Спасти тебя, Мишка

***

Расслабившись в тёплых и успокаивающих объятиях Мишки, Юля слегка задремала, прикрыв глаза и мерно посапывая. Осторожно гладя девушку по голове, Миха смотрел на светло-синее бескрайнее небо, на котором кучками рассыпались неяркие огонёчки-звёздочки, и искал на нём созвездия, которые знал. Вот почти рядом с ковшом Малой медведицы расположился Южный крест, а чуть дальше от них весьма странное созвездие Девы. Горшок попытался найти среди мириад звёзд самую яркую Полярную и спустя минут пять глаз уловил её свечение и Мишке пришлось немного задрать голову вверх. «Прикольное всё-таки небо. Будто смотришь не на звёзды, а на маленькие яркие фонарики, которые зажигают инопланетяне с той стороны. А если и вправду существуют другие миры, отличные от нашего, и где-то далеко также живут люди…», — размышлял Мишка, подложив под затылок руку для удобства. «И они сейчас тоже вот так смотрят на нас издалека, из космоса…». Погружённый в свои размышления о возможной внеземной жизни, Мишка широко зевнул. От усталости глаза сами начинали закрываться и организм потихоньку проваливался в глубокий сон. Да-а, сказалась-таки бессонная ночь на его состоянии. «Блять, главное не заснуть щяс, иначе потом такой пизды вставит нам с Юлькой консьержка. Будет пыхтеть, что мы бомжи какие-нибудь или хулиганы-пидарасы». Рассвет наступил постепенно и плавно, сменив голубоватый цвет бескрайнего неба на лёгкий розовый с еле заметной ватой облачков. На пустых мощёных улочках и широких проспектах ещё не было столпотворения прохожих, но первые автобусы и легковые машины уже начинали понемногу курсировать по городу. Тихонько шелестела зелёная листва деревьев и низких кустарников от дуновений прохладного ветерка, словно что-то шепча на неведомом языке, и пока ещё слабые лучи восходящего солнца пытались пробиться сквозь дымку синеватого тумана. Проснувшись от трепавшего платье и ноги утреннего ветерка, Юля потянулась и повернувшись на левый бок, обнаружила рядом безмятежно дрыхнущего Мишку. Во сне Юлька сползла с тёплой и уютной груди Михи, перекатившись вбок и тот максимально съёжился, то ли от пробиравшего холода, то ли почувствовал сквозь сон, что девушки рядом нет. Улыбнувшись спросонья, Юля пододвинулась почти к самому носу Горшка и накинула на двоих кожаную куртку, чтобы тепла хватило обоим. Вновь почувствовавший совсем рядом приятное тепло, Миха довольно заулыбался во сне и немного распрямился из позы эмбриона, вытянув ноги. Чуть подавшись головой вперёд, его нос встретился с носом девушки и падавшее теперь на шею дыхание словно огнём обжигало холодную кожу девушки. Нестерпимо захотелось вытянуть шею повыше к носу Миши, но Юля решила не тревожить спящего парня, так мило выглядящего во сне. Ей оставалось лишь смиренно лежать под своей половиной куртки и буквально «впитывать» своей кожей тёплое дыхание Мишки, плотно прижавшись к нему, спасаясь так от царившего на крыше холодного ветра. «И когда мы только успели заснуть и проспать до самого утра? При этом жутком вечернем холоде вообще хрен заснёшь, тем более на высокой питерской крыше». Нервно дёрнув ногой и медленно открыв глаза, Миха увидел перед собой полусонное лицо Юльки. С довольной улыбкой парень наклонился и мягко потёрся кончиком носа о нос девушки, при этом громко урча. — Миш, ты знаешь на кого сейчас похож? — тихо рассмеялась Юля. — Ну и на кого же? — соединив кончики носов, с улыбкой спросил Миша, глядя прямо в тёмные глаза девушки. — На такого большого и непоседливого пушистого кота. Голодного, но очень довольного. — То, что голодный — это да… За весь день, блять, успел только у Саньки пельмени пожрать, — согласился Мишка и вспомнил вдруг о том небольшом пакетике, что лежал сейчас в его кармане и весьма приятном после него эффекте. «Я ж, бля, не только пельмени жрал. Сказать ли Юльке об этом? Хочется честным быть с ней и вроде как попробовал всего один раз… Но эта хуйня так втаскивает нормально… Блять, чё делать-то?». Заметив задумчивое выражение лица Горшка и нахмуренные тёмные брови, Юля спросила с лёгким беспокойством: — Мишк, с тобой всё хорошо? — Чё? — вылез Миха из своих мыслей и поспешно улыбнулся во все свои целые зубы. — А, да нормально всё, Юлька. Жрать просто очень хочется. — Тогда нужно домой идти, — вздохнула Юля. Ей не очень хотелось подниматься сейчас с мягкого и нагретого места, разрывая контакт с Мишкой и куда-то идти. Ещё на пары сегодня… — Сук, так вставать неохота... Давай полежим ещё чуть-чуть, — умоляюще взглянул на девушку Мишка. — Нет, Миш, иначе мы сейчас снова заснём, — Юля помотала головой и быстро поцеловав в щеку парня, начала подниматься с нагретого телами матраса. Отдав свою куртку Юльке, Миха скатал в трубочку старенький матрас и бросив последний взгляд на шикарный вид утреннего города, открывающийся с крыши, взял Юлю за руку и понес его обратно в каморку на первом этаже. За деревянным столиком у