Когда рассеивается улыбка

Улыбка, что родилась в то светлое утро, практически не сходила с лица Воли Небес на протяжении недели. Улыбка эта была настолько непривычна, что в первые дни секретари даже спрашивали, в порядке ли она, на что девушка всегда отвечала положительно. В самые тяжёлые ночи, когда воспоминания неожиданно нападали, стараясь заставить врасплох, Бэй Доу была рядом. Пиратка, словно чувствуя настроение своей новой девушки, каждый раз оказывалась рядом, ночуя во дворце. Когда в самую первую ночь после рассказа капитан, сдавшись под напором блондинки, ушла, оставив Нин Гуан в одиночестве, светловолосая надеялась лишь на спокойный сон, хотела показаться сильной даже после всех тех слез, что проливались в прошлый вечер. Но только голова коснулась мягких подушек, а глаза блаженно закрылись, предвкушая заслуженный отдых, в воображении вновь возникла картинка: ночь, переулок, мужчина... Глаза резко раскрываются. Опять. Блондинка понимает, что не сможет уснуть, как ни крути, и встаёт с кровати. Кажется, сильной быть не получится. Ради спокойной ночи придётся наступить на свою гордость. Но стоит вспомнить ощущения вчерашней ночи, и, тяжело вздохнув, девушка незаметно выскальзывает из дворца, сливаясь с ночной мглой. К собственному удивлению, даже обходя все небольшие переулки гавани, напоминающие ей о прошлом, Воля Небес осталась незамеченной. Когда она ступила на корабль, палуба была пуста. Время перевалило за полночь, но куда менее удивительно было бы найти здесь кучку пьяных матросов. Судя по всему, все либо спят, либо разъехались по домам, в ожидании следующего отплыва. В прочем, если быть честной, блондинку это не особо волновало. Она боялась лишь своего рассекречивания, чего случиться не могло, раз уж тут никого нет. К сожалению, бывать на корабле, а уж тем более находиться в каюте капитана ей не доводилось, так что ничего кроме как искать она сделать не могла. То ли удача наконец повернулась к ней лицом, то ли корабль был построен так просто, что вход к каютам был лишь один, глава Цисин не знала, но, к счастью, ей удалось очень быстро найти каюту брюнетки. Её дверь была куда больше нежели остальные, а на самой двери висела табличка, гласящая: «Тот кто посмеет потревожить капитана умрёт самой мучительной смертью от её же руки. С любовью, Бей Доу» Тихонько фыркнув от подобного заявления, девушка помедлила. Сомнения вдруг охватили её. А стоило ли ей вообще сюда приходить? Почему Бей Доу должна вновь жалеть её, после того как она провела всю ночь во дворце из-за эгоистичного желания Нин Гуан не оставаться одной? У самой пиратки наверняка куча дел, а она просто приходит к ней, скорее всего, уже спавшей, с просьбой... А чего она хочет попросить у неё? Просто пообнимать? Поспать вместе? Это даже звучит глупо. Ком подкатывает к горлу, и блондинка разворачивается, собираясь уходить, когда её окликают: — Нин Гуан? Что ты здесь делаешь? — обеспокоенный голос все ближе, сильная рука нежно ложится на плечо, побуждая повернуться к её обладательнице. — Бэй Доу, привет, — черт, девушка совсем не знает что сказать, — Я тут прогуливалась, как-то занесло сюда и... — звучит жалко. Очень жалко. Кто прогуливается, а потом вдруг оказывается в жилище другого человека посреди ночи? — Кошмары? — нежно прерывает её брюнетка, освобождая от попыток объясниться. Смущенный кивок, и капитан, не сказав ни слова, берет ту за руку, ведя в свою каюту. Комната выглядит не такой, какой светловолосая себе представляла. Пускай мебель не настолько дорога, как в её жилище, а вокруг не идеальный порядок, но все эти "минусы" делают спальню такой уютной, домашней, что хочется задержаться, остаться тут подольше. Капитан садится рядом, все ещё держа руку в своих двух, нежно поглаживая. Она не знала, что должна была сказать вчера, не знает и сейчас, в точности как и Нин Гуан, так что они просто сидят молча, пока уставшая Воля Небес не опускает голову на плечо девушки рядом, прикрывая глаза. Тогда темноволосой остаётся лишь обнять, стараясь передать всю свою любовь блондинке. Её маленькая сильная девочка. От осознания того факта, что ей пришлось пережить нечто подобное, сердце обливалось кровью, доставляя дикую боль, сжимая грудь брюнетки, перекрывая доступ к кислороду. Блондинка