Возможность быть рядом

За эти дни Чонгук стал по настоящему счастлив, он ещё никогда так себя хорошо не чувствовал. Тэхён, как и обещал, нашёл к нему путь и теперь каждый вечер выкрадывал его на ночь из своей комнаты. Они часто прогуливались в неприметных местах, чтобы их никто не заметил, и общались о всём, что придёт на ум. Им было комфортно и уютно в компании друг друга. С каждым днём от этого было труднее расходиться по своим комнатам. Но никто не омрачал атмосферу словами о том, что такие встречи не смогут длиться долго. Тэхён, как мог, заполнял омегу своим присутствием, дарил тепло, защиту, заботу, ласку. Но даже отдавая всё, ему было мало. Он хотел большего, но всё время что-то мешало. В последнее время госпожа и господин Чон стали напряжёнными, относились к нему и его делегации агрессивно, хоть и пытались скрыть это за маской радушия. Они явно что-то скрывали. И Ким стал потихоньку узнавать секреты этой семьи. Он поручил это своему другу — Чимину. Через него держал связь с главным связующим звеном с его принцем — Юнги. Альфа понял, что это единственный верный и нормальный человек в этом поместье, что хорошо относится к его омеге. Да, к его омеге. Мужчина уже давно всё для себя решил и заберёт Чона себе, чего бы ему это не стоило. Он уже стал делать первые шаги к этому, ничего не страшась. Проявлял открытый интерес к младшему омеге на публику, дал знать, что знает о нём и что тот ему очень приглянулся. Мужчина ясно намекнул, что будет и дальше искать с ним прямой встречи и что свой интерес не потеряет ни за что. Ни Ёнсу, ни Юнми это не понравилось. Они боялись, что их тайна станет явной, что у них заберут их источник богатства. Отец и мать давились своей злобой и думали, как этого не допустить. Но вот чего они ещё не знали, так это о тайных встречах их сына с Тэхёном, которыми Чонгук очень дорожил. Это было для него всем. Лишь в эти моменты с альфой юноша чувствовал себя живым, нужным. Омега так боится это потерять. Он привык и ничего теперь не может с этим поделать. Хоть и молчит об этом, но каждый раз подобные страхи посещают его, заставляя задыхаться от безысходности и отчаянно хвататься за каждую возможность, чтобы ещё раз прожить эти моменты с Кимом. Чон чувствует, что и этого его скоро лишат. И чем ближе момент, тем слабее он становится, тем сложнее сдерживать свои эмоции и чувства. Именно поэтому омега сейчас стоит и дрожит, крепко вцепившись в края подокольника, стеклянным взглядом вперившись в окно. С минуты на минуту альфа вновь должен зайти за ним для ночной прогулки. Так помечу так плохо и страшно? Хочется зареветь в голос и кричать о том, что что-то не так. Он чувствует, что должно случится что-то плохое, но отказаться от встречи с мужчиной не может. Это выше его сил. Хотя бы в последний раз с ним увидеться, почувствовать его тепло и ласку, чтобы после вновь окунуться в тот ужас, что происходил с ним до знакомства с Кимом. — О чём думаешь, кроха? Я столько раз звал тебя, но ты не откликался. — поинтересовался мужчина, осторожно коснувшись талии Чонгука. — Тэхён?.. Тебе не стоило заходить, я бы спустился. А вдруг нас заметят? — отойдя от своих мыслей, со страхом спросил юноша, оборачиваясь в кругу чужих рук и смотря своими большими оленьими глазами. — Тебе не о чем беспокоиться, солнце. Я всё проверил и никого нет. Пошли быстрее наружу, если тебе так будет спокойнее. — тепло ответил альфа, оглаживая пальцами рук мягкую кожу щёчки. Но видя перед собой лишь бедное лицо и глаза, искрящиеся безумным страхом, сразу же становится серьёзнее и с волнением спрашивает. — Что такое? Ты в порядке? — Н-нет, всё хорошо. Тебе не о чем переживать. — словно в бреду произносит Чон, не желая лишний раз беспокоить мужчину. Он, не теряя больше времени, выбирается из объятий и ведёт альфу под руку на улицу. Там ему станет легче, это лишь его заморочки и ничего страшного не случится. Ведь так? Тэхён же даёт волю своему птенцу и больше не надоедает вопросами. Если захочет, омега поделится с ним своими переживаниями, а пока он может лишь безмолвно поддержать его, перехватывая поудобнее чужую руку и сжимая её сильнее. Они идут на своё излюбленное место у окраины сада, чтобы там провести время в самодельный беседке, что скрыта от чужих глаз. Ким сделал её саморучно, чтобы омеге было удобно и уютно. Чонгук ему за это сильно благодарен. Оказавшись на месте, мужчина притягивает юношу к себе поближе на скамейку, на что тот немножко краснеет. Чон до сих пор не может привыкнуть к подобному, но это не значит, что ему не нравится. Альфа достал из-под стола плед, укрывая им себя с омегой, помешая второго в свои объятья и позволяя ему уткнуться своим носиком себе в шею. — Не могу описать словами, что я чувствую каждый раз, проводя время с тобой. Это как будто бы то, что мне не хватало всё это время. Такое ощущение, что я нашёл для себя то, что бесценно. Я боюсь это потерять… — признаётся Тэхён, зарываясь носом в вкусно пахнующие пряди волос. Его признание