Всё ведь просто

Антон остатки перемены проводит в спокойствии. Собственно, как обычно. Просто сидит, заканчивает свой очередной рисунок. Кругом шумно и у подростка уже начинает болеть голова, но наушники он не достаёт. Если парень продолжит в том же духе, то максимум через час телефон полностью разрядится. Лучше его не использовать. Звонок  — Так, садитесь все! — не самым приятным голосом произнесла Виктория Альбертовна. Это была пожилая женщина, ей, примерно, 55-60 лет. Наконец-то все ученики заняли свои места. Стало очень тихо, по сравнению с переменой. Все боялись эту женщину, ведь она могла и линейкой пиздануть запросто отправить к директору просто так. Потому что потому.  — Так, кто расскажет мне основные закономерности эволюции? — естественно, это же биологичка. Она ни за что не станет жалеть учеников первого сентября.  — Ну Виктория Альбертовна, может вы что-нибудь полегче спросите? — самоубийца. В классе завёлся самоубийца.  — Выйди из кабинета! — резко закричала учительница. Бедолага вышел, а женщина стала рассматривать подростков, ища, к чему прицепиться. В глаза бросилась Ирина, бурно обсуждающая что-то с подругой позади себя, — Кузнецова! Встань и расскажи всем, что такое интересное вы обсуждаете?!  — Антона, — девушка поднялась с места и язвительно улыбнулась, — его сегодня по всем темам русского языка гоняли, а он всё знал. При этом даже одноклассникам не помог. На Шастуна обратились все взгляды, от которых хотелось провалиться глубоко под землю. Кто-то говорил, что подростка нельзя назвать одноклассником, если он бросил друзей в беде, а кто-то пытался вспомнить хоть что-то, что связано с парнем. Большинство и лица его не помнили, поэтому смотрели на единственного человека, который не был им знаком. Это и был Антон.  — Придурки, у самих мозгов нет, так ещё и других достают, — возмутился Сергей, наблюдая за тем, как одноклассники переходят на оскорбления.  — Успокойся, — Дмитрий положил руку на плечо друга, — это не наше дело.  — Тишина в классе! — Виктория сильно ударила по столу, — раз этот ваш Антон такой умный, то пускай он мне и отвечает. Давай, рассказывай мне основные закономерности эволюции.  — М… — юноша поднялся с места, направившись к доске. Сердце колотилось так, что казалось, будто прямо сейчас проделает дыру в грудной клетке шатена, — н-ну… Первое, это необратимость эволюционного процесса. Например, при переходе наземных животных в водную среду, изменяется строение конечностей. При этом, во внутреннем строении плавников дельфина, кита, сохранены признаки пятипалой конечности млекопитающих… — парень немного замялся, — так как мутация приводит к обновлению генофонда популяции, она никогда не повторяет генофонд прошлого поколения. Поэтому, если на каком-то этапе от примитивных земноводных возникли пресмыкающиеся, то пресмыкающиеся не могут вновь дать начало земноводным. Ещё один пример — иглица. Листья у иглицы исчезли еще в древности, в процессе приспособления к засухе. Потом, при переходе опять во влажную среду обитания, вместо листьев у них появились ветви, похожие на листья…  — А… Хорошо, — преподавательница была удивлена таким подробностям, ведь задала этот вопрос с целью успокоить несколько надоедливых мух. А сейчас ей в подробностях объясняет мельком изучаемую тему парень, которого она даже не помнит, — давай дальше.  — Э… — по классу пошли перешёптывания, поэтому зеленоглазый стал нервничать только больше. Теперь его даже немного потряхивало, а и без того всегда влажные ладони можно было выжимать, — второе э-это… Это то, что новые виды образуются не из высокоразвитых и специализированных, а, наоборот… Они образуются из относительно простых, неспециализированных форм. Более специализированные формы оказываются наименее пластичными в изменяющихся условиях и более подвержены вымиранию.  — Хорошо, этого достаточно, — женщина сняла очки, положив их на стол, — ты новенький?  — Нет… — парень нервно крутил кольца, коих было в изобилии, — я изначально в этом классе…  — А, да? — Виктория удивлённо вскинула брови, — как же я тебя такого пропустила…  — Виктория Альбертовна, простите, — в кабинет зашёл Попов, — я хотел бы кое-что сказать ребятам, пока не ушёл к Алексею Сергеевичу. Вы не против?  — Да, конечно. С такими знаниями они всё равно ничего не поймут, а вы хоть сделаете, что хотите, — недовольно буркнула учительница.  — А что такое? Что-то случилось? — преподаватель взглянул на всё ещё стоящего у доски подростка, — Шастун чего-то не знает?  — Как раз-таки знает, а вот остальные… — женщина начала активно жестикулировать, — вон, одного из класса выгнать пришлось. Другие сидят, обсуждают что-то, одноклассника унижают!  — Кого и кто? — серьёзно спросил брюнет, снова разглядывая парня у доски. Это делал не один преподаватель, уже весь урок на него пялятся абсолютно все.  — Да весь класс Ант-…  — Простите, Виктория Альбертовна, — Шастун на негнущихся ногах подошёл чуть ближе к учителям, — можно выйти? Я не очень хорошо себя чувствую…  — Да, конечно, выходи, — женщина разрешила покинуть кабинет только из-за внешнего вида шатена. Он был очень бледным, его потряхивало и выглядел он нервозно.  — Сам дойдёшь?.. — Арсений обеспокоенно смотрел на зеленоглазого.  — Да, всё нормально. Спасибо, — Тоша кивнул и пошёл к дверям. Он не привык к такому вниманию. Вроде, никогда такого не было, так почему именно сегодня…  — Арсений Сергеевич… — за спиной подростка послышался голос Ирины. Девушка растягивалась гласные, — а у вас нет таблетки от головы? А то так разболелась…  — М… Ты же Катя? Нет, прости, я не ношу с собой, — мужчина даже не оторвал взгляд от юноши. Вот ему действительно было плохо, а из Кузнецовой актриса никакая.  — Я Ира. Кузнецова, — поправила преподавателя школьница.  — Да, конечно, Ира… Так, Виктория Альбертовна, на чём мы остановились?  — Весь класс прямо на уроке начал обсуждать Антона, — наконец-то женщина сказала, что хотела, — и некоторые использовали нецензурные слова.  — А что случилось-то?.. — мужчина всё больше хмурился.  — Ничего особенного, Арсений Сергеевич, — снова этот тонкий голос, — просто Шастун не умеет помогать. Класс ведь должен быть дружный, а он эту дружбу не поддерживает.  — Кузнецова, не влезай в разговор, — строго произнесла женщина.  — Хорошо, я чуть позже с этим разберусь. Вообще-то, я пришёл сказать, что физкультура, всё же, будет, — Арсений устало потёр переносицу, — все ведь взяли форму? Физ-ра должна была быть с самого начала, но была вероятность, что она отменится.