стены подъезда сидела старенькая тётка в вязаном коричневом берете, одетая в цветастое платье. Услышав звук шагов на лестнице, она подняла голову от журнальчика с кроссвордами. — Молодые люди, вы из какой квартиры будете? — обратилась она к ребятам и подозрительно сузила глаза. — Что-то я вас тут ни разу не примечала. Миха, тащивший под подмышкой тяжёлый пыльный матрас и желающий поскорей от него избавиться, беспокойно переглянулся с Юлей. «Очень, блять, вовремя ты оказалась здесь, женщина. Чё вчера-то не сидела?», — подумал он и скоропостижно выпалил: — Мы вообще не здесь живём. Этот ответ не очень понравился старушке. — А что же вы тогда здесь делаете? Нормальные люди ещё спят в такое время, — её подозрения с каждой минутой укреплялись всё больше. Она вдруг поднялась со стула и резво преградила ребятам путь собой. Миха чуть стушевался от такой бойкости тётки. — Мы вовсе не грабители, если вы намекаете на это, — произнесла Юля, тоже немало шокированная резвостью старушки. — А откуда мне об этом знать? Вот вы что-нибудь прихватили из квартиры, а я вас выпущу сейчас, — она кивнула на матрас, который Миха крепко и изо всех сил поддерживал рукой. — Матрас вот этот. Где вы его взяли? — Из каморки, — честно ответил Миха, решивший, что с этой старушкой ложь не прокатит. — Значит всё-таки стащили? Тут своё слово взяла Юля. — Понимаете, мы с Мишей ночевали сегодня у моего близкого друга. Чуть скосив на девушку глаза, Миха посмотрел на неё сначала с удивлением, а затем, сообразив что к чему, успокоился, одобрительно сжав ладошку девушки. — Он завтра уезжает к себе домой, в Москву, и мы отмечали его проводы, — на ходу продолжала Юлька, стараясь придать голосу уверенность и ровность. Женщина перевела взгляд с неё на внешне абсолютно спокойного Миху и что-то уловив в нём, кажется, начинала верить словам ребят. — Так, это допустим. А матрас зачем стащили? — строго спросила она, смеряя уже менее подозрительным взглядом Юлю и Горшка. — Так эт самое… Квартирка маленькая, спать было негде, вот и взяли этот матрас старый из каморки, — быстро нашёлся Мишка и Юля утвердительно закивала. Тётка ещё немного посверлила взглядом ребят, старавшихся держаться непринуждённо и ровно. — Хорошо, я вам верю, молодые люди, — она неспеша отошла от прохода обратно к своему посту. — Матрас только не забирайте с собой, верните на место. — Хорошо, — Миха понёс злосчастный матрасик в открытую дверь каморки, где было полно вёдер, деревянных швабр и бутылочек очистителя и облегчённо свалил его в самый угол. «Я и так не забрал бы, нахуя он мне сдался? Тяжёлый, сука, и тащить неудобно». — Мишка, давай в следующий раз возьмём с собой хотя бы одеяло какое-нибудь на крышу, — застёгивая на молнию великоватую кожаную куртку Горшка, говорила Юля. — Это ты правильно мыслишь, Юль. Я замёрз как собака, ё моё. — Не ты один вообще-то, — показала на своё светлое платье Юля. — Повезло тебе, в штаны хоть одетый. А не то, что я — тоненькое платье и всё. — Зато так гораздо красивей, — окинул взглядом девушку Миха и довольно улыбнулся. — И ещё сексуальней. — Да лучше бы просто тепло было и всё, — проворчала Юлька и резко остановившись посреди улицы, в панике схватилась за голову. — Мишка, мы же на пары опоздаем. Отсюда до дома нужно доехать, а потом ещё и до училища… — Да ну их нахуй. Я жрать хочу пиздец и вообще: давай не пойдём сегодня, а? Проведём день вместе, — Мишка взял девушку за руку и притянул к себе, обнимая и чуть касаясь подбородком каштановой макушки. — Осталось буквально пару недель до конца года и сдачи экзаменов. Ближайший уже послезавтра и к нему нужно готовиться, — Юля пыталась отчаяно сопротивляться Мишкиным чарующим флюидам и не поддаваться на весьма соблазнительное предложение. — Ты же знаешь, что я обычно нихуя не готовлюсь и сдаю работы на троечку. А с твоим-то талантом, Юлька, я бы вообще послал всё это нахуй и не парился, — всё продолжал гнуть свою линию Горшенёв и решив применить специальный приём, опустил лицо в густые волосы девушки, полностью зарывшись в них и приятно согревая дыханием. «Нет, Юля, нельзя поддаваться Мишке. Только не сейчас, не сегодня. Но чёрт, если он простоит так ещё несколько секунд, я точно соглашусь и потом буду жалеть. А может и не буду...». — Талант не появляется просто так, Миша, над ним нужно очень много работать. — Ты и так достаточно поработала, пора бы, блять, и отдохнуть наконец. Сильные флюиды, потоком исходившие от Горшка, всё-таки перебороли неустойчивую душу Юльки и она решила не идти сегодня на пары. «Может Мишка и прав… Я очень много стараюсь на результат, настало и время отдыха». — Ну и куда мы тогда направимся, если не в художку? — оторвавшись от тела Михи, с интересом спросила Юля. — Как это куда? — удивлённо посмотрел на девушку Миша, словно она спрашивала какую-то наипростейшую истину. — К нам с Андрюхой, конечно. Сев на полупустой и очень громоздкий трамвай, Миха