заставляла желать всегда быть с ней, видеть её улыбку... Бэй Доу опускает голову поверх светлых волос, целуя ту в макушку, покрывает всю её голову нежными поцелуями, вновь шепчет слова поддержки... — Всё хорошо, тебе не обязательно всегда быть сильной, Нин Гуан, я рядом. — Спасибо, — наконец подаёт голос глава Цисин, тихонько добавляя, — и прости, я не должна была напрягать тебя этим... Глаза намокли от слез, когда капитан поворачивает её лицом к себе, вновь заглядывая в рубиновые глаза, все ещё не разрывая контакта, она аккуратно стирает слезинку с щеки девушки и лишь тогда продолжает: — Не извиняйся за это, я правда рада тому, что знаю могу поддержать тебя, Нин Гуан, ты не должна была проходить через все это, никто не должен. Слишком долго ты была одна, так прошу, позволь мне быть с тобой сейчас. В голове блондинки все не укладывались её слова. Она хочет быть с ней? Поддерживать её? Но для чего? Что она, Нин Гуан, сделала такого, чтобы пиратка хотела этого? И какова выгода капитана? Девушка сидела с озадаченным видом ещё несколько минут, обдумывая, пытаясь найти ответы на множество вопросов, кружащих в голове. Она правда хотела довериться, просто быть любимой, но разве не за все в жизни приходится платить? Не надоест ли она и её тараканы в голове Бэй Доу? Но ведь, сама капитан только что сказала обратное, а значит, она не бросит её, так ведь? И тогда, принимая самое необдуманное решение в своей жизни, девушка просто кивнула, падая на кровать и утягивая темноволосую за собой. — Хочешь, я буду приходить каждую ночь, спасая тебя от кошмаров? — уже удобно устроившись, брюнетка проводит по белоснежным волосам, зарываясь в нех пальцами. — О, тогда ты сможешь официально носить звание: "Спасительница Воли Небес", — ухмыляется девушка, находясь где-то на грани сна и реальности. Кажется, только сейчас, под тёплым одеялом, в объятиях любимого человека, на светловолосую обрушивается вся её усталость. — Я безусловно не против, — улыбается капитанша, когда замечает, что её чудо уснуло. Через полчаса комнату наполняют лишь звуки сопения. С тех пор это стало их маленькой традицией – засыпать вместе.

***

Спустя неделю, Бэй Доу с уверенностью может сказать, что знает всё о главе Цисин. Она знает, что в некоторые вечера, когда день был особо насыщенным, той нужно напоминать об отдыхе, еде и прочих жизненных потребностях. Она так же знает, что когда девушка начинает ворочаться, хмурясь во сне, достаточно будет лишь прижать её к себе сильнее, шепча что-нибудь хорошее, напомнить, что она не одна, не прерывая сна. Утром Нин Гуан вряд ли вспомнит об этом, думая, что ночь прошла без сновидений, а пиратка промолчит, посылая ей нежную улыбку. Кажется, впервые за всю свою жизнь, Воля Небес смогла почувствовать себя счастливой. Когда она проснулась на корабле, вновь задавалась вопросом: а правильно ли она поступила? Но сейчас, после того как Бэй Доу всю неделю приходила к ней, заставляя ту элементарно поесть или просто отвлечься от работы, слушала её жалкие попытки рассказа о том дне, каждый раз уверяя блондинку в абсолютной нормальности неспособности говорить нормально, и что она, Нин Гуан, не жалкая, затем бережно обнимала её, нежно целуя в лобик, у светловолосой не оставалось сомнений насчёт правильности их отношений. Конечно, девушка задумывалась о том, что сама она ничего не делает, заставляя пиратку просто успокаивать её, служить спасательным жилетом, но, когда она впервые сказала об этом, капитанша просто покачала головой, нежно улыбаясь: — Твоё присутствие уже делает меня счастливой, Нин Гуан. Но эти слова не успокоили её душу. По правде говоря, Воля Небес никогда и не состояла в отношениях то, чего уж говорить обо всем остальном, когда все знания заканчивались на мимолетно услышанных рассказах из детства? Девушка с лёгкостью могла устроить идеальные условия для заключения выгодной сделки, но никогда не задумывалась над тем, как можно провести свидание. А можно ли то, что она собиралась воплотить в жизнь назвать свиданием? Ведь это обычно делают нормальные пары, да? А Нин Гуан хотела быть нормальной. Безусловно, учитывая все те факторы, что окружают их обеих, нормальность – не была про них, но разве из-за этого они теряют способность к чувствам? Что