***

Подросток вышел, быстрыми шагами направляясь к туалету. Сейчас нужно было прийти в себя. Нервы были на пределе, Антон ненавидел внимание. Ему некомфортно с малознакомыми людьми. Тем более, если их больше тридцати. Шастун заходит в уборную и направляется к раковине. Ополоснув лицо, подросток опирается спиной о стену и зарывается рукой в волосы. Голова кружилась, а в ушах звенело. В висках стреляло с огромной силой, отдавая в затылок. В общем, хуёвое состояние. Звонок Шатен выходит в коридор и, всё ещё прихрамывая, направляется в класс.  — Ты в норме? — к школьнику подбегает Матвиенко.  — А… Д-да, всё хорошо…  — Не волнуйся ты так, — к двоим подошёл Дмитрий, — эти придурки просто своего мозга не имеют. Я уже не говорю о мнении. Из-за таких уродов не нужно париться.  — М… Спасибо. Всё нормально, я просто не привык, — юноша неловко улыбнулся, — мне не совсем комфортно, когда на меня обращают внимание…  — А чего в этом такого? Ты стесняешься? — прямолинейно. В этом весь Сергей.  — Интроверт? — спокойно задал вопрос Позов.  — Ну… Типа того…  — Пошлите, а то на физ-ру опоздаем! — воскликнул одноклассник со странной причёской, стукнув себя по лбу.  — А, да. Арсений Сергеевич сказал, что физкультуру решили не отменять.  — Ясно. Спасибо, что предупредили, — юноша закинул рюкзак на одно плечо.  — Не отставай, — поторопил Дмитрий, поправляя очки.  — Понял.