принялся рыться по карманам своих штанов в поисках мелочи для проезда. В один момент чуть было не вытащил на свет заветный пакетик с белым порошком. «Блять, осторожней надо быть с этим. Загребут ещё в ментовку за распространение». Осторожно выудив кучку мелочи и отдав контролёру, получил взамен два билетика. Юля, глазевшая в это время в грязноватое окно, не заметила небольшой заминки парня. — Уф-ф, ну и высоко же вы живёте с Андреем, — поднимаясь по каменным ступенькам и сбивчиво дыша, проговорила Юля. — И не говори, блять. Раньше нормальный лифт был, но он сломался, сука, а починить у них времени нет, — пропыхтел в ответ Мишка. Поднявшись, наконец, до нужного им 7 этажа, Горшок открыл замок и с улыбкой пропустил девушку внутрь первой. Небольшая однокомнатная квартирка была ничем не примечательной. Даже не зная владельцев, было сразу же видно, что здесь живут только парни. В маленькой прихожей стоял деревянный шкафчик с полочками, на них вперемешку были свалены курточки, рубашки и джинсовки. Пройдя в единственную большую комнату, девушка заметила рядом с расстеленным диваном парочку пыльных бутылок из-под пива и скомканные тетрадные листки. На узком подоконнике стоял «горшочек» с немного завядшим фикусом. В душном воздухе крепко чувствовался запах сигарет. — Вы хотя бы иногда проветриваете квартиру? — открывая створку и впуская в комнату свежий воздух, недовольно спросила Юля. — Конечно, когда не валяемся бухие или с похмелья, — хохотнул Миша и встретившись взглядом с девушкой, добавил более серьёзно. — Обычно раз в два дня, но видимо с тех пор, как я ушёл, Андрюха не проветривал. — Давно вы с ним вместе живёте? — Юля присела на диван и подняла с пола один из скомканных листочков. Расправив бумажные складки взору девушки предстала весьма забавная и странная картинка: из большого чёрного пня вылезает улыбающаяся голова с серьгой в ухе, а по краям листа были нарисованы маленькие сценки. «О, это ведь отрывки из песен Андрея и Мишки. Только уже проиллюстрированные». — Ну как давно… — задумался Миха и почесал затылок. — Года два-три наверное есть, — и присев рядом с девушкой, заметил, с каким интересом она разглядывает рисунок. — Это Андрюха нарисовал. Как вариант обложки для альбома нового, — улыбнулся Миша. — Но потом ему чё-то не понравилось и он забил. Скажи ведь прикольно получилось? — И вправду очень классно вышло, — согласилась Юля и показала пальцем на карандашную башку. — А это что за существо такое? — По словам Андрюхи, это такой «лесной демон». Он как самый главный, а остальные человечки изображены, как события из наших песен, — произнёс Миша и весело улыбнулся. — Смотри, как на Князя нашего похож. Приглядевшись внимательней, Юля весело рассмеялась. — И вправду чем-то похож, надо же. Вообще Андрей молодец, тексты классные пишет и рисует здорово. Зря ты, Мишка, обижаешь его, — девушка повернула голову в сторону Горшка. — А я что, не молодец что ли? — Миха надул губы и обиженно скрестив руки, демонстративно отвернулся от Юли. — И ты тоже молодец, просто большой молодец, — Юля положила подбородок на плечо дующегося Мишки, с извиняющейся улыбкой смотря на него. Миха вначале довольно хорошо играл обиженного, надув губы словно капризный малыш, и схмурив тёмные брови, смотрел куда-то перед собой. Тихонько ткнувшись носом в тёплую шею парня, Юлька чаще задышала. Мягкое дыхание приятно щекотало открытую шею и Миха, невольно заулыбавшись, скосил глаза в сторону Юли. — Ты же ведь не дуешься уже, — Юля заметила маленькую улыбашку Мишки и коротко поцеловала того в шею. — Нет Юлька, я очень и очень обижен, возможно, это навсегда, — не сдавал свои позиции Мишка и снова притворно нахмурился. Ему было интересно, что будет делать Юлька в ответ на его слова. — Ну, если ты обижен навсегда… В таком случае, я пошла на кухню за водой, — Юлька разгадала коварный план Горшка и решила схитрить, сделав вид, что поднимается с кровати и уходит. — А нахуя тебе вода? — удивлённо взглянул на девушку Миха, уже и забывший о том, что играет обиженного. — Знаешь Миш, есть такая поговорка: «На обиженных воду возят». Вот я и пошла за водой, чтобы тебя облить, вдруг поможет, — обернувшись, невозмутимо ответила Юлька и действительно направилась к кухне неспеша. Миху такой расклад дел совсем не устраивал и быстро вскочив, он ухватил Юлю за руку. — Да не обижаюсь я уже, Юлька. Только воды, блять, не надо, ладно? — Что, наш большой бесстрашный кот испугался нескольких капель мокрой водички? — глядя на испуганное лицо Мишки, громко рассмеялась Юля, внутренне ликуя от того, что выиграла в этой маленькой войне с ребячеством и упрямством Горшенёва. — Ничего я не испугался и вообще, блять, нашёл чего бояться, — сказал Миха и тут же почесал кончик своего носа. — Ладно обижуля, пошли хоть чай попьём, если у вас он есть конечно. — Обижаешь, Юль, — улыбнулся Миха и взяв за руку девушку, повёл её на небольшую кухню.

