Burnout

— Учиха Итачи. Надеюсь на плодотворное сотрудничество, — мужчина протянул руку. Рей сначала непонимающе уставилась на него, затем на его ладонь. В животе снова затянулся узел. Она неуверенно пожала руку, ощущая обжигающее тепло, и только сейчас поняла, насколько замёрзла на улице. — Что ж, — попыталась обратить на себя внимание Ино. — Рейко-сан введёт Вас в курс всех дел и передаст документы. По всем остальным вопросам можете обращаться ко мне, — чуть прикрыв глаза, она коротко поклонилась. — Желаю хорошего дня, Итачи-сан, Рейко-сан. Ино вышла из кабинета, активно двигая бёдрами. Томори едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Яманака будет первой конкуренткой, если Рей решится на завоевание внимания нового начальника. — Забавно получается, — начал Итачи и отошёл обратно к столу, принимая прежнее положение. — Теперь у тебя нет шансов, чтобы спрятаться или сбежать, Рейко-сан. Формальное обращение остро резало слух. Томори казалось, что произнесённая фраза слишком двусмысленная, чтобы воспринимать её просто как насмешку. И она не понимала, что он имел в виду. У неё нет шансов избежать оплаты за ущерб? У неё нет шансов избежать наказания за свой основной вид деятельности и за то, что она сливает корпоративную информацию? У неё нет шансов избежать его внимания? — Рей, — поправила его Томори. — Прошу обращаться ко мне так, Итачи-сан. — Тебе не нравится собственное имя? — Итачи в лёгком недоумении изогнул бровь. Он даже не старался выдерживать формальное уважение и вёл себя точно так же, как в последнюю встречу возле отеля. Рей уже понимала, что её план создать «первое» положительное впечатление провалился. — Режет слух, — коротко ответила Рей. Учиха медленно кивнул, не сводя с неё внимательного взгляда. Затем, повернувшись боком к столу, он поднял верхнюю папку с одной из многочисленных стопок и махнул ею. — Я уже изучил последние отчёты, которые мне были предоставлены. Но тут не хватает несколько… десятков документов за последний квартал. — Так и есть, Итачи-сан. Ваш предшественник, Какузу-сан, не успел закончить подписание всех документов. Часть из них я смогла отработать, пользуясь печатью временно испол… — Просто принеси их мне, — перебил Учиха, продолжая прожигать её пристальным взглядом. Рей на несколько мгновений опешила от такого резкого тона. Растерянно отведя взгляд, она медленно кивнула и пробормотала: — Да, конечно. Выйдя из ступора, Рей покинула кабинет. Казалось, что за дверью было больше воздуха. Она схватила половину из той огромной кучи документов — ровно столько, сколько смогла бы донести до стола Учихи. Вернулась в кабинет, ровной походкой прошла к руководителю, положила документы и развернулась обратно. Через несколько секунд снова зашла в кабинет с новой стопкой бумаг, но не успела дойти и до середины помещения, как Итачи жестом руки остановил её. — Ты их все проверила? — уточнил он, просматривая новые документы. — Здесь не во всех есть твоя подпись, — Итачи вернул взгляд на заместителя, в подтверждение взмахнув листом бумаги. — Я ведь сказала, что отработала часть из них, — нахмурилась Рей. — Мне нужны только проверенные и подписанные. — А остальные? — ещё сильнее нахмурившись, спросила она. — Проверь и подпиши, — произнёс Учиха так, будто говорил до смешного очевидную вещь. — Но у меня больше нет возможности быть временно исполняющей… — Ты заместитель, значит, имеешь право ставить свою подпись, — от тона руководителя у Томори задёргался глаз, её начинала бесить его привычка перебивать. — Учитывая, что это прошлый квартал, ты лучше знаешь, что происходило в компании. Я не могу нести за это ответственность. Жду оставшиеся документы к концу рабочего дня у себя на столе. От понимания ближайших перспектив Рей побледнела на полтона, а затем покраснела от злости. Она хотела бы с ним начать спорить, что невозможно отработать такое количество документов даже за целые сутки. Но Томори не станет давать ещё одну причину для унижений. Развернувшись, Рей молча покинула кабинет начальника, подошла к своему столу и с громким хлопком кинула документы, которые