пару слов до моей смерти.

В наушниках долбит рок, он водит по листу карандашом, надавливая сильно, а стержень не выдерживает и ломается, оставляя немного песка от грифиля и создатель шедевров о любви падает на пол, катиться под табуретку и остаётся одиноко лежать у стены. Нет, это не о человеке речь, всё ещё о карандаше сейчас мы говорим. Кто это мы? Спросишь ты. А мы скажем, что это грусть с тоской, окутывает каждый квадратный метр этой светлой комнаты. Люди любят тосковать по другим людям, зная что их тоска не разделяется и тот самый человек не может чувствовать тоже самое через "не хочу". Так всегда. Ты скучаешь, а тебя забывают, словно те самые перчатки в автобусе. Это сложно и трудно понять и принять, некоторые сразу восстанавливаются, а некоторые сидят в закрытых комнатах, квартирах и домах, ожидая чуда и ковыряя болячки на теле. Не приятно, но ничего. Кровь хлещет словно гранатовый сок, а им лишь бы испить его до дна, кто этот сок и сделал. Кто собрал плоды, кто усердно жал на газ, чтобы этот сок получился. Глупо, правда? А ты что думаешь об этом? Я даю тебе пару минут подумать. Наш герой, совсем не герой. Он просто трусливый заяц, что боится жутко страшных волков в лесу по-соседству. Это уже не первый сломанный карандаш, не первый лист, не первое утро, которое одарило его музой. Но лишь мысль о никчёмности, что появляется словно шаровая молния, пронзает его сердце ударом в миллиард вольт, а он хмыкает и продолжает тупо смотреть в лист. Любит грозу и молнию. Это волшебно. Всегда хотелось быть на месте, куда бьёт эта дама. Стать пеплом на пустой улице, слыша смех ненавистников. Ну и пусть они захлебнуться в зависти, а он освободиться зато. Но к сожалению, ему никогда не было дано заключить со смертью сделку. Она слишком добра к этому парнишке. Шепчет ему на ухо: "Не твой ход, чёртов ты смельчак. Сделай глубокий вдох и выдохни, ведь ты мне не нужен." А он лишь обречённо падает на кровать, закуривая четвертую за утро сигарету и думает, когда настанет его день. Вести календарь, считать дни, обводить в кружок. Да. Он подумал, что именно это его смысл жизни. А мы с тобой будем просто глядеть на этого неудачника и слышать все его мысли. Весело я считаю. А ты? Ответил на предыдущий вопрос? Хорошо. Тогда мы начинаем. *** – Тэхён, мы с тобой договорились. Я тебе огромную дозу наркотиков, а ты мне кучу денег, – Мужчина поправляет дорогие часы на запястье, довольно ухмыляясь, – Ты же знаешь, что я тебе никогда не буду лгать. Этого дерьма хватит, чтобы забыться. Карандаш всё также одиноко лежит у стены, а клочок бумаги уже давно в мусорном ведре. Это две личности парня. Одна явно скрылась ото всех под большим столом, а другая уже смирилась со всем жёстким миром и покоится там, где должна. Иронично. – Но я не хочу забывать собственное имя, Джин. Оно такое красивое. Тэхён – означает планета Меркурий, – он задумчиво смотрит на собеседника, не собираясь сдаваться просто так, – А ты знал, друг мой ненаглядный, что я обладаю в высшей степени живым и изворотливым умом? Джин с насмешкой потирает висок, слушая этого наглого психа. Он явно не в себе, раз заводит столь странные разговоры. Душа у него давно не чиста. Отец изнасиловал Тэхёна прямо на глазах у его младших братьев и сестёр, даже не жалея психики. Позже, парень узнал, что мужчина нашёл себе любовницу с деньгами и позже ушёл из семьи, оставив замкнутого Тэхёна с несколькими детьми и со слабой женой, которая на тот момент сильно болела. Время длилось будто вечно. Парень не стал ждать и после смерти матери он попал с малышами в детский дом, а через несколько лет вышел и стал тем самым обиженным на весь мир ребёнком. Решив проведать отца, он застрелил его с его же револьвера, любовница мужчины успела сбежать, а потом и вовсе уехала из страны. Тэхён отсидел в тюрьме, а потом и вовсе начал думать о смерти. Стук в дверь, словно бит из песни, доносится из прихожей. Тэхён знает кто это решил наведаться, он ждал его. – Давай поговорим позже. Если что, я напишу тебе. Жди письма, – он говорит разборчиво и внятно, –А сейчас