***

Андрей с Алисой сидели на деревянной лавочке на первом этаже. Князь увлечённо рисовал цветными карандашами в своей черновой тетрадке прикольные картинки, а Алиска, склонив голову на его плечо, увлечённо наблюдала за работой. Ей очень нравилось смотреть на рисующего Князя, на то, с какой погружённостью в свою фантазию и талантом он создаёт невероятные картинки диких зверей, страшных клыкастых оборотней и зловещих колдунов. Рисунки как раз под стать тематике песен. Отвлекать художника во время работы — всё равно, что дразнить мясом голодную собаку. Но зная добродушный характер Андрея, Алиска всё же решилась и осторожно произнесла: — Андрюш… Князь повернул голову от набросков к девушке. — М-м? — А скажи пожалуйста, — Алиса тыкнула пальцем в одного из нарисованных героев, большую улыбающуюся башку. — Это кто такой? — Это голова, — весело улыбнулся Андрей. — Ну я это поняла, а чья голова-то? — Голова одного бедного мужика, причём очень непоседливая и вредная, я так скажу. Она всё время от него убегает, а мужик ловит её по всей деревне. — У вас ещё такая песня ведь есть. «Внезапная голова», правильно? — на что Андрей одобрительно кивнул и продолжил рисовать дальше, обводя контуры рисунка простым карандашом. — А Мишка за вчера так и не вернулся? — вдруг спросила Алиса. В ответ Князь отрицательно помотал головой и добавил: — А что? — Да просто Юлька вчера днём ушла куда-то и тоже пропала. Утром не пришла домой. По крайней мере, я её не видела. Оторвавшись от работы, Андрей обеспокоенно посмотрел на Алису. — Подожди Алис, что значит «пропала и не пришла домой»? — Да то и значит, блин, — с лёгким раздражением ответила Алиска. — Я прилегла отдохнуть немножко, вечером просыпаюсь, а Юльки нет. На столе записка лежит, мол, «ушла гулять с Мишей». — Подожди Алис, но если Юля ушла с Михой, это значит… — Они вместе съебались неизвестно куда, — девушка начинала переживать за сестру, паника нарастала и заполняла душу девушки тревожными переживаниями. — Андрей, а ты звонил Мише на мобильный? — Да несколько раз уже, всё недоступен, блять, у него. «Пиздец, и угораздило же Юльку выбрать себе такого… Ох, чувствую, собьёт Миша её с пути, добром всё не кончится», — Алиса внутренне негодовала насчёт раздолбайства Горшка и одновременно беспокоилась за сестру. — Может надо в милицию заявлять о пропаже? — Если к вечеру наши голубки не объявятся, то пойдём в участок, — твёрдо решил Андрей, тоже беспокоящийся за друга и Юльку, но не позволяющий себе показывать свои переживания на виду у Алисы. «Не нужно, чтобы Алиска слишком переживала за Юлю. Если она с Михой, значит в безопасности». Отложив в сторону тетрадку с карандашами и обняв девушку за узкие плечи, Андрей тихонько привлёк её к себе, успокаивающе гладя по волосам. Уткнувшись головой в человека, которому могла бы сейчас доверить всё на свете, Алиса с содроганием прикрыла глаза. Нет, она вовсе не плакала, просто позволила себе хотя бы на несколько минут побыть в защищённом состоянии, на тонком душевном уровне перенимая спокойствие и уверенность Андрея, так необходимые ей сейчас. — Ты не волнуйся, Лиска. Если Юля действительно сейчас с Михой, не стоит особо переживать, — тихо произнёс Андрей, нежно поглаживая пальцами прядки светлых волос. — Я бы нисколько не волновалась за Юлю, будь Миша нормальным парнем. — Да, может с