Потеря

      В следующий раз Снейп и Малфой-старший встретились только через неделю. Отсутствие Снейпа в палате было замечено вездесущим эльфом, который и доложил обо всем Сметвику, а тот нажаловался Гарри. От серьезной выволочки бывшего профессора спасло только собственное бедственное положение. Вылазка в Малфой-мэнор отрицательно сказалась на самочувствии зельевара, вернувшись в палату он буквально свалился от слабости. Целитель назначил интенсивную терапию, а Поттер занял бессменный пост рядом с профессором, охраняя его, как грифон свое сокровище.       «Сокровище» было категорически против, Снейп осыпал бывшего студента градом насмешек и сарказма, иногда явно переходя границы дозволенного, но… несносный мальчишка тупо улыбался, и оставался рядом, не оставляя Северуса одного ни на минуту! Поттер даже попытался войти вместе с профессором в ванную комнату, боясь, что Снейп опять сбежит, но тут терпение зельевара окончательно закончилось и он так рыкнул на мальчишку, что тот поспешил сбежать, но из палаты не ушел. Теперь Северус хотел выздороветь поскорее не только для того, чтобы попасть в Малфой-мэнор, но и для того, чтобы избавиться от преувеличенного внимания Поттера.       В мэноре за эту неделю дела пошли на лад. Люциус наконец-то сжалился над супругой и впустил ее в комнату, где и объяснил, а точнее показал, что с ним сделали. Нарцисса едва не потеряла сознание от вида лысого черепа своего красавца мужа, но эмоции сдержала, хотя так и не смогла привыкнуть, поэтому через пару дней на голове у Люциуса был роскошный парик, точно имитирующий его платиновые волосы. Это спасло от психологической травмы Малфоя-младшего, он о проблеме отца так и не узнал. Драко уехал восстанавливать Хогвартс в полной уверенности, что с его родителем после тюрьмы, все в порядке.       По окончании недели, когда целитель Сметвик сообщил Снейпу о выписке, тот едва не завопил во все горло — Ураааа! — но побоялся, что его тут же поместят в палату для душевнобольных, за такое неестественное проявление эмоций. Поэтому сухо кивнув доктору на прощание, Северус гордо неспеша удалился из больницы, а потом уже гораздо быстрее прошел камином в мэнор. Поттер, узнав о выписке непослушного профессора, умчался в школу, раз Снейпа караулить не надо, можно и делами заняться. Увидев Снейпа в собственном доме, леди Малфой облегченно выдохнула и убыла во Францию, где ее ждал любимый человек. Брак четы Малфой был договорным, отношения между супругами исключительно дружескими, кроме нескольких половых актов необходимых для зачатия, они никогда не были близки. Нарцисса еще до брака знала, что сердце ее сиятельного супруга бьется ради другого человека, Малфой-старший любил Северуса Снейпа и принадлежал только ему!       — Сев, можно я сниму его — тихо попросил Люциус, нервно теребя искусственную прядь — жарко…       Они лежали на большой шкуре около камина, Северус кивнул, ему было хорошо сейчас, тихо, спокойно… и совершенно все равно есть ли волосы у его любовника или нет! Хотелось просто лежать, никуда не спешить, никого не бояться, лежать и прижимать к себе любимое тело, хотя вот его, тело это, стоило бы раздеть.       — Я соскучился, Люци… раздевайся…       Снейп с удивлением заметил, как испуганно блеснули серые глазки Малфоя, он начал медленно, с явной неохотой раздеваться.       — Люциус, если ты не хочешь, я не настаиваю… — Снейп постарался чтобы голос звучал спокойно, хотя нежелание любовника, расстроило и даже немного обидело зельевара.       Малфой сел на колени перед ним и смущенно заговорил, чем немало удивил Снейпа. Люциус и смущение — вещи несовместимые!       — Северус, ты же помнишь… про волосы… — теперь лицо лорда выражало страдание: — Они так и не растут… их там нет! Совсем…       — Помню — ответил Снейп, он быстро успокоился, поняв, что Малфой хочет его, но стесняется… он же совершенство… а тут такая незадача!       — Помню, Люц, но мне даже интересно, как это ласкать совершенно гладкое тело? Раздевайся!       Ласкать гладкое тело оказалось очень приятно, хотя и необычно, Северус действительно любил зарываться носом в светлые волосы любимого на груди, в паху и вдыхать его запах. Сейчас он недолго разглядывал Малфоя, гораздо интереснее было целовать и нежить его, проводить губами по шее, ключицам, брать в рот горошины сосков, ласкать их языком, доводя сиятельного лорда до судорожных всхлипов. Чем Северус и занялся, он соскучился и хотел наверстать упущенное. Пока губы Снейпа были заняты поцелуями, его рука мягко накрыла член любимого, тонкие пальцы зельевара нежно ласкали его, заставляя подниматься. Северус начал выцеловывать шею Малфоя и прошептал ему на ухо:       — Люци, раздвинь ножки, откройся для меня, я соскучился.       Малфоя не надо было просить дважды, он послушно раздвинул ноги и согнул их, а когда Снейп сел между ними, подхватил ноги под коленями и еще шире развел, открываясь перед любимым во всей красе. Снейп издал тихий стон, быстро прошептал очищающее и припал губами к манящему розовому колечку ануса. Он целовал, облизывал его, толкался языком внутрь, и слушал, с наслаждением слушал, стоны извивающегося под ним Малфоя, его прерывистое дыхание и даже тихое поскуливание. Широко мазнув по уже расслабленной и на все готовой дырочке, Снейп перешел к члену. Он слизнул капельку смазки, обвел языком головку и осторожно взял ее в рот, Люциус издал такой громкий стон, от которого его партнёр едва не кончил. Северус знал, что римминг и минет две самые любимые ласки Люциуса, Малфой и сам не знал, что ему нравится больше, когда ласкают его член или попку? Но Снейпу тоже нравилось и то и другое, так что в этих ласках у лорда отказа не было, здесь главное не перестараться, а то Малфой мог кончить, не дождавшись «основного блюда». Северус еще пару раз насадился ртом на член и начал целовать пах, тазовые косточки, его палец кружил около ануса, лаская нежную кожу вокруг, иногда толкаясь внутрь, чем окончательно довел партнера. Люциус уже не мог больше терпеть и взмолился:       — Северуус… не могуу большее… возьми меняя… — он тихо всхлипнул и проскулил: — пожаалуйстааа…       Снейп улыбнулся и лег на разгоряченное ласками любимое тело своего лорда, его член оказался между ягодиц партнера и потерся о желанную дырочку. Люциус издал совсем уж задушенный всхлип и Северус сжалился, он приставил головку члена к анусу и толкнулся внутрь.       — Аааа… даааа… — простонал лорд и повел бедрами навстречу желанному проникновению, пропуская член как можно дальше в глубину своего тела. Северус не стал дольше мучать любимого и вошел до упора. Дав всего несколько мгновений привыкнуть к себе, начал двигаться, вначале медленно, а потом уже вбиваясь сильно и глубоко.       Комната наполнилась стонами, всхлипами, неясным бормотанием, когда два тела переплелись, слились воедино, магия струилась между ними, окутывая любовников, лаская их, соединяя их души воедино. Они были не просто любовниками, они любили друг друга, любили до такой степени, когда ничего не важно, ни знатность, ни богатство, ни чистота крови, ни красота, важен только человек, его душа, его любовь!       А волосы… а что волосы — отрастут! Не зря же у сиятельного лорда в любимых великий зельевар!