Как избавиться от Дамблдора за год

Малфой и Нотт сделали шаг в шкаф, и вселенная закрутилась. Их плющило и сжимало под влиянием неведомой силы. Окружающий мир схлопнулся до точки, увлекая слизеринцев за собой. Странное ощущение настигло их: словно они стали бумажными 2-Д персонажами. Никакого объёма в этой новой двухмерной реальности. Плоские и лёгкие, как два картонных листа, они неслись куда-то в совершенной вязкой пустоте. Полёт длился не больше нескольких секунд. Но, между тем, будто бы и вечность. Всё закончилось так же резко, как и началось. Малфой и Нотт вывалились из Исчезательного шкафа на прохладный пол в “Боргин и Бэркс”. Первым выпал Теодор. Сверху очутился Малфой. Что-то в Нотте отозвалось подозрительным хрустом. Однако Малфой не стал тратить время на лишнее беспокойство. До пятого курса Теодор играл в квиддич, пока его не выгнали за прогулы и попытки клеить девчонок вместо погони за мячами. Ему не привыкать к переломам. Кряхтя и отряхиваясь, Драко поднялся. Он был не в духе. Трансгрессия, по мнению Малфоя, гораздо лучше. Хотя поначалу и она давалась ему не без усилий. Огляделся по сторонам и присвистнул. — Что там? Что? — вопрошал запутавшийся в своей же одежде Теодор. Говорил же ему Драко не выряжаться на встречу. — Наше будущее, — пафосно изрекла ему в ответ Беллатриса и хохотнула. Она ждала их у шкафа в компании Люциуса и Долохова. Драко отметил, что тётка выглядела внезапно хорошо. Невероятным образом смерть Тёмного Лорда пошла ей на пользу. Чёрные волосы больше не напоминали спутанное воронье гнездо. На бледное лицо вернулся румянец. Аккуратные сиськи родственницы были затянуты в корсет новенького платья. А на губах блуждала пугающая полуулыбка. С такой обычно маньяки встречают своих жертв. Беллатриса сжимала в руках бокал вина. Впрочем, с той же вероятностью напиток мог оказаться кровью. По консистенции похоже. — Вы решили остаться здесь? — без особого интереса спросил Драко. — Вряд ли это безопасно. — Уже завтра нас тут не будет. Но я подумала, почему бы всем нам не отдохнуть, пока выдалась такая возможность, — почти радушно продолжила Лестрейндж и обвела свободной рукой временные владения. Примерно в этот же момент Теодор наконец-то поднялся на ноги и издал громкое: — Ну нихрена же себе! А взглянуть и правда было на что. “Боргин и Бэркс” внезапно превратился в филиал волшебного борделя. Огромные витрины и окна прикрыли мягкими портьерами. Видимо, безопасности ради. Свет падал лишь от свечей, что то тут, то там летали в воздухе — благодаря им обстановка становилась максимально интимной. На прилавках, рядом с редкими вещицами, книгами и иными диковинными товарами громоздились тарелки с едой, бутылки с дорогим алкоголем и наполненные бокалы. Все столы придвинули к стенам. Кроме одного. Посередине главного зала находился большой круглый стол. Сваленные с него вещи лежали рядом. На нём же плавно вытанцовывали полуголые девушки. Они бесстыдно водили руками по своим сочным телам. Поглаживали соски. Проникали между ног. И время от времени стонали. Вот только на их раскрасневшихся лицах застыл ужас, что совершенно не сочетался с действиями девушек. Они явно находились здесь не по своему желанию, а под действием подавляющего волю Империуса. Впрочем, таких бедняг здесь насчитывалось достаточно. В углу мрачный Пожиратель с огромным шрамом у глаза жёстко жарил невысокую пухлую блондинку. А рядом с ними, позабыв обо всех приличиях, глубоким, исполненным неизвестным юношей, минетом наслаждался Эйвери. Были тут и другие слившиеся воедино парочки и даже тройнички. Драко старался на них