виду Мишка полный раздолбай и тот ещё разрушительный панк… Но загляни чуть глубже всего этого: внутри Миха безнадёжный романтик, по-своему честный и справедливый. — Пока я этого что-то не очень заметила, — с нотками упрёка произнесла Алиса. Может Андрей и был прав в какой-то степени, но у неё имелось своё мнение о Мишке. — Просто ты очень мало общалась с ним, — говорил Андрей, как бы приближая девушку к общению с Мишей. Алиса лишь пожала плечами и вдруг укусила Андрея за шею, что тот аж вскрикнул. — Ай блять, больно же, Алиска, — потирал место укуса Князь и посмотрел на девушку с поднятой вверх бровью. — Ты такой смешной, когда вздёргиваешь свои брови, — рассмеялась Алиса и тут же была затянута в поцелуй, нежный и робкий. Пальцы откинули со лба девушки мешающиеся волосы и были положены на талию. Постепенно разгорающуюся страсть пришлось сдерживать силой, не забывая о том, что сейчас они в учебном заведении и мимо могут пройти преподаватели, поэтому ограничивались лишь поцелуем и мягкими касаниями пальцев кожи друг друга. — Князев, Фролова, это что ещё такое? — словно гром посреди ясного неба, раздался над их головами строгий и могучий голос преподавателя. Быстро расцепившись, ребята подняли головы и увидели нависшего над ними преподавателя по истории искусств, статного и широкоплечего мужчину в сером рабочем фартуке. Он грозно взирал свысока, метая из глаз молнии в сторону Андрея и Алиски, неосознанно съёжившихся под его взглядом. Громко сглотнув, Андрей произнёс почти шёпотом: — Здравствуйте, Сергей Аркадьевич. Алиса робко кивнула, нервно улыбаясь преподавателю. — Что вы здесь за похабщину развели? Ладно бы на улице где-нибудь, где никто не увидит вас, но в стенах учебного заведения… — сокрушительно покачал головой препод. — Простите, — только и смогла выдавить из себя Алиса, виновато опустив глаза вместе с Андреем. — Ладно молодёжь, прощаю на первый раз, — более мягким тоном произнёс препод, вспоминая себя в студенческие годы, и даже чуть улыбнулся. — Собственно говоря, я искал вас. В понедельник ведь у вас и младшей группы стоит экзамен по графике? Ребята одновременно кивнули. — Требуется заполнить зачётки на обе группы со всеми предметами. Нужны ответственные люди для этого дела. — Я знаю, кто может это сделать, — не раздумывая, сказала Алиска. — Попросите Юлию Фролову, она моя сестра и ответственный человек. Вдобавок у неё красивый почерк. — Напарник нужен, зачёток и предметов много. — И Михаила Горшенёва ещё возьмите, — добавил Князь и встретившись взглядом с девушкой, добавил: — Только их сейчас нет в училище, приболели немного. Но на экзамене точно будут. — Тогда передайте им, чтобы в понедельник пришли пораньше, часам к 8 утра. Помните, вы двое ручаетесь за них… — Полностью ручаемся, Сергей Аркадьевич. Они не подведут, — уверенно произнёс Андрей. — Хорошо, — и погрозив напоследок ребятам пальцем, препод направился к лестнице. — Вот сука, не нашли преподы другого времени проходить мимо, как сейчас, — проворчала сердито Алиска, на что Князев задорно рассмеялся. — Кстати, зачем ты Мишу приписал к работе? Думаешь, он будет счастлив от этого? — Пусть немного пополезничает наш Горшок, — улыбнулся Андрей и предложив девушке сходить до столовой, пока не закончилась большая перемена, поднялся со скамейки и забрал с собой рисунки и цветные карандаши.

