Бегущий в пустоте.

      Йонне нашёл Линдстрема на летней веранде.       Его друг преспокойно себе курил в плетеном кресле, разглядывая окрестности и слегка поглаживая себя по коленке, чтобы успокоиться.       - Вот ты где. - Аарон похлопал парня по плечу и сел рядом, замечая вполне знакомую перемену в настроении товарища. - Сегодня твой день, а ты сидишь здесь в гордом одиночестве?       - Решил заняться любовью со своим мозгом. - Линде криво усмехнулся. - Знакомо?       - Уж почаще, чем некоторым. Так и не спустишься к столу? - Он сдвинул брови. - Нафиг мы тогда вообще сюда приехали?       - Я и сам часто задаю себе этот вопрос. - Линде принял закрытую позу, глядя куда-то сквозь товарища.       - Какой-то ты совсем потухший. Вон, Ханну вполне нормально устроился среди твоей родни. И швец и жнец, что ни говори.       - Но, это же всё ерунда, правда?       - О чем ты? - Йонне с непониманием взглянул на друга.       - Сплошная суета, как по мне. То ли дело - природа. Она безупречна и проста в своем исполнении; Вечная композиция слившихся в унисон звуков. - Линде сладко затянулся и отпил кофе из кружки. - Скажешь, есть что-то важнее этого?       - Я вот не понимаю, ты сейчас стебёшься или втираешь серьёзную речь, Белоснежка? Ну, иди, развлекись с птицами, я не знаю. Сыграй соло на гитаре для кузнечиков. - Йонне недоумевал. - Жизнь - это не просто созерцание и остановка в любой момент, когда тебе этого захочется. Ты ведь должен поднять свою задницу и поговорить с родителями.       - Почему я обязан это делать? - Линде протянул руку и перевернул её ладонью вверх. - Возьми меня за руку.       Йонне немного подумал и накрыл его пальцы своими.       - И?       Они взглянули друг на друга, чувствуя трепетное тепло от кончиков пальцев до запястья, словно их жизни зажглись пламенем и наконец-то обрели смысл в этой бесконечной Вселенной.       Аарон опустил глаза, пытаясь скрыть томную, невесть откуда взявшуюся, нежность во взгляде и ощущая при этом как его кожа, несмотря на жаркий, летний день, покрылась волнительными мурашками.       - И всё. Я почесал ими лобок. - Линде заржал.       - Какой же ты, мать твою, козёл! Я ведь думал, что ты в поле грибов каких нашел и достиг последнего уровня просветления…       - Может и нашел. - Линде сунул бычок между бревен и с любопытством посмотрел на друга. - А ты, разве, не хотел бы вот так, просто посмотреть на закат и забыть о проблемах?       - Да, но… если ты такой, то почему я не могу найти дорогу к твоему… сердцу? - Теперь и Аарону было не до смеха.       - Потому что я сам не знаю, какой я. Стоит мне остановиться, я начинаю искать движение, как будто это что-то изменит. Согласись, раскачиваться над пропастью гораздо веселее, чем висеть над ней. - Он осекся. - Но, я боюсь открыться. Это бы означало лишь то, что я впустил в свой мир чужих мне людей. А я совершенно не готов держать оборону.       - Значит я чужой тебе человек?       - А ты здесь каким местом? Я же говорю про реальную угрозу. - Линде задумался. - А ты… слишком запутался в себе, чтобы понимать других.       - Да не хочу я других понимать. - Йонне тяжело выдохнул. - Как ты зае… Нет, правда. Ты ведь к чему-то ведёшь, не так ли?       - Аарон… - Линде тяжело вздохнул, поднимаясь и впечатывая кружку в стол. - Пожалуй, ты то единственное, что у меня осталось в мире кретинов, поэтому переставай сомневаться в моих словах и пошли уже ужинать.       - К чему я, собственно говоря, и вёл всё это время. - Лииматайнен закатил глаза. - Стой, ты так пойдешь? В кепке?       - Не к чему трясти этим уродством, да еще и перед отцом. - Он прикоснулся пальцами к тугому узлу на затылке.       - Говоришь про свои волосы, как будто это не самое лучшее, что я когда-то видел в своей жизни. - Друг потянулся к козырьку, намереваясь снять головной убор. - Прекращай тушеваться, мать твою.       - Какая у тебя скучная и неинтересная жизнь, если ты реально ничего не видел, кроме моих волос. - Линде фыркнул. - Сам сниму. Ну что, доволен?       Из под копны светлых волос на Йонне таращились два пронизывающих насквозь глаза.       - А одежда?       - Чем тебе черная футболка не одежда??       - Ты же не картошку собрался копать?       - Это праздничная футболка, которая стоит, между прочим, дофига искренних вздохов благоговения на концерте Black Sabbath.       - Тогда возьми мою кожаную куртку. Аарон сбегал за сумкой под сомнительным взглядом своего товарища.       - Я собрался пообщаться с родителями, а не соблазнять их. - Напомнил Линде, облокачиваясь на дверной косяк и созерцая, как Лииматайнен носится по комнате. - Значит ты недоволен тем, как я выгляжу, да? - Он снял с себя футболку и с вызовом швырнул ею в друга.       Йонне замер.       - Да я не об этом.       Линде молча вырвал куртку из рук парня и надел ее на себя, спускаясь вниз по лестнице.       В зале его появление вызвало недоуменные взгляды в совокупности с широкой улыбкой на губах подвыпившего отца.       Ханну умолк, наблюдая за тем, как Аарон и Линде присоединяются к столу и пододвигают стулья поближе, чтобы завладеть вниманием переборчивой матери Микко.       - Надеюсь, мы ничего не пропустили. - Спокойным и раскатистым басом отрапортовал Лили, обнимая Риитту и принимаясь накладывать в тарелку всё, до чего сумел дотянуться.       - Боюсь представить, сколько бы ты просидел наверху, если бы мы не отправили к тебе Йонне.       - Я устал после дороги. - Линде вдруг сделался самым настоящим скромником. Вот ведь гад, что ни ситуация - вечная игра на публику. - Может, переведем внимание на что-то другое?       - Может и переведем. - Мама кивнула. - захочешь увидеть свой подарок - прогуляйся на задний двор. Кстати, Тейлор тоже обещала приехать.       Линде выронил вилку из пальцев.       - А ей-то это зачем?       - Хотела повидаться с тобой до того, как уедет из города.       - Не думал, что она захочет со мной общаться после прошлой ссоры. - Честно сознался парень, бегая взглядом над плечом матери в поисках заветного кофе на полках кухонного гарнитура.       Тут же к нему придвинулись бутылка виски от отца, шот и порция всевозможных закусок из под ножа.       Аарон красноречиво посмотрел на набор начинающего алкоголика и перевел взгляд на Линде, прекрасно зная его отношение к выпивке.       - Я за рулем.       - Звучит, как отговорка. - Заметил отец, напрягаясь.       - И это так. Действительно, дело совсем не в этом. - Лили кивнул. - У меня плохая усвояемость алкоголя. После употребления наступает интоксикация и мне становится плохо. Даже если бы я и хотел, то не смог. А вообще - смысла в этом не вижу. - Он покосился на отца. - И тебе не советую.       - Какой-то ты неправильный, сын. Я ведь из кожи вон лезу, чтобы тебе было хорошо. Хочешь быть врачом - пожалуйста. Конечно, отец сам справится со своими делами. - Олли насупился.       Нет, он говорил без особой злости, но с некоторой долей разочарования в голосе. - Я не порицаю твой выбор, но в любом другом месте от тебя было бы гораздо больше пользы, чем пропылить свою молодость в забытой богом больнице.       - Дай мне знать, когда найдешь такое. В конечном счете любое начинание сводится к одному и тому же. Ты обязан потратить свое время ради того, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки. Есть в этом и некоторая доля романтики, вот только ее гораздо меньше, чем сил потраченных на становление процесса. - Линде перевел взгляд на мать. - А ты, что думаешь?       - Я думаю, что ты сам в состоянии решить, к чему лежит твоя душа. - Она внезапно смягчилась. - Олли и сам едва ли может похвастаться идеальной жизнью, не правда ли?       - Я достаточно обеспеченный человек, который вырастил двух упертых врачей и Юде, который едва ли хоть раз в жизни задавался вопросом, кем он станет после окончания школы. Хорошее дело - учиться до бесконечности, просиживая штаны, чтобы в 30 лет похоронить свой диплом под грудой несбывшихся надежд. Этого ты ждёшь? - Отец негодовал.       - Ты счастлив? - Линде приподнял бровь. - Я хочу это услышать, чтобы поверить каждому твоему слову.       - Возможно, счастье не такое, каким мы его хотим видеть.       - Значит, нет?       - Что ж, я могу сказать, что чертовски доволен собой. - Отец кивнул.       - А мной, верно, нет, раз пытаешься оформить меня в свою высшую лигу по блату? Я - другой. - Линде встал из-за стола. - Я странный и непонятный, самобытный и отбитый, заблудший и изломанный, подобно кривому дереву в долине ветров. - Он расхохотался и расслабленно пошел в ванную комнату. - Я безумный. Вряд ли вся эта идеальная система создана для меня…       - Линде!       - Помою руки и вернусь. - Он обнял отца со спины, исчезая в коридоре.       - Ладно. Я хотя бы попытался. - Олли с явным неравнодушием в голосе силился оправдаться перед присутствующими.       - Мне кажется, он знает, что делает. - Йонне потыкал вилкой курицу. - Всегда знал, с самого своего рождения.       - Хорошо всё знать, когда есть к кому обратиться в случае чего. - Мужчина покачал головой. - У меня не было такой возможности.       - Зато теперь вы можете понять, как это выглядит со стороны. Детям не нужны советы, если о них не спрашивают. Дай им хоть тысячу возможностей - какой урок они извлекут из чужого опыта?       - Мой отец вечно гнобит меня за принятые решения. Уж кому, как не мне, говорить о подобном. - Ханну невесело рассмеялся. - Я тоже прогуляюсь.       Аарон напрягся.       Даже не поворачивая головы, он знал, куда пошел Салми, но, к большому сожалению, ничего не мог с этим поделать.       Конечно, что тут думать.       Пытайся ты удержать в руках воздух - гиблое дело - всё бестолку…       А стоять на месте, словно соглашаясь с неминуемыми последствиями, куда хуже, чем просто высказаться, оставшись в дураках…       Опустив руки по обе стороны раковины, Линде вцепился пальцами в холодный мрамор, глядя на себя в зеркало.       - Что ж, ты сам этого хотел. - Он криво усмехнулся, считая секунды.       Дверь в ванную открылась, являя свету расстерянную физиономию Ханну, тотчас встретившего взгляд Линдстрема в отражении напротив.       Неспешно поровнявшись с Линде, Салми опустил голову на плечо парня, грустно вздыхая.       - Привет.       Забыв про свой остросюжетный план, Линде повернулся к студенту, не совсем понимая, как ему быть.       Выдавив из себя сомнительный звук, Линдстрем ожидал всего, чего угодно, только не тишины, повисшей вокруг них.       Его руки стали тяжелыми и неуклюжими, но он нашел в себе силы выключить воду и надеть на лицо предположительно маску полного безразличия к происходящему.       - Я устал искать повод встретиться с тобой.       - Чего ради? - Лили действительно не понимал, о чем они могут разговаривать, ведь прошлая встреча дала ему понять, что ничего серьезного у них никогда не будет.       - Если я что-то не так сказал, ты можешь продолжать меня ненавидеть за то, как я вижу наши отношения. И я сейчас не про симпатию. - Он шумно сглотнул и улыбнулся. - Извини. - Он покачал головой. - Я никогда не умел говорить прямо. Так, чтобы меня поняли.       - Допустим…       - Если ты поймешь, а я знаю, что ты на это способен, то прекратишь думать будто я хочу проникнуть в твое сердце, чтобы причинить тебе боль. Ты говорил что-то про счастье, так вот, я искренне тебе желаю оставаться самим собой. Ты не перестанешь мне нравиться, если наши дороги разойдутся в разном направлении.       - Я и подумать не мог, что тот единственный раз и наши редкие встречи в университете могли заставить тебя искать оправдания на наш счет. - Линде тяжело дышал.       Конечно, его слова могли звучать грубо, но в душе он всерьез не понимал, почему Ханну так увяз во всём этом дерьме, раздувая пожар из мимолетной искры.       Или… он пытается убедить себя в том, что всё не так?       - Я просто хочу узнать. Я хочу научиться это делать.       - Ты бредишь. Или слишком много выпил. И бредишь. - Линде отшатнулся и взял себя в руки. - Не стоит делать глупости, чтобы завтра приходить ко мне с новой порцией извинений, хорошо?       - А Йонне будет лишь рад. Ты же хотел этого. - Салми вдруг осенило.       - Понятия не имею, о чем ты говоришь. - Линде устало сел на бортик ванной и закинул ногу на ногу. - Вы с ним общались?       - Ты еще не понимаешь, как здорово ты увяз. Я тебе даже не друг, ведь ты не пускаешь меня ближе, чем на километр, но со стороны ведь виднее, не так ли?       - Думаешь, он хочет мне что-то сделать? - Линде усмехнулся. - Зачем ему так поступать? Мы дружим с самого детства. Тут, скорее, я веду себя, как полный кретин.       - И полагаешь, что обязан отчитываться за каждый сделанный тобой шаг. Вот главная причина твоей закрытости. Ты не можешь спросить себя, чего хочешь, ведь Аарону это Очень не понравится…       - И?       - Спроси лучше себя, так ли легко признаться, что ты влюблен в него, как сказать мне, что я не хочу видеть тебя рядом с ним?       - Я не могу быть с ним настолько жестоким. Линде поиграл с замком на куртке. - Как это вообще возможно - желать самое дорогое, что у тебя есть в этом мире?       - Но, ты же хочешь к нему прикоснуться? Ты хочешь целовать каждый сантиметр его кожи. А потом… - Ханну щелкнул пальцем, - ты испаряешься. И снова дистанцируешься, чтобы не сойти с ума от этого ощущения.       Линде обнажил волчий взгляд и притянул Ханну к себе за воротник футболки.       - С хрена ли ты вообще лезешь в мою жизнь?       - Не так много причин, которые я назвал, а ты уже завелся на ровном месте.       - Дорогой Питер велел мне убрать от Йонне свои грязные руки и сосредоточиться на учебе. Как тебе такой повод для дистанции? - Линде всерьёз не верил, что рассказал своему злейшему врагу о истинной причине их разлада с Лииматайненом. - Просто запретил к нему подходить.       Теперь и Салми сел рядом, ничего не понимая.       - Разве такое вообще возможно?       - Ага. - Линде кивнул и достал сигарету. - Он-то у нас проповедник в своих шлюшьих заводях.       Ханну хмыкнул.       - Не похоже. А Йонне?       - Ну, Йонне любит меня. - Линде развел руками. - То, что ты называешь порукой - условно - лишь часть его повседневного поведения, но я бы не стал ожидать от него ничего плохого.       - Значит ты бы и рад это разрешить, да кто бы знал как? - Парень принял раскуренную сигарету и с неудовольствием поднес фильтр к губам. - Чертовски ненавижу эту гадость.       - Я уверен моей ДНК там сейчас больше, чем никотина. - Линде потянулся. - Так что, ты не один виноват в произошедшем. Я лишь ждал подтверждения в твоих словах, словно я обязан оставить эту гиблую затею и переключиться на что-то другое. Хотя, святой Питер в чем-то прав. Я действительно хочу… чертовски хочу… - он умолк, дьявольски улыбнувшись. - Ну, ты понимаешь.       - А если бы Йонне опроверг твои домыслы?       - Ага, конечно…       - Если бы вдруг так случилось?       - Тогда бы я постарался забыть его, как страшный, но, в чем-то, даже приятный, сон.       - Разве любовь можно отпустить?       - Любовь не нужно держать. Она просто есть. Если она уходит, вместе со своим присутствием она забирает всю боль, радость и отчаяние. Тогда ты освобождаешься. Будь ты достаточно сильным, отсутствие любви - не значит конец, если ты способен подойти к зеркалу и встретиться с самим собой настоящим. - Линде покачал головой. - А мы ведь все чего-то боимся.       - Я столько страдал по жизни, что иссяк в своем стремлении найти хоть что-то светлое в этом мире. - Ханну отмахнулся.       - Твои страдания - неразделенная власть с отцом за пьедестал почета и летаргическая неопределенность, когда просвет сфинктера меньше щели в полу.       - А сам-то! Вы посмотрите на него! - Ханну засмеялся, но его смех прервал стук в ванную.       - Что-то вы долго там. - Юде плясал за дверью, умаливая мочевой пузырь. - еще немного, и я подумаю неладное.       - Просто сидим. - Линде высунулся из комнаты и посмотрел по сторонам. - Ладно, иди уже.       - Твои родители говорили что-то про подарок. - Ханну пропустил младшего брата Линде и покосился в сторону двора. - Вряд ли он хотел подарить тебе колодец.       - Чему я, собственно говоря, не удивлюсь…       Они вернулись в гостиную.       Гости уже начали расходиться. Йонне куда-то свинтил и Линде отправился на его поиски.       Что ни говори, а в этом он преуспел больше всех.       Как выяснилось, Лииматайнен вовсе не думал прятаться.       Он бродил по дому, разглядывая старые фотографии и иногда почесывая за ухом рыжего кота, который вился возле лодыжек, вздыбив пушистый хвост победоносным флагом.       - Здесь довольно уютно. - Тусклым голосом бросил Йонне, замечая Линде в дверном проеме. - Хочешь покажу, что нашел?       - Валяй. - Линде стянул с себя кожаную куртку друга, оставаясь с голым торсом и приближаясь к шкафу.       - Твой отец в компании отца Ханну и… этого человека я точно не знаю. - Аарон ткнул пальцем в мужчину справа. - Видимо, они неплохо общаются. Или… общались.       - Если бы они дружили, я бы непременно узнал Джона Салми. Видимо, они встречались на каких-то презентациях по работе. - Лили внимательно изучил фото. - Завтра спрошу у отца, кто этот третий с ними.       - Разве ты не собирался уехать до наступления ночи?       - А куда нам торопиться? Или у тебя есть какие-то дела в городе?       - Нет никаких дел. Право, я слишком привык засыпать в твоей квартире. - Парень опустил взгляд и сел на кровать. - Что дальше?       - Мы наконец-то поговорили с Ханну. - С некоторым облегчением в голосе заявил Лили. - Я рад, что это случилось. Он лег на спину, наблюдая за перетекающими по потолку отблесками фонарей.       - Надо же.       - Он сказал, что я тебе нравлюсь.       - Замечательно. - Йонне вырвал из под Линде часть одеяла и накрылся им с головой. - Пусть ещё песню об этом напишет.       - И я подумал, что есть единственный способ это проверить. - Линде приподнялся на локте и взглянул на мрачную кучку поблизости. - Хватит раздражаться по пустякам.       - Хорошо, что он тебя подмаслил, иначе мне бы пришлось наслаждаться хладнокровным храпом на весь коттедж, как и все предыдущие разы.       - Если бы ты знал, как сильно и давно я хочу это сделать, то не выедал бы мне мозг при любом удобном случае. - Парень тоже накрылся одеялом и оказался лицом к лицу с Аароном. - Совсем, как в детстве. Здесь мы в полной безопасности. Только ты, я, и наши демоны.       Теплое и такое родное, тело Йонне напряглось в ожидании неминуемой расправы, но Линде просто закрыл глаза, наслаждаясь умиротворенной тишиной.       - Твои волосы приятно пахнут. - Друг тоже смежил веки, пытаясь не уснуть от чудовищной усталости, пришедшей невесть откуда с наступлением вечера. - Я хочу сказать нечто хорошее, но в голову лезут только неприятные мысли. Я устал от этих вечных скитаний в поисках баланса в наших отношениях.       Линде взял его за руку и почувствовал, как пальцы Аарона с благодарностью сжимаются на его коже, запечатывая священное тепло между их соединившимися ладонями.       Где-то глубоко в груди, его сердце на миг остановилось, разрываясь исступленной болью от нежности и любви.       