Обнажая забытые шрамы

— Девушка, вам помочь постучать? — пронеслось над ее ухом. Женя испуганно вздрогнула и, тихо вздохнув, повернулась к обладателю голоса. — Здравствуйте… — несмело произнесла она. — Кажется, виделись, — ядовито хмыкнув, он вошёл в кабинет. — Я… Я бы хотела извиниться за тот инцидент, который произошел на улице. Понимаете… — Хм, а ещё полчаса назад вы были куда смелее, — его губы скривились в насмешливой ухмылке. Не услышав от нее ответа, он продолжил. — Впрочем, не суть. Лучше объясните, зачем вы пришли. — Дело в том, что вчера я отправляла вам свое резюме на вакансию фотографа. И… Ну, я бы хотела узнать, подхожу ли я вам или нет. — Как много лишних слов. Я все ещё не могу понять, что сподвигло вас прийти сюда. — Но… Резюме… — Ах, это… Так что же, неужели вы не знаете, что перед тем, как начать собеседование непосредственно с директором, начальник отдела кадров лично отбирает и обзванивает кандидатов. Так что если вам до сих пор не позвонили, то у меня для вас плохие новости, — он презрительно посмотрел на нее и ухмыльнулся. — Подождите, но… Ворвавшаяся в кабинет миловидная женщина не позволила ей договорить. — Простите, ради бога, Роман Дмитрич, тут, в общем, несколько кандидаток на должность фотографа. Посмотрите, пожалуйста. — Хорошо, давайте их сюда, — строго ответил он. — Кажется, вот и резюме подоспело, — уверенно произнесла Женя, заметив недовольство на лице мужчины. — Как всегда вовремя, — он поднял на неё глаза. — Так как вас зовут? — Жданова Евгения Андреевна. — Прости, что? — он посмотрел на нее огромными от удивления глазами. — Жданова Евгения Андреевна, — уверенно отчеканила она. Где-то минуту он находился в замешательстве и неком шоке. В голове стучал один единственный вопрос: «Как?» — Что-то не так? — переспросила девушка, заметив состояние мужчины. — Все в порядке. Однако, ты нам не подходишь, — его манера говорить с явной издёвкой пропала тут же, стоило ему услышать эту чёртову фамилию. — Что? Но почему? — негодующе воскликнула Евгения. — По данным фотографиям я не могу сказать, что ты профессионал достойный уровня нашей студии. — Но вы ведь даже не посмотрели на них! — Все, что нужно, я там увидел. Ну хорошо, если тебе так будет понятнее — мы тебе перезвоним! — Я вас услышала, господин Малиновский. До свидания, — холодным тоном отчеканила девушка и вышла из его кабинета. Нахлынувшая волна обиды неизвестно на кого заглушила все остальные эмоции. Она готова была расплакаться прямо там, на полу этой чёртовой студии, но крепко сжав кулаки, она все же смогла выйти из его кабинета. «Черта с два я буду здесь плакать!» — с ненавистью подумала она.

***

Стоило девушке зайти в квартиру, она устало облокотилась на мягкую обивку входной двери. Лишь одна мысль о том, что ей отказали в «RDM—PHOTO» заставила крепко зажмурить веки. Ещё буквально секунда и из глаз непременно пойдут слезы, она это чувствовала, и как неприятный ком подступает к горлу, она чувствовала тоже. — Женечка, милая, все в порядке? — где-то сбоку послышался приятный голос мамы. «Черт…» — мысленно огрызнулась она, и натянув привычно милую улыбку, повернулась к матери. — Да, мам, все просто прекрасно, — проговорила она, надеясь, что ее голос не дрогнул. — Так тебя всё-таки взяли в эту студию? — Катя ей улыбнулась. — Нет, там не получилось… — девушка опустила взгляд, чувствуя, как в глазах появились слезы. — Ну тише, дочка… Тише, тише, ты просто перенервничала, все будет хорошо… — женщина ласково обняла дочь и принялась успокаивать, поглаживая ту по спине. — Мам, ты не понимаешь! Я ведь больше фотик в руки не возьму… А как? У меня постоянно перед глазами эта студия, этот их начальник чертов… — Милая, да плюнь ты на них! Да мы тебе найдем ещё лучше студию! — Нет, мам, не найдете… Студия «RDM—PHOTO» — лучшая в Москве! — Все равно не стоит так из-за этого переживать. Ну ты чего, милая моя? Все будет хорошо, вот увидишь! — мама аккуратно вытерла слезы с ее щеки и улыбнулась. — Мам, только папе ничего не говори… Ну, ты же его знаешь… — Ох, милая, натворила ты, конечно, делов, но ничего, я что-нибудь придумаю. Уж я то знаю, как твоего отца усмирить, — она заговорщически подмигнула дочке. — Спасибо, — одними лишь губами прошептала Женя. Когда она вошла в свою комнату, сразу же рухнула на кровать. Сил, чтобы переодеться, пойти на кухню перекусить или принять душ совершенно не было. Все они ушли на то, чтобы не упасть в грязь лицом перед этим «мерзким, противным, самодовольным придурком!» — по крайней мере, так думала Женя. Стоило на секунду прикрыть глаза, как усталость липкой паутиной завлекла ее в приятную темноту. А проснулась она спустя несколько часов, что странно, ведь по ее ощущениям, ей казалось, что она спала не больше пятнадцати минут. Усевшись на край кровати, она пыталась понять, который сейчас час. Умыв лицо руками и глубоко вздохнув, она встала и посмотрела на часы, что висели на стене. «18:40, интересно, папа уже пришел?» — пролетело в ее голове, когда она вышла из комнаты в гостиную. — Доброе утро… — неуверенно произнесла девушка, заметив отца. — Я бы сказал, добрый вечер, — оторвавшись от газеты, он строгим взглядом осмотрел ее с ног до головы. — Ничего не хочешь мне объяснить? Евгения плюхнулась в мягкое кресло, обшитое бархатной тканью. — А что ты хочешь от меня услышать, пап? — тяжело вздохнув, она отвела взгляд. — Например, где ты была все это время? Тебе не кажется странным, что все утро ты где-то пропадала, и только сейчас встала с постели? — Да что ты такое несёшь?! — обиженно воскликнула Евгения, нахмурив брови. — Я просто была в фотостудии, больше ничего! — в порыве эмоций выкрикнула она. — Я очень рад хоть раз услышать от тебя правду, — строго отчеканил Жданов. Тяжело дыша, девушка сверлила отца пристальным взглядом. Она не слышала ничего вокруг: ни тиканья часов, ни шума машины, которая заезжала во двор дома, ничего кроме биения своего сердца. И лишь мелодия звонка, которая с каждой секундой звучала все надоедливее, смогла отрезвить Женю. — Алло… — несмело ответила Евгения.