Электронное сердце

На территории кампуса уже начали загораться фонари. Темнело. Небо, затянутое облачной пленкой, окрасилось в непонятный мутный цвет, на фоне которого сигаретный дым практически терял свои очертания. Курить на территории университетского городка было запрещено, тем не менее именно в этом храме науки китаец и приобрел данную привычку. Да уж, восхищение отца этим местом не оправдывалось даже с натяжкой. Как ни крути, ехать учиться в другую страну ради того, что Ван здесь наблюдал, было глупо. - Твое мнение основано лишь на эмоциях и чувстве противоречия, - говорил возрастной уже мужчина, устало взирая на взбешенного отсутствием выбора отпрыска. - А твое? На чем оно основано? - юноша мрачно сверлил взглядом родителя, не желая сдаваться. - На том, что для твоего образования будет лучше познакомиться с ведением дел в капиталистической стране... О, да. Опять его любимая песня. Недавно начавшиеся реформы в Китае, воспринимаемые многими, пусть и тайком, как шаг в сторону от социалистического строя, заняли все мысли его старика, а адаптация к нововведениям через сына стала сверхценной идеей. - Я не поеду в Корею, - холодно перебил растекающегося по древу отца парень, - и тянуть твой бизнес тоже не намерен. Родитель его, будучи уважаемым человеком, помимо репутации холил и лелеял также небольшую частную компанию. Однако достичь глобального успеха он до сих пор не мог. - А чем ты намерен, - язвительно выделив последнее слово, проговорил господин Йунг, - заниматься? Так и будешь с компьютером баловаться? - Это не баловство, - огрызнулся без пяти минут студент ненавистного экономического, - за программированием будущее, взгляни хоть раз дальше своего носа, отец! - Ван, тебе лучше меня не злить, - угрожающе прервал сына мужчина, вставая с места, но молодой человек не стал ждать, пока тот подойдет и покинул кабинет. От воспоминаний ныне студента пресловутого экономического передернуло. Он был наивен, полагая, что победит в споре с отцом. Через несколько дней хитрый родитель подослал к Вану его мать. Она была мастерицей по части истерик, даже не так, орудием психологических пыток. Будучи особой инфантильной и неуравновешенной, матушка часто жаловалась сыну на свою тяжкую жизнь жены-иждивенки. Чаще всего обвинения и ругательства летели в сторону мужа; свою ответственность в любых конфликтах женщина не признавала, а дитя свое с малолетства использовала в качестве громоотвода. Как итог, он оказался слабее женских слез и подчинился родительскому слову. Ван, может, был бы и рад учиться заграницей, самостоятельно, вдалеке от родни, но факультет был убийственно далёк от желаемого направления. Китаец не питал теплых чувств ни к профессии отца, ни к его хобби - ведению бизнеса; он чувствовал, что обязан связать жизнь с вычислительными машинами. Близился рубеж нового века, и в чужой стране было тоже неспокойно. Пока местная молодежь поддавалась соблазнам участия в “большой жизни”, новоявленный студент-экономист самостоятельно изучал интересующую его тему. Он хватался за любую возможность взаимодействия с программным обеспечением, новыми математическими языками, созданными для общения человека и машины. Так прошло два года. Учеба медленно тянулась, по большей части обделенная вниманием Вана. Зато молодой господин Йунг был успешен в своем призвании. Но останавливаться парень не собирался, мало того, его захватила безумная идея: перевестись со своего факультета на тот, где он сможет беспрепятственно изучать информационные технологии. “Да, в этом случае о финансировании от отца можно будет забыть, - рассуждал молодой человек, спешно пересекая широкий двор, устлавший подножие здания университета. - Нужно как-то решить этот момент.” Будучи выброшенным в незнакомую среду в свободное плавание, Ван, тем не менее, быстро привык к новой культуре и языку. За этим последовал и новый вид заработка - парень, не скрывавший своей одаренности в точных науках, стал помогать желающим соученикам с домашними и самостоятельными работами по высшей математике. Как правило, поток “клиентов” не прекращался даже на каникулах: под гнетом строгих требований, отработок и хвостов сдавались даже самые честные студенты. Задумчивость прервал звук шагов. Китаец не шелохнулся, так как уже год как смекнул, что власть