Спасти тебя, Мишка

***

— Юлька, а вот как ты думаешь, я нравлюсь Мише хоть немного? — глядя куда-то сквозь холст и мечтательно улыбаясь, спросила Олеся. В ответ девушка неопределённо пожала плечами, не отрываясь от своей работы. Прошёл почти месяц с того дня, как девушки побывали на зажигательном концерте парней и с тех самых пор Олеська каждый день только и спрашивала у подруги про этого весёлого и энергичного Мишу. Судя по неоднозначным мыслям Олеси, раз Юлька смогла так удачно провести её на концерт своего знакомого, следовательно — она должна знать об этом парне хоть что-то интересное. Олесе бы хватило самой малой части информации об этом симпатичном парне, который так неожиданно и весьма сильно зацепил её на концерте. В ответ на все надоедливые и настойчивые расспросы подруги Юля либо неопределённо пожимала плечами, либо отвечала что-то неразборчивое. Девушка с каждым днём всё больше и больше убеждалась в том, что ей самой очень нравится Мишка. Его невероятный талант к музыке, дарованный самой Вселенной, весёлая общительность и природное обаяние вызывали в душе девушки приятный трепет и волнение. А когда он начинал рассказывать ребятам про свои любимые музыкальные темы, при этом активно жестикулируя руками, его глаза сразу же загорались огоньком задорного интереса и азарта. Юля, стоя рядом с ним и с улыбкой смотря в эти необыкновенные глаза, забывала об окружающем мире и пропускала мимо ушей почти всю информацию, которую Мишка старался донести до ребят. Девушка старалась тщательно скрывать ото всех свои нарастающие чувства и не выдавать своего волнения при виде Мишки. Также ей не хотелось разрушать дружбу с подругой из-за парня. Миша же как-то слегка смягчился в своей строгости насчёт Олеськи, которая, только заслышав о том, что подруга хочет спуститься к ребятам в кабинет поболтать, тут же бросала все свои дела и шла вместе с ней, чтобы в сотый раз за день «поздороваться с Мишей». Внешне Юля старалась максимально сдерживать себя и не выдавать раздражённости, но в душе у неё бушевал настоящий пожар из смеси многочисленных эмоций, накопившихся за это время. Одна её половина старалась по минимуму проявлять свои ревностные эмоции по отношению к подруге, влюблённой в того же парня, что и она. Другая же часть души яро кричала о том, чтобы, наконец, высказать всё то, что накопилось в душе девушки. «На концерте была целая группа парней, так нет же. Олеську, блять, угораздило выбрать себе в объект обожания именно Мишку и никого другого. Так, Юль, успокойся, вдох-выдох. Я не могу его ревновать, потому что мы элементарно не встречаемся. Но блять, стоять и смотреть, как Олеся скачет вокруг него оленем, я тоже не могу». Мишка же, конечно, ничего не знал о сложной внутренней борьбе Юльки и потому общался с двумя девушками одинаково весело и непринуждённо. Он даже почти привык к тому, что Олеся пялилась на него во все глаза при каждом удобном случае, а после демонстративно смущалась и хихикала, когда Миша замечал на себе её пристальный взгляд. Поначалу его это очень бесило. Хотелось всё-таки послать эту девчонку куда подальше. Но потом он просто забил на это хуй и продолжал говорить, старательно ничего не замечая. Ему больше нравилась Юлия, и Горшок, глядя на эту симпатичную девушку и общаясь с ней практически каждый день, всё чаще ловил себя на мыслях о том, что хочет обнять её крепко и уткнувшись носом в длинные каштановые волосы, с наслаждением вдыхать такой сладкий и приятный цветочный аромат её духов. Но потом сразу же себя одергивал. «У неё уже есть парень, я не могу. Блять, но как же, сука, охота. Андрюхе вон повезло — мутит с Алиской и всё у них охуенно». Князь начал замечать, что Мишка стал вести себя немного иначе, чем обычно. На всеобщем виду он был весёлым и общительным, всё время придумывал какие-то прикольные штуки и