работала в вечернюю смену, поскольку разговаривала и двигалась довольно живо. А между свежестью и бодростью существует принципиальная разница, в рамках рабочих моментов, разумеется. - Добрый вечер. – поклонился в ответ парень. – Я рассматриваю одноместный номер. - Без проблем. – ответила красноволосая девушка, наклонившись вниз за журналом. Хвост из волос забавно дёрнулся вслед за ней припадая поверх позолоченного бэйджика около пуговиц стёганой рубашки. – Это необходимо для медицинской страховки, господин. – поясняла она, цепляя пальцами за твёрдый картонный переплёт. – Сейчас у нас доступны около 17-ти одноместных номеров для заселения, четыре из которых с балконом и отличным видом на храмовый комплекс «Нинна-дзи». Для вас этаж имеет значение? - Пожалуй, да. – устало выдохнул Акира. – Заселиться на втором этаже есть возможность? – опасение того, что в ответ последует ещё более длинная речь передавалась в интонации. Посетитель едва не прикусил себе язык. - Конечно, номер 1-А-77, вид на район «Укё» и главную дорогу. - То, что нужно. – парень полез во внутренний карман джинсовки. – Наличные. Проделывая процедуру регистрации по должному порядку, сотрудница отеля отложила аккуратно прошитый журнал обратно и уткнулась в экран компьютера. Её тонкие пальцы живо стучали по плоским кнопкам под диктовку клиента. Наконец дошла очередь до графы с именем и фамилией. После их заполнения, на компьютере раздался короткий гудок уведомления, в углу светился баннер: *Перед заселением уведомить руководство* - Одну секундочку. – улыбчивая барышня не подала виду, на неожиданно возникшее препятствие. Всматриваясь в дальний угол зала, она взглядом «нащупала» нужного человека из толпы, после чего коротко щёлкнула пальцами. Через некоторое время явился старший менеджер, облачённый в строгий костюм. Осунувшееся лицо неприветливо разглядывало Акиру, что из последних сил скрывал своё недовольство. - Я сообщу, Аямэ. – беспристрастно заговорил он. – Занимайтесь, не заставляйте человека ждать. – мужчина удалился так же спешно. - Всё в порядке? - Да, конечно. – невнятно ответила красноволосая. – Вот ваша карта клиента. – протянув парню пластиковый прямоугольник девушка объяснила маршрут к лифту. С порога номер выглядел тесно и уютно. Широкое окно, около которого стояла полная продолговатая кровать, на стене перед ней закреплён телевизор, рядом округлый столик на одной опоре, невысокого уровня тумба, над которой светилась угловатая лампа с бумажным ободом и аккуратный письменный столик. Угловатый ковёр с коротким вырезом поддерживал уют, расположившись поверх пола из тёмного ламината. На потолке выполнен прямоугольной формы вырез, внутрь него вделаны несколько лампочек. - Пора отдохнуть по-человечески. – пробубнил Акира, отбросив пластиковую карту на стол. Неописуемое удовольствие, что испытывало тело во время принятия горячего душа можно сравнить с победой в тяжёлом спортивном мероприятии. Особенно, когда борьба за возможность вскинуть руку изрядно затянулась. Примерно так же ощущал себя и блондин, уткнувшись лбом в холодную плитку на стене. Следовало учесть, что его бой ещё даже не начинался, а сознание уже совсем вымоталось. Да и разве являлось победой то, зачем он продолжает стоять на ногах. Ведь по-хорошему можно было самому явиться к Сайко или смиренно дождаться её приспешников, собирая в кучу все воспоминания перед отправкой в последний путь. Тёплый номер отеля со всеми удобствами походил на такой исход событий по заманчивости. Ведь для чего страдать? Всё равно ты один и тебе не уйти. - «Забавная аллегория». – думал про себя парень, лёжа в мягкой душистой постели. – «Мститель вряд ли имеет таковое право. Сравнивать себя с жертвой. С таким же успехом можно было остаться в Южном Таиланде, подыхать с пулей в животе. Эта позиция предаст тех, кого я любил. Тех, что у меня отняли». Вымотанный организм не дал мозгу полноценно развить эту мысль. Лишь несколько минут в горизонтальном положении прервали его размышления, провалив в глубокий сон.