держала в руках. Затем снова отправилась в уже ненавистный кабинет. Учиха успел отсортировать оставшиеся бумаги и вручил Томори ту часть, которой ей предстоит заняться в ближайшие часы. Она резким движением выхватила у него из рук стопку документов и пошла к себе, ногой закрыв за собой дверь, так и не проронив и слова. За предыдущие две недели Рей смогла проверить и подписать только сорок процентов всех документов. Нельзя сказать, что она до этого момента работала в спешке, однако даже ускорившись, оставшуюся часть невозможно отработать до конца рабочего дня. Конечно же, Учиха ей мстил. За аварию или за хамское поведение — неважно, предвзятое отношение к ней гарантировано. Рей с особым остервенением изучала отчёты, периодически громко клацая штампом. Но не успела она и пяти документов подписать, как раздался звонок по внутреннему рабочему телефону. Кабинет определился как главы её департамента. — Да что тебе ещё нужно… — рука Томори потянулась к трубке. — Да, Итачи-сан? — Принеси, пожалуйста, американо, — послышался ровный голос Учихи. Рей на несколько секунд потеряла дар речи от такой нетактичности. — Я заместитель, а не секретарша, — вышло грубее, чем она хотела. — Тогда два американо, — было слышно, как Итачи усмехнулся. — Я повторюсь, что носить Вам кофе не входит в мои обязанности, — её бесило даже то, каким тоном он говорит. — Это обычная просьба, Рей. Я… — она не стала дослушивать и бросила трубку. Скорее всего он видел, что кофемашина на этаже сломана, и подразумевал, чтобы она спустилась на первый этаж в кафетерий. Даже не стараясь взвесить все за и против, Томори решила ему уступить. Всё же отношения нужно как-то наладить, а спуститься за кофе не сложно. Но только один раз. С мыслью о том, что он однозначно превратит её работу в ад, Рей отправилась к лифту, снова вихрем пролетев основной кабинет, где сидели все финансисты. — Что это с ней сегодня? — пробормотал полноватый розовощёкий парень, уставившись на закрытую дверь, за которой скрылась Томори. — Видать, проблемы с новым начальством, — без особого интереса протянул сидящий напротив Шикамару и потянулся как от долгого сна, задевая высоким растрёпанным хвостом свою выпрямленную руку. — Не бери в голову, Чоджи, им просто нужно время. Рей никогда не отправляла младших по статусу коллег за кофе или за чем-либо ещё, если они сами не предлагали. У неё нет секретарей, зато есть руки и ноги. И раненое чувство собственного достоинства, на которое нацелился Учиха. Надо бы успокоиться и держать себя в руках, во избежание пролитого кофе на его белую рубашку, думала Рей, поднимаясь в кабинет с двумя американо на подстаканнике. Открыла дверь, молча прошла мимо коллег, вызывая у последних откровенный шок. — Шикамару, ты это видел? Она ему чё, кофе носит? — не веря своим глазам, прошептал Чоджи. — Я же говорил, им просто нужно время, — довольно хмыкнул Шикамару. Закрыв за собой дверь собственного кабинета, Рей чуть не наткнулась на Итачи, вертящего в руках фоторамку со снимком её семьи, а точнее того, что от неё осталось. Она одарила руководителя ледяным взглядом и протянула подстаканник с кофе. — Ваш американо, Итачи-сан, — сквозь зубы произнесла Рей. — Спасибо, — он благодарно кивнул, вернул фоторамку на прежнее место и забрал оба стакана с кофе. — Это твои мама и брат? — Тётя и брат, — поправила его Рей, кинув картонный подстаканник в урну. — Итачи-сан, я не люблю, когда роются в моих вещах. — И ходить за кофе, — добавил он, слегка улыбнувшись. — Вы что-то ещё хотели? — Томори обошла стол и плюхнулась в кресло. — Курить. На территории офиса есть оборудованные места, кроме центрального входа? — Да, на нашем этаже, — уткнувшись в новый отчёт для подписания, ответила Рей. — Выходите из кабинета, далее налево по коридору в конец, затем направо. Увидите две ступеньки вниз, и слева будут большие стеклянные двери, ведущие на террасу. Итачи ничего не ответил и никуда не ушёл. Рей только подняла голову, чтобы съязвить в его надменное лицо, как взглядом наткнулась на протянутую к ней руку с одним американо. Она не понимала, как это