Проект «Все реки текут» или поворот русел в Вутае

Из дневника Сефирота. Н-ный день. Пришел папаша Ходжо. Чего-то там хотел от меня. Как он меня раздражает! Мало того, что алименты маме до сих пор не платит (причем, обоим!!!), да и меня за подопытного кролика держит - ему, видите ли, добровольцев найти сложно. Платить надо больше - тогда и добровольцы найдутся!... Так теперь этот сухарь чего-то там учудил. Какую-то экологическую акцию. Грант у Президента выбил. Хочет реки вспять поворачивать! (плагиат чистой воды! Вот, в Сибири, например, тоже пытались когда-то). Говорит, что тогда все будет расти и цвести! А заодно у соседей, в Вутае, наступит долгожданный парниковый эффект, затем засуха и опустынивание, и они сами нам с потрохами сдадутся. Без войны. Это скучно. И непрактично. И неэкономично. Не убедил его. Пойду, послушаю, чего там еще ему лично от меня надо… Вечер того же дня. Послал в Нибельхейм. За химреактивами. В реактор. Говорит, иначе их монстры пожрут и проект пойдет к Дарк Нейшн под хвост. Хочет, чтобы я их забрал. Заодно привез секретные дневники, которые Турки сперли у какого-то русского атомщика. Будет при помощи реактивов и дневников делать бомбу. Еще велел навестить какого-то Винсента в подвале. Зачем - не сказал. Заодно навещу маму. Которая Дженова… Уже по своей инициативе. Нибельхейм. Нашел дневники, читал… Белиберда и утопия полная. Ничего там интересного нет, кроме схемы самогонного аппарата. Днем раньше ходил в реактор, за реактивами… Вместо них нашел тонну сахара и дрожжи… Меня терзают смутные сомнения. Пойду, проведаю этого Винсента. Вечер. Ходил к Винсенту. Мировой мужик, хотя и покойник. Говорит, что знал мою мать. Не сказал, которую. Хотя, подозреваю, что и этот просто красиво отмазывается от алиментов. Тоже мне, папаша №2! Винс просил передать папику странную трубу. Подозреваю, что это змеевик. Ломаю голову, какого фига все это надо для проекта?! Пошел спать… голова болит… Чуть не забыл! Со мной тут двое неформалов - гринписовцев. Из моего взвода. Увязались. Одного я немного знаю. Зовут Зак. Неплохой парнишка, хотя со странностями, а вот второго, с прической, как башка у дикого чокобо, вижу, кажись, впервые. Оба пошли квасить, а я как всегда, один. Ну, я не гордый. Могу и в одиночку выпить… Еще позднее… Надо же было так лохануться! Курить в постели! Это только спьяну я могу такое натворить… В результате, пока искал, чем все нафиг затушить, загорелся весь дом. От него - все остальное. Городок-то маленький. Все бегают, как полоумные, орут, мешают тушить. Приложил парочку из них рукоятью катаны по голове, чтобы не суетились и не мешали. Стало потише. С ужасом вспомнил, что мама Дженова осталась в реакторе одна, и о пожаре нифига не знает… Побежал ее спасать. Еще позже. По дороге привязалась какая-то истеричка-поклонница с фигурой Памелы Андерсон. Наверное, просила автограф. Дал ей в лоб, чтобы было не повадно отвлекать от серьезных дел - мне еще пожар тушить и маму спасать… В реакторе нашел маму и попытался эвакуироваться вместе с ней - пожар разыгрался не на шутку, тушить его уже не имело смысла. Вот тут и подоспели оба эти гринписовца-неформала. Подозрительно протрезвевшие. Орали о том, что я попортил частную собственность одного из них и нанес телесные увечья со смертельным, типа, исходом, чьему-то там родителю… или родителям?! Не помню! Кажись, я так особо сильно никого не бил… Может, они от угарного газа скопытились? Надышались там, или еще чего… Братва не поняла, плюнула на субординацию и решила все же мне начистить морду. Был бы я один, но ведь со мной была мама… А слушать мои доводы эти двое «героев» не желали и даже начали угрожать и махать здоровенным гребеслом Зака. Нехилым. Короче, пришлось изобразить отчаяние и геройскую гибель, ломанувшись головой в реактор. В последний момент увидел на стенке выступ, зацепился за него и провисел вместе с мамой, пока эти два олуха не поверили, и не убрались ко всем чертям собачьим. Потом отвел маму в безопасное место, взял дневники, реактивы и трубу и потащился к папаше. По дороге понял, что хватил в реакторе немного лишнего дозу и, наверное, буду по ночам светиться зеленым…