иди через другой выход и даже не смей говорить никому, что был у меня. – Сам же знаешь, что творишь невесть что, а потом удивляешься своим дерьмовым мыслям. Ты ничтожество, Тэхён. Тот лишь молча соглашается, Джин встаёт с дивана и медленно уходит, позже и вовсе хлопая другой входной дверью. А стук продолжается и давит на ушные перепонки парня. Он нехотя идёт к двери, приглушая свет в гостинной и закуривая мальборо. Дверь открыта, а человек, что стоит на пороге, качается из стороны в сторону, что-то бормочет не понятное себе под нос и смотрит прямо в глаза Тэхёну. Ему стыдно за этого алкоголика, который постоянно хочет неизвестной Тэхёну любви и понимания. Ему он не интересен, не симпатизирует, не дорог. Он ему никто и никогда не будет кем-то. Разбитая губа, синяк под ярким голубым глазом, словно та самая рубашка, в которой пришёл он на их первую встречу. " – Я думал, это будет выглядеть хорошо, потому что подходит к цвету моих глаз. Ну, если не очень, то я переодеваться не пойду" Это звучало так забавно, что Тэхён напоминал ему об этом ещё ближайшие года два. А сейчас лишь отвращение и дрожь по телу от одной мысли, что любил. Что ждал и верил. Но этого не делали в ответ и он решил делать так же. У Тэхёна лишь одна фраза на такие привычки этих наглых мерзавцев: "Люди, упавшие в моих глазах – разбиваются на смерть об чёртов асфальт, где потом никто даже косточки собирать не будет" – Ах ты паршивец, – с ноткой нежностью в голосе говорит, не даёт пройти внутрь, – Снова напился где-то, открыл свой грязный рот и получил по шее? Когда же ты поймёшь, что люди не любят церемониться с людьми, которые не понимают, что они болтают? Раздевайся и сходи в душ, а то воняешь алкоголем. У меня непереносимость чёртовой текилы. "Из-за тебя" Тело уставшее падает прямо в ноги хозяину квартиры и воет. Не внятно, не чётко, опьяненно. Тэхён томно вздыхает, зажимает сигарету меж зубов и поднимает этого наглеца с пола, тащит на кухню, приводит в чувство. Как же ему надоело делать одни и те же махинации. Одни и те же движения. Он никогда не перестанет пить. Он уже навсегда останется в этой чёрной дыре алкоголизма. Как же мерзко, что любовь где–то была. – Тэхён, у меня снова проблемы. Почему это должно волновать его? У всех проблемы, Тэхён не исключение. Так почему он должен помогать ему? Его давно уже не заботит на кого устремлен его взгляд, чьи губы он целует, кому говорит нежные слова, кого одаривает любовью. Ему всегда говорили не вестись на эту любовь, а он стоял на своём. Вот тебе и результат. – Заткнись. Пока ты пьёшь со своими дружками у тебя будут проблемы, тупой ты выродок, Чонгук. Чонгук – тот самый парень, который раньше был могущим спортсменом, у него была команда в двадцать человек и все они играли в баскетбол. Тогда вся школа вытерала слюни у подбородка, пока Чонгук просто пил кофе у окна или разговаривал по телефону. Люди были одурманены этой силой чонгуковской, которую нельзя было объяснить никакими методами. А он лишь делал свое дело, занимался любимым делом и был счастлив. Приходил домой уставший, но счастливый. Это важно в жизни каждого человека. – Душа моя, был бы ты алкоголем, я бы тебя и пальцем ни тронул, ни глотка бы не сделал. Будь ты самой дорогущей и вкусной текилой, я не смог бы себе позволить испить. А парень наблюдает за этим клоуном. Но ему до жути приятны слова. Аж сердце заколотилось и видимо сейчас выпадет из груди и окажется там же где и карандаш этот непослушный, сломанный. Глупо. Завтра снова вода, аспирин и куча глупых вопросов. Потом тяжёлая тишина и хлопок дверью. Ничего нового. Он даже не будет лечить раны на лице, потому что проходили. Потому что уже не дёргает, не цепляет за душу. Потому что уже не то будет. – Мне больно, Тэхён. Молчание хранит в себе кучу боли. Когда молчит человек, в небе рождается звезда. Туская, не видимая. Но в ней тысяча высказываний и рассказов людей, которым больно. Которым порезали сердце и съели ложками огромными. Чонгук всё ещё режет, но пока не ест, жалко. – Как же я устал, Гук, – он присаживается на стул