лишний раз не глазеть. Отчего-то картина не возбуждала, а напрягала и отзывалась тревожным предчувствием какого-то пиздеца. Он пытался не задумываться, где Пожиратели взяли всех этих привлекательных молодых девиц и парней, и что они с ними сделают в дальнейшем. — А старина Борджин не против всего этого? — голос Малфоя дрогнул при упоминании владельца магазина. Это не укрылось от внимания Беллатрисы. Она залилась демоническим хохотом, склонила голову на бок и нараспев ответила. — А его кто-то спрашивал? Что, Драко, может, хочешь кого-то попробовать? Советую ту сучку с рыжими волосами, — она кивнула в сторону восседающей на коленях хорошо знакомого Драко мистера Селвина девицу. Девица безвольной куклой тряслась на его члене. Внушительный прибор то выходил полностью, то смачно влетал в неё. Лицо девушки оставалось безучастным. Красные глубокие рубцы на её теле намекали, что ей знатно досталось ранее. Вероятно, мистер Селвин — не худший вариант из всего, что ей уже пришлось вытерпеть. — В прошлом она работала в “Ежедневном пророке” и писала о нас всякие гадости, — продолжила Лестрейндж. — Только представь, она назвала меня безумной истеричной дурёхой, которая годилась лишь на ублажение Темного Лорда! Ничего. Ещё пара дней, и мы научим её честной журналистике. Драко передёрнуло. Британские чистокровные семьи аристократов были порочны примерно настолько же, насколько чопорны и консервативны. Вот такое странное противоречие. Хотя объяснялось это противоречие вполне логично. Чем ещё заниматься, как не извращёнными сексуальными экспериментами да издевательствами над маглорождёнными, когда ты обеспечен на несколько поколений вперёд, можешь не работать и не напрягаться? Конечно, на фоне этого младшему Малфою повезло с родителями. Те хранили друг другу верность и придерживались довольно строгих правил. Зато друзья Драко что только ему не рассказывали: какие только невероятные картины они не подсматривали через замочные скважины спален своих родителей. Правда, одно дело слышать об этом. Другое — наблюдать лично обнажённые вялые задницы взрослых и их еблю с послушными, прибитыми Империусом людьми. Драко отрицательно помотал головой на предложение Лестрейндж. Тогда она обратилась к Теодору. Жеманно хихикнула, протянула ему запястье для поцелуя и почти ласково произнесла: — А вы, мистер Нотт, не желаете ли кого-либо из присутствующих? Думаю, ничего страшного не случится, если наш разговор подождёт несколько минут. — Боюсь, если я пожелаю, то разговор придётся отложить по меньшей мере на час, — приосанившись, сообщил Теодор. — В другой раз обязательно. Не сводя глаз с зардевшейся Беллатрисы, Теодор припал губами к её руке. Драко подумал, что надо бы предупредить друга и попросить притормозить. Его вежливый флирт мог закончиться тем, что безумная тетка Малфоя просто оседлала бы Нотта да жёстко трахнула. Хотел ли он этого? Вряд ли. Да и ревнивая Трейси Дэвис его потом в сморчка превратит… — Что ж, присаживайтесь. Беллатриса махнула на диван, что занимали пухлая блондинка и Пожиратель со шрамом. Она обернулась к Долохову. Тот всё это время молчал и шествовал за спиной Беллатрисы безучастной тенью. Его примеру следовал не взглянувший ни разу на сына смущённый Люциус. Долохов понял Беллатрису без лишних слова. Не церемонясь, он толкнул блондинку на пол и пихнул носком ботинка. Не сильно, но ощутимо. Блондинка взвизгнула. — Идите в другое место, — низким пугающим голосом изрёк Долохов, обращаясь к партнёру блондинки. Неизвестный Малфою Пожиратель не стал спорить или как-то комментировать происходящее. Сгрёб блондинку