ж, примерно так Воля Небес оказалась на одной из многочисленных освещенных улиц гавани, в ожидании пиратки. Сама Бэй Доу должна была прийти с минуты на минуту, так что сейчас блондинке не оставалось ничего кроме как ждать. Девушка не заметила, как ноги сами понесли её по улице, вдоль зданий. На землю медленно сходили сумерки, наполняя вечерний Ли Юэ шумом торговцев, разговорами уже отработавших свои смены людей, да и простой городской суетой. Всё это делало город особенно волшебным. В такие моменты никто здесь не задумывается о малых переулках гавани, где практически невозможно встретить людей, и о том, что там может происходить. Её раздумия прерывает вскрик. Такой тихий и жалобный, словно молящий о помощи. Неосознанно девушка вспоминает саму себя, когда делает первый шаг в направлении звука. Тело пробирает дрожь, а к горлу подкатывает ком, но блондинка, пересиливая себя и свои страхи, продолжает идти. Всё ближе и ближе... И сейчас, единственным её желанием было ошибиться. Но, когда звук стал громче, а перед глазами появилась картинка трясущейся молодой девушки, прижимающей к себе собственное платье, и нависшего над ней мужчины, понимание того, что ошибки быть не может, настигает. Только сейчас блондинка осознает, что находится в том же месте, а перед ней тот же человек, только девушка под ним другая. Сы Сы, как она помнит. И тогда Нин Гуан охватывает самая настоящая ярость. Все те боль, обида и злость ныне смешались, образовывая гигантскую волну, окатившую светловолосую. С неимоверным трудом та гасит огонь в глазах, смотря на молчаливую пару, замершею перед ней. — Ты можешь идти домой, или остаться в постоялом дворе, скажи, что я все оплачу и передай это, — смягчившись, блондинка спокойно улыбается девушке, отдавая той небольшую брошь с собственными инициалами, приколотую к платью. Как только шатенка убежала, оставив насильника, что сейчас трясся от страха перед своей бывшей жертвой, холодный, словно сталь, взгляд светловолосой упал на мужчину. Несмотря на всю ту злобу, что она чувствовала несколько минут назад, сейчас, оставшись наедине с тем, кто терзал её мысли на протяжении многих лет, девушка не чувствовала ничего. Они могли бы стоять так, не произнося ни слова, пока миллилиты не арестовали бы его, но, обдумав предоставленную ей ситуацию, Воля Небес наконец заговорила: — Как ты посмел? — голос, словно копье любого из её охраны, рассекает воздух, придавливая тебя к полу, перекрывает доступ к кислороду. — Г-госпожа Нин Гуан, я, я бы в жизни не посмел, — что ж, сейчас он выглядел жалким. Вместо того, чтобы сказать что-то дельное, он лишь пытался отрицать. И продолжил бы, слишком велик был его страх перед самой главой Цисин, если бы не поднятая рука, призывающая к молчанию. — Довольно оправданий. Я задам вопрос ещё раз. Как посмел ты не просто остаться в городе, но и продолжить заниматься столь низким делом?! — кровь вновь начинала вскипать в венах, по мере каждого сказанного слова. Ещё чуть-чуть, и она могла не выдержать, взорваться. Но остановиться блондинка уже не могла, — Скольким женщинам ты уже испоганил жизнь?! — Госпожа, я н-не понимаю... — Ты даже не помнишь, верно? Скажи, ты хоть запоминаешь их лица, голоса, просьбы? Нет? Я не удивлена. А ты попробуй вспомни. Восемь лет назад, в этом же переулке. Было за полночь, когда ты подкараулил молодую торговку, — осознание мелькает в глазах мужчины, от чего тот сжимается ещё сильнее. Сейчас, как никогда раньше, он понимал: это его конец, — Узнаешь, да? Так вот, это была я. И поверь мне, ты должен благодарить меня за то, что сейчас находишься на свободе, ведь я знаю о тебе все. И сейчас, поверь мне, я превращу твою жизнь в ад. — девушка окончательно теряет контроль, когда рука сама собой сжимается в кулак, образуя крепкий осколок кристалла. И вот, человек, заполнявший её мысли восемь лет, сидит перед ней, а уже в его глазах стояла мольба, ровно как и в её когда-то. Или той девушки, Сы Сы. Или других девушек, о которых она не знала. Мгновение, и обломок полетел бы в трясущееся тело, но чья-то рука вдруг хватает её запястье, сжимая нежно и бережно, но крепко, лишая возможности двигать конечностью. Нин Гуан вздрагивает, оборачиваясь так резко, как только может. Перед глазами предстаёт образ пиратки.