комендантов, совершавших обход и несущих крест обеспечения правопорядка, крошечна, а сила иллюзорна. Из-за угла свежеокрашенного здания вышел студент. Его спокойствие было более зыбким, чем безразличие Вана, так что он то и дело озирался по сторонам. Зрелище было забавным и даже трогательным, отчасти ради него парень и назначил старшекурснику встречу после отбоя. Наблюдая за старшим, он чувствовал странное ликование, ощущение власти над другим человеком. - Хай, - храбрясь, выдал подошедший парень, - и надо же было звать меня так поздно. Ван промолчал, выпуская в сторону табачный дым и осматривая пришельца: пятикурсник выглядел незнакомо, хоть и принадлежал к тому же факультету, судя по светлой шевелюре и нордическому типу лица - иностранец издалека, а, беря во внимание акцент, - скорее всего, русский. - Что ж, - потушив сигарету, предприимчивый технарь деловито перешел сразу к делу, - С чем я могу помочь? Спустя двое суток самостоятельная работа, оказавшаяся, на самом деле, пустячной, была готова, и Ван был твердо намерен сегодня же отдать ее заказчику. В обмен на кровные заработанные, разумеется. Отыскать старшекурсника по имени Кир не представлялось трудной задачей, слишком уж персонаж оказался колоритный. Белобрысую макушку удалось усмотреть среди прочих студентов во дворе административного корпуса. День был солнечным, поэтому многие коротали обеденное время на свежем воздухе. Окликнув по имени паренька, Ван приблизился и хлопнул того по плечу. Почти хозяин идеально выполненной самостоятельной развернулся к китайцу, открывая тому обзор на своего собеседника, до этого скрытого ширмой широких плеч. Это стало неожиданностью для Вана, ведь он никак не ожидал увидеть девушку, озадаченно переводившую свой взгляд с собеседника на внезапного пришельца. Незнакомка выглядела молодо - зеленая первокурсница - большие карие глаза задумчиво выглядывали из-под челки черных, как смоль, волос. Миниатюрная фигурка была тщательно упакована в опрятный костюм, удовлетворяющий во всех деталях дресс-код учебного заведения. В общем, отличница обыкновенная. Пока Ван передавал работу заказчику и принимал оплату, девушка молча наблюдала за происходящим. Наконец, молодые люди обменялись прощаниями, и юный предприниматель благополучно отчалил по делам. “Эдак я к пенсии только достаточно заработаю...” - размышлял он, пиная носками старых кедов выступающие из ровного слоя гравия камушки. Мысли о вечном, то есть о деньгах, прервал неожиданный окрик. Вслед за сотрясанием воздуха в поле зрения появилась и виновница сего нарушения спокойствия. Запыхавшаяся незнакомка (и когда только устать успела), что только что степенно стояла подле блондина-старшекурсника, теперь, сдувая со лба непослушную прядь, уставилась своими удивительными глазами на него. “Ну вот, - про себя вздохнул парень, - теперь жди истерики из ряда: “это против правил!”, “зарабатываешь на лжи и лени”, “да как ты можешь?”...” Ван уже сталкивался с подобными личностями. Помешанные на иллюзорной правильности, они пытались пристыдить окружающих всего лишь из зависти, невозможности позволить себе поступать так, как хочется. Вот только ничего у них не получилось: псих здоровому не соперник. Забавно, но Ван внутренне побаивался женских истерик. С самого детства мать грузила его своей демонстративной и поистине иррациональной злобой на отца. Будучи слишком юным, чтобы понять, где корень проблемы, он переживал каждую материнскую слезинку очень болезненно. Зачастую виноватым, спустя огненные часы гневных тирад, оказывался сам ребенок. Но со временем вкус слез потерял свою горечь, а следом и страдания матери - ценность. - Это ведь ты помогаешь с заданиями по вышмату? - вопрос, вырвавший парня из воспоминаний, застал Вана врасплох, он вовсе не того ждал от нагнавшей его младшекурсницы. Та же дружелюбно улыбнулась, не выказывая даже малейших признаков недовольства. Она ждала ответа. - Чего? - выдал Йунг, невольно залюбовавшись стоящей перед ним кореянкой. - Кирилл рассказал мне, - потешно заговорчески понизила голос девушка, - что ты можешь помочь с математикой. - Есть такое, - расслабленно выдохнув, горе предприниматель оседлал своего конька, - С чем я могу помочь? - мысленно он уже прикидывал, сколько сможет выручить за какую-нибудь простенькую