за волосы и потащил за собой в противоположный угол комнаты. Его колом стоящий кривоватый член забавно колыхался от каждого тяжёлого шага. Блондинка пищала, плакала и неуклюже ползла за своим мучителем. Теодор Нотт покорно плюхнулся на диван и с удобством расположился, опёршись о подлокотник. Малфой же извлёк из кармана платок и брезгливо потёр мягкую сидушку. Он старался не размышлять о том, что могло твориться на этом диване. После Драко аккуратно присел с идеально прямой спиной. Беллатриса только усмехнулась. Она махнула палочкой, и из ниоткуда появились три кресла — одно побольше и поудобнее и два поскромнее. Лестрейндж, конечно, села на удобное. Люциусу и Долохову достались места меньшей комфортности, по правую и левую руки Беллатрисы. — Я хочу ещё раз поблагодарить вас от лица всех Пожирателей. Благодаря вам мы спасли наших верных соратников и неплохо потрепали предателей крови, — торжественно изрекла она. — Придёт день, и мы вовсе умоемся их кровавыми ошмётками. Вы приблизили его. Почему-то Драко не испытал ожидаемый прилив гордости. Наоборот. Он перевёл взгляд на девиц на столе, лишь бы не видеть торжествующую тетку. Сцена немного изменилась. Две девушки яростно трахались. Кусали друг друга до крови, слизывали солоноватую алую жидкость и… плакали. Наблюдавшие за этим Пожиратели радостно улюлюкали. Малфоя замутило. Странные эмоции обуревали Драко Малфоя. С одной стороны, кто-то бы да сказал, что он поступал немногим лучше по отношению к Флоре Джонс. С другой, в их странном взаимодействии, даже самом ублюдочном, всегда оставались элемент игры и определённые границы. Использование “Империуса” — одна из подобных границ. Флора плясала под его дудку и велась на шантаж ровно до тех пор, пока сама того хотела. Применять против неё магию Драко всерьёз не планировал. Наверное. По крайней мере, пока “Империус” — то ружьё, что не выстрелило в Джонс. — Я обсудила с соратниками ваш план с Исчезательными шкафами. Конечно, я крайне недовольна, что вы так и не придумали, как избавиться от Дамблдора самостоятельно, — Беллатриса цокнула языком. От этого звука Люциус поморщился. — Однако вы показали себя верными и преданными делу волшебниками. Мы пойдём вам навстречу и поможем избавиться от мерзкого старика. Ослабевший Хогвартс нам на руку в будущем. Драко посмотрел на Теодора. Тот выглядел немногим счастливее Малфоя. Но удерживал на лице вежливую улыбку. Вид ебущихся и издевающихся над покорными жертвами Пожирателей немного сбил их прежний пылкий настрой. — Будем крайне признательны за помощь, — пробормотал Тео. — Реализацию плана стоит отложить до мая. Продумать детали. Да и у нас есть небольшие дела до того времени. И ещё одно условие. И Беллатриса замолчала. Она явно наслаждалась тем напряжением, что повисло между ней, Драко и Теодором. Слизеринцы ожидали от неё чего угодно. Условия Беллатрисы — временами хуже требований почившего Тёмного Лорда. Малфой и Нотт застыли в нетерпении. Лестрейндж тянула время. Она отставила бокал и немного расслабила ленты на корсете. Проворно стянула с себя туфли и чулки. Пальчиком поманила юношу, что только освободился от Эйвери. Он послушно подошёл к Беллатрисе. Его заметно потряхивало. — Ты знаешь, где твоё место, выродок, — небрежно бросила Беллатриса. Юноша опустился на колени и полез к ней под юбку. Теперь из подола торчала лишь нижняя часть его тела. В тишине донеслись характерные причмокивания, а Лестрейндж удовлетворённо прикрыла глаза. Малфоя замутило. Всё же это его тётя. Он отвернулся и пялился в стену. — Паршивец собирался жениться на грязнокровке, — зачем-то