Если долго смотреть в бездну, бездна посмотрит в тебя

Сэмми 15 и отец берёт его с собой на охоту. Одного не пускает (и слава кому-то там, думает Дин) - Сэм - бета, Джон думает, что это слабовато для Винчестера и для охотника - Дин, когда слышит это в бессвязном бреду пьяного отца, впервые думает, что отец может ошибаться (если честно, на секунду он думает, что Джон тупой мудак, но он не признался бы в этом даже себе самому). Конец лета, Джон взял Сэма охотиться на банши, а у Дина своё задание в Цицероне, штат Индиана. Он должен был проверить зацепки по другому делу, но оказалось, что работы для охотника там нет и у Дина появилось немного времени для самого себя. Он понятия не имел, чем занимаются обычные люди в свободное время, и поступил, как поступал его пример для подражания (Джон, к сожалению) и направился в бар. Он и раньше цеплял девчонок, но в основном в школах, куда им с Сэмми приходилось ходить по паре недель, прежде чем сорваться на новое место, или спасённые барышни, вообще, девчонки к нему так и липли, а отец говорил, что надо быть мужиком и потакать своему инстинкту альфы - Дин слушал его и не прислушивался к себе (вообще не прислушивался). Метки соулмейтов (Это были парные, но не одинаковые, татуировки, обычно в области ключиц, но не обязательно. Как правило, это были инициалы партнёра, но были известны случаи, когда проявлялись небольшие рисунки. Такое, правда, случалось раз в четыреста лет или около того. Почему - никто не знал. Последний раз это была пара кошатников-аристократов, которые познакомились в глубокой старости за пару месяцев до своей кончины. Клубок ниток? Вселенная - та ещё шутница. Ни одного случая, чтобы метка не появилась, известно не было. Зато полно случаев, когда люди уставали искать и сходились не с теми, но тоже хорошими. Отказ от меток стал довольно популярен среди молодёжи, на самом деле, но от этого ничего особо не менялось - просто пары "непредназначенных" распадались, как правило, если появлялся соулмейт. "Нагуляться" перед семейной жизнью являлось общепринятой нормой. Когда соулмейт умирал, у второго метка болезненно выгорала до блёклого, иногда красноватого, шрама) появлялись у всех примерно к двадцатому дню рождения, а до этого - обрывочные сновидения, связанные с человеком, предназначенным "свыше" (Дин никогда не верил во всё это "свыше", в частности потому, что ему никогда не снились сны (или с ним что-то не так), хоть он и искал информацию о тех, кому ничего не снилось, он нашёл целое нихуя) - но там редко было что-то предельно ясное, и поэтому сейчас, в девятнадцать, он особо не заморачивался с этими "штучками предназначения" и брал от жизни всё, что мог - насколько позволяла жизнь охотника вообще. Он направился в бар, чтобы "позависать", а не чтобы отвезти отца в мотель, и это не могло не радовать. Там он встретил её. Лизу Брейдан. От её чудного запаха омеги ему снесло крышу ещё в дверях. Такая хрупкая, гибкая (ещё бы, инструктор йоги), манящая, красивая... С ней он провёл целый уикенд, не вылезая из кровати (ладно, из номера, кроватью они ой как не ограничивались) и уезжая навстречу новому делу, заняться которым ему приказал отец в коротком звонке, подумал, что, возможно, сейчас покидает то, что должно было ему присниться (ну хоть один бредовый сон, пожалуйста). После некоторых раздумий он решил, что сны херня, но девчонку эту он ещё не скоро из памяти выбросит. Может, никогда не выбросит. Но с его работой - какая постоянная подружка? Он решил, что позвонит ей, когда они обзаведутся метками, и между делом спросит, какая у неё. Не позвонил. Он ждал метку всю зиму и всю весну, а потом плюнул на ожидание - незачем подвергать кого-то опасности своим образом жизни. "Лиза - отличная девушка. Незачем её вообще впутывать" - решил Дин и с тех пор просто избегал ответа на вопрос про возраст, когда цеплял очередную девчонку. На его красивые зеленющие глаза, широкую улыбку, мягкие губы и завораживающий всех омег в помещении запах сильного альфы просто невозможно было не купиться. Сам Дин был уверен, что он тотально бракованный - ни снов, ни метки... Он успокаивал себя тем, что таким образом не сломает чью-то жизнь своим присутствием. Но всё равно было обидно. Он ненавидел себя за это желание быть кому-то предназначенным. Нужным кому-то просто так, за то, что он существует. Кто выбирал бы его всегда. Был бы на его стороне. Это же есть буквально у всех - хотя бы доказательство, что где-то в мире ходит кто-то, кто никогда бы не предал, не бросил, не отвернулся. У него нет даже пары букв, говорящих, что для него самого такое вообще возможно. Он старался не думать об этом. Какой смысл искать кого-то, с кем ты должен был бы состариться, если тебе не дожить и до сорока?