рядом, опуская жалюзи с помощью пульта, – Посмотри на нас, что с нами стало? – прикрывает глаза, закидывая ногу на ногу, стряхивает пепел в пепельницу. – Я ведь даже не знаю, что тебе говорить, как лечить. У тебя проблемы, у меня шрамы на сердце от тебя, сукин ты сын! – не повышает голос, не уходит из кухни, не плачет. – Я разложил тебе диван в гостиной, там будешь спать. Утром принесу таблетки, потом провожу на работу. А Чонгук внимательно слушает его. Трезвеет с каждым словом бывшего избранника. Трясётся от высказываний и боится контрольного выстрела в голову. Он такой родной и тепло исходит от него. Будто домашний кот. – Даже не смотри на меня так, засранец. Войдёшь ко мне в комнату, дам по хавальнику лампой. Не нужно лишний раз меня бесить, я вспыльчивый в последнее время. И уходит, оставляя Чонгука один на один с тишиной и мыслями. Такой беспомощный. Он слышит, как парень тяжело вздыхает, расстилая постель. Чувствует себя ничтожеством. Зачем он только припёрся к нему в квартиру и сейчас показывает себя как жалкого сопляка. Чонгук уходит в душ, позволяя себе намазать на тело тэхёнов гель, чтобы потом засыпать было легче и не снились кошмары, позже он ложиться на диван и смотрит на красивое тело у окна. Он так эстетично смотрится, когда курит сигареты. И Чонгук не раз замечал что Тэхён их курит не как все. Его фаланги пальцев бережно берут сигарету из пачки, зажигалка всегда турбо. Он зажимает большим и указательным пальцем, а после делает тягу и словно не выдыхает совсем. Будто весь сигаретный дым остаётся у него в лёгких тяжёлой тканью, отчего чернеют лёгкие и он кашляет по ночам. – Может хватит пялится на меня, Чонгук? – тихо проговаривает Тэхён, сбрасывая пепел в окно. На улице ночной ветер ласкает кудри парня, будто играясь с ними. Это забавно. – Я наслаждаюсь твоей красотой. Думаю, я не один такой. Ты же ведь уже.. – У меня не было никого после тебя. Ты убил во мне всё, что было. Я не стал искать доктора, чтобы тот залечил моё сердце, там ведь такие дыры, любая жопа твоей любовницы позавидовала, – усмехается, показывая руками размеры боли, – Ну, может меньше. – У меня не было никого, когда мы были вместе, Тэхён. – выпаливает тот, всё также смотря на спину. Ему стало больно от своих же слов, что они были вместе. Грустнее становится, понимая, что эти два человека были связаны одной нитью любви, оба сходили с ума от одного взгляда, а сейчас, находясь в одной квартире, чувствуют в друг друге чужих. Правда? Он тушит бычок. Это финальная точка в их разговоре. Их было слишком уж много. Закрывая окно, слышится тяжёлый вздох и снова эта тишина, отчего напрягаясь оба. Тэхён подходит к телевизору, включает касету, чёрный экран и только музыка начинает играть. Парень садиться на пол, обхватывая свои дрожащие от постоянных таблеток колени и прикрывает глаза. Чонгук слышит песню и внутри полудохлое сердце немного начинает биться. – I’d catch a grenade for ya. – Начинает петь Тэхён, пропустив первый куплет. Чонгук только смотрит на сие чудо и понимает, что готов до сих пор. Или нет. Парень продолжает петь. Можно сказать выть. – Throw my hand on a blade for ya. Он сильнее поджимает колени к груди, где бешено стучит сердце. Ему больно, ведь отрывки жизни с Чонгуком проносятся в голове как пейзажи за окном, когда ты едешь в машине. – I’d jump in front of a train for ya. Чонгук пытается не заплакать. С виду он красивый мужчина, серьёзный, а в душе такой ребёнок. – You know I'd do anything for ya. – Произносит Тэхён на тон выше, посмотрев в заплаканые глаза Чонгука, а после, выгибая брови, будто говорит строчками песни. – But you won't do the same...No, no, no, no. И это проносится эхом в его голове. Чонгук замечает, что парень так красиво поёт на английском. Что он такой светлый и тёплый здесь и сейчас с ним. Такой открытый и честный. Понимает, что не зря пришёл к нему за помощью. Да, он не замазал его раны, не полечил его, но зато принял как родного и дал послушать в последний раз их любимую песню. А ведь раньше им просто нравилась песня, а когда наступил момент