Названная дочь Эрвина Смита

Убыв выделенную комнату, Джина размышляла над тем, как ей перестать быть балластом для людей, которые стали делить с ней кров и пищу. Слова произнесенные в столовой, засели глубоко в душе и поэтому, во что бы то ни стало, она решила изменить их мнение о себе. И так, взяв всю свою волю в кулак, Джина, для начала, решила навести порядок в комнате, передвинув мебель и вымыв каждый сантиметр своего личного пространства. Теперь напротив двери под окном стоял маленький диван, справа от входа в комнату она поставила кровать и шкаф для вещей, слева она создала уголок для обучения, включавший письменный стол и полочку с книгами, принадлежащими предыдущему жильцу. Ближе к ночи Джина закончила делать перестановку и уборку помещения. Ее новая комната была в десять раз меньше той, в которой она жила в особняке Лоуз, но этот факт её никак не смущал, она была рада и малому. Несмотря на свою усталость, Джина решила перед сном посмотреть книги, которые стояли у неё на полочке, надеясь найти что-то стоящее. Так, из нескольких десятков она выбрала две, которые, как ей показалось, стоит изучить. У первой было название "Титаны", а у второй "Физическая подготовка". – "Вот и подсказки, если я обучусь исскуству убийства титанов" , – промелькнула мысль в голове Джины, – " точно, я стану солдатом и смогу пригодиться в разведкорпусе, перестав быть для всех балластом", – с искрой в глазах подумала про себя она, – "так, с чего стоит начать?", – вдумчиво разглядывала обложки выбранных книг. Первой книгой для изучения Джина решила выбрать "Физическая подготовка". Однако, прочитав первые пять листов, она отчаялась. – Я не понимаю, – воскликнула она, захлопнув книгу, – что за термины, что за лексикон? Разве так автору положено писать, а я то надеялась, – устало положила она книгу на стол и легла спать. Эрвин же всю ночь просидел над отчётами и рапортами, с восходом солнца он лениво потянулся, встал со стула и направился к окну. – Ещё одно тихое утро, – умиротворенно произнес он, разглядывая окрестности. – Ей, Эрвин, – в кабинет ворвалась взъерошенная Ханджи. – А? – Смит повернулся в сторону входа и от неожиданности выпучил глаза. – Что происходит? Ты что поручил эту аристократку Леви? Совсем из ума выжил? Он же от нее живого места не оставит, – с отдышкой кричала Зое. – Джину? Что ты несёшь? – нахмурив брови, спросил желтовласый мужчина, повернувшись к окну и тут его взору предается нелицеприятная картина - лежащая на земле леди Лоус, и рядом стоящий Аккерман. В недоумевании Смит выскочил из кабинета и направился прямиком к участникам сие картины, Ханджи последовала за ним. – О, мистер Смит, точнее Эрвин, – обессиленно проговорила Джина, заметив выходящего Командующего из здания и продолжая лежать на полу. – Эй тряпка, давай поднимайся, – озлобленно рыкнул Леви, пнув лежащую по ботинкам. – Леви, что здесь происходит? – в недоумении спросил Смит, озирая происходящее. – Что, что, тренировка балласта разведкорпуса, – с негативом разъяснил Аккерман. – Все впорядке, это я попросила, – произнесла Джина, пытаясь встать на ноги. – А не слишком жестоко? Девочка еле стоит на ногах, – указывая пальцем на обессиленную, завопила Зое. – Эта умалишенная разбудила меня в 4 утра и умоляла начать тренировать ее, чем я собственно и занимаюсь, – спокойно разъяснил Аккерман, смотря на озадаченное лицо Смита. – И наш Леви сжалился над милой девушкой? – заулыбалась Ханджи. – Терпеть не могу женское нытье, в обмен на мое согласие, она отныне беспрекословно будет выполнять любые мои команды, – отстраненно произнес он. – Команды? – на лице Смита выступил пот. – Эрвин, я просто решила стать солдатом и с твоего позволения вступить в разведкорпус, не хочу больше быть бесполезной и беспомощной дочерью богатенького скупердяя, – разъяснила Джина, подойдя немного ближе к Командующему. – Хорошо, я одобряю твое решение и хвалю, нно...но выбрать Леви в качестве тренера - это жестоко, – вздохнув, произнёс Смит. – Ты не прав, это лучший вариант, поскольку Капитан не будет проявлять ко мне жалость, возможно тогда и моя жалость к себе пропадет, – воскликнула Джина, опустив глаза. – Что-то ты сильно разболталась, давай-ка ещё кругов десять вокруг штаба, – сердито произнес Леви, обратив свой взор на еле стоящую на ногах Лоус. – Хорошо, – растянуто ответила девушка и с большим усердием , еле перебирая ногами, начала бег трусцой в сторону тропы, окружающей комплекс зданий разведкорпуса. – Даже интересно, что из этого выйдет, – с улыбкой на лице, произнесла Ханджи, смотря в след стремительно пропадающему силуэту девушки, – кстати, Эрвин, ты же с отрядом недавно забирал новых скакунов у мистера Лоуз? – вдруг вспомнила она. – Да, лично ходил, – ответил Смит. – Опять в ноги кланялся этой свинье? – разгневанно воскликнул Аккерман и неодобрительно посмотрел на Главнокомандующего. – Леви, он единственный