развлекухи для их немногочисленной компании. При этом больше своего внимания он отдавал Юле, нежели Олеське, которая едва ли не из кожи вон лезла, чтобы хоть чем-то привлечь к себе Мишкино внимание. Но когда они вдвоём возвращались с училища к себе в небольшую квартирку, Горшок тут же спадал в настроении и погружался глубоко в мысли, задумчиво сидя на диванчике и порой часами смотря в одну точку. Внутренее чутьё Андрея подсказывало, что не всё в порядке с другом. Однажды, вернувшись из училища, парни, как обычно, приготовили себе жратвы в виде перловой каши, поели и Мишка сразу ушёл в большую комнату. Плюхнувшись на продавленный и весьма скрипучий небольшой диван, Горшок откинулся на потёртую спинку и снова с головой зарылся в мысли. Не выдержав этого тягостного молчания, витающего в комнатке и какой-то недосказанности, Андрей сел рядом с другом и положил тому на плечо руку. — Мих, чё такое случилось с тобой? Заболел что ли? — он было протянул руку ко лбу парня, но тот раздражённо откинул её в сторону. — Так, либо ты мне сейчас говоришь всё как есть, либо я иду в магазин, покупаю лимон и кормлю тебя им, чтобы разгладить твоё хуёвое лицо. — Иди ты нахуй со своими лимонами. И без тебя пиздец, — грубо ответил Миша. Тут в голове Андрея промелькнула неясная догадка насчёт происходящего. — А-а, я понял. Ты из-за Юльки что ли так убиваешься? Тут Миша оторвал взгляд от пустоты комнаты и взглянул на Князя. В его выразительном и слегка печальном взгляде содержались все ответы на вопросы Андрея. — Она мне очень нравится, Андрюх, понимаешь, да? Я, блять, всё время думаю о том, как бы поправить её мягкие волосы и обнять. Но, сука, не могу. — Это из-за парня её, Васи, кажется? Миша кивнул. — Мой тебе дружеский совет, Мих — лучше забей. — Чё? — ответил Миша, непонимающе глядя на друга. — Капчо блять. Забей, говорю. Поверь мне, неразделённая любовь до добра ещё никого не доводила и тебя тоже не доведёт, — серьёзно сказал Андрей. — А мучиться с этим ой как долго придётся. Может и всю жизнь, так что лучше перекрыть всё сейчас. — Тебе, блять, так легко об этом говорить. У самого вон чуть ли не свадьба скоро, — с сарказмом ухмыльнулся Мишка, опустив глаза в пол и рассматривая свои ноги. — Какая нахуй свадьба? Мы даже не живём ещё вместе, — рассмеялся Андрей, упав на спинку дивана. — Да по-любому съедетесь скоро, — слегка улыбнулся Миша. — А кстати — чё насчёт этой подружки Юлькиной, Олеси? Как она вообще тебе? — с интересом спросил Андрей, посмотрев на Горшка. Мишка прислушался к своим внутренним чувствам насчёт Олеси и помолчав пару минут, ответил: — Да девчонка как девчонка. Надоедливая правда, пялится на меня всё время, но так вроде ничего. — Ну вот и замути тогда с ней. И сам отвлечёшься, и девчонке счастье. А там... Кто знает, может она тебе действительно понравится, — усмехнулся Князь. — Да ты чё, Андрюх, тронулся? — воскликнул Горшок и укоризненно посмотрел на друга. — Я ж не бабник какой-то, ё моё, чтобы вот так, блин, скакать с одной на другую. Олеська ведь привяжется ко мне, потом и не отклеишь. А нахуя это надо? — А страдать, блять, каждый день тебе очень надо, — раздражённо ответил Князь и оторвав спину от дивана, сел поближе к Горшку. — Никто не заставляет тебя с ней сосаться или тем более трахаться, просто попробуй переключить своё внимание с Юльки на Олесю. — Может ты и прав, Андрюх, — задумчиво проговорил Миша. — Дождался я, наконец, от тебя этих слов, — проворчал Андрей, на что Мишка весело рассмеялся и с размаху хлопнул друга по плечу. — Погнали лучше за пивом, а? — А погнали, — легко согласился Андрей и одевшись, парни спустились к небольшому продуктовому магазинчику. Купив несколько бутылок некрепкого пива по 0,5 и закуску в виде палки копчёной колбасы, ребята всё быстро пробили на кассе и вернулись обратно к себе в квартиру.

