Promise.

Много! Слишком много - всех: людей, фанатов, журналистов, да даже стаффа! Вообще всех слишком много вокруг! Это все слишком! Я больше не протяну - сорвусь и как заору... Зато все сразу в строну шарахнутся и дадут мне хоть немного воздуха, который и так почти не пропускает эта чертова маска! Хотел спустить ее куда-нибудь в область шеи, но ты посмотрел так, что я натянул ее на самую переносицу, еще и прижал посильнее. Ты же в нескольких шагах впереди. Тебе, может быть, слегка проще? Хотя нет. Вряд ли. Сейчас сложно всем и каждому, хоть стафф и пытается всеми силами сделать хоть что-то. Но, само собой, ничего не помогает. Жарко, нереально шумно, душно так, что почти нечем дышать, безумно тесно и ты слишком блять далеко!!! Это физически больно! В прямом смысле, потому что я получаю особенно болезненный толчок куда-то в бок. Ты как будто чувствуешь что я нуждаюсь в тебе и твоей помощи. - "Don't worry i'll be there..." - Говоришь своим ломаным английским достаточно громко, чтобы во всеобщем шуме услышал я, но никто больше, и хватаешь меня за руку. И ты тоже слишком горячий! Как и все вокруг, даже еще горячее... Тащишь за собой, чтобы вытянуть из этого удушающего водоворота людских тел. Цепляюсь за твою обжигающую ладонь, как за спасательный круг. Казалось бы, ты ведь выше и как бы опаснее на вид? Выглядишь более угрожающе что-ли, чем я... Но и это не спасает от них всех! Давят, напирают, уничтожают личное пространство в ничто! А ты жестко, до резкой боли на запястье тащишь вперед, потому что еще немного - выход уже близко и все кончится, весь этот кошмар будет позади... Когда-нибудь обязательно. Не может же это длиться вечно, да? *** И вроде бы именно ты сегодня вытащил меня из этой людской мясорубки... Был, в отличие от меня, хладнокровен, упрям, шел напролом, через всех. Но все это в четких и ярко выделяющихся рамках приличия. Ты никогда не переходил тех границ. В тебе слишком много чести, чувства собственного достоинства, если не превосходства, и совести, как в общем-то и в каждом из нас. Я знаю тебе бы так хотелось раскидать их в стороны парой движений мощных рук... И я уверен, что ты до скрежета стискивал зубы, все сильнее, до боли сжимая мою ладонь, и еще с большим рвением тянул меня вперед. Они могли всячески нарушать наше личное пространство и им буквально ничего за это не было, не могло быть да и не будет. Кроме конечно гневных, но сопереживающих постов на всех платформах в интернете, от настоящих, верных и преданных фанатов, готовых за нас отдать все, что есть у них. Но этим "людям" плевать - они жестоки, лицемерны и самовлюбленны. Для них нет правил и моральных норм. Для них мы, как зверушки в зоопарке, находившиеся все это время за стеклянной витриной. И теперь вдруг выведенные наружу так, что теперь на нас можно было не просто пялиться, но еще и потрогать. Даже если это могло причинить нам боль, эти люди, если я еще могу назвать их так, буквально сбивали нас с ног. Глубоко в душе я пытаюсь оправдать их, придумать всему этому какое-то разумное объяснение, пытаюсь смягчить все происходящее… Но легкое покраснение на моем запястье не дает мне окончательно забыть все, что там происходило. Не дает мне права завуалировать это и оправдать их сполна, перекрыть их вину банальностью, глупостью, просто отшутиться от этого… Нет, не выйдет. И твой убитый, полный сожаления взгляд, когда ты тоже замечаешь эти следы от твоей хватки просто добивает меня. Ты может быть кажешься для всех сильным и непробиваемым снаружи, но я знаю, что внутри ты нежен, раним, хрупок и зависим от окружающих. Ты ведомый, никак не ведущий. А еще тебе всегда была нужна поддержка со стороны, нужны постоянные напоминания о том, что ты важен и значим, что все делаешь правильно. Ты