Это чувство было настолько невыносимым и пронзительным, как если бы с него вдруг сняли кожу и придали тело смертельному пламени, заставляя умолять о спасительной прохладе самообладания.       Припав к некогда разбитым в очередном гневе костяшкам, он прикоснулся губами к пальцам Лииматайнена, целуя каждый фаланг, каждую рану и родинку на знакомых руках, чтобы запечатлеть на них свою безумную улыбку от радости и удовольствия.       - Если я сплю, то это самый лучший сон, который я когда-либо видел. - Аарон стыдливо вжался спиной в кровать, снова напрягаясь.       - Расслабься. - Прошептал Линде. - Ты же знаешь, что я не причиню тебе вред. - он положил голову на его грудь, прислушиваясь к монотонным ударам сердца. - Так стучит, как будто за тобой гонится стая волков. Ты действительно настолько напуган?       - Не знаю. Но, чувствую себя довольно плохо. Интересно, как бы ты отреагировал, если бы я дал волю чувствам?       - Уж точно бы не стал порицать. Вой, кричи, терзай меня - плевать. Ты заслуживаешь хоть иногда быть самим собой. - Линде обнял парня и, лежа на спине, тихо рассмеялся. - Помнишь, как ты угнал тачку моего отца и он гонялся за нами по всем дачам, а потом мы отбились и вот так же лежали, как сейчас, примерно до глубокой ночи, глядя на звезды?       - Ооо, - Аарон простонал, вспоминая тот ужас, который он пережил, когда ему чуть не досталось от Олли. - Тогда я всерьёз подумал, что он способен на убийство.       - Мне тоже доставалось. Что я только не делал, чтобы вывести его из себя. Причем, тогда я еще не понимал последствий от своих поступков. Остается лишь благодарить небеса, что он всегда обладал дьявольским терпением и почти ничего не запрещал.       - Ты был бы прекрасным отцом, которого у меня некогда не было.       - Это почему?       - Заботливый, справедливый, в меру строгий, но с удивительно большим сердцем.       - Пожалуй, только ты так считаешь. Для других я замкнутый и странный, не способный проявить даже самые примитивные эмоции.       - Конечно, если ты продолжишь себя так вести, то тебя упекут в дурдом за оскорбление чувств окружающих.       - Это вряд ли. Нафиг я там никому не упал. - Линде покосился на товарища. - Хорошо, что ты понемногу успокаиваешься.       - Рядом с тобой это довольно трудно.       - Почему же?       - Пожалуй, на этот вопрос есть только один ответ. - Аарон выбрался из объятий и сел на кровати. - Только обещай, что не будешь ненавидеть меня до конца жизни. - Он прикоснулся к лицу парня, давая понять о своем желании. - Так и быть, пусть я буду первым, кто переступит через черту.       Линде слегка отвел голову в сторону, инстинктивно сжимаясь изнутри.       Нет, ему не был неприятен Аарон или нечто подобное, просто к нему прикасались настолько редко, что он уже попусту отвык от чужого присутствия в своей жизни.       Лишь во взгляде он мог объяснить свой поступок, если бы Йонне захотел найти в нём подтверждение своим действиям.       Прикоснувшись к его шее, Аарон почувствовал, как мышцы друга тотчас напряглись.       Скользнув пальцами к затылку он вплелся в светло-русые волосы парня, задерживая дыхание возле его лица, чтобы собраться с мыслями и вконец решиться на отчаянный поступок.       Не в силах препятствовать, Линде подчинился ситуации, радуясь, словно ребенок, тому, что ему не пришлось заставлять Йонне играть в эту безудержную игру, чтобы окончательно убедиться в своих безумных домыслах.       Еще несколько томительных мгновений Лииматайнен сопротивлялся неизбежности, пока его мысли лихорадочно рисовали ему самые постыдные и непримечательные картины.       Вдруг Линде не понравится, или, чего хуже, он улыбнется своей извечной улыбкой, скрывающей в себе желание всласть поглумиться над ситуацией? - Оттолкнет, ударит, сломает, рассмеется, как это было сегодня вечером?       