Скоро все измениться

"Страх опасности всегда страшнее опасности, уже наступившей, и ожидание зла в десять тысяч раз хуже самого зла."

По ту сторону двери нарастал приближающийся звук, а после, возня. Кто-то настойчиво пытался засунуть ключи в замочную скважину. Но с первого раза, у того это не вышло. И вот, медленно, дверь начала открываться внутрь, впуская за собой прохладный поток ветра. Было страшно, но все же мальчик помнил, что это должен был прийти его брат. Но он ли это? Есть ли гарантия на то, что это именно родной человек пришёл, а не кто-либо ещё? Громко захлопнулась дверь, заставив вздрогнуть, и больше прижаться к дивану. Его пугали громкие звуки. И причину этому он прекрасно знал. После сегодняшней ночи его страх перед гигантскими, неживыми, и пугающими до коликов в животе, железными чудовищами, усилился с тройной силой. Не внушающие доверия, громадные стеклянные глаза с красными прожилками внутри, светящиеся в темноте, как прицел от снайперской винтовки наведённый на твой беззащитный череп, так и намеревавшиеся совершить желанный первый выстрел, смотрел из проёма двери. Сколько раз он стоял на волоске от смерти – не припомнил. Этот кошмар все продолжается, и продолжается. По мере приближение к особенному дню, его дню рождению, они становиться все кровожаднее, и кровожаднее. Все, что он делает ночью, так это бегает от двери к двери, переодически заглядывает на кровать, проверяя, нет ли там надоедливых Фреддлов. Не успеешь их отогнать вовремя – моментальная смерть. Но такого, ещё у мальчика не случалось. Навязчивый Фокси, каждый раз напоминает о своем присутствии. Так жаль, что на этот раз его не кому было поддержать. Плюшевого друга забрала сестра, из-за чего он был напуган ещё больше. Это все ему уже начинало надоедать. Когда это уже все закончиться. Хочется раз и навсегда с этим покончить. Из дверного проёма показался силуэт его старшего брата — Майкла. Был ли он ему рад? Сложно ответить на этот вопрос. По большей части, тот опасался его, ведь не впервой старшый пользовался страхами Эйвана против него же самого. Доводил до истерики, заставляя сново и сново лежать на полу, захлёбываясь своими же слезами; и вжимаясь в своего плюшевого друга, пока Фредбер смотрел глазами точечками на крохотное, заплаканное лицо. Плюшевый Фредбер не оставался в стороне, а предупреждал о том, что может произойти. Иногда ребёнок слушал, иногда нет. Но все же, он доверял ему. Даже мог доверить свою жизнь. Что собственно и делает. — черт, больше не буду выходить гулять ночью. К черту эту хрень. — проговорил это себе под нос Майкл, проходя мимо брата. Не зная, зачем, но младший продолжал следить взглядом за каждым действием и шагом парня. Тихонько, Эйван следил, боясь громко вдохнуть, или выдохнуть. Все же, это было странно. Никакой угрозы нет. Ведь так? Старший медленно побрел на кухню, бубня что-то себе под нос. Сухость в горле, как надоедливый ком, мешал. Набрав стакан воды, залпом осушив его, после, в ход пошёл ещё один. Наконец-то, долгожданная вода. За эти долгие 4 часа подросток успел нормально так устать. Плюс, пришлось медленно ехать. Потому что у Фредда случился "чп". И отъехав на пару метров, дружочек мог потеряться в трёх соснах. Медленно, повернулся лицом к дивану, и только сейчас понял, что все это время за ним следили. Улыбнувшись, помахал скомкивающемуся брату. Такое поведение было странным. Разве что он мог что-то задумать. Время покажет. — чё малой, зыришь на меня? Думаешь, какой у тебя брат сносный? — хохотнув, Майкл сверлил своим взглядом, как будто пытаясь прожечь отверстые в нем. Может, его друзья оценили бы подкол, но не Эйван. Непонимающе, прямо смотрел на брата, иногда всхлипывая. Как брат может быть сносным? Его снесли, или что-то типа того? Странные у него шутки. Вероятно, он был ещё мал для такого. Потому и не вникал с головой в сказанное. Долго смотреть на человека было невыносимо. Становилось ужасно неудобно. Это заставляло неловко отводить взгляд в другую сторону. Повисла затяжная тишина, в которой никто не посмел что-либо сделать. Они так и застыли на месте. Майкл – смотрел прямо на брата, а тот – в сторону. И говорить толком было не о чем. О их напряжённых отношениях знали почти все, кто был ранее знаком с семьёй; и поделать что-нибудь, не могли. А может, не хотели. Лишь отец, как-то реагировал на это, но не настолько, чтобы все это прекратилось.

"Несправедливость не всегда связана с каким-нибудь действием: часто она состоит именно в бездействии"