винишь себя, но я говорю тебе, что ты не при чем, и тебе становится чуть легче, пусть и не сразу: Ты сидишь передо мной на полу, с виноватым видом, словно нашкодивший щенок, и покрываешь мои запястья легкими, успокаивающими, извиняющимися поцелуями. Будь у тебя ушки на голове, ты бы прижал их к осветленной серебристой макушке, выражая мне свое глубочайшее сожаление. С надеждой заглядываешь мне в глаза, словно ища ответ, стараясь найти там то, что ты не виноват, ты хотел как лучше. Я же говорю вслух то, в чем ты нуждаешься, как в глотке воздуха. В ответ на мои слова ты облегченно выдыхаешь и утыкаешься лицом мне в колени. Мне кажется, что ты сейчас заплачешь, и я мягкими движениями перебираю твои серебристо-белые, отросшие на затылке волосы, в попытке успокоить и подарить немного любви, тепла и заботы. Знаю - ты лишь хотел побыстрее вытащить меня из всего этого, пусть и такой ценой. Ты для меня самый-самый, знаешь же, да..? Я осторожно прихватываю твои волосы и легонько тяну вверх - дальше ты уже сам поднимаешь голову и тоскливым, виноватым взглядом смотришь мне в глаза. Так и знал - на твоих щеках блестящие дорожки слез, глаза покраснели, да и ресницы слиплись... Так божественно прекрасен, даже когда плачешь... Мягким движением беру тебя за подбородок и губами собираю соленые капли... Очень по дружески, правда ведь? - Ты ни в чем не виноват. Ты очень помог мне... Спасибо тебе за это... Ты у меня самый-самый лучший и самый-самый заботливый. И они все тоже не виноваты. Никто не виноват, солнце. Все хорошо, ты же веришь мне? Ты снова, даже чуть крепче, обнимаешь мои колени, но смотришь мне прямо в глаза и, наконец, легко улыбаешься. Я знаю - для меня ты сделаешь все что угодно, любой ценой, а потом будешь винить себя же в этом... В этот момент... Я в очередной раз ловлю себя на мысли, что так хотел бы не то, чтобы связать, присвоить, сделать тебя своим и привязать к себе чувствами... Нет. Это было бы слишком грубо и безжалостно по отношению к тебе, такому светлому и чистому... Скорее я хотел бы дать тебе хоть немногим больше заботы, чувства защищенности и важности, чем может дать просто друг. Сблизить нас еще немного хоть чем-то... Не обязательством, не обещаниями и клятвами, нет... А чем то, живым, еще чуть более чувственным и важным, чем тем, что нас связывает сейчас. Наши отношения... Да это и не отношения вовсе, о чем я... Просто чуть более крепкая дружба, возникшая между мемберами одной группы и основанная на взаимоподдержке и взаимопомощи изо дня в день, в течении уже трех лет. А я... Хотел бы делать все не как друг. Да я ведь даже не лучший друг! У тебя он есть, ты с ним с детства, рука об руку, а меня знаешь всего-то три года... А я хотел бы целовать тебя не только в щеки, в лоб, в виски, и при этом не переводя потом все это в шутку... Хотел бы, чтобы ты гордился следами на моих запястьях. Чтобы они были оставлены при других обстоятельствах и чтобы ты сам жаждал оставить их на мне... А не как сейчас... Да! Я блять не хотел бы быть тебе просто другом! Но ты так задумчиво, мягко, доверчиво и благодарно смотришь мне в глаза... И это ломает меня пополам. Разбивает сердце вдребезги, как экран телефона, упавшего из рук на бетонный пол. Смотрю тебе в глаза, а внутри образуется черная дыра, медленно поглощающая все мои эмоции, за секунды делая из меня безвольную, безжизненную куклу, готовую ради тебя на все. Твой взгляд чист, да и сам ты буквально невинен, кажется физически хрупок и так по-детски мечтателен... И я лучше пока оставлю все так, как есть. Но если представится случай. Если ты хотя бы одним беглым взглядом, тончайшим намеком, секундной сменой настроения дашь мне понять, что у меня есть какой-то шанс... Я воспользуюсь им. Да. И изменю хоть что-то.