работку, ставшую непреодолимым препятствием для новой клиентки. - С проектом, - загорелась она, а китаец хмыкнул, отмечая про себя, что и эта девчушка такая же, как и все люди. - Опиши мне задание, тогда станет ясен срок выполнения, - деловито кивнул специалист по чужим домашкам, но договорить фразу ему не дали. - Нет-нет, - собеседница покачала головой, - Работу я сделаю сама, мне нужна лишь помощь - никак не могу понять заданный метод анализа. Ван Йунг замер на месте, прекращая неспешную прогулку, в которую молодые люди неосознанно пустились, начав обсуждать “заказ”. Еще ни разу к нему не обращались с таким запросом, и теперь подобная заинтересованность настораживала. - Ты что, - он подозрительно взглянул на девушку, - думаешь, что выйдет дешевле? - в ответ он получил очередную спокойную улыбку и покачивание головой, - А что тогда? - Просто хочу знать, - пожала плечами студентка, а несколько прямых черных прядей водопадом чернил упало на шею, вывернувшись из узлоподобной прически. Парень растерянно кивнул, но быстро собрался. - Как тебя хоть зовут, чудачка? - негласно подписываясь на странное и неожиданное репетиторство, спросил Ван. - Ян Мирэ. Так и началось общение двух разных миров. Кореянка на удивление репетитора на полставки оказалась старше молодого человека на год, но - что было странно для представительницы здешнего менталитета - не требовала, в связи с этим, особого к себе отношения и кротко слушала объяснения своего наёмного учителя. Со временем сформировалась премилая компания, включившая в себя, помимо этих двоих, еще и Кира. Тот оказался веселым балагуром и до простоты открытым парнем, быстро окрестившим Вана и Мирэ своими товарищами. Однако китаец то и дело замечал, что старшекурсник по-особенному смотрит на свою новую подругу. Сначала данное зрелище Вана забавляло, но постепенно его мнение на этот счет стало меняться. Мирэ была будто бы полной противоположностью облика женщины, сформировавшегося у молодого человека: спокойная, мягкая, гибкая в любой, даже конфликтной, ситуации. Она обворожительно улыбалась, и ее улыбка успокаивала. Также, кореянка, будучи родом из хорошей семьи, воплощала в себе прелестные черты настоящей леди. В голове Вана не укладывалась та безумная разница, отличавшая девушку от истеричного и инфантильного облика матери, жившего в его памяти. Так или иначе, взгляд циничного технаря все чаще останавливался на знакомом лице и все дольше не мог оторваться. В один из дней, когда компания должна была собраться в условленном месте, Ван объявился у ворот кампуса заранее. Сильно заранее: до уговоренного часа оставалось целых 10 минут. Думал уже закурить, но застыл на месте, заметив девичий силуэт, расположившийся на уютной скамье неподалеку. Уже стало обычаем внутри их троицы то, что Ван всегда приходил на встречи ювелирно к назначенному времени, Кирилл - вечно опаздывал, а Мирэ, она всегда была уже на месте к моменту прихода обоих. Почему же он совсем не ожидал увидеть ее сейчас? Рука, потянувшаяся было за сигаретами, просто скользнула в карман. Парень вгляделся в лицо еще не заметившей его подруги - ее длинные ресницы отбрасывали тень на глаза, а челка лежала хаотично, постоянно сдуваемая хозяйкой с глаз. Девушка увлеченно читала книгу, ожидая друзей. В этот самый момент на душе Вана стало непривычно неспокойно, и что-то толкнуло его к девушке. - Мирэ, - окликнул ее парень, быстро, почти бегом, приблизившись к ней. Ян Мирэ резко подняла взгляд и приветственно улыбнулась, - Пойдем со мной, - китаец хитро улыбнулся и, подхватив ее за руку, потянул за собой, - Я хочу кое-что тебе показать! Влекомая отнюдь не неведомой силой, кореянка еле успела спрятать книгу и, сделав следом за парнем несколько шагов, спросила: - А как же Кир? - ее вопрос отчего-то сильно разозлил Вана, но бывший-репетитор-на-полставки сдержался и брякнул первое, что пришло на ум: - Сказал, занят сегодня. Не придет. Спустя каких-то полчаса молодые люди оказались перед дверьми зала с игровыми автоматами. Заметив удивление и интерес в глазах спутницы, Ван не смог сдержать улыбки. - Ну что, повеселимся! - и распахнул двери. Красочный мир забавных, но от этого не менее трудных игр поглотил своих гостей, очаровал музыкой, обаял их же смехом. Парочка переходила от одного автомата