разлуки, Тэхён понял, что не зря пел её на ухо пьяному Чонгуку в баре. Он понял смысл и перевод слов. Тэхён выключает касету и убирает её в шкаф. Вечер закончился лучше, чем вчера. Он выключает свет и идёт в спальню, но Чонгук его останавливает. – Тэхён, – просит тот, словно кот глядя на парня, – Пожалуйста, поцелуй меня. – Гук, угомони свои пьяные мысли, мы не в дораме, – устало отвечает Тэхён, со спокойствием внутренним, смотря на пьяного в стельку Гука, – Я просто решил тебе напомнить, что я был готов на всё ради тебя, а ты готов на всё ради бутылки. Очень жаль, что наша история любви так и не вышла на новый уровень. И от парня остаётся лишь шлейф вкусного парфюма, которым он брызгается на ночь. Чонгук устало падает на подушку и закрывает глаза. Может когда-то он начнёт ценить важные в жизни вещи. Может быть. Однообразное утро Тэхёна никогда не поменяется. Он наливает в стакан прохладную воду, выдавливает из пластинки аспирин, заходит в гостиную. Пьяница лежит спиной к выходу, укрытый теплым пледом. Садиться рядом, легонько толкает в плечо, зовёт, чтобы тот проснулся и выпил уже такую родную таблетку. Чонгук ворчит, но встаёт, упираясь локтями в диван, пьёт лекарство и тяжко вздыхает. Головная боль жестоко долбит, отчего он слышит собственное сердцебиение. Зябко. – Меня мать заберёт. – Говорит почти не слышно, но Тэхён понимает и скрипит зубами. Мама Чонгука никогда не любила их союз. Всегда считала что это сверх дебилизм и вообще неприемлемо в их семье. – Я не удивлён, что именно она. Ты ведь у неё один единственный сыночек любимый. – Язвит парень, убирая стакан с водой на полку. Чонгук встаёт с дивана, начинает собираться, засовывая в карманы всё, что выпало, пока он спал. Телефон нагло вибрирует в кармане, показывая всем видом, что Чонгук явно кому-то срочно нужен. На дисплее "Мама". Ну конечно, кто бы сомневался. И это не первый звонок. Их аж целых двадцать пропущенных. – Алло, мам. Я же тебе сказал, что как встану, позвоню, чтобы ты подъехала, – закуривая сигарету, говорит Чонгук в трубку, пока Тэхён убивает его взглядом, потому что пьяница взял с его пачки, но Гук лишь смеётся, легонько толкая в плечо того, – Я у Тэхёна. – У этого немощного парня? Который не может даже вещи закинуть в стиральную машину? – Доносится в трубке женский голос, а Тэхён лишь закатывает глаза, размахивая руками, а-ля я не удивлён этим словам. Чонгук усмехается, позже становится серьёзнее и сказав маме родной адрес который она уже должна была знать наизусть и бросает трубку. – Посмотрела бы она на тебя вчера и мы бы ещё посостязались кто из нас немощный. – Злостно говорит Тэхён, открывая окно шире, слышит чонгуковский смех в стороне и сильнее злится. – Я ей ночью позвонил и говорил, как сильно люблю тебя. Она мне не поверила, сказала чтобы я спать лёг и скинула. – Будто обиженный ребёнок, говорит Чонгук, надув губы. Тэхён встаёт напротив, выгибает бровь и пожимает плечами, приговаривая: – Я бы на её месте тоже не поверил. Всё таки твоя мать мудрая женщина, да ещё ещё к тому же будущее умеет видеть. Чудно, не правда ли? Чонгук понимает, что парень издевается над ним, но смеётся. Бывший избранник всегда отличался от всех своим острым умом и шуточками. Когда все уже валялись на полу от смеха, Чонгук лишь глядел на сверкающие тэхёновы глаза и думал: "– Кажется я нашёл то, что искал" В дверь злостно постучали. Тэхён узнал маму парня по стукам, как неудивительно, ведь когда они жили вместе, она наведовалась к ним почти каждую неделю, а именно во вторник, в выходной день Тэхёна. Но этот выходной он тратил на уборку квартиры, стирку, посуду, что сильно выматывало парня и по ночам он хотел вскрыться кухонным ножом, в очередной раз нарезая колбасу голодному Чонгуку. Нет, они расстались совсем не из-за матери Гука. Тэхён уже даже привык ко всему этому. Расстались они потому что так и не нашли свою луну, на которую бы смотрели вместе и мечатли о будущем. Но зато Тэ нашел точку невозврата, увидя пьяного парня на пороге с какой-то девицей. Он не психованный, не истеричка, не любит погромы в