***

— Юлька, давай уже отдохнём от этой рисовальщины, — в который раз нудил Мишка, отложив в сторону изрисованный холст и упав спиной на мягкий диван, раскинул в стороны руки. — У меня уже пальцы, блять, все чёрные от этого ебучего карандаша. — Миш, ну ты же сам хотел потренироваться в технике, — улыбнулась Юля и запрыгнув на раскладной диван, села рядом с Мишей. — Раньше хотел, да, а сейчас чё-то уже передумал, — размазывая по пальцам серый графит, отнекивался Горшок и устало потёр ладошками лицо, отчего на щеках остались следы карандаша. — Нахуй эту всю технику, нарисую на тройку и то заебись будет. — Ты как-то слишком быстро сдался для упрямого панка, — покачала головой Юля. — Я тебе так скажу, Юлька: панки сами по себе не всегда упрямы, иногда они пиздец какие ленивые, понимаешь, да? — Понимаю Миш, понимаю. А ещё я понимаю то, что панки могут сами на себе рисовать и им похуй, что скажут окружающие, — заметив серые следы на щеках Горшка, Юлька заулыбалась и склонившись над самым его носом, принялась стирать пальцами с щёк непоседы графитовые полосы. Поняв, что здесь бессильно обычное сухое протирание, Юля посмотрела на Мишку и нерешительно спросила: — Мишка, скажи: ты не очень брезгливый? Только честно. Горшок взглянул на девушку, удивившись такому странному вопросу и действительно задумался. «Бля, ну как это, брезгливый, не брезгливый… Смотря, чё Юлька имеет в виду, а так… Наверное, скорее нет, чем да». — Вопрос нихуёвый, конечно, но нет, я не брезгливый, — подложив одну руку под голову и вперив взгляд в тёмный потолок, ответил Миха. — А чё ты хочешь…? Не успел он договорить, как почувствовал на своих щеках что-то мокрое и твёрдое, вначале даже не поняв, что происходит. Смазав несколько раз по щекам серые дорожки графита своей мокрой ладошкой и убрав их остатки, Юля ещё раз внимательно осмотрела лицо Мишки со всех сторон. — Ну вот, теперь ты полностью чистый. — Ты меня как кошка вылизала сейчас, Юльк, — произнёс Миха, улыбаясь и потрогал пальцами почти сухие щёки. — Хотя я мог пойти умыться в ванной, но так, блять, даже прикольней. — Надеюсь, тебе не противны мои слюни? — Юлька вдруг застеснялась того, что сейчас на лице Горшка было полно её высыхающих слюней и слегка покраснела. — Не то, что не противны. Даже наоборот, очень приятны, ё моё, — довольно хохотнул Мишка и заметив некоторую заминку девушки, накрыл её руку своей ладошкой. — Юлька, ты чего засмущалась вдруг, а? Я ведь не кусаюсь, не нужно бояться. Иди лучше ко мне. Мягко притянув Юлю к себе, Миха нежно обнял её обеими руками, желая защитить от всех невзгод этого тёмного и опасного мира. Пристроившись поудобней на груди парня, Юля обвила его рукой в районе живота и посильней прижалась своей грудью и телом к Мишкиному боку, не желая тем самым вызывать у него какое-то половое влечение и возбуждение, а просто для того, чтобы чувствовать защиту. Размеренно дыша в каштановый затылок, Миха медленно перебирал спавшие в разные стороны длинные волосы, внутренним существом чувствуя то самое размеренное спокойствие, которого ему так не хватало. Время вокруг словно замерло, будто кто-то нажал на пульте кнопку «стоп», позволяя двум молодым людям вдоволь насладиться таким уютным единением. — Сегодня ещё Олесю нужно из больницы встречать… — проговорила шёпотом Юля, слушая размеренное сердцебиение в груди Мишки. — Во сколько? — Она говорила, что примерно часа в три. — Блять, вот сейчас совсем не хочется вставать и пиздовать куда-то… — недовольно пробурчал Миха, продолжая ласково трепать волосы Юли. «Не может что ли Олеся сама приехать домой?». Повернувшись лицом, Юлька умоляюще взглянула на Миху. — Я же рассказывала тебе историю Олеси. Нужно поддержать как-то её. Да и потом, я уже пообещала приехать. — И конечно же, мне нужно ехать с тобой в больницу, — заключил в итоге Миха, всё ещё с недовольством смотря в шоколадные красивые глаза девушки, в огромных количествах излучающие свет и лучистость. «И как она это делает? Достаточно, блять, просто посмотреть на меня и всё, я готов провалиться вместе с ней». — Я не заставляю, но была бы очень рада, если бы ты поехал вместе со мной, — безоружно улыбнулась Юля и нежно потёрлась кончиками носов, отчего Мишка снова протяжно и низко заурчал. — Уговорила ты меня, Юлька. А ещё поцелуйчик? — и потянулся к губам девушки, но та быстро поднялась с кровати. — После того, как встретим Олеську. — Ну блять, так вообще нечестно, — картинно расстроился Мишка и ушёл переодевать футболку на более-менее приличную тёмную рубашку. Отыскав маленькую расчёсочку, оказавшуюся на подоконнике за цветком, Мишка несколько раз провёл зубчиками по своим торчащим волосам. В итоге они чуть распушились и выглядели теперь