Преступный мир: отмщение и любовь

      Я держусь за рукоятку ножа, острый край направлен в сердце человека напротив. Я гляжу в, когда-то далёком прошлом, любимые глаза и вижу остатки давно забытой любви. Такой же, как и у меня сейчас. Раньше я мог бы с абсолютной уверенностью заявить, что готов отдать за него жизнь, если понадобится.       Но всё это в прошлом.       — Отныне ты для меня чужой, Вегас.       Он улыбается моим словам, и я лишь сильнее злюсь. Потому что я сейчас стою напротив него с ножом, направленным в его сердце, а он… улыбается?       Думает, что я не осмелюсь убить его?       Наивно полагает, что и в этот раз ему удастся ослепить мои глаза любовью?       Дурак.       — Убей меня, — Вегас делает шаг, давая лезвию скользнуть по его рубашке.       Что?       — Давай покончим с этими отношениями.       Давно пора.       — Прекрасно, что мы думаем одинаково, — говорю я и после издаю тихий смешок. — Вспомнилось мне, как ты пытался скрыть следы своей измены, не дав мне постирать свою одежду и отказавшись купаться вместе, как мы любили это делать.       Лицо Вегаса вытягивается.       — Боялся, что я увижу на твоём теле багровые следы, разрисованные всякими продажными шлюхами? — сквозь зубы шепчу, свободной рукой расстёгивая верхние пуговицы его рубашки, давая себе созерцать засосы на его теле.       Видимо, он и вправду думал, что я не был в курсе, с какими проститутками он спал в нашей, нет, в моей квартире, купленной лично на мои сбережения.       — Весело тебе, наверное, было спать с шлюхами в каждом углу моей квартиры? — я поднимаю взор и ищу ответ в глазах напротив.       Но не вижу ничего, кроме удивления.       — Удивлён? Думаешь, я был так глуп, что не замечал, что наши отношения изменились и ты стал другим? — я тыкаю ножом в открытую Вегаса шею и веду по кожу, оставляя неглубокий порез.       — Я не хотел… — выдавливает через боль, а я лишь смеюсь над ним.       — Ты явился в мою жизнь из ниоткуда и, затмив мой разум, втянул в эту дрянь, — вытаскиваю свободной рукой из кармана пачку наркотиков и кидаю ему в лицо. — Ты твердил, что если я стану наркоторговцем, смогу найти убийцу матери, которую кто-то накачал наркотой и изнасиловал, после бросив нагой на улице, словно ненужную вещь, — от воспоминаний, где я обнимаю безжизненное тело матери, сердце сжимается от боли.       — Прости, — шепчет Вегас, глядя мне в глаза.       — Я верил тебе, — я не прерываю зрительный контакт и надавливаю на нож всё сильнее.       Глаза наполняются слезами, но я продолжаю говорить дальше:       — И каково же было моё удивление, когда я узнал, что человеком, сотворившим такое ужасное преступление с моей матерью, оказался… ты. — Слёзы текут сильнее, они затуманивают взор.       — Признаю, это был я. Но посмотри, — Вегас счастливо улыбается той самой улыбкой, от которой я раньше был без ума, — всё это, — указывает на огромный сейф, полный денег, — мы получили благодаря тому, что ты стал наркоторговцем и присоединился к нашей игре, милый.       Я лишь усмехаюсь.       — Игра, значит, — кидаю нож, и он с грохотом падает на пол. Я отхожу от Вегаса на шаг. Слёзы всё ещё текут из глаз, но я не обращаю на это внимание, открываю сейф, вводя код. Те самые цифры — день нашего знакомства.       Глупо.       Открыв сейф и взяв оттуда пистолет, который я хранил долгие годы, планируя им отомстить убийце матери, поворачиваюсь к Вегасу. Он жадно пытается рассмотреть деньги в сейфе.       — Это было ошибкой. — Заряжаю пистолет.       — О чём ты? У нас достаточно денег, чтобы построить целую империю.       Он всё ещё смеётся, думая, что я мечтаю о том же, о чём и он, — о деньгах.       — Бабло — наше всё. Мы наконец-таки добились своей цели и разбогатели так, как не могли мечтать несколько лет назад, Порш, — я слышу своё имя из ненавистных уст, но пытаюсь сохранить самообладание.       — Запомни, Вегас, — направляю на него пистолет и вижу, как он заметно занервничал, только сейчас отводя взгляд от денег и приметив оружие в моих руках, — быть богатым — твоя мечта, а не моя, — не дав ему ничего не произнести, я нажимаю на курок.       Выстрел.       Проходит несколько секунд, и Вегас падает на пол весь в крови. Он морщится от боли в груди.       — Я узнал, что моя мать была в курсе твоих тёмных дел. Ты насильно дал ей наркотики, изнасиловал, выбросил нагой на улицу, ты её... убил, — оказавшись перед сейфом, я беру оттуда все деньги и шагаю в сторону Вегаса, кидая их в него.       — Ты хотел деньги. Ты получишь их. Будь добр, подавись ими.       — Сука, — бросает он, прожигая меня ненавистным взглядом, держась за рану, — точно такая же, как мать.       — «Точно такая же, как мать»?! — повторяю за ним, сжимая кулаки.       — Господин, нам приступить к вашему поручению? — в комнату входит Кинн. Он исполняет мои приказы с тех пор, как я стал наркоторговцем и занял почётное место в этой дрянной сфере.       — Изнасилуйте его, как последнюю суку, и бросьте голым на людную улицу.       — Что? — Вегас не верит своим ушам. — Нет-нет, — внушительно шепчет себе под нос и, подняв на меня взгляд, кое-как встаёт, но падает перед моими ногами.       Мои люди спешат убрать его подальше, насторожившись, но я их останавливаю жестом. Знаю ведь, чего сейчас стоит от Вегаса ожидать. Он молебно произносит:       — Прошу, Порш, милый... Не надо… Молю тебя, — я смотрю на его лицо, фальшивые слёзы, он пытается разбудить во мне жалость. Я лишь усмехаюсь его жалким попыткам сохранить себе жизнь.       — Моя мать, — сажусь на одно колено, смотря в его глаза с полным безразличием, — тоже просила не трогать её… Она просила, буквально умоляла тебя сохранить ей жизнь, давала обещание молчать о твоих делишках, но… что ты сделал?       Слабая надежда в глазах Вегаса испаряется. Видимо только сейчас он до него доходит, с кем связался и кого втянул в игру.       — Не думаешь же ты, что я пожалею тебя?       — Блять! — огрызается и тут же делает попытку встать и ударить меня ножом, который я недавно бросила на пол. Но мои люди вовремя обезоруживают его.       — Этой игре пришёл конец, Вегас, — говорю я, смотря на его беспомощное состояние.       — Вы в порядке, господин? — спрашивает Кинн с искренним беспокойством в глазах, повалив Вегаса на пол. В ответ я лишь киваю, зная, что мы оба понимаем друг друга без каких-либо слов.       — Кинн, я поручаю его тебе. Сделай вместе со своими людьми то же, что он сделал с моей матерью. — Тот смиренно кивает и выдаёт:       — Как прикажете, господин. — Он приказывает другим приняться за наказание Вегаса, который всё ещё сопротивляется, матерится, и за это ему прилетает пощёчина от людей Кинна.