к другому, и Ван учил девушку играть. Смышленая ученица схватывала на лету и одинаково радовалась как победам, так и поражениям. - Погляди, змейка, - вошедший в раж китаец улыбался почти по-детски. - И как тут играть? Это лабиринт? - Почти. Вернее будет сказать, что это лабиринт, созданный собственным телом. Постепенно вырастая, ты все больше сковываешь себя в движениях, а ошибки все труднее исправить. - Ван тихо рассказывал Мирэ суть игры, ее же руками показывая управление, - И чем дальше, тем важнее каждый твой шаг, ведь впоследствии ошибки прошлого могут привести к поражению, - нарочно ли, волею ли случая, или сие было предостережением судьбы, но в ту же секунду, когда речь молодого человека подошла к концу, пиксельная змея на черно-белом экране автомата врезалась в собственный хвост, и игра закончилась. - Черт! - прошипела Эш, злобно взирая на экран компьютера, где поверх змеи, укусившей себя за хвост (явно не от лучшей жизни), появилось ехидное: “Game over”. - Уррр, - успокаивающе ворчал Ю в попытках утихомирить хозяйку-неудачницу. Однако все тщетно. Эш, молчаливо закипая на своем рабочем месте, вновь запустила игру. Простенький интерфейс вежливо предоставил хакеру самый легкий уровень, и работница месяца напряженно уставилась в экран. По правде говоря, ее должностные обязанности уже были проделаны на неделю вперед, и теперь девушка расправлялась со скукой первым попавшимся способом. - Да чтоб тебя, убогий уж, - выдала она спустя еще 5 минут в полный голос, невольно привлекая внимание к своему занятию. Киберспортсмены, обивавшие с самого утра пороги рандомных лобби, переглянулись. - Что ее так разозлило? - тихонько толкнул локтем соседа Ай Дзя, - Я думал, ей все под силу. - Не знаю, - последовал ответ, - Жаль, Джун Хёк еще не спустился... - однако по завершении этой фразы мидера на месте уже не было. Новоявленный разведчик тем временем ничуть не подозрительно прошелся меж столами, прогулялся до кухонного уголка, меланхолично посмотрел в окно и даже выглянул за дверь, постепенно приближаясь к цели. Когда же он наконец оказался за спиной хакера, по велению судьбы-злодейки закончился очередной не слишком успешный раунд Эш в змейку. Бедолага вновь ухватила себя за хвост, а девушка громко чертыхнулась, заставив киберспортсмена отскочить назад от неожиданности. - Это что за симулятор уробороса? - быстро реабилитировался парень, сканируя взглядом всю глубину проблемы, а именно объявление о конце игры и почти нулевой счет. Эш в ответ фыркнула. - Не помогаешь, так хотя бы не мешай, - девушка исподлобья глянула на ухмыляющегося мидера и снова потянулась к мышке, однако та была перехвачена незваным гостем. - Помочь - запросто, - альтернативно одаренный будущий труп лихо подмял под себя управление и некой магической комбинацией клавиш моментально вырубил приложение. - Предлагаю сменить игру на... - он зловеще (по крайней мере, так показалось Эш и Ю) улыбнулся и, ничтоже сумняшеся, принялся что-то устанавливать. - Рррр, - беспомощно заурчал Ю. - Ты ничего не перепутал? - начала было хмуриться программист, как ее трон, до этого беспардонно отодвинутый от стола, вновь пришел в движение и снова оказался перед монитором, на котором появилась заставка “Onmyoji Arena”. - Ребят, айда ее учить, - махнул своим, уже давно заинтересованно наблюдавшим за сценой катания хакера на компьютерном кресле товарищам Ай Дзя. Денёк выдался погожий, климат - такой похожий на оный в родной стране - радовал своей предсказуемостью. “Как дома”. Сколько еще ему довольствоваться этой обманчиво теплой характеристикой? Ли Джун Хёк валялся в постели уже второй час без малейшего желания вставать. Размышления о текущем состоянии его дел вновь привели к воспоминаниям о доме и мыслям об одиночестве. Каким-то необъяснимым образом, находясь в коллективе, стрелок не переставал чувствовать себя лишним, чужим. Был ли тому виной порой непонятный иностранный язык или нечто иное, тем не менее факт оставался фактом. Но вот вопрос: было ли в Корее иначе? Выбрав свой путь в игровой индустрии, Джун Хёк столкнулся с жестокой реальностью жизни под эгидой культа успешности и престижа. “Киберспорт?”