вполне цивильно. Побрызгавшись немного духами Андрея и пройдя в прихожую, Миха засмотрелся на себя в зеркало. — Ты просто красавчик, Мишка, — улыбнулась Юля, залюбовавшаяся уже вполне себе взрослым молодым человеком, таким высоким и симпатичным. «Особенно в рубашке, сразу так преображается внешне. И не скажешь по нему, что он панк-рокер». Миха смущённо улыбнулся и подхватив с полочки ключи, ребята вышли из квартиры. Быстро доехав до больницы на удачно подъехавшем трамвае и перейдя дорогу на другую сторону, ребята направились к белому зданию больницы. Зайдя внутрь, Юля сразу же направилась к регистратуре и обратилась к дежурной медсестре: — Добрый день. Скажите, пожалуйста, а Олесю Демидову ещё не выписали? Медсестра подняла от компьютера взгляд на Юлию. — Какое отделение? — Травмпункт, растяжение руки и ушибы. Посмотрев по огромной базе пациентов в компьютере, женщина ответила: — Нет, доктор ещё готовит выписку. Подождите, пожалуйста, примерно через полчаса будет готова. — Хорошо, спасибо, — и отойдя от стойки, Миша потянул девушку к скамеечке, стоящей рядом с лестницей на верхние этажи. Смотря на быстро снующих по этажу врачей в белых халатах и людей, навещающих здесь своих родственников и друзей, Юля подумала о том, почему не видно родителей Олеси. Положив голову на плечо Мишки и смотря на большие белые часы, висевшие над стойкой регистрации, Юлька отсчитывала минуты, медленно и неспешно тянущиеся, словно прожёванная жвачка. Как только минутная чёрная стрелка показала ровно 3 часа дня, входная дверь громко бахнула и вошёл широкоплечий крепкий мужчина. Чёрные короткие волосы с небольшой проплешиной на затылке и бородка выдавали в нём человека средних лет, а ядовито-зелёного цвета глаза, казалось, источают невидимые капельки негатива. Он быстро прошёл к регистратуре и басовитым голосом спросил: — Здрасте. Демидову Олесю ещё не выписывали? Услышав знакомое имя, Юля посмотрела на мужчину. «Должно быть, это Олесин отец. Ну точно, как я сразу не узнала его?», — и тихонько шепнула на ухо Мишке, кивнув головой в сторону мужчины у стойки: «Вон тот мужик — отец Олеськи». Миха выслушал и удивлённо посмотрев на девушку, медленно перевёл взгляд на мужчину. — Ещё нет, но скоро должны. Она пока выписку получает у врача. Подождите на скамейке. Кивнув в благодарность медсестре, мужчина неспеша поплёлся к свободной скамейке прямо напротив ребят, сопровождаемый двумя презираемыми взглядами. Хотя Миха и не питал какой-то особой расположенности к Олесе как Юлия, ему всё же было жаль девушку, подвергшуюся тирании со стороны отца. В какой-то степени он даже понимал её и сочувствовал. Опустившись на скамейку, мужик медленно огляделся и заметил пару голов, повёрнутых прямо в его сторону. Нахмурив чёрные широкие брови, он разглядывал ребят и наконец вспомнил Юльку, которую видел, наверное, пару раз от силы. Наконец, с лестницы спустилась Олеся, до самых ушей улыбающаяся и радостная, что выписывается из больницы. Завидев подругу, Юля вскочила со скамейки и кинулась её обнимать. — Господи, Юлька, я так рада, что ты приехала, — вопила Олеська, крепко обнимаясь с подругой одной рукой, а второй неловко поддерживая сумку с вещами. — Я не могла не приехать, обещала ведь тебя встретить, — улыбнулась Юля и спохватилась. — Ой, тебе ж тяжело, наверное, больной рукой вещи таскать? Мишка, иди давай сюда, помоги с вещами. — Да ладно, мне не тяжело совсем, — отмахнулась Олеся и увидев идущего Мишку, улыбнулась ему. — Привет, Миш. — Привет, Олеська. Давай сюда вещи, помогу, — и несмотря на возражения Олеси, подхватил из её рук сумку. Ребята двинулись уже к выходу, как вдруг… — А с отцом своим не хочешь поздороваться? Олеся обернулась и медленно стерев с лица улыбку, в страхе замерла, увидев приближающегося к ним отца. — Ну здравствуй, дочь. Быстро как-то тебя выписали. Хотя признаю, подлечили довольно неплохо. Стушевавшись под тяжёлым напором чуть насмешливого и властного взгляда Олеся машинально отступила на шаг назад и наткнулась спиной на ребят. Встав позади Олеси, Миха с Юлей прямо и с некоторым вызовом смотрели на человека, избивавшего собственную дочь и нисколько не скрывающего это. Юля нащупала и крепко сжала руку подруги. — Меня бы вообще здесь не было, если бы не ты, — смелее ответила Олеся, почувствовав поддержку ребят. — Ты голос свой сильно не подавай, доченька, мала ещё, — насмешливо улыбнулся мужчина и сделал шаг к дочери. — Ну ладно, хватит этой дурацкой драмы. Поехали домой. — Никуда я с тобой не поеду, — яростно ответила Олеся, отшатнувшись от отца. — Пока я лежала здесь, я приняла решение съехать от вас. — Как интересно… И где же ты будешь жить, на что? — Жить она будет вместе с нами и мы, в отличие от