Первым же нарушить паузу решился старшый. — как твои "реальные кошмары", дорогой братец? В эту ночь опять же обсирался от страха? — он как будто насмехался над проблемами младшего. Обидно. Очень обидно осознавать то, что твой родной, не лучший брат так с тобой обращается. Хотелось бы человеческого, как у большенство людей, нормального отношения. Хотелось, чтобы был добрый, отзывчивый, любящий брат. Который может поддержать в трудную минуту твоей жизни, не оставит наедине с твоими проблемами. Но о таком мальчик мог лишь мечтать. Представлять прекрасные моменты. — ты язык проглотил? — напряжение с каждой секундой все нарастало. Эйван вздрогнул. Тот предполагал, что это должно было случиться. Братец не любил, когда его специально игнорировали. Думаю, никто недолюбливал такое похабное отношение к себе. Но они вовсе не замечают того, что сам же чинят безрассудные поступки, делают хуже другим. Из-за резкой смены настроения родственного человека, обстановка и вовсе стала невыносимой. Духота медленно сдавливала горло. Находиться здесь было ужасно. — я к тебе обращаюсь вообще-то. Молчание. — ты оглох? — Майкл не мог больше просто так стоять. Огромными, быстрыми шагами, все ближе, и ближе приближался к "молчуну". Он не собирался что-либо делать с ним. Нет. Такое даже в мыслях не было. На данный момент не было. Подойдя в плотную, стал смотреть перпендикулярно на Эйвана, не смея оторвать взгляд. Внутри бушевала злость, непонимание, жалость, отчаяние. Не понимал, что делать. Такое маленькое, молодое, милое личико. Такое родное. Красивые, хрустально голубые глаза, поблёскивали из-за текущих слез. Из-за них, образовалась мокрая дорожка на щеках. Слёзы ему совсем не к лицу. Когда он в последний раз видел его улыбку – не припомнил. Но определённо, знал, что ему она больше подошла. Охватив прядь каштановых волос, стал перебирать в руках каждую волосинку, осматривая. Такие гладкие. Приятные на ощупь. Что-то внутри у него настойчиво говорило, просило, умоляло. Но разобрать намёка сейчас не мог. Как скованный в капкане, сидел младший. Тот не понимал, почему братец стал резко таким спокойным. Хотя, это было сложно сказать спокойствием. Тяжело дыша, на него смотрел Майкл, но его лицо было полностью расслабленно. Взгляд Майкла переместился на кудрявые волосы, которые он осторожно перебирал. К чему все это? Не понимал. Оставалось лишь сидеть, и ждать. — кхм. Ладно, я пошёл к себе. — резко убрав руку, тут же запрятав ее за спину, поспешил удалиться. С минуту, он молчал, не в силах что-то сказать. — что это было?.. — прошептал себе под нос Эйван.

***

Тяжело, почти хрипя от недостатка кислорода, дышал малыш. Темнота его пугала. Ужасно пугала. Всегда не знаешь, что может быть в ней. Но он знал, и видел, кто там был и сейчас есть. Паника накрывала его с головой. Слишком невыносимо. Это сводило его с ума. Остатки разума, и вменяемости начинали медленно покидать голову мальчишки. Вместо неё приходило нервозное состояние, сумасшествие, это можно было описать разными способами. Двери протяжно скрипнули с обоих сторон. Теперь было отчётливее слышно тяжёлое дыхание существ. Слёзы горой полились из глазниц, быстро стекающие по щекам. Солоноватый привкус слез он чувствует постоянно. Но сейчас это ощущалось по другому. "Всегда должен быть выход. Всегда, из любой ситуации." – говорили они. И что же делать сейчас? Лишь сдаться, и умереть в ужасающих муках. Поистине мучительная смерть. Не хотелось перед смертью видеть кошмарное лицо, покрытое слоем ржавчины и обрызганное кровью. Твоей же кровью. К черту все принципы. Все к черту. Он больше не мог этого терпеть. Подорвавшись со своего места, мальчик побежал. Проскользнув возле непонимающего, уродливого аниматроника. Просто бежал без оглядки. Бежал до тех пор, пока не в печатался в чью-то дверь всем телом. Было больно. Но сейчас только одно волновало – преследуют ли его они? Или все так же стоят на месте? Сложно ответить. Из мыслей, Эйвана выбил недовольный голос по ту сторону двери. Кто это может быть? Отец? В любом случае, он не хотел с ним сталкиваться. И тут же она распахнулась. Перед ним показался его старшый брат, непонимающе смотря на него. — чего теб-… — не успев договорить, как подростка чуть ли не сбили с ног. — эй-эй ты куда это собрался?! Застыв на месте, он все больше не понимал происходящее. В глазах брата он увидел животный ужас, как будто тот свою смерть увидел. Это немного забавляло. Но сейчас было главное лишь одно – какого хера, этот малый прибежал к его двери, врезался в неё так, что у старшего чуть ли сердце не остановилось от громкого звука. Потом ещё и чуть ли не сбил с ног. Бомбическое комбо. — чего тебе надо то? Ночь на дворе, а ты тут бегаешь как неадекватный. — можно я с тобой посижу? Этот вопрос заставил врасплох ещё не проснувшегося парня. — что? — Майкл смотрел на Эйвана как на ненормального. Его поведение как-то даже пугало. Такой дёрганный, и нервный. — я… я хочу остаться тут. Я не буду мешать, правда. — ты чё малой, попутал что-то? — этот умоляющий взгляд просто завладевал разумом парня. И тот подался. — ладно. Только давай без выкрутасов, а то я спать хочу. Был ли Эйван рад этому? Возможно. Но определённо был рад тому, что его оставили в покое те ужасные, ржавые роботы, которые чуть ли не убили его минутой ранее. Если бы не это событие, то его уже тут не было. Плюхнувшись на кровать, и натянув на себя одеяло, старший тут же уснул, совсем позабыв о нежеланном госте; который ворвался в его "логово" только что. Пять минут он так постоял на месте, как будто чего-то ожидая. Все тихо. Можно спокойно выдохнуть. Осторожно, чтобы не мешать брату, младший лёг на другую сторону кровати, укрывшись тёплым одеялом. Так тепло, и уютно. Глаза стали тяжелеть, и тот скорее провалился в недолгое забытие.