***

— Юлька, а погнали ко мне сегодня? Родители у меня на ночном дежурстве, потусим маленько, — предложила Олеся, когда прозвенел долгожданный звонок, означающий конец пар и быстро поскидав тетрадки и листки в сумку, девушки вместе с остальными двинулись к лестнице. — А давай, завтра всё равно выходной, — согласилась Юля. Нужно было немного развеяться после этой суматошной недели зачётов и кучи заданий по худ.оформлению страниц. — Вот и классненько, — улыбнулась Олеська, надевая лёгкую курточку. — Только я, наверное, сперва домой заскочу, возьму с собой нужное барахло. — Окей. Надеюсь ты ещё помнишь, как до меня добираться? — спросила на всякий случай Олеся. Девушка утвердительно кивнула. — Короче, жду тебя через час у себя. Надев свою серую непромокаемую ветровку, Юля быстро вышла из полупустой раздевалки училища и направилась по дорожке к ближайшей автобусной остановке. Открыв ключами дверь квартиры, Юлька сразу же почуяла витающий в прихожей лёгкий запах жареных котлет. — Юлька, ты? — донёсся с кухни громкий голос Алисы. — Ну если ты ждала кого-то другого вместо меня, то тогда «закрой за мной дверь, я ухожу», — рассмеялась Юля, снимая с себя ветровку и чёрные лёгкие кроссовки и проходя на кухню. — Снова цитаты из песен твоего Цоя? — слегка недовольно проворчала Алиса, переворачивая котлеты на сковородке и вытерев руки кухонным полотенцем, спросила: — Тебе сколько котлет накладывать с рожками? — Две давай, — ответила Юля, взяв из ящика небольшого шкафа пару вилок и усаживаясь за стол. — Между прочим он не мой, он всенародный. И кстати говоря, ты тоже его слушаешь, я знаю, — хитро посмотрев на сестру, добавила Юля. Алиса наложила еду в фарфоровые тарелки и поставив на стол, села на маленький, немного покосившийся стульчик напротив Юли. — Я слушаю, но не с таким фанатизмом, как у тебя. Такими темпами ты скоро покрасишься в чёрный и начнёшь сочинять свои песни под гитару. — Ну а что плохого в том, что один человек просто восхищается другим? — начала постепенно вскипать Юля. Девушку всегда бесил тот факт, когда её начинали обвинять в каком-то диком фанатизме к известным музыкантам, который присутствовал не в таком количестве, как есть на самом деле. — Тем более, когда он внёс такой огромный вклад в музыку, да и не только. Цой ведь ещё и в фильмах различных снимался, ему даже дали премию «Актёр года». — Ладно, ешь уже давай. А то голодной останешся из-за своих рассуждений. А мама перед твоим отъездом мне строго наказала следить за твоим питанием, — весело рассмеялась Алиса. — Вообще-то она сказала это мне насчёт тебя, — улыбнулась Юля, натыкая рожки на вилку и отправляя в рот. — Кстати, я сегодня к Олеське иду с ночевой. Щяс возьму кое-какие шмотки и поеду. — Только сильно там не напивайтесь и на улицу ночью не выходите, чтобы менты не загребли. А то мне потом ехать, доставать тебя из «обезьянника»... — с улыбкой предупредила сестру Алиска. — Конечно, кто бы это мне говорил, — насмешливо ответила Юля и доев свою порцию, оставила тарелку на попечение дежурившей сегодня Алиски. Пройдя в большую комнату, Юля захватила из прихожей свою сумку и выгребла оттуда все ненужные тетрадки и скомканные листочки с учебными эскизами. Достав из шкафа свою пижамку с зебрами, Юля попыталась максимально туго её скрутить и запихнуть в сумку. Промучавшись минут десять, девушка в итоге плюнула и пошла на кухню за пакетом. Взяв с собой телефон, расчёску-гребешок, ключи от квартиры и деньги, Юля подхватила лёгкий пакет с пижамой и громко крикнув в пространство «пока», надела ветровку и вышла. На улице уже начала нарастать летняя жара и тёплый ветерок, доносящий с собой вкусный запах цветов в клумбах, приятно дул в лицо, растрёпывая волосы. Девушка легко и беззаботно шла по асфальтовой дорожке по направлению к трамвайной остановке. «На трамвае всё-таки быстрее будет. Благо они ходят