пояснила Беллатриса срывающимся голосом. — Какая была бы утрата такого волшебного языка. Она закинула ноги на плечи юноши и через юбку сжимала его голову, не предоставляя ему ни единого шанса продохнуть. — Условие, Беллатриса, — Драко не выдержал первым и всё же вернул диалог в прежнее русло. Ему хотелось поскорее удалиться и отмыться. — Ах да. Друзья Поттера, Драко. Та мерзкая девчонка и предатель крови Уизли. Позаботься, чтобы они были рядом, когда мы придём. Мне нужны они. Живыми. Пока что. Она откинулась на спинку кресла и застонала. Разговор был окончен. — Драко, Теодор, идите за мной, — тихо произнес Люциус. Он поднялся с места и кивнул слизеринцам. Они поспешили за ним. . Втроём они продирались через кучу тел разной степени обнажённости. — Куда мы? Нам пора возвращаться в Хогвартс, — слабо протестовал Драко. — Мы к отцу? — с надеждой перебил его Теодор. Точно. Малфой совсем забыл о встрече со старшим Ноттом. — Да. — Он в порядке? — Теодор не унимался. Он почти подпрыгивал в нетерпении. — Да, — а вот Люциус на долгие разговоры явно не настроен. — Сюда. Он приоткрыл неприметную дверь в самом тёмном углу помещения. Теодор ринулся первым. Драко же пришлось притормозить — Люциус придержал его за плечо. — Хорошая работа, сын, — мягко сообщил он. — Мы с мамой гордимся тобой. Ты достойно проявил себя. Драко сильно сомневался, что отец реально говорил ещё и от лица Нарциссы. Он вдруг разозлился. Разве не должен хороший родитель хвалить его при Беллатрисе? Чтобы лишний раз подчеркнуть его важность в деле Пожирателей и выделить среди остальных. Разве не должен хороший родитель помочь ему в этом идиотском деле? Мама хотя бы пыталась. И разве не должен хороший родитель защищать и прикрывать его? А не заботиться только о своей ленивой заднице. — Не могу ответить тем же, — сухо отреагировал Драко. Люциус вопросительно взглянул на него. — Ты пока никак не проявил себя. Стоит лучше постараться, отец. Драко ловко вывернулся из его хватки и устремился за Теодором, не дожидаясь ответа.

Драко.

don't try to give me cold water

i don't wanna sober up

k.flay “high enough” (slowed)

Фергус Нотт выглядел на удивление неплохо. Конечно, кое-где на его смазливом лице виднелись следы от старых побоев. Да и под глазом расплывался относительно свежий фингал. Однако в целом он держался бодро. Улыбался, лучился привычной доброжелательностью и, к слову, мацал какую-то неизвестную девку за обнажённую сиську. Видимо, Беллатриса раздобрела и расщедрилась настолько, что и Фергусу выделила персональную давалку. Тощая девица, стоит признать, была хороша даже по моим строгим критериям. Гибкая, стройная, с длиннющими ногами и повадками затаившейся пантеры. Она не казалась испуганной или недовольной. Наоборот. Подозреваю, на фоне остальных Пожирателей Фергус производил впечатление душки. Поэтому она самостоятельно льнула к нему, целовала шею своими пухлыми губами и надрачивала член. От того, как её аккуратные красивые пальцы порхали по половому органу Нотта-старшего, у меня закружилась голова. Я сглотнул накопившуюся слюну и пытался отвести взгляд. Однако он снова и снова возвращался к умелой девичьей руке. — Отец! — счастливый Теодор не обратил на деву ни малейшего внимания. Он кинулся к отцу и неловко заключил его в объятия. Незнакомка очутилась между двумя Ноттами и недовольно взвизгнула. — Осторожнее, Тео, помнёшь Ванессу. Ей итак бедняге досталось, — благодушно заявил Фергус. — Долохов её вчера три часа драл. Ох, и визжала она. А теперь посмотри-ка, какая довольная. Фергус потянулся к Ванессе и ущипнул за сосок. Ванесса