вас, поможем Олесе, — выступила вперёд Юлька, твёрдо и без тени страха смотря на мужчину. — А вы типа друзьяшки Олеськины, да? — усмехнулся отец, сложив руки на груди и разглядывая молодых людей. — Ну что ж, неплохую ты себе компанию собрала, дочь: парень-неформал и подруга-проститутка. — Э, слыш, ты следи за языком своим, — выступил вперёд гневный Миха и закрыл своей спиной девушек. — А то что ты мне сделаешь, мальчик? Не забывайте, что я старше вас всех в два раза. — Зато нас больше, — бесстрашно ответила из-за спины Михи Юля. В это время Олеся стояла неподвижно, одновременно с ненавистью смотря на своего отца и благодарно отзываясь о ребятах, так яростно её защищающих. — Ладно Олеся, пусть будет по-твоему. Хочешь жить независимо — пожалуйста, все дорожки тебе открыты. Но не рассчитывай на нашу с матерью помощь. — У меня есть, кому помочь. Не волнуйся за меня, папа, — последнее слово было сказано с нажимом. Поглядев последний раз на девушек и Миху, готового в случае чего нападать, мужчина хмыкнул и всё так же неспеша вышел из здания больницы. Только когда он вышел, Олеся громко выдохнула и чуть пошатнулась от внутреннего напряжения. Вовремя подхватив девушку под локоть, Юля осторожно усадила её на скамейку и сама опустилась рядом. — Юлька, а ведь он правду сказал… Где я жить буду и на какие деньги? — Олеся подняла обеспокоенный взгляд на подругу, в уголках её глаз начинали собираться слёзы. Осторожно, но крепко обняв Олесю, Юля почти одними губами проговорила рядом стоящему обеспокоенному Горшку: — Иди покури пока. Миха всё понял и оставив девушек наедине, вышел на улицу и затянулся папиросой. Успокаивающе медленно гладя по спине Олесю, Юля лихорадочно думала, что им сейчас делать, как быть. А самое важное — что делать девушке. «Теперь её отец, по крайней мере, не будет поднимать на Олесю руку. В какой-то степени Олеська теперь свободная, вольная девочка. Но встаёт вопрос, где ей жить?», — размышляла девушка, с мыслями принимая на свою грудь поток солёных слёз подруги. Выплакавшись до последней капли, тем самым отпустив наружу все скопившиеся до этого эмоции, Олеся подняла заплаканное лицо и благодарно посмотрела на девушку. — Юлька… Блять, спасибо вам двоим, вот просто дохера огромное спасибо. Если бы не вы… — Ты чего, Олесь? — подбадривающе улыбнулась Юлия, положив руки на ещё дрожащие плечи подруги. — Теперь всё хорошо будет, они больше не смогут терроризировать тебя, да и ты станешь независимой и свободной девушкой. — Просто я… Мне сложно поверить… Что я дала, наконец, отпор. Без вашей помощи я бы не решилась, — слегка икая, проговорила Олеся. — И ты просто молодец, — Юля встала со скамейки и подхватив сумку с вещами, протянула руку подруге. — У меня есть один вариант насчёт того, где тебе жить первое время. — И где же? — спросила Олеся, хватаясь немного скользкими от слёз пальцами за ладонь подруги и поднимаясь со скамейки. — У моего очень хорошего друга, зовут Василий Шишкин. Олеся вдруг остановилась, со смесью испуга и непонимания посмотрев на подругу. — Я понимаю, Юлька, что ты хочешь мне помочь… Но разве он не будет против? Я не хочу никого стеснять. — Да всё нормально, он отличный парень, спокойный и очень добрый. Вы подружитесь, — улыбчиво говорила Юлька, снова подхватывая подругу за руку и выводя на залитую солнцем улицу. Увидев вышедших девушек, Миха докурил папиросу и бросив её в жестяную урну, отделился от бетонной стены. — Ну что, девчонки, куда направляемся? — спросил он и подхватив из рук Юлии сумку с вещами, обратился к Олесе. — Олесь, ты где жить-то думаешь, а? — Юлька предложила мне вариант со своим другом Васей, у него пока пожить. Горшок вдруг покосился на Юльку и медленно, с лёгкой тенью подозрения произнёс: — Ты мне не говорила, Юльк, что у тебя, блять, друг есть, оказывается. Молчала чё-то, как рыба. — А ты что, Мишка, уже и ревнуешь меня, да? — парировала Юля, мягко улыбнувшись в ответ на похмуревшее лицо парня и сдвинувшиеся в кучу брови. Подойдя к хмурному Горшку, девушка осторожно коснулась губами его щеки и глядя в глаза, источающие сейчас недовольство, взяла Миху за руку. — Абсолютно глупая затея, Мишк. Вася мой бывший одноклассник и не раз помогал мне и выручал. Для меня он не более, чем просто друг. — Я ж не сомневаюсь в тебе, Юлька, — несколько смягчился Миха под искрящимся взглядом девушки и ощущая кожей приятное прикосновение. — Просто не хочу делить тебя с кем-то ещё, понимаешь, да? — Пошли тогда с нами, заодно познакомишься с Васей и убедишься, что он хороший парень, — Юля повернулась к подруге, стоявшей чуть в стороне от них и смущённо рассматривающей носки своих синих кед. — Ну что, Олеська, идём знакомиться? — Пошли значит, что делать-то.