Шальной колокольчик

      Когда Риндо скучно, он начинает доставать бедного Рана, который ни в чем не провинился, однако должен страдать. Знали бы вы, как иногда старшему Хайтани хотелось сброситься с крыши, лишь бы не быть свидетелем странных выходок своей кровиночки и не слышать его нытье.       Иногда выходки младшего доходили до определенного абсурда или безумия. Как-то раз, парень просто хотел ночью попить водички, пошел сонный на кухню и чуть не откинул копыта, в прямом смысле слова. Риндо, что б его, Хайтани, каким-то образом висел на палке с самым непроницаемым лицом. Что бы вы понимали, он где-то нашел палку, отдаленно эта штука напоминала карниз для штор, установил ее между двумя шкафчиками в гостиной, как она еще держится и не падает, никто не понимает, недалеко от кухни. Висел мальчишка головой вниз, задумчиво покусывая губу.       — Ран, — очень тихо прошептал юнец, слегка пугая родственника, — А если инопланетяне существуют, почему они не хотят выходить с нами на контакт?       Молодой человек слегка икнул, пытаясь успокоить свое бешенное сердцебиение. Младший, не дожидаясь ответа со стороны, отвечает сам:       — Ах, точно, люди ведь тупые. Вряд ли они захотят общаться с глупыми людьми.       Иногда Рану казалось, что его брат сумасшедший.       Было еще более странно, когда Риндо от скуки пошел в какую-то секту и начал втирать людям, что кухонные губки тоже живые существа и им очень тяжело жить. Хайтани во всех красках начал жаловаться, как будто этой губкой был он сам, на жизнь бедных «особей». Колокольчик тогда еще сделал плакат с надписью «Свободу кухонным губкам! Мы не простые куски поролона, мы живые существа!». Сектанты же придумали гимн и несколько песен в честь кухонных губок, после чего ходили в городе и пели свои песни. Ран тогда отходил от подобного месяц, если не больше.       Как Риндо оказался в курятнике, пожалуй, вспоминать не будем.       Ран спокойно разговаривал по телефону с какой-то одноклассницей, имя которой Риндо и не собирался запоминать. Младший Хайтани тихонько крадется сзади к родственнику, чтобы его напугать. Старший, краем глаза, замечая крадущего и тихо молиться, чтобы это «нечто» прошло мимо, но это «чудо» оказывается сзади него и наклоняется к своей кровиночке, громко и томно вздыхая ему в затылок.       — Риндо, брысь, — хмурится Ран, слушая одним ухом, как на той стороне аппарата говорит девушка.       — Ран, — стонет в затылок младший, ручками опираясь на напряженные плечи, — Может мой сладкий братик хочет, чтобы я ему сделал массаж?       — Риндо, фу, — хмурится старший, предполагая, что может последовать дальше.       Но это, блядь, Риндо Хайтани, который может действовать так, как никто и никогда не додумается.       — Ранусик, — потираясь своим носом о чужую щечку, жалобно пищит брат, — Ранусечка, ну, хочешь, я тебе отсосу?       — Риндо, нельзя! — рявкает громко парень сжимая в руке свой телефон.       — Ах, а твои девочки знают, что ты им изменяешь с собственным братом? — шепчет прямо в ушко младший, а потом пододвигается к телефонному аппарату и протяжно так стонет в трубку.       — Я перезвоню!       Ран хватает обнаглевшего родственника за руку и тянет на себя. Хайтани, тот что помладше, миленько хлопает своими фиалковыми глазками и не скрывает своей улыбочки. Весело ему, мелкому пакостнику.       — Чего тебе надо чудовище? — хмурится старший, отпуская руку брата и серьезно поглядывая на него, — Долго еще будешь пить кровь своего единственного брата?       — Я? Чудовище? — возмущается колокольчик, прикладывая руку к сердцу, — Как ты можешь так обо мне говорить?! Ах, братюня меня не любит, — состроив жалобную мордочку и тихо высмаркиваясь в рукав кофты, тот смотрит такими печальными глазками, что Ран невольно чувствует себя виноватым. Чертов мелкий манипулятор, научил на свою голову, называется. — Братюня не любит меня! Пойти, что ли суициднуться?       — Риндо, что ты хочешь? — тяжело вздыхает старший Хайтани, хмурясь, из-за появившейся головной боли.       — Питомца!       Риндо, забыв об спектакле, который он устроил буквально несколько секунд назад, запрыгивает на чужие колени и обнимает за шею. Фиалковые глазки смотрят с азартом и игривостью, а сам мальчишка начинает ерзать на месте, заставляя родственника прикусывать губу.       — Какого питомца? — слегка рвано отвечает старший, кладя свои руки на бедра младшего и слегка сжимая их.       — Сайгака!       — Кого? — хмурится юноша, уставившись вопросительно на свою кровиночку, которая нагло чмокнула братца в губы.       — Ну, не хочешь сайгака, давай заведем моржа! — смилостивился Риндо, поглаживая рукой по чужой ключице.       Младший Хайтани с грохотом падает с чужих колен.       — Пойти, что ли, и правда с крыши спрыгнуть…       Этим же вечером, колокольчик скучающее смотрел в потолок, лежа на прохладном полу. Он успел убрать всю квартиру, постирать вещи вручную, сыграть в шахматы с самими собой и сейчас еще поставил курочку в духовку готовиться, чтобы было что покушать ночью. Старший же спокойно себе расчёсывал волосы на кровати, бросая мимолетные взгляды на мелькающие картинки в телевизоре.       — Мх, Ран, — фиалковые глаза уставились на фигуру молодого человека, — Ран, у меня сердце пылает, когда вижу тебя. Особенно с распущенными волосами!       — Сходи к врачу, — кивает головой юноша не отвлекаясь от своего занятия.       — Зачем мне врач, когда есть ты? — искренне не понимает младший, — Оу, или ты хочешь сыграть в ролевые игры?       — Риндо, отстань.       — Ах, чувствуешь, даже горелым запахло! — улыбается светловолосый юнец, — Так что, мой дорогой лечащий врач, поле…       — Ага, чую.       Братья синхронно уставились друг на друга.       Осознание приходит ровно через три секунды.       — Блядь, Ран, мы горим!       Какучё опасливо косится на младшего Хайтани, который от скуки пошел к голубям и начал рассказывать им какие-то байки. Харучиё мимолетно думает о том, что явно не он один что-то употребляет.        — С ним все хорошо? — шепчет Хитто на ушко Рана, который лишь тяжело вздыхает и качает головой.       Колокольчик берет птицу на руки и покачивает ее, та, на удивление, спокойно отнеслась к странному человеку и позволяла делать все, что тому вздумаете. В отличии от явно безумного голубя, остальные птички держались на расстоянии и подходили лишь тогда, когда им бросали что-нибудь съедобное.       — Риндо, что ты делаешь? — опасливо косится на странное поведение коллеги Санзу, — Может это, у тебя белочка?       — Санзу, какая это, нахер, белочка? — голубь заворковал, — Ты что, никогда не видел голубя?       — Да я не об этом! — Акаши возмущенно нахохлился.       — Ран, у нас теперь есть домашний голубь! — радостно оповестил родственника мальчишка, — Знакомься, Ранчик младший!       Хайтани лишь устало смотрит в довольную мордашку своей кровиночки. Ранчик младший сладостно воркует, прижимаясь к человеку. Только голубей в доме не хватало…       Ран опасливо косится по сторонам, отвечая на звонок. На той стороне раздается тихий и приятный женский голос, парень слегка расслабляется и собирается что-то сказать в ответ, однако…       — Ах, братик, нежнее, — стонет на ушко юноша, забираясь своими пальчиками под домашнюю футболку родственника.       — Да, блядь! — прикрывает свои фиалковые глаза парень, — Риндо!       Младший пододвинулся к старшему поближе, потираясь своей щекой о плечо брата, тихо постанывая и ехидно поглядывая на дергающий глаз старшего Хайтани. Шальные ручки скользят к спортивным штанам, собираясь их снять.       — Мх, Ран, не так быстро, — продолжает свой односторонний монолог колокольчик, — Ах, Ран!       На той стороне резко притихли.       — Ах, братик, нежнее! — чуть ли не на всю квартиру воскликнул Риндо.       — Ты еще долго будешь мне мешать разговаривать по телефону? — хмурится Ран, отпихивая от себя «скучающего», а после говорит уже в телефон: — А, нет, это просто тут… Кот один.       — Мяу!       Телефон летит в стену.       — Риндо, ты меня уже заебал!       Старший, не выдерживает, оказывается сверху и садится на бедра младшего, сжимая его запястья по бокам. Судя по всему, подобное действие Рина только позабавило и раззадорило.       — Ты меня еще не разу не ебал, как и я тебя, так что не пизди! — улыбается колокольчик, игриво подмигивая, — Но мы можем это исправить, да, Ранчик?       — О, Господи, что тебе надо? — стонет от ужаса старший, чуть ли не хныкая.       — Мне скучно! — отвечает младшенький, чувствуя, как хватка на запястьях ослабла.       — Иди спать, — отпуская руки брата, юноша устало массирует свои виски.       — Не хочу! — восклицает Риндо, слегка приподнимаясь, и обнимая родственника за талию.        — Так захоти! — тыкает пальчиком в лоб обнаглевшего мальчишки Ран.       — А может быть я тебя хочу! — прикусывает нижнюю губу парень, — Так, может мы…       — А я тебя не хочу.       — Что?! — светловолосый юнец вскакивает со своего места, возмущенно смотря на безразличное лицо брата, — Как ты можешь меня не хотеть? Ран, ты посмотри получше! Мне раздеться? Сейчас, погоди!       — Ты не слушаешься, вот и не хочу, — качает головой старший Хайтани, собираясь уйти прочь.       — Ран, — снимая футболку, младший замечает, как знакомая макушка скрывается за дверью. — Ран! Ты куда? Эй, а как же я?       Ночью, Ран проснулся от того, что его кровиночка отодвигается к краю кровати. Обычно они спали слишком близко друг к дружке, чтобы согреться и, вообще, так было удобнее обоим, но сейчас, все было максимально странно. Колокольчик сам отодвигается от брата! Нонсенс!       — Правда ведь? Слушай, а давай мы его отрежем? — шепчет тихо младший кому-то.       Хайтани слегка сжался, прислушиваясь.       — Вот и я так думаю! Отомстим ему за все!       Парень надеется, что отомстить собираются не ему.       — Как вообще тебя можно было назвать белкой?! — раздается тихое воркование, — Санзу за это поплатиться!       Ран кое-что понимает.       Ему изменяют с голубем.       — Ах, Ранчик младший, ты потрясающий!       И это жутко бесит.