сейчас почти каждые 10 минут». Навстречу шли люди и каждый был одет по-своему: кто-то в такой же тонкой ветровке и джинсах, а кто-то, видимо решив, что уже наступило полноправное лето, и вовсе шагал в коротких шортах и футболке. Юля слегка улыбнулась, проходя мимо высокого и старенького на вид мужчины, постриженного машинкой под «горшок». Мужчина стоял у продуктового магазина, держа в руках полные пакеты и, по-видимому, кого-то ждал. На его тёмно-синей футболке вверху крупными жёлтыми буквами была написана сакральная фраза «Цой жив», а ниже напечатанная фотография лидера группы. «Он, наверное, даже застал время 80-ых, когда группа «Кино» была на самом пике своей популярности. Повезло же кому-то», — с ноткой грусти подумала девушка. Юля перешла дорогу по пешеходному переходу и стала ждать трамвай на остановке вместе со строгой на вид высокой тёткой в зелёном платье и парочкой молодых парней в толстовках, которые, как вскоре заметила девушка, изредка поглядывали на неё и перешёптывались о чём-то. Нужный трамвай подъехал и забравшись в полупустой вагон, Юля плюхнулась на свободное сиденье у окна. Тётка в платье, видимо, решила поехать на другом трамвае, а потому зашли только парни и остановились в паре метров от Юли. Девушка старалась не замечать их громкий гогот и косые взгляды, направленные на неё, а потому просто ехала, смотря в окно. Когда к ней подошла кондукторша, низенькая и приятная на вид женщина, Юля не сразу услышала, что к ней обращаются. — Девушка, платим за проезд, пожалуйста, — громко произнесла она, отчего Юлька чуть ли не подскочила и засунув руку в карман, вытащила оттуда мелочь и отдала женщине. — Вот, возьмите, — кондукторша оторвала бумажный билетик и вручив его Юле, направилась к парням за оплатой проезда. Трамвай подъехал, наконец, на нужную остановку и Юля, выходя из трамвая, машинально обернулась через плечо. К счастью, те два парня не вышли с ней на одной остановке, а поехали дальше. Поудобнее подхватив пакет, Юлька двинулась по пешеходной дорожке на другую сторону улицы. Пройдя во дворы, Юля отыскала второй подъезд дома и поднимаясь по лестнице, вспоминала номер квартиры подруги. «У Олеськи, кажется, пятая квартира, если не путаю ничего. Блять, чё за хуйня с памятью происходит? Даже номер подруги уже не помню». Юля позвонила в дверной звонок и практически сразу же дверь открыла весёлая Олеська. — Наконец-то ты добралась, Юлька! Заходи давай, — Олеся ушла вглубь квартиры и Юля, зайдя внутрь, закрыла за собой входную дверь на большую щеколду. Квартира Олеси по планировке была почти такая же, как и та, что снимали у старушки Алиса с Юлей. Только комнат было на одну больше и ремонт немного посвежее. Стены от плинтуса и до невысокого потолка были изрисованы различными картинками, смешными приколами, строчками и цитатами из песен и пока что ещё незаконченными карандашными набросками. — Слушай, а твои родители не против, что ты рисуешь на стенах? — спросила Юля, с интересом рассматривая разноцветные картинки. — Не, они уже давно смирились с тем, что их дочь — художник и ей надо где-то реализовывать свой творческий потенциал, — раздался с кухни звонкий голос Олеськи. — Зато, по их словам, большие деньги на обои не надо тратить. Ты, кстати, кушать что-нибудь будешь? — Если только чай попью, — ответила Юля, проходя на кухню. В ограниченном пространстве для готовки над плитой висел длинный шкафчик с посудой и приборами, а также отсеками для бакалеи. Рядом с окном стоял холодильничек, а посередине кухни обеденный деревянный стол. «Почти как у нас в квартире», — подумала Юля, садясь на стульчик. Олеся в это время поставила чайник на плиту и достала две большие кружки с коробкой разносортного чая. — Тебе какой сделать, с малиной или смородиной? — спросила Олеся, повернувшись к подруге. — С малиной давай. — Вас понял, заказ принят. Залив кипятком