Неминуемый исход

Пролог. «Неминуемый исход»

Почему-то именно в этот роковой день тяжелые грозовые тучи, постоянно висевшие в далекой небесной выси, решили уступить свое место столь привычному яркому, но лишенному теплоты солнцу, при взгляде на которое сердце все сильнее и сильнее сжималось от тоски. С каждой минутой свет вдалеке становился все более расплывчатым и мутным, но все равно резал глаза своим ослепительным сиянием. Вот только этот родной душе вид вскоре погаснет, померкнет перед наступающей тьмой. Это было неизбежно. Все же это место было поистине холодно, но вместе с этим до безумия прекрасно. Оно было красиво в своем унынии, которое не могла скрасить ни одна живая душа; красиво в своих морозах, заставлявших по ночам спать столь близко к сотру, что можно было почувствовать запах гари собственной одежды; и красиво в своей зачастую затяжной тишине, от которой даже мысли могли показаться чересчур громкими. Однако всегда неосторожность способна испортить прекрасную картину напускной идиллии, подобно случайному мазку красного на идеальном белом полотне. Как ни старайся, ничто не способно скрыть этот недочет, эту ошибку. Отныне полотно будет навсегда испорчено. Лежа на окровавленном снегу, Юнь Чень более не чувствовал холода ‒ лишь непреодолимую усталость, которая погружала в свой омут все глубже. Юноша медленно умирал, раз за разом теряя все больше крови. То было единственным логичным и неминуемым исходом, который нельзя было предотвратить ‒ лишь отстрочить, однако всему всегда есть свой предел. И пусть голова мальчика была пустой, где-то внутри он был полон тревог и сожалений. Юнь Чень до ужаса напуган той неизвестностью, что ждала его впереди, но все же решил стойко принять собственную погибель с достоинством, не роняя слез. Никто никогда не сможет здесь выжить и встретить глубокую почтенную старость. Это место ни за что не позволит обрести даже минутный покой, но Юнь Чень старался, действительно старался в клочья разорвать чужие мечты и ожидания, выжив здесь, дабы потом лишить обидчиков покоя, давно утерянного им самим. Вот только то были лишь несбыточные мечты маленького ребёнка, что продолжал верить в лучшее. ‒ Прости… ‒ беззвучно произнес Юнь Чень, словно извиняясь перед самим собой, прежде чем мир окончательно потерял свои краски, и тьма затянула его в свою липкую и холодную пучину.