кокетливо хихикнула. — Приношу свои извинения за неудобства, — Теодор галантно поклонился перед девушкой в шутливой манере. — Но не мог бы ты, папа, спровадить эту шлюху ненадолго? — Где твои манеры. Фергус тяжело вздохнул и похлопал девицу по покатому бедру. — Иди погуляй. Главное, не попадайся Долохову. Ванесса неохотно оторвалась от члена старшего Нотта. Поднялась, повернулась ко мне и заметила, как я на неё всё это время пялился. Честно, я пытался пялиться в другую сторону. Не выходило. Она ухмыльнулась, облизала губы и медленно потянулась. У меня дух захватило от вида её сочной шоколадной кожи, аккуратных сосков и тонкой талии. Естественно, я не собирался трахать кого бы то ни было после Долохова и доброй половины Пожирателей. Брезгливо. Однако мысленно уже планировал, как вернусь в Хогвартс, поймаю взбунтовавшуюся Флору Джонс и… Нет, лучше пока и не фантазировать дальше. Соберись, Драко. Ты деловой решатель проблем или хер на ножках? Ванесса проплыла мимо меня, специально задев плечом. — Привет, Фергус, — наконец, выдавил я хоть что-то. — Драко! Рад тебя видеть. А ты подрос. Уже все слизеринки твои, да? — он подмигнул. Говорил Фергус, как моя покойная бабушка. Впрочем, Фергус был ненамного её моложе, кажется. Теодор — поздний ребенок. — Все сучки этого мира уже мои, — я невесело усмехнулся. Обстановка к подобным будничным беседам не располагала. Фергус громко рассмеялся. Не знаю, зачем мы за него переживали всё это время. Дед был бодрее Тёмного Лорда в лучшие годы. С любопытством уставился на нас, жевал виноград и запивал его какой-то оранжевой бурдой. — Зачем пожаловали? — начал он. Теодор удивлённо приподнял одну бровь и хлопнул себя ладонью по коленке. — Да ты издеваешься, говнюк старый, — у него с отцом всегда были своеобразные отношения. — Мы так-то уже несколько месяцев тебя спасаем от гнева Беллатрисы. — Ну и неумное гавно кентавра вы. Лучше бы девок трахали и зельеварение учили, как я в ваши годы. — Продолжишь в том же духе, и я похороню тебя не в семейном склепе, а на магловском кладбище, — пробубнил Теодор. Оба Нотта захохотали. Смех у них — почти одинаковый. Каркающий и громкий. Хотя роднил их не только смех. Младший Нотт во многом казался копией старшего. Преподаватели об этом сообщили ещё на первом курсе. Те же зелёные глаза, острые скулы, неудачные шутки и приобретённая с возрастом привычка совать свой нос под юбку каждой мало-мальски привлекательной женщины. Я сдержанно улыбнулся в ответ. Иногда я ненавидел эту удивительную связь между Ноттами. Мне о такой с отцом оставалось лишь мечтать. — Ладно, если серьёзно, я вам признателен, — Фергус кивнул. — Не знаю, что вы там сделали, мне не докладывали. Но в последние дни моё положение улучшилось. Мне выделили личную шлюшку и комнату. Гораздо лучше, чем жить в подвале. Кормят отлично, гулять выпускают. Да что уж… мы с Беллатрисой по старой памяти даже предались страсти разок. Фергус подмигнул почему-то мне. Будто я со своей же тёткой каждую неделю страсти предаюсь. Фу. — Меня сейчас стошнит, — честно заявил я. — Прекрати, папа, — пришёл на помощь Теодор. — Тебе бы понравилось, если Драко мою бабку пёхал и тебе докладывал? — Я бы, пожалуй, порадовался за мать. Очередная виноградина исчезла во рту Фергуса. — Однако, кое-что мне стало тут известно, — внезапно старший Нотт посерьёзнел. — Стоит выйти из подвала, как все сплетни долетают до тебя за секунду. Вы собираетесь привести Пожирателей в Хогвартс? Столько нежданного осуждения было в его последнем вопросе. Редкость для Фергуса. Я и Теодор переглянулись. — Да, — неуверенно начал