поставщик элитных скакунов, мне приходится поддерживать с ним связь, – вздыхая проговорил Эрвин. – Ты сказал ему, что теперь Джина под твоей опекой? – спросила Ханджи. – Сказал... – с ноткой недовольствия, ответил Смит. – И? Его вообще волнует жизнь девочки? – размахивая руками, спрашивала Зое, с нетерпением ожидая ответа. – Рассмеялся и горделиво сообщил, что те десять процентов, которые он просил сверх оговоренной суммы за покупку лошадей, будут в уплату за дочь, – медленно и сердито поведал Эрвин. – Ублюдок, – фыркнул Леви. – Знаешь, я думаю ты принял правильное решение... – неожиданно с нежностью в голосе произнесла Ханджи, устремив свой взор в небо, – подарив этой девочке вторую жизнь, возможно и не самую лучшую... Но самое главное, что в ней она будет вольна выбирать свой путь сама и строить свою судьбу как захочется ей, без всякого фарса и лицемерия. – Возможно... Весь следующий год Эрвин занимался бумажной работой, Ханджи - своими исследованиями, Леви продолжал тренировать Джину... И так день за днём. Казалось бы все налаживается, жизнь идёт своим чередом... Пока в одно дождливое утро к штабу разведкорпуса не подъехал экипаж с Маркусом, личным помощником Камера Лоуз. Эрвин, заметив незваного гостя с окна своего кабинета, ринулся вниз, на тот момент его окутывали чувства растерянности и гнева. "Эта встреча не сулит ничего хорошего, я это чувствую" , – накручивал себя Эрвин, спускаясь по лестнице ко входу, где его ожидал Маркус и, открывший ему дверь, Леви. – Доброе утро, мистер Смит, – дружелюбно поприветствовал Эрвина незваный гость. – А оно доброе? – произнес Эрвин в ответ. – Что здесь понадобилось псу Лоуз? Хозяин послал? – с оскалом вторгся в беседу Аккерман. – Вы правы, Капитан Леви, я здесь по личному поручению мистера Лоуз, мне нужно передать письмо господина его дочери, мисс Джине Лоуз, – учтиво сказал Маркус, немного приклонив голову в качестве своего почтения. – Да неужели? – гневно ответил ему Аккерман. – Леви, – повысил тон Эрвин, посмотрев на своего коллегу так, будто взглядом велел ему угомонить свой пыл, – и что же спустя год твоему господину понадобилось от Джины? – переключившись на гостя, спросил он. – Мы будем вести беседы у входной двери? – покорно произнес помощник Лоуз и заметив неодобрительный взгляд Эрвина, решил продолжить, – Ладно, мне всего лишь нужно передать письмо мисс Джине лично в руки, после я не посмею обременять Вас своим присутствием и тут же удалюсь. – Эй, свинья, ты что оглох? Отвечай на вопрос, что твоему хозяину надо, – еле сдерживаясь, воскликнул Аккерман, схватив правой рукой Маркуса за воротник рубашки. – Маркус? – раздался женский голос со стороны столовой, – это правда ты? – Моя госпожа, – отдернув руку Леви, восторженно воскликнул незваный гость, увидев повзрослевшую юную Джину, источающую, всем своим видом, чуждую ей ранее, уверенность. – Что-то случилось? Зачем ты прибыл в разведкорпус так рано, – говорила Джина, направляясь к гостю. – Моя госпожа, Вы стали такой взрослой иии, – продолжая восторгаться говорил он, запинаясь и чуть краснея, –и красивой, я польщён встретить Вас вновь, – смотря на девушку, его глаза блестали, – я прибыл сюда, чтобы лично Вам в руки передать письмо от господина Лоуз, пожалуйста возьмите, – достав конверт из нагрудного кармана пиджака, протянул его двумя руками, смотря прямо в глаза юной леди. Джина, взяла в руки конверт и в одно мгновение почувствовала резкую боль в области сердца, как будто нечто продырявило ей грудь насквозь. Дыхание моментально перехватило и сердцебиение, на долю секунды, увеличилось многократно, щеки же от такой реакции организма окрасились в алый цвет. Посмотрев на конверт с фамильным гербом своей семьи, ее охватила внутренняя паника, она всем своим нутром чувствовала надвигающуюся беду. Несмотря на ужасное внутреннее состояние, внешне она стойко сохраняла спокойствие и даже смогла мило улыбнуться старому другу, от чего последний "растаял от счастья". – Ты сделал то, за чем пришел, а теперь проваливай, – указав на дверь, сказал Леви. – Спасибо за визит, Маркус, не смеем тебя больше задерживать, – выдохнул Эрвин. – Постой пожалуйста, – воскликнула Джина, схватив за рукав уходящего парня, – скажи как мой братик поживает? Как его здоровье, – встревоженно спросила она. – А, маленький господин после вашего ухода перестал выходить из своей комнаты и очень долгое время отказывался от еды, – повернувшись к собеседнице и опустив глаза, с сожалением говорил он, – но сейчас все хорошо, он проходит реабилитацию под наблюдением множества врачей. Поклонившись Джине Маркус вышел за дверь, в холле повисла гробовая тишина. Эрвин, наблюдая за подавленным настроением девушки, положил ей на голову руку, слегка встрепенув волосы, а после приобнял ее за плечи и повел в сторону столовой. – Не переживай за брата, все будет хорошо, – пытался обнадежить ее Смит.