Обнажая забытые шрамы

— Ну что, как там дела с Юнусовым? — удобно устроившись в кресле, Роман поднял взгляд на своего заместителя. — Все нормально, Роман Дмитрич, он готов подписать контракт, правда... — Что? — строго процедил мужчина. — Денис Дмитриевич требует, чтобы мы взяли к себе одного фотографа. — Хм, все как всегда, — Роман улыбнулся уголком рта. — Хорошо, достань ему этого фотографа. В конце концов, ради этого денежного мешка стоит потерпеть. — Дело в том, что пока мы были на выставке юных талантов в «Меркурии», ему приглянулась одна работа, ну и в общем-то он просит найти ту девчонку, автора этой работы… — Артем как всегда смущался под пристальным взглядом начальника. — Он просит найти того фотографа, о котором вы мне говорили, Жданову. — Это и не обсуждается, — он отошёл к окну и устремил свой взгляд на блуждающих по улице людей. — Я против, так ему и передай. — Но, Роман Дмитрич, этот контракт очень важен для нас. Вы же сами знаете, что мы не можем от него отказаться. В конце концов, это ведь просто девчонка! — Ты прав, это просто девчонка… — задумчиво произнес он и нахмурил брови. — Пожалуйста, Роман Дмитрич, подумайте насчёт этого. Спустя несколько минут молчания Малиновский серьезно ответил: — Ладно, скажи Марине, чтобы позвонила Ждановой. — Хорошо, Роман Дмитрич, — сдержанно кивнув, Артем вышел из кабинета.

***

День Жени не задался с самого утра — папа как всегда был чем-то недоволен. И хоть он как обычно был строг с дочерью и не проронил ни слова, кроме скупого «доброе утро», его недружелюбный настрой заметил бы даже слепой. Однако, несмотря на то, что такое начало дня, мягко говоря, не радовало девушку, Евгения решительно шла по коридору университета, гордо расправив плечи. Наушники и любимый плейлист как обычно спасали девушку от дурных мыслей. Философия, иностранный язык и международное право — обычный день студента юридического факультета. Нудный голос Антона Алексеевича, их преподавателя, уже начинал раздражать Женю. Отбросив ручку в сторону, она облокотилась на спинку стула и лениво осмотрелась. «Господи, неужели им действительно интересна вся эта фигня?» — заметив, что одногруппники усердно конспектируют преподавателя, она усмехнулась. К ее сожалению, видимо, усмешка оказалась слишком громкой. — Жданова! — строго гаркнул Антон Алексеевич. — Смешно тебе? Ничего, сейчас я быстро отцу твоему наберу, да расскажу, чем ты тут занимаешься! — Вам чё денег мало платят? — крикнула Женя в ответ. — Что? — покраснев от возмущения, мужчина снял очки и бросил их на стол. — Да ничего! Звоните кому хотите, я все равно уже ухожу, — взяв сумку с вещами, она, ловко перебирая ногами, вышла из помещения Оказавшись в коридоре, в котором по сравнению с аудиторией было свежо, она отошла к окну и, услышав мелодию звонка, вновь достала телефон. — Здравствуйте, Евгения, вас беспокоит секретарь господина Малиновского. Дело в том, что Роман Дмитрич пересмотрел ваше резюме и согласился взять вас на должность фотографа. — Как приятно, — с неким сарказмом произнесла Женя. — Он ждёт вас завтра к 9 утра. — Спасибо, конечно, но я не приду. Можете так ему и передать. — Евгения, вы, наверное, что-то не так поняли… — Всего хорошего, — Жданова быстро положила трубку, не дав секретарше закончить мысль. Улыбнувшись, она уставилась в окно, где была открыта форточка. На улице приятно пахло свежестью, а солнечные лучи озаряли лицо девушки, заставляя ту щуриться. Евгения на автомате потянулась к пачке сигарет, однако инстинкт самосохранения заставил ее выйти из университета и убежать подальше. Как только она оказалась в каком-то богом забытом дворе незнакомой ей многоэтажки, она подожгла сигарету и сделала затяжку. Выдохнув дым, она почувствовала, как вместе с приятной теплотой в лёгких, появлялось ощущение, что все существующие проблемы не такие уж и страшные. Всё как будто бы уходило на второй план и вместе с дымом растворялось в воздухе. И лишь одному богу известно, что могло бы сейчас произойти, если бы на ее телефон не пришло новое сообщение от незнакомца: «Чего ты добиваешься?»