Теодор и сразу же заткнулся, не рискуя что-то пояснять под тяжёлым взором Фергуса. — Хорошо, от тебя я ничего другого не ждал. Нельзя с такой симпатичной мордашкой родиться ещё и умным, — Тео на странный комплимент от Фергуса сначала нахмурился, потом улыбнулся, после снова нахмурился. — Но ты, Драко. Ты, вроде, неглупый. — И? — мне не нравился тон нашего разговора. — И они же всё разнесут. Возможно, случайно пострадает кто-то из ваших же друзей. Беллатриса — не Тёмный Лорд. Она берегов не знает. Фергус примолк и воровато заозирался. Всё же Лестрейндж его пугала. Он наклонился к нам и продолжил: — Подумайте, стоит ли оно того. И если надумаете, что нет… то намекните аккуратно Дамблдору о ваших планах. Старик раздражающе правильный, но соображалка у него работает. Вдруг поможет. — Ты головой трахнулся? — возмутился Тео. — Мы всё это затеяли, чтобы тебя спасти. Поздно отступать. — Отступать никогда не поздно, Тео. Я не хочу, чтобы лучшие годы вы провели в Азкабане. Тишина. Каждый из нас переваривал сказанное Фергусом. Мне показалось, или… он действительно не верил в успех Пожирателей в целом и наш в частности? Впрочем, не в обиду Теодору, но его отец никогда не входил в десятку самых верных слуг Волан-де-Морта. Даже в сотню не угодил бы. Чего ещё ждать от старика. — Мы вряд ли последуем твоему совету, Фергус, — мои губы сжались в линию. Нотт-старший неодобрительно покачал головой. И опять молчание. — Ты знаешь, что с Клинтоном Дэвисом? — перевёл тему Тео. Дался ему отец Дэвис. — С Клинтом? А тебе зачем? Погоди, — Фергус сощурил глаза и оглядел сына. — Ты спишь с его дочерью. Не вопрос, а утверждение. О влюблённости Теодора в Дэвис Фергус прекрасно знал. Он даже ради этого приглашал пару раз Клинтона с дочерью в их дом на летних каникулах. Но, к сожалению для Тео, Клинтон всегда появлялся без дочери. Говорил, что Агнесс её не пустила. Теодор кивнул. — Горжусь, — уважительно заметил Фергус. — Но твою подружку обнадёжить мне нечем. Он не мёртв и не жив. В него запустили какое-то хитрое заклятье. Он ранен, и рана не затягивается. Остаётся такой, что и была — недостаточно опасной, чтобы умереть от неё. Но и недостаточно мелкой, чтобы спокойно существовать с ней. При любой попытке залечить её, она разрастается и причиняет Клинту нестерпимую боль. Хуже той, что он и так испытывает. Потом она снова стягивается следующей ночью. — Чертовщина какая-то, — пробубнил я. Признаться честно, рассказ меня немного восхитил. Какая хитрая зараза ранила отца Трейси. — Что это за магия? — На самом деле, я слышал о подобном. Подозреваю, опытный лекарь разобрался бы. Однако его среди нас нет. Фергус неопределённо развёл руками в стороны. Теодор растерянно провёл по своим буйным кудрявым волосам да так и завис, запутавшись в них. Я же с тоской представлял реакцию Трейси. Все эти сопли, слёзы, слюни. — А если мы поищем какую-то информацию и пришлём. Ты сможешь ему помочь? — неуверенно начал Теодор. Вот ещё одна мерзкая реакция — заковыряются в этом дерьме на неделю. Фергус пожал плечами. — Я попробую. Мы посидели ещё минут пять. Фергус спрашивал у нас про оценки, квиддич и личную жизнь. Мы же отвечали довольно пространно и лениво. Словно всё это не имело ни малейшей ценности сейчас. Какая школа. Какой квиддич. Я ещё в начале года забросил тренировки. У нас нашлись дела намного важнее. — Нам пора, — я не выдержал первым. — Был рад повидаться, — Фергус засуетился. Два раза обнял сына, один — меня. И уже вслед нам бросил: — Всё же подумайте о нашем разговоре и Дамблдоре. И позовите Ванессу. Из вредности я Ванессу звать не стал.