расценивать. Зачем ему понадобилась её компания на террасе? — Если я буду выходить с Вами на каждый перекур, то не успею отдать всё отчёты к концу рабочего дня, — она приняла кофе, поставила рядом с фоторамкой и вернула взгляд на документ. Конечно, Рей умолчала, что в любом случае не успеет подписать все отчёты. Но ей уж очень хотелось ударить по этой вытянутой руке, даже если Итачи просто предлагал приятельскую беседу. — Такое рвение к работе достойно похвалы, — хмыкнул он, спрятав свободную руку в карман брюк. — Тогда я не сомневаюсь, что ты справишься. А работы ведь и вправду не мало. Услышав тихий хлопок закрывающейся двери, Рей с облегчением выдохнула. Затем потянулась к кофе и отпила. Он оказался неожиданно горячим, из-за чего Томори поперхнулась, разлив на себя и документ больше половины содержимого стакана. — Да чтоб тебя! — уже не сдержалась Рей, подорвавшись с кресла. Схватила документ, с которого стекали капли кофе. Руку и декольте сильно обожгло, майка насквозь промокла. Томори быстрым шагом направилась в уборную. В коридоре она заметила спину удаляющегося начальника и неосознанно замедлила шаг, чтобы они не пересеклись, однако Итачи, услышав знакомый цокот каблуков, остановился и развернулся. Рей тихо чертыхнулась. — Что-то случилось? — спросил он, наблюдая за приближающейся Рей. Женские уборные находились почти напротив выхода на террасу. Видимо, он ошибочно предположил, что Томори передумала и направилась вслед за ним. — Не стоит беспокоиться, Итачи-сан, — Рей попыталась натянуть улыбку, но в итоге вышла гримаса, выражающая скорее пренебрежение. Она обошла его и, не останавливаясь, прошла дальше. Итачи в два шага её догнал, пристально осматривая. — Кажется, ты обожглась. Тебе нужен лёд, — он резко развернулся и направился в противоположную сторону. Рей на секунду недоумённо посмотрела ему вслед, затем скрылась за дверью свободной уборной. Благо, что в офисе можно было уединиться, ведь каждая уборная представляла собой отдельное просторное помещение, оснащённое всем необходимым для женской половины коллектива, вплоть до личных средств гигиены и фена. Не было этих страшных кабинок, где ты слышал всевозможные звуки, доносящиеся от соседних перегородок. Не было возможности пересечься с коллегой за мытьём рук или неловким наведением марафета перед зеркалом. Включив кран, Томори подставила обожжённую руку под струю ледяной воды, второй стала опрыскивать своё многострадальное декольте. Это не сильно помогало избавиться от жжения, поэтому она начала черпать ладонями воду и лить на себя. На дорогущей майке, хоть и чёрной, рисковало образоваться пятно от кофе. Рей проверила работу фена, чтобы можно было высушить одежду. Здоровой рукой она почувствовала горячий воздух и выключила фен. Сняв пиджак, Томори кинула его на столешницу рядом с раковиной. Стянуть с себя майку было сложнее — она прилипала к коже, к лицу, к волосам. Рей ещё раз облила ярко покрасневшую грудь и окунула майку в ледяную воду. Производитель так и писал на этикетке, что разрешена только ручная стирка. Рей нервно хихикнула. В следующий момент, когда дверь в уборную открылась, на лице Томори отобразился откровенный ужас. — Итачи-сан, ради всего святого! — воскликнула Томори, пока Итачи закрывал за собой двери, без стеснения рассматривая заместителя. Мокрыми руками Рей в спешке натянула пиджак на голые плечи, благодаря богов, что она не додумалась ещё и бюстгальтер заодно простирнуть. — Вас же могут здесь увидеть, не говоря уже об элементарных правилах приличия, — бормотала она, продолжая бороться с кофе на майке. — Мне кажется, ты не образец для подражания в отношении правил приличий, — повернув дверной замок, Учиха медленно повернулся к Рей. Щелчок замка эхом раздался в голове Томори. Она замерла, пытаясь успокоить дыхание и колотившееся сердце. Ей привиделось, что он подходит к ней, будто хищник к жертве, уверенный, что она уже загнана в угол. Твёрдая поступь только казалась расслабленной, чтобы в определённый момент на неё напасть. Когда он подошёл ближе, знакомый аромат смол и специй окутал Рей, вызывая