Seven Ways to understand that He likes You

Ладно, эта часть не касается Уэйда, потому что, как оказалось, он вообще не зависает. Он всегда чертовски сосредоточен. Тони звонит Питеру в три часа ночи, прося о помощи, и Питер никогда в жизни так не торопился. Он вылетает в открытое окно, все еще не до конца проснувшись, а потом паутину обрывает выстрелом где-то между восьмой и пятой улицей, где он слышит звук реактивных двигателей Тони, а на него прыгает какая-то девчонка, пытаясь попасть кулаками в лицо. Они падают на землю, и Питер видит, как ее кулак пробивает асфальт там, где только что была его голова, а потом она будто исчезает, и Паучок подрывается на ноги, оглядываясь. Баки бьет девчонку под дых, и Питер знает, что от такого удара можно увидеться с бабушкой на том свете, но рыжей будто плевать. Она разбивает Баки нос с удара лбом, и тот падает, и она снова бежит. — Она суперсолдат. Крайне опасна. Обезвредить. Не убивать, — четкая команда Кэпа звучит в наушнике. Питер летит за ней, путая ее в паутину, словно в кокон, но она вырывается снова и снова, направляясь к огромному грузовику в конце улицы. В него стреляют, попадая в ногу, но сейчас адреналин убирает боль. Питер следует за ней, когда слышит крик Тони в наушнике, а затем кто-то сбивает его снова, и они падают на асфальт. Опять. Удар в челюсть такой сильный, что у Питера звездочки в глазах, а затем еще, еще и еще. Парочка выстрелов в ногу означает, что их не хотят убить, но в данный момент Питеру насрать. А потом все прекращается. На секунду он думает, что умер, но боль накрывает его с головой снова, и он переворачивается, пытаясь встать. Кажется, он потерял сознание. — Назад, Паучок, — и да, пожалуйста. Это Уэйд, и он идет по открытой улице, абсолютно наплевав на то, что в него пытаются стрелять. Он выглядит настолько горячо в этом костюме, с этими потрясающими портупеями на бедрах и бицепсах, и Питер так рад ему, что скулит и отползает вбок, за бетонный блок, когда Уэйд так великолепно достает сразу два пистолета, и слышны только выстрелы. Уэйд валит девчонку на землю, заламывая руки, но та вырывается, и Уэйд стреляет ей в ногу. Девчачий крик слышен на много километров. Кажется, будто Питер только прикрыл глаза, но его тут же трясут за плечо, и он дергается, хватаясь за плечи Уэйда, готовый отбросить его подальше, думая, что на него снова нападут сверхсильные подростки и выбьют из него все желание геройствовать. — Так, я сейчас дам тебе самое ценное, что у меня есть в жизни, — шепчет Уэйд, когда из грузовика начинается обстрел. — Просрешь мои часы, и я лично задушу тебя, понял? — Уэйд касается его подбородка, и Питер зависает на пару секунд, потому что все его тело реагирует на прикосновение. — Если через четыре минуты я не вернусь за тобой, то… — он резко замолкает, смотря на кровоточащую ногу Питера. Даже в тусклом свете фонарей видно, что лужа крови огромная. Кажется, в ноге около трех пуль. Уэйд стягивает с бедра один из ремней для пистолетов и перетягивает им бедро Питера. Тот шипит и откидывается назад, пока Уэйд застегивает на его запястье часы с Финном и Джейком из Времени Приключений. — Четыре минуты, и я заберу тебя отсюда, — Уэйд кивает сам себе и исчезает, как только Питер закрывает глаза. Просто отдышаться. Просто заставить все прекратить так сильно кружиться. Веки тяжелеют, а Паучок проваливается в небытие, но вспоминает о часах и смотрит на время. Две минуты. Еще одна темнота утягивает его за плечи назад, словно во сне, когда идешь по ступенькам, внезапно спотыкаясь и просыпаясь. Выныривать тяжелее. Руки не слушаются. Одна минута. Он слышит шум сердца, чувствует, как регенерирует рана, а затем снова разрывается от пули в кости, и темнота так успокаивает. Время вышло. Он зажимает часы рукой на случай, если их попытаются украсть. Он помнит, что это важно. Тем более, если Уэйд сдох, Питер сохранит их на память. Память о чуваке, который его почти