заставляет зардеться юношу ещё сильнее, от чего тот завозился на месте. — Что? О чём ты говоришь? — промямлил омега, отводя взгляд. Всё это слишком для него. Он задыхается от запаха альфы и своих чувств. Чон не был готов к подобным откровениям. — Посмотри на меня, малыш. Я знаю, что ты понимаешь, о чём я говорю. Я влюбился в тебя, как мальчишка. Почему тебя смущают подобные чувства? — не страшась, признался Ким, желая наконец-то открыться мальчишке. Он больше не может сдерживать себя. Чонгук был сражён подобными словами, а также сломлен. Ему этого очень хотелось, но было ужасно страшно. Молодой господин не может так, он понимает, чем может это всё ему обернуться. Его охватывает паника от безысходности, от смеси из чувств и страха за свою тайну. Куда всё это приведёт, если правда раскроется? Этого всего слишком много и омега плачет навзрыд, прячась от всего в изгибе шеи и плеча альфы. — О боже, солнце, не плачь, пожалуйста. Я слишком поспешил? Я что-то не то сказал? Я всё исправлю, только молю, не плачь. — с болью в сердце проговаривает мужчина, прижимая мальчишку к себе и коря себя за неосмотрительность. Его чудо не должно страдать и плакать из-за него. Он расшибётся, но исправит это. — Я не могу так больше. Я не знаю, что делать. Мне так страшно, Тэхён… — всё ещё заходясь в плаче, произнёс Чон, цепляясь за альфу, как за своё спасение. — Тшшш, кроха, я рядом, я всегда буду с тобой. Поделись со мной тем, что терзает тебя. Я не хочу, чтобы ты страдал. — искренне взволнованно произнёс Ким, поглаживая своё сокровище по спине, пытаясь успокоить его. — Я схожу с ума. Мне ты тоже отнюдь не равнодушен, но то, что я храню в секрете от всех, испортит тебя. Я не хочу так. Я боюсь, что и ты принесёшь лишь боль и обман мне. Так было со всеми кто узнавал. Это добъёт меня окончательно. — слёзы всё ещё душили его, но он пытался их сдерживать. От того произнесённые слова прозвучали настолько плаксиво и жалко, что сердце мужчины сжалось и облилось кровью от чужой боли. Альфа понимал, что слова сейчас бесполезны, и ему не поверят, так как омега вертелся и не хотел к чему-либо прислушиваться. Тэхён осторожно схватил юношу за подбородок и стал сцеловывать слёзы с чужого лица. Щёчки, носик, веки, лобик — всё это не осталось без внимания. Чонгук стал успокаиваться под влиянием чужих губ, его сердце заходилось в бешенном ритме. Это было очень приятно, он уже сам тянулся к чужим прикосновениям, крепко вцепившись в мужчину. — Успокоился? — аккуратно спросил Ким, заглядывая в покрасневшие и поплывшие глаза омеги. — П-прости, пожалуйста. Я не знаю, что на м-меня нашло. Я не должен был вываливать всё на тебя. — еле слышно прошептал юноша, опуская вновь своё лицо, испытывая ужасный стыд за свою истерику. — Ну-ка, отставить самобичевание. Ты можешь всё, Гуки. Показывай себя настоящего, свои чувства. Я это очень ценю. — твёрдо и уверенно произнёс мужчина, заставляя вновь посмотреть на себя. Чонгук плавился от этого взгляда, в нём хотелось утонуть, погрязнуть. Его неимоверно тянуло к этому альфе и он ничего поделать с этим не мог. Да и не хотел. Он поддался вперёд и неумело коснулся чужих губ своими, так и замерев. Его глаза были зажмурены, а сам мальчишка как будто и не дышал. Юноша успел уже сто раз пожалеть о своей выходке, но ему не дали отстраниться, сжав в объятиях ещё сильнее. Чужие губы с жадностью сминали чонгуковы, по очерёдно оттягивая каждую. От напора альфы Чон начал дрожать и задыхаться. Было неимоверно хорошо и приятно. Когда язык Тэхёна прошёлся по его губам, он тихо простонал от переизбытка эмоций, пропуская того хозяйничать у себя во рту. Им было мало друг друга и никто из них не хотел отрываться, но воздух в лёгких заканчивался, а губы начали покалывать от долгого поцелуя. Поэтому им приходится отстраниться и перевести дыхания. Тэхён с жадностью осматривал чужие черты лица, то и дело останавливая свой взгляд на чужих опухших губах. Это выглядело как чёртово искусство, от чего альфе было сложно сдерживаться, но он не хотел напугать омегу, от того держал своего внутреннего зверя на привязи. В то время как сам Чонгук не открывал глаза, смущаясь того, что только что произошло. Но ни капельки не жалея. — Теперь ты от меня никуда не денешься, птенчик. Какие бы секреты ты не хранил, я никогда не откажусь от тебя. — словно безумец, задыхаясь, мужчина расцеловывал чужие уста, всё никак не утоляя свою жажду. — Я сам никуда не хочу деваться от тебя, только люби меня. — отчаяно произнесено в ответ, цепляя чужие губы своими, пытаясь ощутить то же блаженство, что и до этого. Они ещё долго в эту ночь обмениваются поцелуями, не выпуская друг друга из объятий. Дорвались до того, что до этого было под запретом, а теперь не могут остановиться. Сгорают в своих чувствах, словно ненасытные звери, желая заполучить как можно больше тепла, ласки и любви, не готовые отказаться от этого или обменять на что-то другое. Теперь ещё отчаянее и сильнее ощущая необходимость в друг друге.