Да что угодно, только бы отсрочить момент их признания друг другу….       Линде устал наблюдать за сомнениями врача.       Он медленно провел ладонью по лицу друга, приближаясь к нему в перманентном отуплении от собственных действий.       Наконец, когда все барьеры окончательно рухнули между ними, он прикоснулся к приоткрытым губам Аарона, целуя их с неожиданными для себя жадностью и, одновременно, нежностью в каждом прикосновении.       Самым большим откровением для него стало то, что Йонне даже не думал сопротивляться.       Ещё мгновение они боролись с обоюдной неловкостью, чтобы утвердить для себя часть нового этапа, который не мог отменить их стремление быть немного ближе, чем следовало.       Горячо дыша и отстраняясь, Линде едва заметил, как его ладони были бесконтрольно вовлечены в этот заманчивый процесс, а ведь он прекрасно помнил, как дал самому себе слово не идти на неоправданные риски, чтобы не нарушить то хрупкое равновесие, которое воцарилось между ними после состоявшегося разговора.       - После этого ведь принято что-то говорить, не так ли? - Йонне в растерянности откинулся на спинку кровати, наблюдая за парнем, который сидел на кровати в не слишком естественной позе.       - Если нет ощущения, как будто тебе только что прострелили голову из дробовика. - Линде провел пальцами по своим губам и улыбнулся. - Но… мне понравилось, если ты об этом.       - Настолько, что готов продолжить заниматься этим до самого утра? - Йонне снова привлек к себе друга, однако тот не спешил перейти к делу.       - Видишь ли… если я продолжу, то мне будет немного… неудобно. - Он провел ладонью по своим брюкам, скрывая нарастающее напряжение. - Совсем чуть-чуть.       - Ты с поцелуя так завелся?       - А ты - нет?       - Давай сделаем вид, что я не слышал этого вопроса или ты ничего не говорил. - Аарон опустил взгляд, выдавив ухмылку. - Это природное, ничего личного.       - Скажешь тоже… - Линде сложил руки на груди, наблюдая за спутником. - И, что дальше?       - Вариантов у нас не много. - Йонне притянул его к себе за ремень брюк.       Их губы снова встретились и Линде, потеряв равновесие, навалился на друга, оказываясь в безотносительной власти над ситуацией.       Глядя ему в глаза, он почти случайно задел бедром привставший член парня, наслаждаясь признаками осознания во взгляде поверженного.       - Нравится?       Тот подался вперед, вновь сокращая расстояние между их разгоряченными телами, чтобы испытать невероятное наслаждение от соприкосновения с его плотью.       Жар и страсть буквально дурманили разум Аарона, разрывая изнутри и заставляя бездумно идти на поводу у эмоций, словно каждая секунда после внезапного промедления была лишена всякого смысла.       Подозревая, чем это может закончится для них, Линде оторвался от разгоряченных губ парня и, прерывисто дыша, помог себе справиться с возбуждением, проникая ладонью за пояс брюк и дотрагиваясь пальцами до возбужденного члена.       Разумеется, больше всего на свете он хотел, чтобы это сделали руки Аарона, но сейчас Лииматайнена интересовала обнаженная спина друга, в которую он и впился ногтями, не в силах сдержаться.       Оставляя на ней пунцовые отметины, он прикрыл глаза, снова привлекая врача к себе.       - Так и знал, что нечем хорошим это не закончится. - Хрипло произнес Линде, пытаясь прийти в себя. Ему хватило пары движений, чтобы снять болезненное напряжение, и теперь они просто целовались, не в силах оторваться друг от друга.       - Кажется, кто-то явно передумал спать. - Йонне сладко потянулся, доставая из кармана пачку сигарет. - Пошли курить, у меня уже губы болят. - Он усмехнулся, наблюдая за тем, как Линде с недовольным видом сетует на то, что теперь ему придётся идти в душ.       Покинув комнату, они вышли на веранду.       