в ней настоящую тревогу. — Что? Ты ведь сама сказала, что меня здесь могут увидеть, — оправдывая закрытую на замок дверь, Итачи поставил небольшое ведро со льдом рядом с раковиной. — Мне подсказали, что можно взять лёд в баре на двадцать третьем этаже. Это быстрее, чем спускаться в травмпункт за хладагентом. Томори только сейчас обратила внимание на то, что он пришёл не с пустыми руками. Она очнулась от наваждения, когда к горячей коже на груди коснулся кубик льда. До этого момента Рей заворожённо наблюдала за действиями руководителя. Осознание, что они стоят слишком близко друг к другу, пришло запоздало, но её оцепеневшее тело не могло сделать даже шаг назад. Или попросту не хотело. — Красивая цепочка, — тихо прокомментировал Учиха, выкинув частично растопленную льдинку в раковину к майке. Итачи взял следующий кубик льда и, едва касаясь пальцами, прислонил к покрасневшей коже декольте заместителя. Он в основном наблюдал за реакцией Рей, периодически смотря на обожжённую кожу и на то, как стекают капли из-под льдинки по рвано вздымающейся груди, теряются в бюстгальтере, а некоторые спускаются по плоскому животу и прячутся за поясом брюк. Рей сглотнула, в горле совсем пересохло. Она старалась вернуть себе самообладание, но получалось откровенно плохо. — Вы… — Томори ещё раз сглотнула и попыталась придать голосу уверенности. — Вы всегда делаете то, что вздумается? — До того момента, пока это позволяется, — усмехнулся Итачи. Его ухмылка, тёмный взгляд и такая опасная близость вызывали дикий жар внизу живота Рей. Колени против воли затряслись. Она напрягла практически все мышцы, которые могла ощутить, только чтобы Учиха не увидел этот тремор. — Сейчас я не вижу, чтобы ты была против. — Это просто… шок, — Томори всё еще было трудно выговаривать полные предложения и при этом ровно дышать. Она боялась к нему прикасаться и останавливать, опасаясь неверно понятого жеста. Но ей было необходимо остановить это случайное безумие. — Итачи-сан, прошу, уйдите. Спустя мгновение Учиха замер и ещё через несколько секунд отстранился на шаг. Во взгляде будто что-то погасло, а после разгорелось с новой силой. Рей не понимала, было ли это желание, осознание или… стыд. Прикрыв глаза, Итачи взял с ведра несколько кубиков и приложил ладонь со льдом к себе за шиворот. Белая рубашка моментально намокла от растаявшего льда. Рей снова перехватило дыхание. — Здесь слишком жарко, — выдохнул Учиха и выкинул в раковину льдинки, что были в его ладони. — Если что-то потребуется, я буду у себя в кабинете, — щёлкнув замком, он открыл двери и покинул уборную. Оставшись одна, Томори смогла задышать полной грудью. Подбежала к двери, закрыла замок и опёрлась руками о столешницу. Кран всё ещё включён, майка лежала в раковине, а Рей пыталась прийти в себя. Подняла глаза к отражению. Красные щёки, стрелка на правом глазу размазалась, волосы растрёпаны, мокрая грудь, бюстгальтер можно выжимать от воды. Томори сейчас выглядела точно как эскортница после ночной смены, а таких ей приходилось встречать в своей жизни. И ведь ничего катастрофического не произошло, Итачи практически её не касался. По телу пробежала волна мурашек, внизу живота затянуло. Рей рефлекторно сжала бёдра, пугаясь своей реакции. — У меня просто давно мужика не было… — она пыталась придать всему происходящему объяснение. — Какое же позорище… Потратив ещё полчаса на сушку вещей и приведение себя в приличный вид, Томори вернулась к работе. Максимально избегая общения с Учихой, она старалась не выходить на перекуры, пока он отсутствовал на рабочем месте. И как только тот закрывался у себя в кабинете, она пулей вылетала на террасу. Итачи так же не искал общения с ней, только периодически кидал короткие взгляды. Конечно же, к концу рабочего дня она не смогла предоставить все документы, которые он просил ещё утром, но он и словом не обмолвился на этот счёт. Рей расценила это как то, что и сам понимает, что в уборной перегнул палку со своей «помощью». Ей стоит подумать над тем, как выстраивать с Учихой рабочие отношения и держать свои личные границы нетронутыми.