чайные пакетики и кинув в кружки по паре ложек сахара, Олеся достала из холодильника печенье с варёной сгущёнкой и поставила всё на стол. Взяв в руки кружку, Юля размешала сахар и немного отпила горячий напиток, приятно пахнущий ароматом малины и ванили. — Ну, какова твоя программа развлечений на сегодня? — Юля посмотрела на подругу. Та вдруг хитренько заулыбалась и откусила кусочек от печенья. — Только не говори мне сейчас, что мы снова будем всю ночь пить крепкое пиво, а потом орать в три часа утра из окна матерные песни, — закатила глаза Юля, припоминая моменты их прошлого совместного времяпровождения. Тогда соседи Олеси чуть не накатали на девушек заявление в органы милиции о нарушении установленного режима тишины и хулиганстве. — Не-е, сегодня будет немножко другое развлечение, более спокойное, — рассмеялась Олеся. — Как насчёт того, чтобы заказать немеренно дохуя пиццы с бутылочкой вина и всю ночь смотреть мелодрамы? Вот эта идея уже гораздо больше понравилась Юле и она согласно кивнула. — Только чё с баблом... — Насчёт этого вообще не парься, я угощаю сегодня, — улыбнулась Олеся, отпивая чай. — Родители оставили мне парочку косарей, сказали тратить как хочу. Вот я и потрачу их. — Но блять, это же много, — стала было возникать Юля, но Олеся приложила палец к губам и сказала: — Так, я сказала, что угощаю. Какие претензии? А пока пошли покажу, чё родаки из Ростова привезли, — и допив свой чай, Олеся потянула Юлю за рукав в комнату своих родителей. Там она остановилась возле большого деревянного шкафа и открыв крайную дверцу, достала чёрно-белую, слегка потрёпанную временем фотографию и протянула Юле. Взяв карточку в руки, Юля тут же воскликнула: — Боже, да это «Кино» в полном составе! А здесь, в углу, это же... — Да-а, это автограф самого Виктора Цоя, — горделиво произнесла Олеся, очень довольная тем, что обладает такой действительно бесценной вещью. Юля разглядывала одетых в чёрную одежду парней на фотографии и даже смогла прочитать написанный в верхнем углу тёмными чернилами год, когда была сделана сьёмка. — 90-е... — тихо проговорила девушка. — Это одна из последних фотографий группы в полном составе. Тётке отца очень повезло, она была на их концерте в Ростове, где и взяла у Вити этот автограф, — сообщила Олеся. — Кто бы мог подумать, что всего через несколько месяцев он погибнет в этой аварии... — с грустью вздохнула Юля и отдала столь раритетную в наше время фотографию обратно подруге, внутренне по-доброму ей завидуя. — До сих пор ходит много разных слухов о истинной причине его столкновения с икарусом и было ли вообще оно, — сказала Олеська, убирая фотокарточку обратно на своё почётное место в шкаф. — Официально сказали, что заснул за рулём. Самое главное, что песни его продолжают жить и сейчас. Пока на свете есть хоть один человек, кто помнит и ценит творчество группы, значит и жива душа человека, писавшего эти песни. — Это вот ты правильно сказала, Юлька, — одобрительно кивнула Олеська и повернулась к подруге. — Ну чё, пошли звонить и заказывать пиццу? — Погнали. Перетащив сумку с пакетом в комнату Олеськи, стены которой были оформлены в таком же художественном стиле как и в прихожей, Юля уселась на кровать. Олеся взяла со стола телефон и поворошив свою стопку эскизов, лежащих беспорядочно на рабочем столе, вытащила маленькую карточку с логотипом и номером пиццерии. — Вот у них охуенная пицца, я ручаюсь, — говорила Олеся, набирая на мобильнике номер. Через несколько гудков послышался приятный женский голос, приветствующий Олесю и спрашивающий о содержании её заказа. — Нам, пожалуйста, две коробки с помидорами и ветчиной, а вторую... Юлька, ты с чем хочешь? — спросила Олеся, оторвав телефон от уха и вопросительно смотря на подругу. — Давай с беконом и маслинами, — не раздумывая, ответила Юля. — И две, пожалуйста, с маслинами и беконом. Да, оплата