***

      — Ваш приказ исполнен, — раздаётся голос Кинна. Его хозяин входит за мной на балкон, где я слушал, как Вегаса насилуют до самой смерти.       — Хорошая работа, — повернувшись к Кинну, я замечаю царапину на его лице. Когда он подходит ближе, оказывается, что это следы ногтей.       Вегас постарался.       — Сука. Даже перед своей смертью успел навредить тебе, — шепчу сквозь зубы, разглядывая рану, держа лицо Кинна в руках.       — С ним покончено. Месть удалась. Вы постарались, — говорит он, а я беру аптечку из ближайшего шкафчика и, найдя нужные средства, возвращаюсь к Кинну и принимаюсь обрабатывать рану. — Это небольшая царапина, не стоящая вашего внимания. Не волнуйтесь и отдохните. Вы много думали о мести и волнении перед её осуществлением и потому не спали несколько дней.       — Молчи, — не отрываясь, я продолжаю своё дело. — С этого дня ты больше не будешь служить мне, Кинн, — закрываю аптечку и ставлю её на полку шкафчика.       — Что? — Он изумлён. — Нет, я не могу не служить вам. Вы оплатили лечение моего больного брата, и благодаря вам он выжил. Я в долгу перед вами, — говорит Кинн, а я, не выдержав, смеюсь. Он непонимающе смотрит на меня.       — Я имел в виду, что отныне ты будешь моим парнем.       — Парнем…?       — Если ты, конечно же, не против и…       Не дав договорить, Кинн быстро подходит ко мне и увлекает в нежный поцелуй.       — Не против, — отвечает, отстранившись от моих губ на какую-то секунду.       — Замечательно, — говорю я и уже сам увлекаю нас обоих в поцелуй. В глубине души я понимаю, что теперь моя жизнь разделится на до и после. Ведь Кинн — из тех парней, кто просто хорош.       Он тот, кто поможет мне забыть прошлое, при этом излечит мою израненную душу.       И тот, кто будет любить меня.       И я его буду также любить в этом преступном мире.