спас. Проходит еще две минуты. Питер пытается встать, но слышит предупреждение Баки и продолжает полусидеть за бетонным блоком. Голова так сильно кружится, что Питера рвет. Он едва успевает стянуть маску до переносицы и согнуться, чтобы не наблевать на рану. Еще одна минута. — Паучок вышел из строя и, кажется, планирует сделать реку из своей крови, — голос Наташи слышится из наушника, но Питер уже очень далеко от этого звука. А потом с его руки слезает перчатка, и с ней вэб-шутер, но веки слишком тяжелые, чтобы открыть глаза и увидеть, кто здесь. А затем он слышит звук выпущенной паутины, и вздрагивает, рефлекторно сжимаясь, снова готовый к нападению. Но это Уэйд. Он снял с Питера вэб-шутер и теперь они убегают с поля боя на паутине, как в романтической комедии с кабриолетом, надписью «just married» и «the end». — Прости, малыш, папочка немного задержался на работе, — Уэйд шутит, но его голос серьезный. — Дэдпул и Паук вышли из строя, — слышно в наушнике. — Прикрываю. Они опускаются на крышу неподалеку, и Питер чувствует себя лучше. Он садится на поверхность крыши, когда Уэйд достает нож с бедренного ремня, и Питер скулит, падая на спину. Ему чертовски больно. Каждая частичка тела пронизана той или иной болью. Нога пульсирует и горит. — Добьешь меня? — спрашивает Питер, когда Уэйд сует ему свою перчатку в рот, садится на его бедра к нему спиной, и, честно, он бы сострил лучше, но адская острая боль резко пронзает ногу, расплываясь по всему телу огнем. Питер чувствует нож в своей ноге, а потом слышит хруст кости, и Уэйд буквально ковыряется там. Питера бросает в холодный пот. Он пытается кричать, а Уэйд сидит на нем, крепко сжимая бедрами, удерживая на месте, пока Питер нещадно колотит кулаками по его спине, пытаясь вырваться. Он чувствует лишь боль, гребаную перчатку во рту и хруст разрывающихся мышц, а потом все заканчивается так же резко, как и началось. Боль проходит мгновенно, а затем нога начинает потихоньку ныть, но сейчас это ощущается в разы легче. Питер чувствует, как внутри срастается кость. Уэйд заливает рану антисептиком и крепко бинтует. Его руки все в крови Питера, но даже через нее видно его шрамы и язвы на кистях. Питер секунду смотрит на ногу, сжимая бедро руками, а потом захлебывается в истерике, выплевывая перчатку, и Уэйд натягивает ее на руку. — Прости, нужно было достать пулю, чтобы регенерация… — Уэйд не заканчивает, потому что Питер обвивает его шею и прижимается к нему. Он глубоко и рвано вдыхает носом, когда чувствует чужие осторожные прикосновения на спине, и это заставляет его расслабиться. Он весь дрожит, рыдая от боли и страха сдохнуть так идиотски. — Немного передохнем и вернемся, — шепчет Уэйд в наушник, укладывая Питера на спину снова и ложась рядом, все еще позволяя прижиматься к себе и успокоиться. Они смотрят в затянутое тучами небо, ни о чем не думая. У Питера абсолютно пустая голова, а касания Уэйда по спине расплываются под кожей. — Это было охренеть как больно, — через пару минут говорит Питер, поднимаясь и смотря на разорванную заживающую рану. Он чувствует, что мышцы почти срослись. — Представляю, — Уэйд усмехается, и Питер улыбается в ответ, садясь, когда его взгляд скользит по костюму Уэйда. Он зависает, смотря на виднеющиеся грудные мышцы и рельеф пресса. И замечает дырки от пуль. Одну, две, три, пять, пятнадцать. Их так много, что считать становится трудно. В ногах, плечах, в груди, как решето. Волна паники и ужаса накрывает Питера сзади, и он открывает рот, протягивая руку к месту, где дыр больше всего, пытаясь промямлить что-то о том, какой он идиот, раз не заметил, что Уэйда ранили куда сильнее, и разнылся тут, но Уэйд хватает его за руку, подрываясь на ноги и выпуская паутину. — Я Человек-Паук! — кричит он, роняя их ровно в гущу событий и доставая катаны, разрубая кучу народу на стейки. — Не убивать! — крик Кэпа слышно в наушнике и сзади, и он получает щитом в ребра.