на месте. Нет спасибо, соус не нужен. Хорошо, до свиданья, — и отключившись, Олеська опустилась рядом с Юлей. — Сказали, в течении получаса прибудет. — Отлично. У тебя магазин рядом? Могли бы пока за соком и вином сходить. — А за соком зачем это? — искренне удивилась Олеся, смотря на подругу и хлопая серыми глазами. — Потому что на одном вине ты далеко не уедешь, — рассмеялась Юлька. — Вино уже на самый вечер. — Ладно, уговорила. Спустившись во двор, девушки зашли в ближайший круглосуточный магазин, где продавали абсолютно всё: от алкалиновых батареек до крепкого алкоголя. Побродив по прилавкам, поспорив друг с другом насчёт того, какое лучше взять вино: красное сладкое или белое полусладкое, девушки остановились на красном полусладком и взяв вдобавок коробочку апельсинового сока, двинулись к кассе. Юлька кое-как уговорила несговорчивую подругу на то, чтобы она заплатила хотя бы за сок. — Олеська, мне совестно будет, что ты так много потратилась, а я нихуя в это не вложила. — Да нормально всё, Юль, — отмахивалась сначала Олеся, но в итоге всё же отдала коробку с соком подруге. Поднявшись обратно в квартиру, девушки только унесли алкоголь в комнату, как на всю квартиру раздался громкий звонок в дверь. — Это, наверное, курьер с пиццей, — сказала Олеся и быстро достав свои две тысячи рублей из копилки, вышла из комнаты. Через несколько минут она вернулась с четырьмя большими коробками ароматной пиццы, которые поставила на тонкий ковёр рядом с кроватью. — Вышло даже дешевле, чем я думала, — проговорила Олеся, пока Юля открывала картонную крышку верхней коробки. — Горячая ещё. Кайф. Включив на небольшом телевизоре мелодраму, девушки переоделись в пижамы и завалились на кровать. Спустя несколько часов просмотра были сьедены две коробки, выпит весь сок и половина бутылки вина. — А чё она за него замуж-то в итоге не пошла? — слегка икая, недоумённо спросила Олеська, потянувшись рукой к открытой коробке. — Да дура потому что, вот и всё. Алкоголь незамедлительно подействовал на Юлино состояние и немного расслабил систему. Хотелось совершить сейчас какую-нибудь безрассудную глупость, а наутро, лёжа с больной головой, сожалеть об этом. Но это сожаление будет потом, поэтому пока девушки расслаблялись в своей компании, попивая из кружек вино и громко обсуждая очередной туповатый российский фильм. Внезапно зазвонил телефон, громко и требовательно прося владельца ответить на вызов. — Алиска может тебе звонит? — спросила Олеся, жуя пиццу с беконом. — Хрен его знает, — Юля встала с кровати и осторожно прошла к столу, на котором светился экран мобильного телефона. Взяв его в руки, девушка слегка прищурила глаза и немного затуманенным взглядом прочитала имя звонившего. «Мишка» — высвечивалась на ярком экране подпись. «Зачем он звонит в 12 ночи?», — недоумённо подумала девушка, но всё-таки ответила на звонок, может что-то важное было. — Аллё, Юлька? Ты? — раздался на том конце провода голос Горшка, от которого сердце Юльки забилось быстрее. — Привет, Мишка, — усевшись обратно на кровать, с улыбкой ответила Юля, прикрыв глаза. Олеся же как-то наоборот посерьёзнела лицом и слегка обиженным взглядом посмотрела на подругу. — Юлька, мы, короче, тут это... С Андрюхой сидим, — радостно заикаясь, произнёс Миша и по его сбивчивому голосу Юля определила, что тот тоже выпил, причём довольно-таки неплохо. — А мы с Олесей тоже вот тусуемся вместе, — хихикнула Юля. — Это самое... Чё, давайте мы может с Андрюхой к вам приедем, эт самое, — спросил Миша и добавил чуть громче, уже видимо обращаясь к Андрею. — Да не сейчас, позже. — Мы так-то не против, но сегодня у нас чисто девчачья вечеруха, поэтому сорри, — весело произнесла Юля, сидя на кровати и слегка покачиваясь. — Блять Андрюха, да ты заебал меня уже, — приглушённо крикнул Миша куда-то в заднее пространство и добавил уже более громко. — А