Наблюдая за ярко-красной полоской на фоне заходящего солнца, Линде сосредоточенно курил, изредка кидая неоднозначные взгляды на своего спутника, который болтался по всему периметру, не зная, куда себя деть. И откуда в тебе столько энергии? - С насмешкой в голосе поинтересовался он.       - Скажешь ещё хоть что-то, и я тебя ударю. - Аарон зыркнул на товарища и сунул смятую пачку в карман, молниеносно меняясь в лице.       Кажется, он ещё не отошел от шока, чтобы успеть найти должное оправдание своему распутному поведению.       - Ладно… - Линдстрем покатился со смеху. - Я думал, что мы хотя бы это обсудим.       - И, как ты себе это представляешь?       - Вполне отчетливо. К тому же, ты всегда можешь прямо сказать о том, что тебя волнует. А ты определенно на что-то намекаешь.       - Это слишком сложно. Я же не могу попросить тебя трахнуть меня, так? - Он уставился на друга. - Как бы трудно мне не было произносить это вслух.       Линде задумался, отчасти пугаясь подобной перспективы, да еще и спустя мгновение после того, как он едва победил в себе страх открыться Лииматайнену.       - Почему для тебя это важно? Куда ты всё время торопишься?       - Торопишься? Я десять лет себе места не нахожу, а теперь, когда мы почти всё решили, я боюсь даже намекнуть об этом, потому что, видите ли, это неправильно. - Йонга взорвался. - Представь себе лишь на миг, как сложно быть мужчиной и хотеть при этом оставаться по настоящему желанным для кого-то? Говорить ему подобное без боязни услышать насмешку или угрозу в ответ?       - Я не говорил, что это плохо. И мне, если ты не заметил достаточно того, что мы наконец-то сблизились.       - Да, просто замечательно. - Едко отозвался парень.       - Хорошо, пошли. - Линде с силой схватил ошарашенного друга и втолкал его в комнату, бросая на кровать. - Давай.       - Эй, какого хрена ты творишь? - Йонне попытался вырваться, но это было не так-то и просто.       - Для тебя же это пустяк, так какого хрена мы медлим?       - Но это не повод обращаться со мной, как с вещью!       - А какие во мне чувства может вызывать твое желание играть на моих нервах? Я ведь тоже не железный. - Линде стянул с себя ремень и связал руки Аарона, пригвождая их к изголовью кровати.       - Линде… - Парень тяжело дышал, всхлипывая, - Хватит. Я понял…       - Да неужели? - Он пригвоздил его к месту, резко срывая рубашку с пуговиц и прикасаясь губами к его пульсирующей в страхе шее. - Ты ведь так хотел этого…       - Остановись…       - Тебе это должно понравиться, ты же любишь терзать себя. - Линде дьявольски улыбнулся, склоняясь над его ухом. - Только не забудь сказать своим друзьям, - прошептал он, - чтобы они перестали ставить мне ультиматумы. Хотят они, или нет, я останусь с тобой, если буду нуждаться в унижении и проблемах.       - О чем ты? - Йонне затих.       - О твоем друге Питере. - Линде развязал его запястья, швыряя ремень на кровать и поднимаясь. - Не знаю, что ты им там про меня наплел, но я не хочу разбираться в этом дерьме…       Он стремительно покинул комнату, сталкиваясь с отцом, который вот уже продолжительное время воевал с котом за место на половике.       Вмиг сменил настроение, Линде мягко отозвал его в родительскую спальню и покинул дом, чтобы прийти в себя после непродолжительной, но выматывающей схватки со своими демонами.       - Будь ты проклят, Йонне Аарон. - взревел он, сотрясаясь от невыносимой злости. - Я сто тысяч раз повторял себе, что не впущу в свою жизнь ни одного человека. Просчитался, но, где?       Он осёкся, переводя взгляд на подъездную дорожку.       У ворот его ждала белокурая девушка в кожаном, обтягивающем костюме.       Поставив шлем на сиденье мотоцикла, она широко улыбалась, махая парню.       - На что ты уставился? Так и будешь стоять или впустишь меня в дом?