- родители и прочие родственники буквально за головы схватились, узнав, с чем он хочет связать свою жизнь. Стадия “торг” настала крайне быстро; парню даже предлагали устроить куда получше с помощью связей, но сделки так и не состоялось. В тот момент и пролегла глубокая пропасть между стрелком и не одобряющими его выбор старшими членами семьи. Будучи еще игроком корейской киберспортивной команды, Жрец много времени уделял совершенствованию стрелкового своего мастерства и сблизился лишь с одним из своих коллег. Они с Ченом во многом были похожи, а также не могли не отдавать должного профессионализму друг друга. Постепенно эмоциональная отстраненность и погружение в тренировки вошло в привычку, работа шла полным ходом, но вдруг его товарищ решил перебраться в Китай... Фыркнув, Жрец поднялся, небрежно расчесывая волосы пятернёй. С первого этажа уже какое-то время доносились странные звуки, напоминающие далекие выкрики чаек, а порой жалобные завывания (угадайте, чьи). Помолившись, лишь бы не застать внизу очередную драку, кореец отправился на сафари. Взгляду пришедшего в общий зал базы YQCB стрелка открылась уморительная картина: все без исключения члены команды столпились, взяв в кольцо Эш и ее компьютер. Шумно переговариваясь и перебивая друг дружку, они экспрессивно консультировали хакера, то и дело указывая на монитор. Девушка же, несмотря на болезненно порозовевшие щеки и лихорадочно блестящие глаза, выглядела... живой? Она возмущалась и, кажется, почти не злилась, так что напрягшийся было киберспортсмен облегченно выдохнул. Его коллеги сейчас очень походили на детей, даже хакер перестала хмуриться, пряча подавляемую улыбку за воротом толстовки. Эти мысли и у самого киберспортсмена вызывали улыбку. Необычным казалось и то, что он будто стал лучше понимать ранее совсем чужой язык. Уже не так остерегаясь оказаться в зоне поражения, Джун Хёк приблизился к “группе энтузиастов и Эш” и обнаружил, что на экране монитора развернулась знакомая игра. Парень сперва глазам своим не поверил, однако поверить пришлось. Ровно в тот момент, когда экзекуторы заметили прибавление в своих рядах. - А вот и тяжелая артиллерия! - завидев стрелка, воскликнул самый юный член команды, - Ли Джун Хёк, присоединяйся. Отвергать сие великодушное предложение стрелок не стал. Пришел день поквитаться с Эш за день ее появления на базе. Вид обескураженной моськи этой всезнайки был непривычен и крайне забавлял, а общую картину жертвы дополняло периодическое пыхтение старенького (простите, винтажного) компьютера. Так он и присоединился к обучению века. - То есть вы хотите, - саркастичный тон хакера по мере произнесения фразы всё больше скатывался в полумольбу, - Чтобы я сюда поставила безымянный палец, сюда - указательный, а средним дотянулась аж досюда?? - она перевела взгляд с одного из спортсменов на крендель, в который свернулись ее пальцы в призрачной надежде использовать какой-то там скилл. - Конечно, так удобнее, - с видом мастера кунг-фу подтвердил Лян Шэн, подбадривающе похлопав по спинке кресла. “Чего ради ты кресло подбадриваешь? - внутренне зашипела девушка, с состраданием глядя на свою, свернутую в рогалик кисть, - Какое здесь удобство...” - Смотри, - из исключительно членовредительских помыслов ее выдернул голос Жреца, раздавшегося прямо над ухом, - Если ты подвинешь локоть сюда, то не придется так изгибать пальцы, - тут же, иллюстрируя сказанное, стрелок коснулся ее локтя и подвинул ближе к туловищу, после чего за запястье уложил ее ладошку снова на клавиатуру. Стало действительно удобнее. Эш мельком глянула на одного из своих “учителей” и непривычно ярко отметила его абсолютно правильные черты лица, словно созданные ИИ изящные линии бровей и губ, опять неряшливую прическу, увидеть которую мечтала бы каждая фанатка киберспорта, и глаза, сосредоточенные на цветастом полотне монитора - все эти данные давно отпечатались в ее памяти; но с какого момента они перестали быть простым кодом в картотеке людей, с которыми приходилось иметь дело? - Эш, какого шикигами выберешь? - отгоняя по-странному человеческие мысли, поинтересовался мидер, судя по всему, уже рвавшийся в бой. - Хм, - прищурившись хакер рассеянно оглядела обширную палитру красочных персонажей, - Этого. - Оотенгу? - недоуменно переспросил Ай Дзя, - Почему его? - Ну, у него крылья, - меланхолично протянула программист-я-а-не-игрок, - Может, хоть улететь смогу отсюда.