чё, так у вас там всё нормально, да? — Хорошо всё, да. — Это самое, чё я звоню-то... — начал Миша. По его голосу девушка поняла, что он пытается как-то собраться со своими пьяными мыслями, но у него это плохо выходило. На заднем плане вдруг раздался пьяный голос Князя. — Мих, у нас есть ещё бутылка пивка? — Андрей, твою мать, дай мне, это самое... — Свой хуй я тебе точно не дам, своим дрочи, — громко крикнул Андрей. Юлия весело рассмеялась, под воздействием алкоголя ни капли не смутившись от этих слов. — Да пошёл ты в жопу, еблан, дай, блять, мне... с мыслями собраться, ё моё, — рассержено крикнул Миша. — В общем это... Я хочу сказать... Короче это, ты мне нравишься Юлька, вот реально, блять, — сказал наконец Миша. От этих слов девушка, пусть и была под воздействием алкоголя, но всё же внутренне затрепетала. Сердце начало стучать с бешеной скоростью, отдаваясь барабанной дробью в ушах, а руки быстро вспотели. — Мне похуй там на твоего парня, есть он или нет... — тут Юля немного смутилась. Какого ещё парня? Что за фигня? — Мишка, какого, блять, парня? — недоумённо спросила Юля и повернулась к Олесе, которая сидела на кровати и внимательно смотрела на неё — Так, блять, подожди. У тебя же парень есть, как его там зовут... — Вася, кажись, — прозвучал на фоне голос Андрея. — Во, Вася этот. Вы же вроде типа того, встречаетесь с ним? — Кто тебе такую хуйню сказал? — возмущённо спросила Юля, подскочив с кровати. — А... А да не важно, — ответил Мишка, в его голосе чувствовалась улыбка. — Юлька, так это же... Это же заебись, я могу теперь быть вместе с тобой. Только если ты... — Я согласна, Мишка. Ты мне тоже очень нравишься, — смущённо проговорила Юля, до ушей улыбаясь. Олеся, слушая весь этот разговор подруги, внутренне завидовала ей. «Сука, почему не я на Юлькином месте? Должно быть наоборот всё». — Ахуенно блять, — довольно протянул Мишка. — Давай тогда, Юлька, завтра встретимся? Ты как? — Не смогу завтра. С Алиской будем квартиру прибирать, а то там дикий пиздец, — вздохнула Юля, плюхнувшись обратно на мягкую кровать. — Бля… Ну-у, до понедельника тогда. Олеське там «привет», — и положив трубку, девушка с весёлым криком упала спиной на кровать, готовая от переполняющей её радости громко закричать на всю квартиру и танцевать. И похуй на соседей. Олеся молча посмотрела на радостную девушку, слегка поджав губы. Решив пока никак не выдавать своего большого огорчения, девушка спросила: — Чё, Миша звонил? Юля посмотрела на подругу и счасливо улыбнулась. — Представляешь Олесь, оказывается, я ему нравлюсь. Они, правда, там вместе с Андреем напились, несли порой какую-то смешную фигню... — А ты уверена, что это сказано прямо от души, а не от выпитого пива? — с сомнением спросила Олеся, глядя на глупую и пьяную улыбку подруги. — Уверена, Олеська. Мишка так искренне говорил эти слова... Не думаю, что он стал бы врать. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. — Ну да, ну да. — Могла бы просто порадоваться за подругу, — немного расстроенно проговорила Юля, приподнявшись на локтях и смотря на девушку. — А я радуюсь, блять. Радуюсь, что парень, который мне очень нравится, выбрал не меня, — эти слова прорвались из Олеси помимо её воли. Она не хотела так резко выговариваться подруге о своих бедах. — Если ты считаешь, что я как-то приворожила Мишу к себе, ты глубоко, блять, заблуждаешься, понятно? — свирепо проговорила Юля и долила себе в стакан ещё вина из бутылки. — Прости, Юлька. Я полное чмо, конечно. Я пробую радоваться за тебя, но пока что плохо выходит, — Олеся виновно опустила глаза, рассматривая свои пальцы. — Ладно, нормально всё. Я в какой-то степени даже понимаю тебя, — обняла подругу Юля, медленно и успокаивающе гладя девушку по голове. — Давай пиццу кушать? Олеся кивнула и девушки ещё немного посидели, болтая обо всём подряд и допивая остатки вина.