квартирах, выбрасывание вещей в окно, пирамиду разбитой посуды. Его любимое и самое эффективное действие это тихий уход без слов. Так легче обоим. – Ах, привет, Тэхён или как тебя там. – С ходу говорит женщина, войдя в квартиру. Тэхён молча пропускает все её слова, снимая попутно чужую шубу. – И вам здравствуйте, Чон Сонва. Гук лежит в гостиной, голова у него не проходит, хотя я дал ему таблетку от боли головной. – Хочется высказать всё о её несчастным сыне, который постоянно пытается за что-то ухватиться в жизни Тэ, но будет слишком грубо и скорее всего за такие слова парень получит по лицу. – Сыночек мой, Чонгук, здравствуй. Это мамочка. Как ты, родной? Тэхён дал тебе не ту таблетку, да? Не разбирается ни черта и суёт тебе всякую дрянь. Сейчас я дам тебе таблеточку, потерпи чуток. – Не стесняясь говорит женщина, начиная рыться в огромной кожаной сумке. А Чонгуку в радость злить Тэхёна, поэтому он начинает драматизировать. То руку на лоб положит, то дышать ему тяжко. Тэ наблюдает за этим плохим актёром и выполняет все указания женщины. После всех процедур, а именно мокрой тряпки на лоб, три капсулы залпом и горячий чай с лимоном, Тэхён садиться на стул и улыбается. – Знаете, лучше бы в пробке постояли, он бы помер уже и всем было бы легче. Женщина накидывает шубу, бросает на Тэхёна злостный взгляд, покрываясь шипами. Такое чувство, будто на голове появиться огонёк, как у Аида из мультика Геркулес. Смешно выглядит в голове у парня, но точно не сейчас. Ну, по крайней мере Чонгуку. – Как ты смеешь так выражаться, мелкий паршивец? Если бы он умер, ты бы сидел в тюрьме пожизненно. Слава богу, что вы расстались. Чонгуку нужна красивая девушка, с длинными чёрными волосами, стройным телом и ангельским голосом. А ты, посмотри на себя, уродец. Худой, как щепка да ещё и куришь, фу. – Хватит пожалуйста, мама! – Врывается в разговор Чонгук, с жалостью смотря на мать. Она его позорит, будто перед всем классом, как в школе. Такое уже было и не раз, когда женщина приходила в школу из-за обычных игр, где Чонгук волшебным образом получал ссадины. – Да вы даже ему девушку подбираете по своим стандартам. На самом деле вам плевать на сына, как и на всех кроме себя любимой. Вы просто мерзость. И да, я не постесняюсь этого слова, потому что это действительно так. Если бы вы любили, приняли бы любой выбор Чонгука, будь это парень или кукла надувная. А сейчас, я попрошу забрать своего драгоценного сына и свалить с моей квартиры. Женщина лишь хмыкнула на слова парня и взяв Чонгука за руку, увела его из квартиры, хлопнув дверью. Тэхен снова закуривает. – Ну и семейка. – Себе под нос, ухмыляясь, выдыхает дым. Он берёт блокнот и начинает запись. [Вторник. 12:04. Двадцать первое марта.] "Сегодня я скорее всего пойду за верёвкой и мылом. Они вроде продаются в хозяйственном магазине на углу. Надо будет забежать. Главное не заблудиться, как в своей чёртовой жизни и в своих блядских мыслях. Надо же, я снова начал пить таблетки, у меня много ломаются карандаши и не светит солнце в окно. Я снова начинаю сдавать назад. Ну и чёрт с ним. Да, я слабак. Боже, почерк такой кривой и неразбочивый. Хотя кто ещё будет читать эти записи кроме меня" Он рисует на полях грустный смайлик, позже перечёркивая его много раз. Говорит себе, не показывай другим своих чувств. Не получается. "Сегодня он приходил. Послушали музыку, потом пришла его злая мать, которая готова мне бошку готова свернуть, если я хоть раз ещё прикоснусь к этому придурку, который безпробудно пьёт. Нет, я не собираюсь этого делать. Моя душа и без этого грязная. До жути. Вся в пятнах. Мне на самом деле так больно внутри, что завтра больше не будет. Что мы больше не будем заваривать зелёный чай и слушать Бруно Марса, попутно целуя друг друга в сладкие от пудры щёки. Что все бабочки жалко валяются у меня на дне души и витает запах трупятины. Чёртов карандаш всё также валяется под столом, а мне трудно дотянуться до него. Я слишком жалок." В конце он рисует чёрный кружочек, который даёт ему знать, что он ещё живой. И так будет в каждой записи.