Потерянные души

Очередной весенний денек подходил к концу. Сарданапал сидел у себя в кабинете и работал с документами, которые давно уже требовали рассмотрения. Его разноцветные усы (которые давно пора отстричь, по мнению некоторых учеников с Темного отделения), были на удивление спокойны, несмотря на отсутствие на них прищепок. Вдруг от сильного порыва ветра открылось окно, и в кабинет влетел промокший от неожиданно начавшегося дождя купидон. Младенец кинул на стол конверт и стал требовать честно заработанную награду. Сарданапал, не поднимая глаз на почтальона, достал из стола пакетик с пряниками и продолжил изучать документы. Купидон недовольно фыркнул и вылетел на улицу. Академик заклинанием закрыл за ним окно. Вот уже месяц Бессмертник присылает ему документы, заставляет делать отчеты,… а эта волокита с бумагами для академика всегда была скучнее самой нудной лекции. «И что это ему приспичило? – недоуменно думал Сарданапал. – Раньше никогда на школу не обращал внимания, если не мешала. А теперь-то что? Количество учеников подсчитать, родителей переписать, место жительства, дата рождения, дата смерти призраков… Последнее-то зачем? А кто их знает, привидений этих, когда они умерли? Они ж не говорят. Или Кощеев предлагает мне самолично бегать за каждым и под страхом дрыгуса узнавать?» Так бы он размышлял, если бы в кабинет не вошла Медузия. Доцент явно была не в духе: волосы на голове еле заметно шевелились, и, кажется, даже шипели. - Академик, - строго проговорила она, нахмурившись, – уже сколько лет прошло, а преподавателя по Практической магии до сих пор нет. Ее то я, то Бульонский, а иногда даже Тарарах преподаем! Что это такое? Сарданапал глубоко вздохнул. В последнее время на него столько дел свалилось, что поиски преподавателя вылетели из головы. - А как же Клопп? – ляпнул он. Медузия закатила глаза, показывая свое отношение к вопросу академика. - Он недавно из подросткового возраста вышел. Какое преподавание? Тем более, он заявил, что профессором больше не будет и отправится путешествовать по разным странам в поисках необычных животных и рецептов древних зелий. Так что эта кандидатура сразу отпадает. - Медузия, не волнуйся, на следующий год преподаватель будет. А для начала надо с бумагами разобраться. Академик склонился над кипой документов и продолжил давно начатые чтение и проверку, а то с Бессмертника сталось бы подсунуть невзначай левую бумажечку, а это могло выйти боком. - Ты совершенно устал – тебе надо отдохнуть, - Медузия села напротив Сарданапала. – А с Бессмертником я еще разберусь. Волосы устрашающе зашевелились. - Да, ладно, - отмахнулся академик, не глядя на доцента. – Я почти закончил, я даже… - Сарданапал зевнул, - … не устал. - Всегда ты так, - Медузия нахмурилась. – Не спишь всю ночь, а днем потом ученики от тебя шарахаются похлеще, чем от Поклепа. - Это еще почему? – похоже, Сарданапал искренне удивился. Медузия усмехнулась. - В полусонном состоянии многое можно учудить, пусть ты и самый великий маг после Древнира. Ты ведь даже бодрящих настоек не пьешь… - Они не очень вкусные, - капризно, совсем как ребенок, сказал Сарданапал. Медузия покачала головой: академика не исправишь. Ее взгляд переместился на стол, и она заметила нераспечатанное письмо. - К тебе, случаем, почтальон не прилетал? – Медузия посмотрела на Черноморова. - Вроде был, а что? - тут и Сарданапал заметил конверт. – Совсем про него забыл. Между прочим, целую пачку любимых пряников отдал, так купидон еще недовольный остался. Совсем распустились… Черноморов распечатал письмо и погрузился в чтение. С каждой секундой он мрачнел все больше и больше, а когда закончил, грустно сказал: - Теперь ясно, почему Бессмертник загрузил меня работой. Медузия выхватила письмо и быстро прочитала содержимое. «Опять двадцать пять, - вздохнула она. – Это покруче прошлого раза, ведь даже Кощеев забеспокоился». *** На следующее утро перед завтраком академик собрал учителей в своем кабинете. Когда запыхавшаяся Зуби села в свободное кресло, академик заговорил: - У меня для вас пренеприятнейшее известие, господа… - К нам едет ревизор, - тихо хихикнула учительница сглазов. - А в этом нет ничего смешного, коллега, - Медузия хмуро посмотрела на Зубодериху. – К нам едет инспекция. В кабинете зашумели: не забыли еще прошлую проверку. - Я Бессмертнику рыло начищу, - закипел Тарарах. – Он у меня еще получит! Узнает, где раки ночуют! Я ему покажу кузькину мать! - Тарарах, не горячись, - спокойно попросил Сарданапал. – Бессмертник ни при чем… - Как? – Ягге так удивилась, что даже подскочила, но потом села на место. - Вот так, - академик развел руками. – Если итог проверки будет неудовлетворительным, то ему тоже достанется на орехи. Там, - академик указал пальцем в потолок, - есть еще и те, кто выше Кощеева, причем неподкупные и непоколебимые. - Зачем им остров? – спросил Поклеп, хмурясь. - Остров им не нужен. Цель инспекции – проверка школы. Из-за этого Бессмертник и загрузил меня работой, чтобы все было по полочкам разложено: бумажка к бумажке, запись к записи. Будут проверять все: успеваемость, поведение, состояние кабинетов и прочих помещений… - В общем, достанется нам, - сделала вывод Меди. - Зачем же так? – удивился академик. – У нас все в порядке… - Академик, - перебила доцент, - а как насчет учителя Практической магии? - Не волнуйтесь, - академик оптимистично улыбнулся. – Учитель будет, но осенью. - Когда прилетит инспекция? – поинтересовался Поклеп, щурясь от солнца, которое светило ему прямо в лицо. - В письме написано, что через неделю, но… - Сарданапал еще раз перечитал его, а особенно дату отправки, - Великий Древнир… - Что такое? – забеспокоилась Ягге, уже готовясь бежать в магпункт за валерьянкой, а то академик нехорошо побледнел. - Они прилетят через день, а я еще не все бумаги заполнил, - Сарданапал притянул к себе кипу документов. «Надо было сразу все начать, когда Кощеев прислал», - осуждая сам себя, подумал Черноморов. – Так, собрание закончено. Идите на завтрак, а я продолжу работу. - А как же… - не поняла Зуби. - Я потом поем – не умру, если пару часиков потерплю. Меди нахмурилась, но ничего не сказала. Только медный локон угрожающе зашипел, но женщина не обратила на него внимания и покинула кабинет. Следом вышли и остальные учителя.